Переиграю или Новая жизнь

POV Занзас. Что такое школа? Это ад адский. Плюс Мукуро, адский ад в квадрате. Плюс Вайпер, это… Стоп, что? Я от неожиданности затормозил и практически бегом добежал до угла где мгновение назад приметил фиолетовый плащ. К сожалению, мне не привиделось и не показалось. Аркобалено что-то втирал детишкам о денежных тратах, как надо экономить и как обобрать до нитки родителей если припрет. Я попытался развидеть столь ценный урок жизни и пошел подальше от этого экономического эпицентра выноса мозгов. В классе меня ждала грудастая неожиданность, имя которой я не знал. Видимо новая училка. Пока одноклассники, промахиваясь мимо парт рассаживался, я строил лицо кирпичом и пытался вспомнить, где же мог ее уже видеть. Пока грудь девушки летала, в прямом смысле этого слова, туда сюда по классу, я неожиданно осознал, что пиздец устроенный тобою, возвращается бумерангом к тебе же, а именно эта женщина с европейскими чертами явно тут неспроста. Вот только у кого хватило бы мозгов? Луссурия подослал бы парня из своего отряда. Маскировка это вообще не про него. Леви? Тупо бы приехал сам и не стал бы даже с одеждой заморачиваться, снова же тупо из принципа. Оставалась только патлатая акула. Скуало, был единственным, кто имел чувство юмора. Дебильное, конечно, но чувство юмора. Его подколки конечно может пережить не каждый. Так что минимум мирная мстя в школе, а потом возможно глобальная мстя на улице в виде мордобоя. Этакий апогей его умственного развития. Пока я рассуждал, урок кончился и учительница притормозив меня гигантской грудью, начала грузить пропусками, призывно улыбаясь. Я возвел очи к небу. Моя успеваемость не опустится ниже 90 баллов, так как домашний террорист в шляпе с садистскими замашками, вынесет мне мозг и разложит все по полочкам. И снова, и снова и снова… И, это в лучшем случае! А потом попытается вбить, в прямом смысле этого слова, знания прямо мне в голову ещё разок, убойной тренировочкой. И это опять же в лучшем случае. Я скорее застрелюсь чем попаду под каток под названием «В стиле Вонгола». Поэтому проворчав «хрен с тобой женщина», и проигнорировав шикарный вырез блузки, спокойно пошел домой. Окружение менялось резко, слишком резко, чтобы не заметить. По уровню и размаху, Скуало тут был явно не причем. Обучение стало сложнее и явно клонило в сторону мафиозных организаций и ее контролю, с реальными физическими подготовками армейского уровня. Популяция сногсшибательных людей возросла, как и популяция личностей строящих глазки Тсунаеши, да и мне мимоходом. Реборн ухмыляясь, ничего не говоря, ждал моей реакции на подкаты и поползновения в мою сторону. Все-же о моем проблемном парне — страже, знали лишь немногие доны мафии, а остальные вообще считали это лишь глупой шуткой. Вот я и выдал ему мою взрывную реакцию — пофигистическую. Полный игнор всего живого в радиусе школы и ее окрестностей. Что-что, а обламывать я умел. Вот только Тсунаеши, которого не любили в его классе, хватался за этих людей как за канат, который мог вытянуть его из ямы одиночества. Странный Тсуна, как его называли за глаза, был изгоем. Он был слишком милым, слишком умным и воспитанным. И это слишком, бесило окружающих его детишек. Прибавить к этому дружбу с ледяным принцем младшей Намимори, Хибари Кеей, и мальчик становился мишенью для издевок. Кто-то со стороны. Кто-то новый для впечатлительного ребенка, становился новой Немезидой для его всплеска дружбы и внимания, чем многие и пользовался. Мафиози с уровнем конспирации «дерьмище дерьмовое» пытались подружиться любым способом с будущим Десятым, который был явно только за. Все же в мире мафии он чувствовал себя своим, поэтому все что я мог, это подготовить его хоть как-то к новым лживым реалиям. То, что Тимотео решил взяться за своего наследника всерьез, немного выводило меня из себя, и к большому сожалению всего живого, Мукуро. Фантазия у тумана была богатая, а крыша, спасибо Скалл и его воспитание, немного подтекала, что давало в итоге гремучую смесь очень ненормальных подколок и шуточек. Фран же просто шел в комплекте, ловя те же волны пакостного настроения и тотального уничтожения нервов, мешающих его семье людей. В итоге учителя менялись как перчатки, пропадая без вести или уезжая на машинах скорой помощи в неизвестном направлении, и не возвращаясь уже никогда. Мне было все равно, чем занимается моя семейка в свободное время. Настроение было нейтрально-яростное, пока не приперся Джаггер, отдавать последний долг. — Ты мне должен был две услуги! — Ошарашенно проворчал я, недовольно приподнимая брови. — Верно, поэтому твою просьбу на дне рождении я выполнил, — прошелестел мужчина, подсовывая мне какой-то документ. Я удивленно приподнял брови и, вчитываясь в текст, попытался его осмыслить. Документ был заверенным свидетельством о вполне законном браке Скуало и Луссурии. Я ошарашенно посмотрел на стену в попытке найти в башке ту извилину, которая стала инициатором данной идеи, но не находя ничего столь радикального, прикрыл лицо рукой. «Когда я успел то? И с какого перепугу я вообще решился на подобное?» Я частично не помнил половину из того, что было, включая и эпичную свадьбу. Помнил лишь пьянку, потом Верде, которого гоняла девушка с бензопилой, Луссурию с бомбой на теле и нападение людей в черном. Потом был туман, крики, хмыканье Бермуды и бурчание Тсунаеши где-то сбоку. Больше походило на нападение с захватом заложников, но проснувшись в комнате Ноно, относительно целым, я таки понял, что ошибся. Выпил я тогда немало. Хотя, с учетом состояния гостей, которые помнили еще меньше, не так уж и много. Иногда просветы выдавали такую упоротую хрень, что мозг отказывался воспринимать реальность, ну, пока Фран не показал фотки и фрагменты видео. Как оказалось битва пчелы и птицы мне не привиделась, собственно как и ананасы-переростки. Скуало в платье я вначале принял за неизвестную мне девушку, а потом с моей как оказалось подачи, была свадьба, а не захват заложников, как я думал вначале. Эпичная толпа с привязанными женихом и невестой, оружием на перевес и в потрепанной одежде, смотрелась как постапокалиптическое жертвоприношение двух молодых людей неизвестному богу. Развалины на заднем фоне только украшали и подчеркивали упоротость данного момента. Кактус в виде священника и два ананаса рядом, вообще не как не вписывались во что-то логичное и вменяемое. Пчела в короне и битва в конце, вообще ничего не пояснила, только все запутывала окончательно. То ли отбивали невесту, то ли священника или вообще пчела просто нашла неприятности на свой зад, но факт оставался фактом, у меня на руках было реальное свидетельство о браке. — Кхм, — напомнил о себе Джаггер, — вторая услуга тоже выполнена. — И открывая черный портал, мужчина не дожидаясь моей реакции, взяв меня за шкирку, закинул во мрак.

