Это вам не игрушки!

Для проведения ритуала Малфой, Уизли и Поттер собрались в Выручай-комнате. На этот раз она была такой, какой Гарри видел ее уже множество раз – уютная спальня без излишеств, но со всеми удобствами. Лишь вокруг столика, уставленного всем необходимым для малого кровного ритуала, расположились не два, как обычно, а три кресла. – Поттер, ты же понимаешь, что после ритуала мне понадобится секс? Раз уж ты не захотел, чтобы еще кто-либо знал о вашей помолвке, то… – Ты так жаждешь меня поиметь, Малфой? – Гарри скабрезно ухмыльнулся. Он, несмотря на всю серьезность произошедшего с ним, как ни странно, чувствовал какую-то лихую бесшабашность, словно что-то намеренно не позволяло ему остановиться и основательно задуматься над ситуацией. – Если Джинни не будет против, то я так уж и быть, отдамся тебе с удовольствием, чтобы ты не бегал и не искал, с кем бы сбросить сексуальную энергию, призванную кровными чарами. – Ребята, может, прекратите? – Джинни засопела. – Ваши разговоры меня возбуждают. Узы помолвки, знаете ли, не дают расслабляться. А мне еще ритуал проводить. – Так ведь простой совсем, – отмахнулся Драко. – Начинай, – он пододвинул к Джинни мраморную чашу и костяной нож, а затем протянул свою руку. Ритуал занял минут десять – не больше. Кровь Драко, девственная кровь Джинни со спермой Гарри, предусмотрительно собранные заранее, смешались на дне чаши. Джинни, подглядывая в шпаргалку, прочла длинный и малопонятный наговор, после чего субстанция в чаше начала переливаться алыми всполохами, словно горела изнутри. Безбоязненно макнув палец в это сияющее нечто, Джинни на руке Драко вывела руну Оз, как смутно помнил Гарри по прочитанному в фолианте, который ему давал Драко. Руна согласия и примирения, выписанная красным на бледной руке Малфоя, смотрелась даже красиво, но буквально через несколько секунд она впиталась в его кожу, оставив после себя лишь слабый поблескивающий след, словно от очень жирного крема. – Все, Потти, невеста тебя продала мне, – игриво засмеялся Драко. – Смотри – договоришься. Придется бежать за сексом к кому-нибудь еще, – слегка напряженно усмехнулся Гарри. Он впервые присутствовал при проведении кровного ритуала. Было и интересно, и немного непривычно, особенно если вспомнить о том, что подобное вроде бы было запрещено Министерством. Но в свете открывшихся новых знаний Поттер понимал, что все не так просто и однозначно в магическом мире, как ему представлялось раньше. Та же Джинни гораздо лучше его ориентировалась в хитросплетениях законов и обычаев. – О чем задумался? Поторопись, а то меня сейчас разорвет от неудовлетворенности, – Драко быстрым шагом направился к кровати, на ходу сбрасывая мантию. – Но Джинни… – Поттер растерянно перевел взгляд с Драко на свою невесту, которая, казалось, и не собиралась никуда уходить. – А что тебе Джинни? Ты что стесняешься будущей жены. Прекрати и иди сюда, – Малфой успел уже полностью разоблачиться и стоял, соблазняя совершенными формами своего обнаженного тела с гордо поднявшимся членом, который в предвкушении даже слегка подрагивал. Еще раз взглянув на свою невесту, словно ожидая от нее разрешения, и увидев, как она, снисходительно улыбнувшись, решила все-таки отвернуться, чтобы создать для него некоторую видимость уединения, Поттер последовал за Драко к кровати. На удивление, раздеться Гарри удалось быстро. Он не путался в рукавах мантии, не отрывал нервно пуговицы на рубашке, и молния на брюках открылась с первого раза. Драко был нетерпелив, но не груб. Он сразу же поставил Поттера в коленно-локтевую позу, прошелся руками по его бедрам, по спине, по бокам, слегка прикоснулся к члену, дразня и возбуждая. Затем в ход пошел лубрикант, щедро налитый им между ягодиц Гарри. Рука Драко заскользила по заднице, о которой он мечтал, кажется, с того самого момента когда понял, что такое секс и как им