Это вам не игрушки!

Через несколько дней после встречи Гарри и Драко в Выручай-комнате Джинни, заметившая их перемигивания, не выдержала и вызвала Малфоя на разговор. – Драко, я хочу знать, в силе еще наш уговор или ты поменял свои планы? – по большому счету Малфой уже передал ей достаточный запас зелья, и Джинни могла сама попытаться добиться Поттера, но что-то ее все же настораживало в изменившейся ситуации. – Не волнуйся, никто планы не менял. Мне по-прежнему нужна твоя помощь. Драко не собирался рассказывать ей, что обряд, который он должен будет несколько раз провести с Поттером для Темного Лорда, можно осуществить лишь с кровным родственником или мужем, на крайний случай – с женихом после магической помолвки. Вступать в такие отношения с Гарри Малфой не собирался, чтобы не заработать нежелательный подарок своему роду от Магии. Однако кровное разрешение невесты на сексуальные связи с ее женихом практически уравнивало Драко с ней в правах относительно Поттера на период до заключения брака, а следовательно, позволяло выполнить приказ Темного Лорда без риска для своей семьи. Такое разрешение зачастую давалось невестами, которые оказывались в тягости и не хотели навредить своему будущему ребенку. Дело в том, что в период между помолвкой и до заключения магического брака помолвленные Магией не могли вступать в интимные отношения с другими партнерами. Такое ограничение налагалось лишь на разнополые пары. Нарушение этого закона грозило резким магическим истощением с частичной потерей потенциала. Магия заботилась о том, чтобы мужчины ненароком не связали себя узами обязательства вступить в брак во второй раз, подгуляв где-то на стороне. Но колдуны и здесь отыскали выход. Небольшой ритуал позволял мужчине уклоняться от столь строгого «сексуального меню», тогда как женщине, призванной выносить наследника, такого шанса не давалось. Конечно же, существовали и другие способы освободиться от тотального контроля Магии интимных игр помолвленного мужчины, но они были далеко не так безобидны, как кровное разрешение невесты. – Но ты же не станешь отрицать, что уже переспал с Гарри? – Джинни ухмыльнулась, однако в ее вопросе чувствовалась напряженность. – Уверяю тебя, то, что мы делали с Поттером, совсем не походило на сон, – в ответ съехидничал Драко. – Ты прекрасно понял, что я имела в виду. Ну и как? Он стоит того, чтобы я вышла за него замуж? – Он до отвратительности хорош! Все, больше ни о чем не спрашивай! И не вздумай кому-либо брякнуть об этом! Продолжай регулярно подливать ему зелье, если по-прежнему хочешь стать миссис Поттер, – Малфой скользнул рукой вниз по животу Джинни и прижал ладонь к ее лону, слегка пошевеливая пальцами. – С ума сошел? Вокруг люди! – зашипела Джинни, отступив на полшага к стене в небольшой нише неподалеку от спален слизеринцев, где они разговаривали. – Береги свою девственность, она подарит тебе мужа, – еле слышно сказал Драко, убирая руку и заставляя возбужденную Джинни сразу же пожалеть об этом. – Долго же еще ждать… – Зато зелье не повлияет на магическую привязку, когда он, очарованный твоими прекрасными глазками, своим членом прорвет твою девственную плеву, – на ухо прошептал Драко, насмешливо хмыкнув. – Через полгода после первого приема зелья, который, если мне не изменяет память, ты, по твоим же словам, закрепила, заставив его возбудиться, когда продемонстрировала ему свои трусики прямо в Большом зале, можно будет перейти к активным действиям по соблазнению, – про себя же Драко подумал еще и о представлении, устроенном им Поттеру сразу после того случая. Драко тогда специально назначил свидание Джинни на новом месте, догадавшись, что Поттер побежит удовлетворять свою потребность в разрядке, подглядывая из окна за любовными играми. – Это будет в апреле. Поможешь его завлечь? – Обязательно, моя прелесть. А теперь беги, пока Гарри не начал меня ревновать к тебе или тебя ко мне, – легонько шлепнув Джинни по попе, он вытолкнул ее из ниши, намереваясь еще немного постоять там. Разговор о Поттере заставил его возбудиться. Следовало поймать кого-нибудь из своих «доноров» и отправиться с ним в комнату для развлечений, чтобы сбросить сексуальное напряжение, такое вредное для молодого магического ядра.

