Лестница в последствия

— У Изуку появилась причуда совсем недавно, — разрушила тишину Инко, заставив их вздрогнуть. — Но даже так, он не сдаётся и всеми силами желает попасть в ЮЭй. Шото подняла глаза на парня. Тот потупился. — Когда тебе удастся попасть в ЮЭй и ты попадёшь в свой класс — извести меня об этом. Мы обязаны будем отпраздновать твоё поступление, — Мидория неверяще вскинул брови. Неужели.. она не сказала это "если", всегда заставляющее его терять надежду. С её стороны это очень.. мило, что ли? — Спасибо, Тодороки-сан. Мы обязательно это отпразднуем! — парень счастливо улыбнулся, нетерпеливо ёрзая на стуле. Кто-то поддержал его, кто-то, кроме матери. — Зови меня Шото, Изуку. Я буду очень рада такой фамильярности.

***

— Отбор прошёл успешно, дочь? Шото пустым взглядом посмотрела на Старателя, заставив стоящую у плиты Фуюми поджать губы. Все они понимают, что Шото прошла в любом случае. Дочь семьи Тодороки никогда не сдаётся. Даже если на неё давит самый тяжёлый и неподъёмный осмиевый валун. — Не сомневайся во мне, отец, — она отвернулась, зашагав по лестнице, поднимаясь к себе в комнату. Фуюми горько сглотнула слюну. Её маленькая сестрёнка даже не поела. Скоро она пойдёт в ЮЭй, станет героем.. А что дальше? Младшая Тодороки всегда хотела семью, но сможет ли с такой профессией она заполучить счастливую жизнь? — Ты слишком давишь на неё. Старшая дочь печально и укоризненно посмотрела на окаменевшего Старателя. Послышался испуганный вздох. Злой Старатель пугал. А взбешенный — ещё больше. — Мне плевать.

***

Тодороки сидела в своём любимом месте — на перилах, возле океана и пляжа, сжимая в руках телефон. Никто за два часа ей так и не позвонил. Радует. Но и огорчает. Никто даже не заботится о ней. А как же Инко? У неё, кажется, сегодня отличные посиделки с бывшими одноклассницами. Ей было не до этого. — Ты снова сидишь здесь, дитя? Шото опять не обернулась. — А в этом есть какие-то проблемы? Нарушаю закон, господин Герой номер один? — прохладно, хотя, скорее равнодушно, ответила она вопросами на вопрос. Хотелось выть, как волк на луну. От боли. Внутренней. Такой.. раздирающей сердце. И душу. — Нет, никаких проблем. Разве у тебя нет семьи? Почему ты не находишься в их тёплом кругу? На этот раз Тодороки обернулась, скользнув взглядом по Яги: он, неожиданно, был в форме героя. Накаченный, высокий. Такой, каким его желают видеть все. А девушки — в особенности. — В семье Тодороки не может быть тёплого круга. Он либо сожжёт тебя, либо заморозит. Но Вам, наверное, не понять. Он на секунду замер, а затем перевёл тему. — И ты даже не удивишься тому, что рядом с тобой герой? Шото пожала плечами, скупо и сухо улыбнувшись. — Привыкла.