нужно заниматься. Он ввел палец в анус, так призывно выставленный Поттером напоказ. Мысль о том, что совсем скоро там будет его член, заставляла Драко вздрагивать от нетерпения. Подготовка заняла совсем немного времени благодаря тому, что Поттер все же не отказывался в последнее время подставляться некоторым партнерам по Поиску. – Потти… – не удержался Драко, медленно входя в вожделенную глубину. – Да еби уже, сил нет ждать, – Поттер по привычке подхлестнул Малфоя скабрезностью, совсем забыв, что в комнате сидит его будущая жена. Ему было не до Джинни, когда в него проникал самый желанный, пожалуй, из всех известных ему членов. Драко с упоением вбивался в тело Гарри, размашисто входя на всю длину своего немаленького органа. Сейчас он сбрасывал напряжение, которое возникло в результате проведенного ритуала, полностью отдаваясь процессу и с удовольствием нанизывая Поттера на свой член, резко притягивая того за бедра к своему паху. Скоро такой свободы действий у него не будет. Придется начинать исполнение воли Темного Лорда. Поэтому Драко пытался получить от этого соития как можно больше доступного ему удовольствия. В какой-то момент ему показалось, что он слишком легко скользит в анусе Гарри, и он попробовал осторожно ввести туда еще и палец, усиливая давление на свой член. Поттеру явно понравилась его инициатива, потому что он довольно застонал. Тогда Драко принялся активнее воплощать свою идею, стараясь не сбиться с ритма. Это оказалось сложнее, в тугой дырке каждый миллиметр приходилось просто-таки отвоевывать у плотно сомкнутых мышц. Но скользкий гель и упорство Драко все же достигли своей цели. Поттер вспомнил свой последний секс с Джинни, когда он ввел ей в анус пальцы и представлял, как туда можно было бы плотно вставить член. Драко словно читал его мысли и воплощал в реальность фантазии Гарри. Первым достиг оргазма Драко. Вид на покрасневший растраханный вход не смог оставить его равнодушным. Стоило ему только застонать и, замерев на мгновение, с непроизвольной дрожью сбросить напряжение, выстреливая внутри горячей спермой, как и Гарри последовал за ним, так ни разу за весь процесс и не прикоснувшись к своему члену рукой. Через несколько секунд они, часто дыша, лежали рядом на кровати, приходя в себя. Гарри бездумно скользил взглядом по комнате, пока не наткнулся на горевший возбуждением взор своей невесты. Джинни пристально уставилась на них, устроившись на кресле, в котором раньше сидел Драко – оно стояло ближе, и с него было лучше видно все происходившее на постели. На ее лице отчетливо читалось желание присоединиться к ним. Гарри покраснел и отвел глаза в сторону, решив не зацикливаться на этом. – Драко, и долго ты будешь там валяться? – в голосе Джинни явственно проступили нотки нетерпения. – Я подвинусь на край и не буду вам мешать, – нагло усмехаясь, заявил Драко, тем не менее поднимаясь с кровати и направляясь в душевую. Джинни не стала дожидаться, когда он полностью соберется и покинет Выручай-комнату. Сбросив мантию на кресло, она, не отрывая глаз от Гарри, все так и лежавшего на постели, начала расстегивать блузку. Джинни помнила, как в прошлый раз ему понравилось зарываться лицом в ложбинку между ее сочных грудей. Когда Драко, освежившись в душе, вышел в комнату, то застал Джинни полностью раздетой и влезавшей на кровать. Он непроизвольно презрительно скривился, резко отворачиваясь и надеясь, что Поттер не заметил его гримасы. Ему, конечно, было понятно отсутствие стеснения у Джинни, с которой он не один раз занимался сексом, но должно же быть хоть что-то святое для помолвленной женщины! Драко, воспитанный в традициях древних магических семей, все же разделял секс в рамках Поиска и секс, так сказать, семейный. Он считал, что женщина, определившаяся с браком, должна посвятить себя семье. Для нее интимные отношения на стороне практически неприемлемы. И