***

На зимних каникулах Драко снова был с Марволо. Новость о том, что ему для налаживания отношений пришлось подставить зад Поттеру, Темный Лорд воспринял не просто спокойно, а даже с энтузиазмом, особенно когда узнал о высокой степени совместимости магического фона Драко и Гарри. – Это же отлично! Просто замечательнейшая новость! Драко, тебе будет гораздо легче справиться с передачей его магии мне. Скорее всего, при таком раскладе тебе понадобится намного меньше времени для максимального опустошения его потенциала. Да и потери при передаче должны сократиться хотя бы на пару-тройку процентов, – Волдеморт продолжал размеренно двигать бедрами, проникая членом в анус Драко, вставив туда еще и палец, для того чтобы усилить давление. – Ты же не передумал мне помогать? Или прекрасный вкус его магии свел тебя с ума? Его член лучше моего танцует в твоей дырке? А? – Нет, Марволо. Я не передумал помогать тебе. Оу-у!.. Ох!.. Быстрее!.. – Драко стоял на четвереньках прямо посреди зала заседаний, правда, всех своих соратников Темный Лорд выгнал и запечатал дверь несколькими надежными заклинаниями, чтобы никто не смущал его молодого любовника. Малфой-младший пользовался у него особыми привилегиями. Это кого-либо другого можно было в наказание или ради поощрения разложить на столе прямо под взглядами посторонних, но Драко заслуживал более чуткого отношения. – Ты не ответил – тебе было хорошо с членом Поттера в заднице? – разговор немного отвлекал от процесса соития, позволяя оттянуть момент оргазма. Темный Лорд читал Драко как раскрытую книгу, поэтому хитрить или обманывать было смертельно опасно. – Хорошо… – задыхаясь от удовольствия, признался Драко. – Он отсасывал тебе? Он глотал твою сперму или сплевывал ее? Он разрешал тебе играть с его членом? Рассказывай, все рассказывай! Я хочу услышать, что он с тобой делал! – Темный Лорд увеличил амплитуду размаха и теперь с громкими шлепками вбивался в тело Драко. Малфой покорно рассказал обо всем, чем они с Поттером занимались во время встреч, получив одобрение каждому своему действию.

***

Казалось, Драко открыл для Гарри мир новых ощущений. Через месяц уже ни для кого не было секретом, что Поттер начал свой Поиск. Об этом не говорили вслух, об этом даже почти не шептались, чтобы не навлечь на себя немилость Гарри (его почему-то многие втайне побаивались), об этом лишь обменивались понимающими взглядами. Особенно довольными в таких случаях выглядели те, кому посчастливилось разделить с Поттером восторг очередного оргазма. Девушки, которые были не прочь лечь под известного на весь магический мир Избранного, только разочарованно вздыхали, убедившись, что Гарри занимался сексом исключительно с парнями. Довольно скоро Поттер заметил, что после очередной встречи с Драко, он, несмотря на бушующие гормоны, несколько дней не имел никакого желания встречаться еще с кем-либо, настолько сильными были эмоциональные всплески при соитии именно с ним. Все же такого ослепительного удовольствия он больше ни с кем не получал. С другими было приятно, временами – очень приятно, но близость не заставляла его кричать от восторга, как это случалось при сексе с Драко. Однако все его партнеры оставались более чем довольными, после того как член Гарри хорошенько их приласкает. Его магическая сила заставляла их пьянеть во время оргазма даже при полном отсутствии совместимости. Где-то ближе к марту Гарри сдался и впервые уступил активную позицию своему партнеру – парню из Рейвенкло, тому самому, которого когда-то видел с Джинни из своего окна. Теперь сеансы «киношки» Гарри вспоминал с улыбкой. Когда он активно подключился к Поиску, у него отпала необходимость наблюдать за интимными играми других людей и мастурбировать в одиночестве. Гарри заметил, что в последние несколько месяцев его магический потенциал увеличился, особенно существенный прилив сил он отмечал после очередной встречи с Малфоем в Выручай-комнате. Устав немного от ведущей роли во время сексуальных забав, Гарри стал все чаще позволять своим партнерам баловать его анус своим вниманием. Не зря когда-то Алекс ему сказал, что у него получалось так подставить свой зад, что создавалось впечатление, будто это он своей дыркой трахал член, а не наоборот. То же самое происходило и сейчас. В какой бы роли Поттер ни выступал – он всегда оставался главным в паре, и это отлично чувствовали и осознавали его партнеры. Только Малфой оставался единственным, кто так и не получил допуска к его заднице. Гарри нравилось вонзаться между его белых ягодиц, и он не намерен был сдавать своих позиций.

