Это вам не игрушки!

Гарри просыпался медленно, словно ему совсем не хотелось выныривать из чудесного сна, где все было таким гармоничным и приятным. Еще не успев открыть глаза, он понял, что лежит не в своей кровати в факультетской спальне, но, судя по ощущениям, и на постель Северуса ложе под ним не походило. Запах лекарственных зелий, наконец обративший на себя внимание, разрешил все сомнения – он был в больничном крыле. Осознание этого заставило попытаться сообразить, что могло привести его во владения мадам Помфри. Когда болезненные воспоминания лавиной хлынули в его сознание, Гарри непроизвольно зажмурился еще сильнее и почувствовал, как под веками стала стремительно скапливаться влага. – Гарри, – тихо с надеждой позвал его Северус, заметивший и скатившиеся из уголков глаз слезы, и судорожно сжатые в кулаки руки на белых простынях. – Гарри, открой глаза. Не подчиниться этому уговаривающему тону было нельзя – Поттер послушно выполнил просьбу и увидел, что Снейп сидел рядом с его кроватью в большом мягком кресле, что давало повод подумать, что он здесь находился давно, раз позаботился о своем удобстве. – Голова болит? – в голосе явно чувствовалась тревога. – Нет. У меня ничего не болит… – хрипло ответил Гарри. – Только горло немного, – уточнил он, поняв, что разговаривать ему некомфортно. – Это поправимо, – Северус выбрал на прикроватном столике нужный фиал и опрокинул его содержимое в стакан с водой, стоявший там же, а затем предложил Гарри попить. – Это снимет боль и утолит жажду, – он приподнялся, чтобы было удобнее помочь Гарри напиться. – Не спеши вскакивать. Пусть организм привыкнет к новому состоянию, – тон по-прежнему был тихим и заботливым. – Ты теперь моя сиделка? – Гарри окинул комнату оценивающим взглядом – она не походила на привычное больничное крыло. – Ты в палате для учителей, – догадавшись о его интересе, пояснил Северус. – А я – не твоя сиделка. Возле тебя и Альбус частенько дежурил, – собственное желание ни на минуту не отходить от Гарри, лежавшего в коме, показалось ему слишком сентиментальным. – Я давно здесь? – сказанное Снейпом дало Гарри понять, что он залежался в гостях у мадам Помфри. – Две недели. Но ты справился самостоятельно, нам не пришлось прибегать к кардинальным мерам, чтобы вывести тебя из комы, – пояснил Северус, облегченно откидываясь на спинку кресла. Наконец-то он мог расслабиться и больше не бояться, что Поттер не выкарабкается после случившегося. – Значит, все кончилось комой, а не моей смертью. Это радует, – нервная улыбка говорила о том, что Гарри не совсем понимает, как должен себя вести. – Ты выжил. Мы верили в тебя, и ты не подвел, – Северус понимал, что его слова кажутся пафосными, но они были искренней правдой. Поттер не подвел и справился не только со своей бедой, но и со своим предназначением. – Что ты помнишь? – Все, – увидев чуть приподнятую бровь Снейпа, предлагавшего уточнить, Гарри ответил: – Помню, что попался на глупости и стал помолвленным с Джинни Уизли. Малфой обманул меня и вместо помощи крал мой магический потенциал. Мы провели ритуал, рассчитанный тобой. Я все помню, по крайней мере, мне кажется, что все. Ты мне расскажешь, чем закончилась наша попытка вернуть мне сворованное… – Темный Лорд мертв. Многих Пожирателей уже успели схватить. Правда, суд над ними столкнулся с серьезным препятствием – теперь сложно доказать их причастность к этой экстремистской организации, если нет показаний об их конкретных противозаконных деяниях, – Снейп приподнял рукав мантии и показал ему абсолютно чистое предплечье. – Метка во время ритуала исчезла. Я был готов к этому и заранее принял обезболивающее, остальные обладатели такого «украшения» потеряли сознание от болевого шока, что дало аврорам возможность практически беспрепятственно проникнуть в ставку Темного Лорда в Малфой-мэноре и сразу же арестовать всех, кого там обнаружили. – Разве