если замужняя женщина позволяла себе такое (мало ли как сложились обстоятельства), то это не стоило выставлять напоказ. Собственно, как и похождения мужчины, состоявшего в браке, не должны становиться предметом обсуждения в обществе. Поэтому поведение Джинни, бесстыдно раздевшейся и ластившейся к будущему мужу в присутствии бывшего любовника, не вызывало у Драко и грана уважения. Он считал, что она не должна была наблюдать за ним с Поттером, да и прошлые ее намеки на секс втроем после заключения брачного союза тоже не одобрялись Драко, хотя вслух он этого и не сказал. «Что с них взять? – думал он. – Один не имеет ни малейшего понятия о магии секса и принятых правилах этикета при Поиске, а вторая – Предательница крови». Однако презрение не мешало Драко получать из всего выгоду. Он оделся и, насмешливо улюлюкнув на прощание, оставил помолвленных одних. Стоило Джинни дотронуться до Гарри, как его посторгазменную истому, всегда очень сильно расслаблявшую после секса с Драко, как рукой сняло. Желание снова поднималось из самых глубин его естества, густое, как патока, и такое же сладкое. Гарри ни с кем не было настолько хорошо, как с Джинни: до головокружения, до умопомрачения, до забытья. Что бы там Малфой ни рассказывал про семью Уизли, такое идеальное совпадение их с Джинни магии было даром небес. И терять все это Гарри не собирался. Он легко смирился с мыслью, что летом станет женатым мужчиной. Джинни, зная, что в ее распоряжении максимум три-четыре недели для того, чтобы по-настоящему привязать к себе Поттера чувствами, готова была хоть целыми днями его ублажать. Она отлично понимала, что стоит приворотному зелью значительно снизить свою концентрацию в его крови, как он перестанет так радужно представлять их совместное будущее и обязательно вспомнит, что они еще студенты высшей школы. А если она еще и забеременеет… Джинни старалась не думать о том, что, возможно, ей придется оставить учебу и они с Поттером не смогут часто видеться. Она отбросила все мысли и, соблазнительно улыбнувшись, наклонилась над пахом Гарри, вбирая в рот его член, чтобы доставить своему жениху как можно больше удовольствия и заставить его мечтать об их браке и долгой счастливой семейной жизни.

***

Если не считать регулярного ослепительного секса с будущей женой и умелым любовником да сопутствовавшего этому постоянного легкого недомогания, жизнь Поттера ничем не изменилась. В Большом зале Джинни, как и раньше, садилась рядом с ним. Занятия тоже шли своим чередом. Хотя теперь Гарри купался в душевой факультета лишь тогда, когда там никто не плескался. Но это не привлекло внимания остальных ребят, он и раньше не очень жаловал коллективную помывку. Сейчас же это было вызвано нежеланием Гарри раньше времени демонстрировать кому-либо знак своего нового статуса помолвленного, ведь на его левом предплечье красовалось широкое плетение оков – красивое, замысловатое, словно сиявшее золотом. Не прошло и недели, как Драко, покачав головой, категорично заявил: – Она тебя прикончит еще до свадьбы. Поттер, не лазил бы ты к ней под юбку трижды в день. Так даже наша совместимость не поможет тебе восстанавливать магическую силу в достаточной мере. Экзамены же на носу. – Но я не могу… – Гарри умолк на полуслове. Ему нечего было сказать в ответ на резонное замечание. Не признаваться же, что он просто голову терял, стоило только Джинни к нему прикоснуться. Она так умело сосала и облизывала, что только от одного воспоминания об этом он готов был мчаться разыскивать ее, чтобы утащить в укромное место, где можно без помех заняться сексом. – Ладно, я постараюсь что-нибудь придумать. После ужина встречаемся в Выручай-комнате, – заботливо-деловой тон удался Драко на славу. Что ж, он почти не соврал Поттеру. Он действительно кое-что придумал. Вернее, придумал Темный Лорд, только вот Гарри об этом знать не положено.