***

Резкий свет солнца и пение птичек заставили разлепить глаза и осмотреться. Взгляд прям цеплялся за развалины какого-то особняка. — Я нашел его в Америке, возраст 6 лет, белые волосы и рисунок под глазом совпадают. Пламя странное, сильно влияет на психику и общее состояние. Отец погиб два года назад, родственников нет, о матери ничего неизвестно, — отрапортовал Джаггер. — Хм, младше Тсуны. Кольца есть? — Нет. — Значит успели. Джаггер склонил голову набок, как бы спрашивая. — Мои источники, считают что он будущее небо Маре, — проговорил устало я, поглаживая отбитый бок. Брови мужчины немного взлетели вверх, и резко отвернувшись он направился к особняку. — Да, да, побыстрее закончить, — проворчал я, шагая следом.

***

Верде всегда в самый неподходящий момент делал что-то серьезное и опасное для жизни, и именно в этот раз, это были именно они. Коробочки. Чертовы коробочки, из-за которых Вонголу когда-то и разнесли. До архивов семьи, «спасибо Ноно, бля», он добрался раньше чем в том мире, поэтому начал незамедлительно его изучать. И чем дальше в лес, тем больше палок в колеса всему миру. Перчатки для Тсуны были готовы через месяц его поползновений по архивам, как и экспериментальные коробочки, которые первый раз рванули, второй вообще не сработали, а вот в третий, пока неясно, но меня клятвенно заверили, что попробуют запустить их только при мне. Верится с трудом, но сейчас он хоть не продаст их кому попало, подешевле. Да и некому пока что. Бьякурана я решил искать после данной новости с удвоенной силой, на всякий пожарный и для спокойствия, мать его, всего мира, в чем очень мог помочь один мой должник. Джаггер, которого я дергал редко, но метко, кажется, был счастлив наконец от меня избавиться и заняться своими мрачными делишками. Хотя если честно, свидетельство о свадьбе, которое он таки достал, заверил, узаконил и тд, добило его куда больше чем поиски мальчика и все остальные просьбы вместе взятые.