***

Джинни становилась все незаменимее, ее постоянное присутствие за обеденным столом рядом с Поттером уже давно никого не удивляло. Его заинтересованность исключительно парнями не давала повода подозревать ее в чем-либо предосудительном. Только вот сам Гарри все чаще ловил себя на мысли, что хочет увидеть Джинни без одежды и дотронуться до ее груди, погладить завитки волос у ее лона, нырнуть пальцем внутрь, доставляя ей радость своими действиями. Ему все чаще снились жаркие, полные страсти сны с ее участием, но утром они развеивались, словно туман под лучами солнца, оставляя в душе лишь тянущее чувство неудовлетворенности. Такое положение дел настойчиво подталкивало Гарри к выводу, что следовало срочно изыскать возможность заняться сексом с кем-либо из девушек под руководством опытного ловеласа. Своими сомнениями в способности удовлетворить интимные потребности женщины он поделился с Драко, и тот с энтузиазмом взялся за исправление положения, заверив, что в этом нет ничего сложного. – Завтра я приглашу Эмму на прогулку втроем. Будь готов к уроку сексуального воспитания, – уверенно заявил он абсолютно серьезным тоном. – Кто такая Эмма? Я не помню… – Какая тебе разница? Она с Хаффлпаффа. Доступна в любое время суток, лишь бы у тебя в штанах имелся член, – пренебрежение, прозвучавшее в голосе Драко, немного удивило Гарри, который считал, что во время Поиска все были более чем доступны. Однако заострять внимание на вопросе он не стал, радуясь, что его проблема недостаточного опыта скоро разрешится. На следующий день Драко привел Гарри и Эмму в уютный уголок подальше от школьного двора и от той полянки, за которой когда-то Поттер следил из окна. Гарри, рассмотрев обнаруженный там удобный плоский камень, покрытый толстым слоем мха, мысленно сравнил его с подобием ложа или алтаря, что вызвало у него легкую усмешку. Драко наколдовал коврик, для того чтобы Эмма могла удобно лечь и предоставить им возможность подарить ей двойное блаженство. Он ничего не объяснял вслух, чтобы их подружка не догадалась, что Поттер не разбирался в способах удовлетворения женского тела, зато не скупился на демонстрацию, давая возможность повторять за ним. Он даже предложил Гарри первым взять Эмму, а сам наблюдал, как его член полностью исчезает, проникая в лоно подготовленной ласками девушки. Когда Поттер уверился в своих способностях удовлетворить запросы дамы и был достаточно распален, чтобы перейти к финальной стадии совокупления, Драко пережал его член у основания и жестом заставил уступить ему место. Сначала Гарри немного растерялся и не понял, что задумал его «учитель», и только когда тот, войдя в Эмму, наклонился так, что его открывшийся взору анус превратился в отличную мишень, все встало на свои места. Не раздумывая, Гарри толкнулся членом в Драко и задал общий темп для соития. Лишь позже Малфой признался, что не хотел потерять возможность получить оргазм вместе с Гарри. Пройдя эти своеобразные курсы, Поттер несколько раз сходил на свидания с девчонками и пришел к выводу, что женское лоно не давало ему того удовольствия, что он получал, входя в анус партнера. Почему-то мысль заняться анальным сексом с девушкой ему не приходила на ум, несмотря на то, что раньше он неоднократно наблюдал из своего окна, как именно таким образом парни проникали в тела своих подружек.

