Forget Me

Несмотря на благие намерения учительницы в предыдущий день, все и вся подавляют Тэхена. Большую часть последних двенадцати месяцев, он провел в больнице, тщательно выучивая все, что мог. К счастью, он не потерял весь свой словарный запас, но иногда слова просто ускользают от него, это расстраивало, точно зная, что нужно сказать, но имея возможности выразить это. Ему также трудно двигаться с координацией, плавно, как будто его суставы больше не посылают прямые сигналы в его мозг, иногда теряясь на этом пути. Когда он проснулся в больнице, на него выбросили слишком много информации. Было странно просыпаться и ничего не знать, вся его жизнь сводилась к серии резюме от родителей, друзей или врачей. Он задавался вопросом о том, что ему не сказали, о чем они не знали, Тэхен молча, хотел, чтобы он мог встретиться со своим старым я, возможно, поболтать за чаем. Он начал думать, таким образом, о себе в двух частях, старой себя и новой. Он приобрел привычку безмолвно задавать другие вопросы Тэхена. — Мы любим его? — он подумал бы, или, — Тебе тоже понравился этот фильм? Он знал, что его зовут Ким Тэхен, любимый единственный сын, и владелец лучшего пса во вселенной, Суншим. Согласно фотоальбому, посвященному его собаке, он пришел к выводу (без чьей- либо помощи!), что Суншим был важен, и он горяча согласился со старым Тэхеном. Суншим не задавал ему миллион вопросов и не проверял его каждые две минуты, он был рад пробежаться с ним в парке или прижаться к нему на кровати п р о с т и е вещи. Тэхен пришел к выводу, что новая версия его самого будет любить Суншими. Тэхен знал, что ему было семнадцать лет, и это был его последний год в старшей школе (хотя он пропустил первые несколько месяцев). Прошлый месяц можно охарактеризовать как «громкую головную боль», так как он изо всех сил пытался наверстать упущенное в школе. Некоторые вещи вернулись легко, но не математика, б л и н, его мозг не мог понять это никак. Ему сказали, что он любит музыку, что он с готовностью принял. Было странно слышать песни, которые люди называли его любимыми, они как-то резонировали с ним, несмотря на то, что звуки и тесты были незнакомыми. Его самым близким другом был Пак Чимин, невысокий, игривый, а иногда и властный человек, который, очевидно был его другом с детского сада. К счастью, Тэхену без воспоминаний сразу же понравился Чимин. Было необычно пролистывать его различные страницы в социальных сетях, просматривая статусы и твиты, которые он написал, и селфы, которые он сделал. Все моменты своей жизни, которые он забыл. Тэхен привык преследовать себя, пытаясь заново выучить воспоминания. В его спальне объявили, что он любит аниме и мангу, полки уложены до краев. Тэхен провел много своего сводного времени (в больнице было много), читая и наблюдая. Помимо основных фактов жизни и предполагаемых черт личности, Тэхен боролся за то, чтобы раскрыть свою личность, самого себя. Это было забавно, когда его оставляли одного, его мучили воспоминания, симпатии и антипатии. Иногда, казалось, что он был вынужден чем-то наслаждаться, потому что: — Тэхен, тебе нравилось это. Или. — Тебе не нравится это делать. Возможно, именно поэтому Тэхен оказался так привязан к таинственному Чон Чонгук, единственному человеку на планете, который выразил зависть в его не очень красивом положении. Иногда Тэхен хотел стереть все прежние части себя, начать все с нуля, чистый лист. Это было то, что сделало Чонгука таким привлекательным, он, казалось, не ожидал ничего от Тэхена, это было новое начало, которое он ждал, в котором он нуждался. *** Звучит колокол, громко пронзающий их урок истории, и сообщает о перерыве на обед. Стулья торопливо шаркают по полу линолеума, когда стремительные шаги пробираются к двери, стуча в нее, свобода, в течение прекрасных