***

Особняк, когда-то принадлежащий отцу Бьякурана, разваливался и осыпался. Пол из дерева прогнили и проседал. Дверь была открыта настежь, из-за чего в доме сквозило ледяным ветром. Горничная с лицом полного разочарования, в обносках, ворошила угли в камине. Я немного не догнал какого хрена она тут забыла и что вообще здесь делает, пока она не прошла мимо нас, врезаясь в косяки и пошатываясь в разные стороны, хихикая как умалишенная. Второго этажа больше не было, так как он полностью обвалился на первый. Это пугало, ведь отец Джессо погиб лишь два года назад, а дом выглядел так, как будто прошли столетия. Стены покрылись трещинами, мебель стала трухой, а остатки крыши скрипели на ветру и медленно разваливались. В одной из уцелевших комнат чувствовался огонек чего-то страшного и яростного. Пламя словно рвало на части само себя, попутно разрушая все вокруг. Видимо поэтому дом и выглядел как пыльный склеп, вея могильным холодом. Джаггер словно танк пер к источнику огня, цепи в его руках звенели, готовые вот вот ринутся в бой. Стоило нам войти в комнату, как огонек погас и стал более мирным. На нас посмотрели пустые глаза затравленного маленького мальчика, который словно кукла медленно хлопал прозрачными веками. Голова была наклонена в бок, как будто шея ее вообще не поддерживала. — Кто ты? — Хлопая глазами, хрипло шипел Бьякуран. В его голосе так и сочится едкая надменность. Я не видел его мелким, так как напал он на нас в будущем, а потом каким-то хреном в настоящем он стал нам резко союзником. Он вроде как мир решил захватить, попутно разнося его на кусочки, но потом почему-то так же резко передумал, то ли из-за Тсунаеши и его очень красноречивых тумаков, то ли ему просто так захотелось. Он всегда был психом, о котором мало что было известно, что тогда, что сейчас. Но с учетом того, что он живет в развалине, не ест, судя по выпирающим костям неделями, его пламя сходит с ума во всех возможных и невозможных смыслах, я не удивлен что он в итоге, стал того. Конкретно так того. — Я Занзас, — медленно приближаясь проговорил я, — а ты Бьякуран? — Присаживаясь на корточки. — Да. — У тебя… мило тут, холодновато правда. Его голова перекочевала на другое плечо. Взгляд был настолько затравленный и одновременно устрашающим, что даже меня пробрало. — Хочешь погостить у нас? — Зачем? — Дети должны жить в семье, иначе зачем еще нужны взрослые, — хмыкнул я, — твой отец ушел, но это не значит что ты один. Таких как ты много… — Это вряд-ли… — резко прервал меня он, яростно шипя. — Поверь, нас много и я это докажу, — протягивая ему руку. Мальчик посмотрел на меня скептическим взглядом, говорящим, что меня сейчас расчленят на маленькие кусочки, но не найдя там страха, замер. Его глаза удивленно расширились. Переведя свой взгляд на Джаггера, мальчик просканировал уже его, пытаясь что-то найти для себя. Что-то ведомое только ему. Надменность резко сменяется удивлением и ошарашенностью. — Я сломанный, — прошептал он невпопад, — страшный, — улыбка психа расплывается на лице, — ххх, я убью…убью? — Х, я это уже слышал, раз двести, — устало проворчал я, масируя переносицу. Смех резко прервался. Мертвые, холодные глаза, яростно впились в мои. — Я разрушаю. — Жалостливо. — Это тоже слышал. — Убиваю. — Поверь, то что происходит у нас дома страшнее. — Я… не умею… — Научим, у нас есть садист-репетитор. — Ты испугаешься… все испугаются… — прошипел тихо он, выпуская свое пламя, пытаясь уловить в моих глаза страх. — Тогда точно к нам, — выпуская уже свое пламя устало ворчу я, усаживаясь на пол. Его лицо перенимает очень удивленное выражение. Видимо он то думал, что один такой — пламенный. А тут я, прихожу такой весь из себя, ломаю его систему, что он выстроил годами, зову с собою… — Разрушаешь говоришь, — хмыкаю я, задумавшись, — ты наши праздники ещё не видел, там не только здания, города разваливаются. Убиваешь? Тут у тебя сразу пара тысяч соперников, кто покраше, кто попсихованнее. Пугать? Тут тоже очередь. Так что не удивишь ты меня вот прям вообще никак. Мальчик завис на добрую тройку минут, что-то для себя решая. — Хорошо, — резко хватая меня за руку, — но я не могу ходить…сейчас — как-то обреченно бурчит он, наклоняя голову набок. — Сможешь, — хмыкаю я, — уж поверь. END POV Занзас.