***

И все же мысли о Джинни не давали Поттеру покоя. Однажды, заметив, что она вышла из Большого зала следом за Драко, перед этим выразительно переглянувшись с ним, Гарри заподозрил, что они отправились на свидание. Он с осени ни разу не ходил подглядывать через окно, но сейчас ему неудержимо захотелось убедиться в правильности своей догадки. Добравшись до заброшенного коридора, Поттер, как и раньше, надел мантию-невидимку перед тем, как подойти к окну. Драко и Джинни были там, внизу на полянке. Какое-то странное чувство зародилось в душе Поттера, что-то смутное и неприятное поднялось из ее глубины – ему не нравилось, что Джинни разлеглась, разбросав ноги в стороны, а Драко возил пальцами у входа в ее лоно и готовил свой член для того, чтобы доставить партнерше удовольствие. Поттеру казалось, что только он имеет на это право, хотя и сам не понимал, откуда у него брались такие мысли собственника. Подобного с ним раньше никогда не случалось. Он еще ни разу не встречался с Джинни в рамках Поиска и не знал уровня их совместимости, но уже страстно желал, чтобы она принадлежала ему одному. Драко тем временем забросил ноги Джинни себе на плечи и начал толкаться в нее. Расположились они так, что Гарри видел лишь ягодицы и спину Драко, маленькие стопы Джинни, да ее лицо над плечом партнера, благодаря перспективе. В этот раз картина не вызвала у Поттера возбуждения, как осенью, лишь сильное раздражение и жгучую злость на Малфоя. Не понимая своих чувств, Гарри сбежал от окна и отправился в гостиную, не дожидаясь, когда парочка за окном прекратит свои игры, достигнув кульминации соития.

***

Через пару недель все повторилось почти в точности, как и перед этим. Драко и Джинни ушли вместе, а Гарри снова не смог отказать себе в возможности понаблюдать за ними из окна. Как и в прошлый раз, Драко очень основательно ласкал истекавший соками вход в лоно, заставляя Джинни метаться от избытка ощущений на наколдованном подобии кровати, но, переходя к активным действиям, снова выбрал неудобное для подглядывавшего Поттера положение, и сам процесс проникновения был тому недоступен для рассматривания. Однако это не очень расстраивало Гарри, его больше раздражал сам факт того, что Джинни любезничала с ним, строила глазки ему, Гарри, а заниматься сексом ходила с Малфоем. Ее прикосновения в последнее время, казалось, были сильнее самого качественного афродизиака, взгляды заводили быстрее, чем вид обнаженного Драко, и это при том, что Гарри по-прежнему не очень нравились сексуальные контакты с девушками. А тут еще и Малфой дважды подряд отказался встретиться, якобы из-за ранее назначенного свидания с кем-то другим. Все это вводило в состояние крайней неудовлетворенности, которая начала влиять даже на учебу (за последние годы Поттер стал если и не круглым отличником, то уж и в середняках он точно уже не значился). Теперь даже встречи с самыми лучшими и умелыми из его партнеров перестали приносить удовольствие, оргазм казался блеклым и словно безвкусным, обыденным и даже немного неприятным. Промаявшись так еще две недели, Поттер, несмотря на порой появлявшееся смутное чувство неправильности происходившего, во время очередного воскресного обеда в Большом зале пригласил Джинни Уизли на свидание. Казалось, она очень удивилась его предложению провести время вместе и получше узнать друг друга в интимном плане, но отказываться не стала. Даже Рон, заметивший их явно не обычное перешептывание, сделал вид, будто его это не касалось. Гарри, рассчитывавший, что, стоит ему договориться с Джинни о встрече в рамках Поиска, напряжение тут же его отпустит, был глубоко разочарован реальностью, потому что все оказалось абсолютно наоборот. Ощущение недовольства всеми вокруг принялось расти с бешеной скоростью, раздражение с трудом удавалось сдерживать, а нетерпение захлестывало с неимоверной силой. Поттер до красных кругов перед глазами жаждал схватить Джинни за руку, сдернуть ее с лавки и прямо сейчас помчаться на территорию высшей школы, где можно было отдаться на волю вышедших из повиновения инстинктов. Хотелось пойти в комнату для свиданий, чтобы заняться сексом в относительном комфорте, да только с наступлением тепла их все заперли, открывая лишь в дождливые дни. Оставался единственный вариант для удовлетворения подсознательного желания – отправиться в Выручай-комнату. Драко просил никому не рассказывать о ней, но Гарри эгоистично решил, что тот сам виноват, раз отказывал ему во встречах. С трудом дождавшись окончания обеда, Поттер, натянуто улыбаясь, повел Джинни к зачарованной нарисованной двери. Идти на улицу, чтобы заняться сексом за стеной кустов, покрытых нежной весенней зеленью, Гарри абсолютно не хотелось.