Лестница в последствия

Шото смотрит в белый потолок. Он её нервирует. Как и чёртово пиканье аппаратов. — Я устала, — она шепчет это сквозь кислородную маску, закрывая покрасневшие от слёз глаза. Айзава молчит, смотрит на ученицу с жалостью, и девушка кривится, нутром чувствуя этот взгляд. Противно. — Я не бродячая псина, чтобы смотреть на меня.. так, — голос дрожит, и, кажется, Мидороки близка к новой волне слёз. Шота аккуратно гладит её по спутанным двуцветным волосам, искренне привязавшись к этому маленькому кинутому всеми ребёнку за столь короткий срок. Не только к ней — ко всему классу. Они.. походят на его бывших одноклассников. Все. — Мне так больно, Айзава-сан.. К ней никто, кроме близких ей учителей и Мидории-сан, не приходит. Ни одноклассники, ни друзья. Шинсо затерялся где-то в учёбе, мать штудирует его и не даёт выбраться. Просто.. женщина понимает, что ему нельзя знать о Шото и об этой новости — распереживается. Сильно. — Держись, малышка. Мы все верим в тебя, — Айзава полностью восстановился за три месяца лежания в палате, а вот Шото.. Шото не восстановилась. Очнулась она только пару недель назад, выйдя из комы. Все думали, что не выживет.. Выжила. Смогла. Потому что она — сильная девочка, и в неё верят все. — И мы всегда будем с тобой, — они замолкли, потому что Мидороки собиралась разрыдаться, но тяжёлым движением руки попросила его ничего не говорить. И так больно. — Я бы хотела видеть Изуку.. — хрипло прошептала, поднимая взгляд гетерохромных глаз на Айзаву. Он же, наоборот, опустил глаза в пол. Такой.. сложный взор недетских глаз. Грустно, что им приходится взрослеть так рано. — Я ему передам. Спи, тебе нужно набраться сил, ученица, — мужчина проводит по макушке рукой, будто прощаясь навсегда. Он уходит, захлопывая дверь; Шото не сдерживается — начинает пускать слёзы сквозь маску, делаю слишком сильные вздохи и причиняя себе боль. Аппараты взбесились, заорав, и к ней подскочили врачи. Как же.. как же хотелось сдохнуть