на поместье не было никакой родовой защиты? Или это все выдумки? – К захвату Малфой-мэнора тайно готовились уже очень давно, ведь свое местонахождение Лорд не особо скрывал. О том, что его приютили Малфои, знали не только соратники. Я не вправе раскрывать секреты работников Аврората, но они, не без подсказки разумеется, нашли лазейку, как туда попасть, несмотря на основательную защиту, – пояснил Северус, самодовольно ухмыльнувшись, чем намекал, кто именно помог аврорам преодолеть родовые чары. – Кстати, украшение на левом предплечье исчезло не только у меня, – он указал пальцем на руку Гарри, предлагая посмотреть на нее. – Оковы пропали. Я теперь уже женат, что ли? – Поттер брезгливо скривился и вздрогнул, будто его испугала высказанная им же мысль. – Как ни странно – нет. Ритуал освободил тебя от необходимости вступать в брак с Предательницей крови, – с нескрываемым торжеством в тоне заявил Снейп, видимо считая, что и это его заслуга, ведь идея обратить ритуал Темного Лорда принадлежала именно ему. – А что с ней, с Джинни? – Гарри понимал, что должен задать этот вопрос, хотя и догадывался, что, скорее всего, с Уизли ничего хорошего не произошло. – Сырая магия, сброшенная тобой во время ритуала, по узам помолвки направилась к мисс Уизли, притянутая ее сущностью Предательницы крови. Она выжгла ее, но не убила, а превратила в сквиба, – пояснил Северус. – Вы с директором знали, что такое может случиться, поэтому и отправили Джинни под присмотр к мадам Помфри? – Гарри не удержался от доли упрека в голосе, считая, что от него просто утаили тот факт, что он может убить свою невесту, пусть и презираемую им. – Нет, – Снейп потер лицо руками, собираясь с духом перед тем, как сказать правду – он не собирался ничего утаивать. – Мы не знали, что такое может произойти, но мы… Гарри, мы не имели представления, как может на ней сказаться твоя смерть, – Северус отвернулся, не в силах смотреть в глаза Поттеру. – Значит… Ты мне врал, когда говорил, что у меня шансы пятьдесят на пятьдесят? – шепотом спросил Гарри. – Прости. Прости, но я не мог сказать, что у тебя всего процентов десять-пятнадцать реальной возможности выкарабкаться. Однако… Ты же понимаешь, что выбора у тебя не было – либо ритуал, либо просто… – Северус разозлился на себя за то, что оправдывался, и это выплеснулось в его последних словах. – Нельзя было бездействовать! – Я понимаю, Северус, – Гарри протянул руку и дотронулся до плеча Снейпа. – Спасибо, что не сказал в тот раз правду. Я, наверное, тогда не смог бы заставить себя пройти через все это… А что с Джинни сейчас? Где она теперь? Ведь учиться она не сможет… – Она в Азкабане и ждет суда. Закон у нас один и для волшебников, и для сквибов. Ты должен понимать, что информация о проведенном ритуале и причинах, из-за которых он стал необходим, хоть и надежно засекречена, но доведена до сведения тех, кому это положено знать по рангу занимаемой должности в Министерстве Магии. Состояние мисс Уизли требовало объяснения, поэтому скрыть правду мы не могли, да и не имели права. Мы – это я, Альбус и Поппи. – А Малфой? Он разве не стал ее защищать? – сарказм и язвительность проявились в полной мере в прозвучавшем вопросе. – Или они делят одну камеру на двоих? – Мистер Драко Малфой в больнице Святого Мунго. – Только не говори, что он откупился от Азкабана! – подозрительный взгляд Поттера впился в лицо Северуса. – Нет. Он не откупился ни от Азкабана, ни тем более от наказания. Магия ритуала необратимо навредила и ему. Поток магической субстанции был слишком велик, поэтому Малфой не смог сохранить собственный потенциал. Часть его была разрушена, а часть тоже теперь принадлежит тебе. Как и мисс Уизли, он остался жив. Скорее всего, потому что после утери своего потенциала и вместе с ним магической силы все еще продолжал служить проводником для магической энергии, поступавшей от Темного