***

Три месяца назад

В кабинете директора Хогвартса царил полумрак. Альбус Дамблдор, несмотря на всеобщее мнение, не любил шум, яркий свет, пеструю одежду и терпеть не мог шутов и дурачков. Но он сам когда-то выбрал такую линию поведения для себя, чтобы спрятаться среди толпы, затеряться и не привлекать внимания к своей роли в борьбе за новые порядки для магического мира. – Северус, ты зря волнуешься. Вот посмотришь, все будет хорошо. – Альбус, но нельзя пускать это на самотек! Поттер начал свой Поиск еще где-то в октябре. Я прекрасно понимаю – он не должен выделяться. Все волшебники проходят через подобное. Кто-то даже возлагает большие надежды на этот период своей жизни, мечтая стать непревзойденно сильным магом. Однако Поттеру это ни к чему! Он ведь находится под сдерживающими чарами. А вдруг произойдет срыв наших заклинаний? Да от Запретного леса и его окрестностей ничего не останется! Я уже не говорю о сотнях жертв. Ему нужно рассказать. Поттер – не желторотый птенчик уже, так что выдержит правду. Зато будет осторожнее в своих изысканиях в области чужих задниц, – Северус Снейп – декан Слизерина, профессор зельеварения и по совместительству близкий друг директора Хогвартса Альбуса Дамблдора – удобно расположился в кресле напротив собеседника. Его голос был полон убежденности в собственной правоте. – Я не заметил, чтобы Гарри так уж сильно увлекался Поиском. Он не очень часто… – Да откуда тебе это известно? – в глазах Северуса засветилась откровенная насмешка, уж он-то был в курсе разыгравшегося аппетита Поттера, хотя и не спешил признаваться в этом. – Не собираешься же ты за ним ходить тенью, чтобы выяснить, сколько у него любовников? Хватит того, что я видел его с Малфоем. Ты представляешь? С Малфоем! Да они с первого курса не могли пройти мимо друг друга, чтобы не поцапаться… – Пора Поиска примиряет всех. Тебе ли этого не знать? Вспомни себя в его возрасте. То-то же! Северус, у нас еще есть время. Зачем рассказывать Гарри о том, что скоро уже не будет иметь значения? Ты же знаешь это, – Дамблдор говорил в своей привычной добродушной, но бескомпромиссной манере. Только у него получалось так – мягко и жестко одновременно. – Но до двадцати Поттеру еще долго, – все же с сомнением проговорил Снейп, качая головой. – Северус, да что может случиться? Ну расслабится Гарри, так на то и молодость дана. Можно подумать, ты не ходишь регулярно в Лютный. Даже я не забываю побаловать свое старое тело. Что уж говорить о Гарри. К тому же, судя по тому, что мне удалось заметить, он встречается исключительно с парнями. – Альбус, меня не нужно уговаривать. Поттер – твоя головная боль. Я только помогаю тебе по мере своих сил. Мое дело предупредить тебя и высказать свое субъективное мнение, а ты уж как-то сам принимай решение. Я все равно не собираюсь с ним разговаривать. Я – не Малфой, так что отношение Поттера ко мне не изменилось, – ехидно фыркнув, Снейп поднялся из кресла. – Мне пора. Минут через двадцать кроветворное зелье потребует моего пристального внимания. Дамблдор проводил Снейпа теплым взглядом до самых дверей. Несмотря на несносный характер, Северус был надежным соратником и преданным другом. Он сам пришел восемнадцать лет назад к Альбусу и предложил свои услуги знатока темных искусств, не прося ничего взамен. С тех пор его помощь была нужна несчетное число раз, и Северус никогда не отказывал. Ругался, плевался, хамил и язвил, но всегда подставлял свое надежное плечо. Все же иметь среди соратников опытного темного колдуна, тем более с такой внушительной магической силой, как у Северуса, было огромной удачей.