Это вам не игрушки!

Снейп окинул Поттера хмурым взглядом. Жалость не входила в число его добродетелей, ибо он не был поборником снисходительности к глупцам, как Альбус. Состраданию же Северус старался не поддаваться, считая, что каждый сам отвечает за свою судьбу. Однако в отношении Поттера все его жизненные установки почему-то не срабатывали. Гарри, невзирая ни на что, хотелось защитить от несправедливости, в которую он вляпался по собственной глупости и из-за недосмотра тех, кто обязан был проинформировать его о некоторых особенностях Поиска. Это раздражало и закономерно вызывало прилив негодования, обычно выплескивавшийся в язвительных и злых словах. – Поттер, прекратите! В том, что сейчас происходит, вы виновны не меньше Темного Лорда. Нужно было думать головой! Той, которая у вас на плечах! – Северус в несколько быстрых шагов приблизился к Гарри и, схватив за плечо, резко поднял на ноги. Поттер не сопротивлялся, но в его глазах зажглись искры возмущения и негодования. – Нечего было считать себя исключительно умным, притворяясь, что у вас все просто зашибись. Вам нравилось скрывать свою затянувшуюся депрессию? Вы же знали, что можете обратиться за помощью к мадам Помфри или пойти поговорить с Альбусом – он никогда не отказывал вам в добром совете. Но вы гордо прятались в своей скорлупе недопонятого всеми героя. И не говорите, будто не понимали, что с вами происходит. Вот теперь и расхлебывайте результаты своего упрямства! Северус подтащил недовольно сопевшего, но уже, слава Мерлину, не рыдавшего Гарри под лейку душа и включил воду, магией сразу же настроив, чтобы она была прохладной, но не ледяной. Поттер дернулся, на что Северус только насмешливо фыркнул, продолжая цепко удерживать того за плечо и не обращая внимания, что вода попадает и на его мантию. – Откуда я мог знать, что есть какие-то ограничения для Поиска?! Да они все трахались без разбору! – захлебываясь водой, возмутился Гарри. – И с чем я должен был идти к Дамблдору? С тем, что мои друзья меня бросили? Так об этом все знали! И ваш директор тоже! – Не орите! – гаркнул Северус, продолжая удерживать Гарри под водой, которая теперь была на несколько градусов теплее, чем в самом начале – в планы не входило довести Поттера до простуды. – Трахались без разбора только магглорожденные, потому что им это было в кайф, – Северус специально использовал словечки из молодежного сленга, чтобы достучаться до Поттера, – и идиоты, которым все пофиг, потому что им просто нравилось трахаться! Такие, как Эмма, на которой вас Малфой обучал, как обращаться с «дамами», – ядовитость фразы била наивысшие рекорды. – А вы все очень тщательно изучили в моем сознании, – злобно огрызнулся Гарри. – Мне это не доставило ни малейшего удовольствия, тем более если учитывать, что мне тоже теперь приходится использовать вашу задницу, – пальцы Северуса яростно сжались на плечах Поттера. – Так не ебите меня! Бросьте, раз вам так противно! – Гарри снова дернулся в руках Северуса, но даже когда тот отступил на пару шагов, освободив от своей крепкой хватки, он все равно не вышел из-под струй воды, ставших столь комфортной температуры, что хотелось оставаться под ними вечно, испытывая неосознанное чувство защиты от враждебного мира. – Не все так просто, неужели вы так до сих пор и не поняли? – Снейп остался доволен собой – Поттер перестал себя жалеть. Его злость была сейчас предпочтительнее слезам по тому, чего уже нельзя изменить. – Да все предельно просто – оставьте меня в покое! А-а-а… Есть же еще и пророчество. Да? А я вот сдохну и не победю… не побежду… что за напасть! – Гарри из-за своего нервного состояния сбился и не смог правильно подобрать слово. – Не стоит пугать своей преждевременной кончиной, – перебил его Северус, вполне благодушно насмехаясь. – Это ваша жизнь, и вы ей хозяин. Как уничтожить Темного Лорда, мы придумаем и без вашей помощи – не волнуйтесь. Да, нам, возможно, будет сложнее это сделать, я не отрицаю. Но незаменимых людей не бывает, Поттер. А пророчество вполне может относиться и не к вам. Вы не единственный родились на исходе седьмого месяца. Хотя не стану скрывать, до этого времени именно вы лучше всего подходили под определение того, кто сможет справиться с Темным Лордом. И вы теперь прекрасно осведомлены – почему, – Снейп намекал на наличие двух магических ядер, которые могли обеспечить больший потенциал Поттеру. – Зачем тогда