Лорда. Эти вопросы не в нашей компетенции – пусть ученые соответствующих направлений науки занимаются теперь изучением этого феномена. Однако мистеру Малфою повезло меньше, чем мисс Уизли. Он не только стал сквибом, но и потерял разум. Полностью. Остались только рефлексы, как у новорожденного. – Лучше бы он умер, наверное, – прокомментировал Гарри. Ему не было жаль того, кто его медленно и целенаправленно убивал, но и незавидная роль бывшего врага казалась неприятной. – А как его родители среагировали? – Они в Азкабане. Малфоям теперь нет нужды о чем-либо беспокоиться, потому что поцелуй дементора им обеспечен. Сам понимаешь, о роли Малфоя-младшего тоже знают все, кому положено, хотя официальная версия будет выглядеть несколько иначе. Пока что о причине гибели Темного Лорда Министерство не делало официальных объявлений, якобы проводя тщательное расследование. – Ох! Я и не подумал! Ведь не станут же всем рассказывать о том, как именно нам удалось устранить Волдеморта? Нет? – в глазах Гарри стоял дикий ужас, а руками он уже закрывал рот, сдерживая истерический смех, рвавшийся наружу. – Нет, не станут. Но что смешного? – Северус делал вид, что не понял, к чему ведет Гарри. – Представь только заголовки в газетах – «Гарри Поттер и его чудесная задница, уничтожившая Темного Лорда!», «Убийственный секс Избранного!», «Поттер на расстоянии в сотни миль затрахал Темного Лорда до смерти!» – Гарри, не сдерживаясь, расхохотался, утирая выступившие слезы. – Вот прав был директор – любовь сгубила Риддла! Любовь – и никак не иначе! – Я чаще всего оказываюсь прав, мой мальчик, – Дамблдор, улыбаясь, вошел в комнату. – Очень рад видеть, что ты пришел в сознание, а то Северус очень беспокоился о тебе, – за последние слова он был награжден выразительным взглядом черных глаз, получившимся немного смазанным из-за того, что Снейп с трудом удерживался от смеха после реплик Гарри. – Профессор Дамблдор, я вообще не хочу, чтобы мое имя связывали со смертью Темного Лорда. Это возможно сделать? – попросил Гарри, пристально наблюдая за реакцией обоих собеседников на свои слова. – Конечно, можно. Если ты не возражаешь, общественность узнает о том, что мистер Малфой с Темным Лордом проводили испытания парного артефакта и при этом оба пострадали, – предложил свою версию Дамблдор. – Отлично! Конечно же, – он посмотрел в упор на Северуса, – если профессор Снейп не против. Ведь это его заслуга. Это он придумал, как изменить ритуал, которым пользовался Малфой, отбирая мой потенциал, обратив его против Волдеморта. Так что… – Я вполне комфортно буду себя чувствовать, если мое имя вообще не появится на страницах газет, – очень серьезно заверил Северус, соглашаясь с мнением Поттера о необходимости сохранения тайны реального положения дел. Как бы там ни было, но то, что они провернули, было абсолютно незаконным. Да и бывшая роль шпиона требовала скрытности, так что внимание обывателей ему ни к чему. – Вот и хорошо. Не буду вам мешать. Еще раз – с выздоровлением, Гарри, – Дамблдор, улыбнувшись на прощание, поспешил по своим делам. Он не хотел мешать этим двоим налаживать контакт в мирной обстановке. Не успел Поттер, оставшись наедине со Снейпом, задать тому вопрос, так и вертевшийся на кончике его языка, как в комнату вошла, вернее, практически вбежала мадам Помфри. – Северус, почему ты не сказал мне, что Гарри очнулся? – начала она с упрека, тем временем без промедления приступив к диагностике состояния Поттера. – Хорошо… Хорошо… А здесь просто замечательно… – бормотала она себе под нос, рассматривая цветные магические нити, зависшие над Гарри после ее колдовства. – Как ты себя чувствуешь? – наконец-то колдомедик обратилась к Гарри. – Нормально. Но вставать я еще не пробовал, – честно признался тот. – И правильно. Тебе еще рано подниматься с кровати. Пару дней стоит полежать и избегать всяких физических нагрузок. Северус, ты