пятидесяти минут. Тэхен смотрит на Чонгука, он практически цепляется за мальчика, несмотря на странное поведение Чимина по этому вопросу. Тэхен пытался спросить об его этом, но Чимин только пожал плечами. Он заметил, что не может смотреть ему в глаза. Тэхен часто получал такой взгляд, в основном жалость или сочувствие, иногда, когда он задавал вопрос о своем прошлом, на который люди не хотели отвечать. Это злило его зная, что люди могут переписать его историю, рассказать ему о вещах, которые они хотели, чтобы он знал, попытаться оградить его от плохих воспоминаний. Иногда он чувствовал себя немного виноватым, зная, что многие бы хотели иметь возможность стереть много дерьма из своей памяти, но он хотел плохого и хорошего, боли и счастья. Ему нужно было знать все, чтобы он снова мог чувствовать себя целым. Единственной альтернативой, которою он видел, было забыть все это, чистый лист.  — Пообедаешь со м-мной? — смущенно спрашивает Тэхен, опустив голову, стоя у угла стола Чонгука, внезапно проявляя большой интерес к его пальцам. Он поднимает голову, улавливая легкое удивление, которое быстро скрывается медленной (искренней) улыбкой. У него прекрасная улыбка, я бы хотел видеть ее чаще. — Конечно, Тэхен, — Чонгук улыбается и встает, проходя близко около него, и направляется к двери. Гук спрашивает его, какую еду, он любит, когда они шли в столовую. Чонгук любит кофе, а Тэхен поклоняется чаям. Чонгук ест здоровую пищу (Тэхен сознательно кивнул, потому что, ну, его мускулам не требовалась память, чтобы то знать). Тэхен больше за не здоровую еду — особенно гамбургеры. Видимо, это то, что было у его бывшего «я». Чимин поднимает бровь без следа тонкости, когда пара приближается к нему. — Привет, Тэ,  — Чимин сладко улыбается, — Чонгук, — он кивает. Тэхен не знает, воображает он это или нет, но он уверен, что тон Чимина немного напряжен, когда он выговаривает имя Чонгука. Позже он узнает, почему, а может, и нет, кто знает, скажет ли кто-нибудь ему правду. Просто чувствуется что-то плохое. Чонгук, похоже, потерял дар речи за столом. Тэхен интересуется, имеет ли это какое-то отношение к странному приветствию Чимина. Очевидно, что что-то происходит между ними, и он уверен, что его старая сущность поняла бы. Тэхен вздыхает внутренне. Он хочет, чтобы люди перестали обращаться с ним как с каким-то хрупким стеклом, как с кем-то разбитым, а не как целое. Он просто хочет чувствовать себя нормально, чувствовать себя снова, что бы это ни было. Тэхен видит, как его рука начинает колебаться, и палочки для еды не попадают в рот, а скользят в сторону его лица. Он краснеет, наблюдая, как они падают в замедленном темпе, окрашивая его рубашку. Чимин быстро спрашивает: — Эй, ты в порядке, Тэ?  — Д-да, дерьмо, чувствую себя ребенком, — недовольно хмурится Тэхен. Это было невероятно раздражающим, когда он не мог выполнить самые простые задачи. Тэхен поднимает голову, чтобы увидеть, как Чонгук ухмыляется. Первое предложение, которое он услышал за последние тридцать минут: — Малыш, Тэ, — смеется Чонгук, наклоняясь, чтобы взъершить волосы Тэхена.  — Ей, Чон! — Чимин хмурится и начинает отчитывать его, пока Тэхен начинает хихикать, швыряя лапшу в сторону Чонгука. К его удовольствию, он попадает прямо на лицо Гука. Чимина слегка пискнул от удивления. Ошеломленного лица Чонгука с висящей на нем лапшой, достаточно, чтобы Тэхен рассмеялся. Чимин присоединился к нему с неохотой. Чонгук был довольно серьезным человеком, так решает Тэхен, и то, как его лицо из холодной собравшейся ухмылки превратилось в замешательство, почти очаровательно. Однако Тэхен не был готов, что Чонгук отомстит и выложит всю тарелку лапши прямо ему на голову. Он громко вопит, когда теплые мягкие щупальца скатываются по его щекам, соус капает на его рубашку. Чимин быстро делает снимок, слезы текут по его лицу. Чонгук тихо смеется, но его глаза опасно блестят, танцуя с озорством. Они разделяют взгляд, сродни чему-то, что, по мнению Тэхена, должно быть чем-то вроде дружбы. Это проходит быстро, губы Чонгука снова растягиваются в ухмылке — и, ну н е м о ж е т быть. Тэхен наклоняется вперед и прячет голову на груди Чонгука. Его губы изгибаются в улыбку, когда он чувствует и слышит, как они хлюпаются друг в друга.  — Посмотрите, как вы двое сражаетесь, — усмехается Чимин, — это немного более знакомо. Тэхен вскидывает голову, выпускаю лапшу, пытаясь уловить смысл фразы Чимина. Знакомо. Слово, которое не имеет значение для Тэхена. Громкий кашель и звук прочистки горла прерывают их: — Теперь я рада, что вы хорошо устроились с Тэхеном, но я не уверена, что пищевая драка является подходящим способом для этого. Все три мальчика смотрят на своего учителя. Чонгук строит гримасы, Чимин показывает безмятежную улыбку, а Тэхен подавляет смешок. — У меня нет еды, — объявляет Чимин отвратительно сладким тоном. Он поворачивается, чтобы многозначительно на них. — Однако они, — он жестом показывает, с ангельской улыбкой. — Заткнись, Пак, — Тэхен ловит слова Чонгука, что он шептал себе под нос. Чимин все еще улыбается. *** Тэхен и Чонгук мрачно стоят в униформе, принимая их запасные рубашки.  — Бля, мое, воняет, — дуется Чонгук, с отвраением прищурив нос. Он держит рубашку на расстоянии вытянутой руки, лицо морщится от дискомфорта. Тэхенова не намного лучше. После того, как он изменился, он почти плавает в рубашке. Она почти опускается ниже его шорт, больше походя на платье, чем на рубашку. Чонгук смеется, когда он выходит из ванной. Тэхен надувается: — Отвернись, Чонгуки-и. Гук удивленно моргает от прозвища, широко раскрыв глаза. Тэхену понравилось. Это намного приятнее, чем-то, что люди говорили ему: — Ну, ты меня так называл.  — Да ладно тебе, Тэ, — отвечает Чонгук, перетаскивая свое имя, как будто пытаясь проверить это. Тэхен решает, что ему нравится слышать, как Чонгук называет его Тэ, это заставило его почувствовать, что он прогрессировал или что — то в этом роде. Мой первый друг. Как ты думаеш старый Тэхен? Он будет хорошим выбором?  — О чем ты думаеш? — голос Чонгука погружается в его мечту, внезапно поражая его. Слова прозвучали прежде, чем Тэхен понял, как это могло звучать: — Я спрашивал у старого Тэхена что — то. Дерьмо. Я, меня…  — Все хорошо, — перебивает его Чонгук, — я тоже говоря сам с собой, — заверяет он. Тэхен почти на 98% уверен, что он лжет сквозь зубы. При этом его зубы, как у кролика, милый.  — Что ж, Чимин, — Тэхен начинает, желая разобраться в забавных взаимодействиях пары. — Обед был странным? И раньше? — он пристально смотрит на Чонгука, пыьаясь уловить и прочитать каждую реакцию. Его лицо невозмутимо. Превосходно, Тэхен немного сглатывает, с тревогой решая, что ему нужно перейти к главному тому, что мучило его весь день. Ну ладно, не весь. — Кем мы были? — его голос немного неуверенный. Тэхен может видеть внутреннюю битву в глазах Чонгука, пытаясь найти слова. Правильные, Тэхен, предполагает с разочарованием, вероятно, н е настоящие. — М-мы были вместе? — Тэхен пытается снова, неловко перетасовываясь из стороны в сторону. Лицо Чонгука становится растерянным. Я должен быть на правильном пути, не так ли? Забавные взгляды Чимина, его первоначальная холодность по отношению к Чонгуку. Комментария к бою, странный воздух меду этими двумя. Я имею в виду, что я могу понять, почему старый я тоже любил бы его, он чертовски горяч, ему не нужна память, чтобы это знать. Не говоря уже о том, что он довольно милый.  — Как парни, — лицо Чонгука сильно дергается, Тэхен надеется, что он, по крайней мере, на правильном пути.  — Чонгук, ты мой бывший парень?