вы со мной возитесь? – пыл Гарри немного пропал, пока он слушал откровения Северуса. – А вы не догадываетесь? Мы с Альбусом и Поппи – единственные, кто знает о том, насколько вы незаурядный волшебник. Вы сами по себе являетесь феноменом магического мира! Ваше выживание – приоритетная цель! Но мы ничего не сможем сделать, если вы решите покончить с собой столь приятным способом – будучи до смерти затраханным, отдавая свой потенциал Темному Лорду, – Северус не удержался от язвительности – таков уж был его характер. – Но ведь выхода все равно нет… из-за Джинни, помолвки и тех уз, что возникли после ритуала, проведенного с Драко… – Гарри слегка поостыл. Но его эмоции все еще мотало, словно на качелях – от ярости до отчаяния и обратно. – Однако мы можем попытаться, – Северус взмахом руки выключил воду и призвал полотенце со шкафчика. Заматывая Поттера в белый махровый кусок ткани, он тихо произнес: – Не сдавайся, мой тебе совет. За жизнь нужно бороться даже тогда, когда тебе кажется, что она того не стоит. Поверь мне! – Это из собственного опыта? – Гарри качнулся вперед, пристально всматриваясь в глаза Снейпа. – Можешь и так считать. Одевайся, нам нужно поговорить, – Северус с удивлением заметил, как лицо Гарри моментально покраснело – он, скорее всего, только сейчас осознал, что все это время был без одежды. Оказывается, несмотря на свое весьма распущенное поведение, Поттер оставался стеснительным и способным смущаться собственной наготы. Эта метаморфоза с Гарри так поразила Северуса, что он не удержался и, перед тем как выйти из ванной комнаты, на секунду притянул его к себе и поцеловал в висок.

***

– Как вы себя чувствуете? – задал вопрос Северус, стоило только Гарри выйти из ванной комнаты. Его тон был собранным и серьезным. Он устроился в кресле и жестом руки предложил занять место рядом. – Нормально, – буркнул Гарри, падая на мягкое сиденье кресла. – Разрешите проверить? – Снейп указал на волшебную палочку у себя в руках. – Угу, – кивнул Гарри и постарался расслабиться, чтобы диагностика показала как можно более правдивую картину его физического и магического состояния. По нахмуренному лицу Снейпа он понял, что тому что-то не понравилось. – Что со мной? Все хуже, чем ожидалось? – Да. Хотя я и предполагал, что такое возможно, наблюдая за сегодняшним актом, – Снейп постучал пальцем по пергаменту, на котором он проводил какие-то вычисления перед приходом Гарри, – но найти подтверждение своим расчетам в данном случае не очень приятно. Малфой увеличил количество отбираемого потенциала. – Сколько забрал? – Где-то десять процентов от исходного, если судить по обследованию вас у Поппи в начале учебного года, – Снейп напомнил о том, что колдомедик в первые недели сентября всегда проводила проверку здоровья всех студентов. Состояние магической системы также входило в круг ее интересов. – А разве мой потенциал не увеличился, когда я… – Поттер смущенно замолчал. – Конечно, благодаря своему активному Поиску, – Северус не стал скрывать личного отношения к неразборчивости Гарри в связях, добавив едкости в свой тон, – вы могли немного улучшить показатели своего потенциала, но… Простите, если огорчу, вы от рождения сильнее любого из студентов этой школы, поэтому, кроме удовольствия и последующего прилива сил, как в случае с мистером Малфоем и, возможно, еще с некоторыми другими студентами, вы практически ничего не получали от своих действий. Лишь самую малость, в сравнении с тем, что у вас уже имелось в активе. – Совсем ничего? – Гарри был искренне удивлен. – Но в книге написано, что даже слабые волшебники в период Поиска могут взаимно улучшить показатели друг друга. – Поттер! – Гарри подпрыгнул в своем кресле от внезапного раздраженного окрика. – Сколько вам повторять, что вы не такой, как все! Вы с рождения очень сильный маг! А еще бесконечно тупой, неорганизованный и беспросветно дремучий! Если бы ваш предполагаемый потенциал при рождении был меньше необходимого для того, что пришлось магическому ядру принять во время развоплощения Темного Лорда – вы бы просто погибли! Вы заведомо сильнее двух-трех Малфоев вместе взятых. И это сейчас, до того, как разблокировалось ваше второе ядро! Вступая в связь со столь слабыми относительно вас магами, вы пропорционально получали и исключительно малый прирост собственного потенциала. – Я сильнее вас? – подозрительно глядя на Снейпа, задал вопрос Гарри. Ему