же присмотришь за Гарри? А то там пришла мисс… – Помфри задумалась на секунду и, так и не вспомнив фамилию пациентки, махнула рукой. – Не важно. Ее покусал чей-то низзл, так что я пойду и займусь лечением девочки, – не дожидаясь ответа, она скрылась за дверью так же стремительно, как и появилась здесь несколькими минутами ранее. – Я вот подумал – прошло две недели… А как же учеба? – несмотря на интерес к озвученной проблеме, не было заметно, чтобы Гарри так уж сильно переживал за свою успеваемость, хотя в последние пару лет он учился довольно неплохо. – Хватило твоих текущих оценок, чтобы выставить итоговые без контрольных работ. За это можешь не переживать. А экзамены ты успеешь сдать, раз пришел в сознание. – У меня есть еще несколько вопросов по тому, что со мной произошло… – Выйдешь из больничного крыла – и вся школьная библиотека окажется в твоем распоряжении, – мягко перебил его Северус, у которого не имелось желания говорить на серьезные темы. – Нет. В библиотеке такое я не найду, – Гарри скорчил умильную гримасу. – Спрашивай, – сдался Северус, догадываясь, что Поттер просто не хочет оставаться в одиночестве. – Сначала – попроще… – Гарри вздохнул, улыбнулся и воспользовался позволением утолить свое любопытство: – Почему семикурсники, не достигшие совершеннолетия, не обращают внимания на то, что делают остальные студенты высшей школы? Ведь в том корпусе во время Поиска никто особо не скрывается… и все занимаются этим… – Я понял, что тебя интересует, – кивнул Северус, наблюдая за тем, как на щеках Поттера расцветает румянец. Его поражал этот парень, все еще стеснявшийся разговоров о сексе даже после того, что ему пришлось пережить. – Да, этого в библиотеке нет именно потому, что до подобной информации не должны добраться те, кому не следует. Для того чтобы сберечь психику от ненужных впечатлений на всех студентов седьмого курса, которые еще не участвуют в Поиске, директор незаметно накладывает специальные чары, которые для надежности обновляет каждый месяц. Старшекурсники просто становятся неинтересны тем, кто не достиг совершеннолетия. Поэтому за ними никто и не подсматривает, – Северус выразительно приподнял бровь, намекая на прошлое развлечение Гарри. – Так вот почему мне было безразлично, кто там под окном! Точно! – Что ты хочешь этим сказать? – заинтересовался Северус. – Я ведь случайно нашел тот коридор с окном, выходившим на поляну для тех, кто в Поиске, еще на седьмом курсе, – Гарри покраснел от смущения, нежный румянец на его щеках превратился в яркие пятна. Но он решил рассказать все до конца. – Директор считает, что мне удалось туда попасть из-за мантии-невидимки – она как-то исказила чары, скрывающие то место ото всех, поэтому я и смог пройти туда без помех. Так вот… я до восьмого курса, когда сам достиг возраста Поиска, смотрел на все, что там делали… ну ты понял… В общем, это было так, как будто я смотрю передачу по телевизору. Мне были практически безразличны те, кто там занимался сексом, хоть я и знал имена некоторых, да и сами их действия… – Чары мешали тебе заинтересоваться тем, что же там происходило. Да? Ты просто пялился на интимные игры, но тебя это не затрагивало и не возбуждало, – догадался Северус, тут же мысленно начав просчитывать, имеются ли еще недостатки в принятых администрацией школы мерах по ограждению несовершеннолетних от Поиска. – Да! А вот в этом году все изменилось. Но я только в самом начале года несколько раз был там… у окна… – Гарри закусил губу, улыбнувшись, чтобы скрыть охватившую его неловкость. – Разумеется. Потом тебе стало некогда за собственными развлечениями, – в голосе Северуса прозвучали нотки осуждения и легкого презрения. – Я уже не такой, – пробурчал Гарри. – Ладно, с этим я разобрался. У меня есть еще один вопрос. Почему нельзя было Малфоя арестовать сразу, как только мы узнали о его действиях? Я понимаю – он выдал бы