***

Бьякуран, который только-только свыкся с тем, что он теперь не один, был сметен заботой Наны, как песчинка со стола. Мальчик явно не ожидал чего-то подобного. Его разместили в отдельной комнате, привели в порядок и заставили сжирать кучу всякой странной еды, которой он в глаза то никогда и не видел. Так проведя спокойную недельку в мирном крыле дома, он таки решил наконец рискнуть и перекусить в общей столовой. Бьякуран опасливо усевшись на стульчик за довольно большим столом, немного волновался и ежился. Нана, мило улыбаясь, пригладив его волосы, поставила перед ним свое фирменное жаркое, и ушла ворковать за плитой, напевая что-то про себя. Вот тогда-то все и началось. Шишикая на кухню быстро зашёл блондин в короне и, засунув в морозилку чью-то голову, пока Нана не видела, мгновенно ретировался. Бьякуран хлопая глазами, пытался осмыслить увиденное, пока на кухню не забежала гигантская лягушка, которая стащив половину еды на столе, просто растворилась в воздухе. Крик полный боли и отчаяния раздался где-то внизу и резко прервался после запуска бензопилы и скрежета металла. Потом на кухню зашла маленькая обычная девочка, и поклонившись пролепетала что-то на неизвестном ему языке уселась за стол. Невольно он задался вопросом, «что вообще здесь происходит?» Бьякуран ошарашено наблюдал за женщиной, что весело порхала по кухне, не обращая внимания на взрывы во дворе, перестрелку где-то наверху и поползновения к морозилке парня с частями тела под мышкой. Правда, когда она его замечала, парень резко сматывался под стол, пытаясь не получить подзатыльник, а уже подмороженные органы сваливались в мусорный мешок. Шишиканье перерастало в вопль отчаяния и бурчание под столом с последующим чавканьем, так как маленькая девочка пытаясь успокоить блондина, подсовывала под стол всякие вкусности, тихо хихикая и ворча что-то непонятное. Потом на кухню матюкаясь влетел Занзас и развалившись на одном из стульев, стал есть, практически не глотая. — Ну, как тебе у нас? — Проворчал быстро подросток, не отрываясь от еды. — Странно, — прошипел тихо Бьякуран, чье присутствие наконец заметил блондин. — Шишиши, пополнение? — Выныривая из-под стола, ухмыльнулся он. — Да. Бьякуран, это Бельфегор, по вопросам убийств, расчленения и т.д. к нему. — Указывая на блондина вилкой. Тот ухмыляясь помахал в ответ чьей-то рукой. — Но бойся его утром, — продолжил Занзас, — когда он мусор выносит. На семейном совете, — решил пояснить он, — когда распределяли обязанности, этому мусору выпала честь выносить мусор, но так как он у нас принц чтоб его, то он его выносит по королевски. — Это как? — Удивился Бьякуран, наблюдая за Бельфегором, который ухмыляясь пытался стащить мусорный мешок. — Из окна кидает, трехочковым. Иногда по частям и в сопровождении стилетов. Попадешь под такой вот обстрел, пеняй на себя. — Это экономично и быстрее, шишиши, — хихикнул Бельфегор, смываясь из кухни с мешком за спиной. — И-Пин, — указывая на маленькую девочку, — невеста моего мелкого братца. Отвечает за чистоту двора, поэтому когда она берет в руки метлу, советую отбежать на безопасное расстояние. Ее дядя, — решил уточнить Занзас, видя удивлённое лицо мальчика, — учит ее восточным единоборствам, что чревато переломами, так как наша мелкая пока ещё не совсем контролируют свою силу удара. — Девочка продолжала медленно есть явно не понимая о чем говорят. — Нана-сан, — указывая на женщину, что порхает у сковородок, — наша мама. Готовит как бог, воспитывает нас, лупит за плохое поведение и просто…короче она богиня дома, чьи приказы не обсуждаются, и принимаются безоговорочно. Ну а с остальными познакомишься чуть позже…. — Я сдееееелаааааал, — раздался радостный крик мужчины, сотрясая стены. — Этот мусор, зовут Верде. Обитает в подвале, от него можно ждать чего угодно и не угодно. Он у нас безбашенный. — Даааааа, — повторился крик. Бьякуран хлопнул ресничками и продолжил есть, что-то про себя обдумывая. Как ни странно, но ему здесь начинало нравится. В это время в Варию прибыло срочное письмо, адресованное Луссурии и Скуало.