сказали раньше, что он сильный маг, но что настолько, он даже не представлял. – Исходный потенциал одного вашего ядра несколько меньше моего, – заносчиво ответил Снейп. – То есть вы сильнее Темного Лорда, раз его потенциал поместился в одном моем магическом ядре? – продолжал делать выводы Гарри. – Скорее, наши с ним потенциалы приблизительно равны, но он сильнее меня, в том смысле, что интересует вас, – признал Северус и предупредил следующий вопрос Гарри: – Поттер, ваш мозг не перегреется от такого усилия? Вы уже путаете магическую силу с потенциалом, а возможности со способностями волшебника. – А разве это не одно и то же? Хотя… Если Малфой ворует мой потенциал, то как получается, что я чувствую себя лучше, если и Джинни тоже отбирает мои силы… Я запутался… – сдался Гарри. Он уткнулся взглядом в свои руки, теребившие низ легкого свитера. Спустя несколько секунд наблюдений Северус заметил, как слезы навернулись на глаза Поттера, тихо признавшего: – Вы правы – я ни в чем не разбираюсь. Зачем мне от рождения было дано то, чему я не знаю цены? Почему никто никогда не пытался мне объяснить… – Те, кто хотел разобраться, сидели в библиотеке, как ваша бывшая подружка Грейнджер. Уж она-то прекрасно ориентируется в основных понятиях, о которых мы сейчас говорим, – заметил Снейп, стараясь не сильно язвить – Поттеру и так было несладко от осознания собственной никчемности. – То-то она теперь ото всех шарахается, – вырвалось у Гарри. – Вас не должны волновать странности мисс Грейнджер, которой, истины ради, не повредило бы вести себя раскованнее. Ее потенциал не столь велик, а хорошей успеваемости она до сих пор достигала лишь благодаря своей отменной памяти. Так что теория ей и в дальнейшем будет даваться без труда, а вот воплотить многие свои знания в колдовство ей станет сложно, – Снейп говорил таким тоном, словно читал лекцию. – Поэтому вы ее и недолюбливали с самого первого курса? Вы цените только сильных магов, – заметил Гарри с небольшой долей обиды в голосе. – Конечно, – не стал отпираться Северус, – я, как и большинство волшебников, ценю магическую силу. Но ваши выводы по поводу моего отношения к студентам в корне неверны. Вы – потенциально очень сильный маг, и я знал об этом еще до того, как вы поступили в Хогвартс. – Но вы все равно… Вы хотели заставить меня взяться за ум, да? Поэтому все время третировали? – спустя пару минут тишины спросил Гарри. – Вроде того, – хмыкнул Снейп. – Но я потерпел поражение. У вас все мои слова вызывали только раздражение, вы неспособны были даже на несколько минут задуматься над тем, что именно я вам говорил. К тому же Альбус всегда настаивал, чтобы я не вмешивался в его методы вашего воспитания. Но он тоже потерпел фиаско, как мы можем убедиться по тому, что вы до сих пор так невежественны, – Снейп наблюдал, как Гарри все ниже и ниже опускает плечи, погружаясь в состояние безнадежности. – Прекратите себя грызть, Поттер. Я получил от Альбуса карт-бланш на свои дальнейшие действия в отношении вас и вашего возможного спасения, – Северус не собирался вселять в Гарри ложную надежду, обещая обязательный успех своих попыток. – Следовательно, именно мне и предстоит объяснить вам то, что вы должны были узнать еще пару-тройку лет назад, если бы хоть немного задумались об окружающем вас мире. И не нужно ссылаться на депрессию – она ведь не мешала вам учиться и притворяться довольным жизнью. – Что вы предлагаете, сэр? – несмотря на вопрос, говоривший о готовности продолжить борьбу за собственную жизнь, голос у Поттера был бесцветный, словно выгоревший на жарком солнце когда-то яркий флажок. – Мне сейчас недосуг рассказывать вам азы устройства магической системы волшебника и пояснять правила Поиска. У меня есть дела поважнее – я отлично расслышал обе ключевые формулы, с помощью которых мистер Малфой творил свое гнусное дело. Я поверхностно знаком с этим колдовством, поэтому мне необходимо освежить в памяти тонкости и рассчитать привязку к артефакту, который использовался. Его я тоже успел весьма сносно рассмотреть и измерить необходимые для дальнейшей работы параметры. Ваша идея с мантией-невидимкой вполне себя оправдала. Но… У нас мало времени, чтобы сделать все вычисления и найти способ для вашего спасения. Еще один сеанс с Малфоем – и вас не сможет спасти даже сам Мерлин. – Потенциал упадет ниже двадцати процентов, – повторил Гарри подслушанные слова