Джинни, ее посадили бы в Азкабан, а узы помолвки меня убили бы, собственно, как и ее. Но ведь можно было меня и Джинни спрятать от Малфоя? – А потеря тобой магической силы из-за Предательницы крови? – насмешливо скривился Северус. – Но ты же нашел, как меня подпитывать и без ее разрешения перед Магией. Вот и… – Поттер, я – не запасная батарейка, – нервно прервал его Снейп. – К тому же узы, которые установила мисс Уизли, отдавая твою задницу Малфою… – увидев, как нахмурился и сжал губы Гарри, Северус мысленно отругал себя за резкость – сейчас ему меньше всего хотелось расстраивать того. – Прости… В общем, эти узы позволяли Малфою найти вас почти везде, где бы вы ни спрятались. По сути, Магия воспринимала Малфоя в том же качестве относительно тебя, что и мисс Уизли. Если бы она погибла до заключения брака – узы начали бы тянуть тебя к Драко, что еще быстрее привело бы к плачевному финалу. Есть много темных ритуалов, позволяющих опосредованно навредить тем, кто связан любыми магическими узами. Темный Лорд, при том раскладе, о котором ты говоришь, если бы не смог вас заставить вернуться к Малфою, то просто убил бы. Я в этом не сомневаюсь. – Я тоже, – Гарри согласно кивнул и, пользуясь тем, что от него не отмахивались, перешел к следующим вопросам: – Директор предложил для общественности версию, якобы Малфой с Темным Лордом проводили испытания парного артефакта. А описание этих игрушек тоже появится в прессе? Второй артефакт выглядел так же, как и тот, что был у Малфоя? Нашедшие этого сдохнувшего урода не рассказывали об этом? Представляю, в каком он был виде. – Не представляешь, – Северус почувствовал необходимость реабилитироваться за свою грубость – такое с ним бывало, пожалуй, исключительно редко. Но Гарри за последние недели уже не один раз заставлял его действовать непривычно. – Мертвого Темного Лорда голым в постели нашел Кингсли Шеклболт, ты его знаешь. Так вот, как лицо заинтересованное, я попросил его поделиться впечатлениями, – слова Снейп произносил интригующе медленно и лениво, подстегивая любопытство Гарри. – Не тяни! – Пфф… Тянуть пришлось экспертам. Сейчас-сейчас, – видя нетерпение Гарри, покладисто заверил Северус. – Артефакт, парный тому, что использовал Малфой, был иной формы и представлял собой соединенные друг с другом прочной зачарованной цепочкой шесть шариков из мориона. Догадываешься, как их нужно было использовать, чтобы артефакты заработали вместе? – Засунуть в задницу, как же еще, – Гарри снова с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. – Значит, Волдеморта убила секс-игрушка? – Артефакты такой силы – это вам не игрушки, мистер Поттер! – Северус постарался придать своему голосу серьезность, но у него это не получилось, и он рассмеялся следом за ржущим Поттером. – Да, в итоге его убила секс-игрушка, которой управлял ты, если можно так выразиться. – Я все же ухитрился его поиметь! Затрахать до смерти! – Гарри смеялся, но Северус заметил, что в его глазах не было того веселья, которое он так пытался показать. – Что тебя пугает? Гарри, я вижу, что ты немного притворяешься. Расскажи мне, что тебя волнует, – Снейп боялся, что Поттер может снова погрузиться в депрессию, как это было с ним раньше. – Да ничего особенного, – попытался отмахнуться Гарри, но увидев настойчивый взгляд Северуса, не смог его обмануть и признался: – Я понимаю, что к столь убийственному Поиску, – он скривился, словно от зубной боли, – меня подтолкнули Малфой и Джинни, но благодаря им мне показалось, что в жизни есть, ради чего стоит существовать. Нет, не смейся, я не имею в виду беспорядочные половые связи. Это у меня от недостатка ума и… в общем, мне теперь противно это вспоминать. Понимаешь, я даже не очень огорчился, когда узнал о помолвке, хотя и не планировал ее. Я подумал, что ведь все равно когда-то придется жениться и обзаводиться семьей. Так почему не сейчас? У меня, как бы это сказать, появилась цель в жизни, что ли? Пусть ее вместо меня выбрали, но она была. Я устал постоянно думать о будущей битве с Темным Лордом. Я ведь видел разницу, кто он и кто я, – Гарри безрадостно улыбнулся. – Даже друзья поняли, что находиться рядом со мной очень опасно, поэтому и ушли, бросили меня одного. Это неприятно, когда знаешь, что любой твой шаг может стать последним. Тогда не хочется строить планов на будущее. А тут Джинни… и эта помолвка. Мне показалось, что не все еще потеряно. Даже зная, что меня эта связь убьет, все равно мне было легче, потому что происходило хоть что-то определенное в моей гребаной жизни. Теперь вот снова… – Гарри вздохнул. – Что снова? Темного Лорда уже уничтожили, и тебе нет причины ожидать битвы с ним, – заметил Снейп. Он тоже был одинок в жизни, но нашел чем занять свой разум и свои руки. Ему не казалась собственная жизнь лишним грузом, так как это представлялось Гарри. – Ну… Так я и говорю. Опять все неопределенно. Никто не хочет меня убить, мне никого не надо убивать, жениться по принуждению тоже не нужно. Я свободен ото всех. У меня ни перед кем нет никаких обязательств. Я не знаю, для чего я живу. Мне трудно быть самому по себе. Это меня угнетает. – Поттер, ты отказываешься от своего слова? – Снейп изобразил на лице отчаянное разочарование. – Ты о чем? – Гарри, с трудом вынырнув из своих печальных размышлений вслух, не сразу понял, в чем его обвиняют. – Ты сказал, что свободен от всех обязательств. То есть то, что ты предлагал мне раньше, было вызвано страхом за себя – не более? – Северус понимал, что поступает некрасиво, но факт оставался фактом – он-то ведь по-прежнему был связан с Поттером, как с единственным возможным партнером. Не то чтобы Северус внезапно воспылал жаркой и страстной неземной любовью к этому неорганизованному мальчишке, но и равнодушием его отношение точно не назовешь, да и отказывать себе в сексе до самой смерти он не имел намерения. К тому же интерес к Гарри у него был не только плотский. Тот поражал его своими врожденными добротой и удачливостью. И это не вспоминая о его уникальности – через пару лет, когда разблокируется его второе магическое ядро, тот станет самым сильным волшебником не только в Британии, а, скорее всего, и во всем мире. – Но я не помолвлен уже… разве… – через пару минут Гарри все-таки сообразил, на что ему намекали. – Поттер, я тебе уже говорил, что ни с кем не намерен тебя делить. Магия помогла мне разделаться с твоей Уизли. Так что, даже если это не входило в твои планы, ставлю тебя в известность, что ты, как честный мужчина, просто обязан вступить со мной в партнерский союз, – Северус улыбался и говорил фривольным тоном, притворяясь, будто шутит, хотя на самом деле его весьма привлекала подобная перспектива – заполучить Поттера себе в партнеры. Такого неимоверно сильного Поттера! – Северус… Ты согласен? Правда? Ты станешь моим партнером? – радующийся Гарри просто вывалился из постели прямо на колени Северуса и принялся его целовать. Он снова обрел твердую почву под ногами, ему было для кого жить – даже если это саркастичный и язвительный Снейп, в надежности которого он отлично убедился за последний месяц. – Я закончил свой Поиск, – счастливо прошептал Гарри. – Обещаю, ты не пожалеешь. Мы еще сделаем из тебя министра магии. – Это вовсе не обязательно. Главное, чтобы ты был рядом, – хмыкнул на это Гарри и продолжил свое приятное занятие. – Поппи ошиблась. Тебе нечего делать в постели, – между поцелуями, заметил Северус. Уж он-то догадывался, какое ярмо вешает себе на шею, но Поттер того стоил. Хотя бы из-за его подкупающей искренности. – Мне есть, что делать в постели… – пробормотал Гарри, устраивая свою голову на плече Северуса, – только не в этой, – уточнил он. Поппи тихонько отошла от двери, чтобы не обнаружить своего присутствия. Ей теперь было о чем рассказать Альбусу за чашкой чая.