Дамблдора. – Да. Именно для вас это граница, за которой ожидает неминуемая смерть. А учитывая аппетит, с которым у вас сегодня отнимали потенциал, можно сделать вывод, что Темный Лорд планирует окончательно опустошить ваше магическое ядро за три, максимум – за четыре сеанса. И будьте уверены, Малфой проведет их в один день, чтобы не рисковать, что вы что-то заподозрите, – предупредил Снейп. – Мне будет так плохо, что даже такой идиот, как я, поймет, что с ним что-то не так… – казалось, Гарри позаимствовал сарказм у Северуса, только звучали его слова исключительно горько. – Весьма самокритично, – хмыкнул Северус, – но вы правы – вам будет слишком плохо, потому что некуда будет вливаться магической силе, порождаемой сексуальным актом с мистером Малфоем. А именно это пока сбивает вас с толку, заставляя считать, будто он вам помогает восстановиться после близости с невестой. – Так что вы все-таки предлагаете, сэр? – повторил свой вопрос Гарри, понимая, что шансов выжить у него осталось совсем мало, и все они в руках угрюмого и желчного Снейпа, который умеет доставлять ему крышесносное удовольствие во время секса. – Я отправляюсь искать ответы на вопросы, которые еще у меня остались по проведению ритуала передачи вашего магического потенциала Темному Лорду. Затем попробую что-нибудь придумать. А вы руками и ногами отбиваетесь от невесты, чтобы выиграть мне время. Потому что, пойдя на сексуальный контакт с мисс Уизли, вам придется обратиться к мистеру Малфою за помощью после него, а… – А это станет моим концом. Да, я это уже очень хорошо понял, профессор Снейп. Простите мою глупость, но мне нужен ответ на мой вопрос – как долго, по-вашему, я могу игнорировать требования уз помолвки, чтобы это не привело к ненужным нам последствиям? – Во как! А умеете, если хотите, умно построить вопрос, – Снейп привычно насмехался. – Вам интересно, сколько дней вы сможете динамить собственную невесту, чтобы не получить наказание от магии? Не знаю. – Как не знаете? – А вот так. Я никогда не был помолвлен, как вы. А все, что касается магии, имеет прямую связь с силой и потенциалом волшебника. Учитывая, что у вас в рабочем ядре осталась приблизительно треть исходного потенциала, можно предположить, что необходимость в обязательном сексе с невестой тоже снизится. Вот и узнаем – будем проверять ваше состояние ежедневно, – Снейп посмотрел на Гарри с интересом ученого, и это оказалось весьма неприятно. – Как я объясню свои частые походы в больничное крыло? – скривившись, как от зубной боли, поинтересовался Гарри. – Нет-нет. У Поппи полно своих забот. Ваше выживание теперь исключительно наше с вами дело. Так что сегодня вы случайно заснули здесь и поэтому возвращались в факультетские апартаменты после вечернего сигнала, который, кстати, прозвучал полчаса назад. А злобный профессор Снейп, решивший проинспектировать высшую школу, поймал вас и был очень недоволен, поэтому назначил неделю отработок. И теперь вам в ближайшем времени предстоит каждый день сразу после ужина отправляться в класс зельеварения и оставаться там почти до отбоя. – Но вы никогда не назначали столько отработок только за… – Вот видите – про мои привычки по назначению отработок вы знаете все. Я отдам вам мантию-невидимку завтра, а сегодня… Выйдете отсюда спустя пять минут после меня. И постарайтесь быть как можно более дерзким, не скупитесь на свою глупость, когда станете спорить со мной в коридоре прямо возле входа в свою гостиную. Наставница вашего факультета обязана услышать наш крик. Ее покои ведь рядом? Никто не должен усомниться в моем праве наказать вас неделей отработок, – Снейп решительно поднялся из кресла, прихватив свои записи со столика, и, ничего более не говоря, направился к двери. – Спасибо, сэр, – бросил ему вслед Гарри. – За что? – Северус оглянулся через плечо у самого выхода, накидывая себе на плечи мантию-невидимку. Он намеревался пройти через несколько коридоров, не привлекая внимания жителей магических портретов, развешенных по стенам после того, как эту древнюю крепость отремонтировали и сделали из нее высшую школу. – За то, что пытаетесь меня спасти. Снейп только кивнул, принимая благодарность, и полностью исчез из поля видимости, набрасывая себе на голову капюшон зачарованной мантии. Дверь открылась, выпуская его в коридор, а Гарри сверился с часами – он не хотел позже выслушивать замечания еще и о своей непунктуальности.