Многие года...

      …Твайлайт стояла посреди Понивилльского кладбища. Было уже поздно, на небе сверкали холодные звёзды. Блестела безразличная луна… Ветерок заставлял тихо-тихо шелестеть последние листья на деревьях. На дворе стояла осень…       Всюду вокруг принцессы Дружбы возвышались небольшие бугорки, около которых стояли каменные плиты с именами погибших. Какие-то были с фотографиями, а какие-то без… Впрочем, ей сейчас было не до чужих памятников. Спаркл заявилась в это место не за этим.       Она медленно брела по кладбищу, и, наконец, остановилась. Вокруг неё было семеро бугорков, к которым она и шла. Это были могилы её верных подруг… А почему же 7? О, не только остальная пятёрка там упокоилась.       Вот могила Пинки. Розовая веселушка упокоилась рядом с её мужем, Чизом Сэндвичем. И памятник у них был широкий, общий. А на них фотография двух счастливых кудрявых пони, сделанная ещё в первый день их знакомства. Две знакомые широкие улыбки вызвали в сердце принцессы какую-то глухую, непонятную боль. Чувство безумной тоски… А между могилами лежал огромный букет свежих цветов, завязанный бантиком. И рядом была записочка… Спаркл подняла её магией и прочитала горькую надпись:       «Покойтесь с миром, мама и папа. С любовью, ваша дочь Лил Чиз.»       Очевидно, кобылка навещала их совсем недавно. Возможно, даже в тот же день… Но не суть. Твайлайт положила записку, которую никогда-никогда уже не прочитают Чиз и Пинки, если не спустятся с небес.       А вот могила Эпплджек. Трудяга ещё при жизни пожелала, чтобы её похоронили рядом с бабулей Смит. При виде памятника хранительницы Элемента Честности у Твайлайт ещё больше заболело сердце. Её брат со своей женой Шугарбель, как ни странно, но были ещё живы. Ну и Эппл Блум с Бэбс Сид. Принцесса всё рвалась к дружной семейке Эпплов в гости, но дела не позволяли…       А вот тут лежала Флаттершай. Могила любительницы зверюшек была щедро посыпана вечноцветущими цветами и какими-то ещё прибамбасами. Сразу было видно, кто тут постарался… При этой догадке принцесса выдавила из себя какое-то подобие улыбки, которое сразу же пропало. Дискорд, повелитель Хаоса, неимоверно скучал по своей подруге, и всеми силами выражал это самой Твайлайт, когда нежданно-негаданно заявлялся к ней во дворец в гости. Спаркл тяжко вздохнула и продолжила обходить места упокоения её подруг.       Рэрити, ушедшая раньше всех подруг, лежала в скромной, мало чем примечательной могилке. — «Святая Селестия, как же это всё-таки на неё не похоже!» — подумала принцесса. Неудивительно. Это всем, кто знал легендарную модницу и посещал её могилу, бросалось в глаза. Но так уж пожелала Рэрити…       Свити Белль, к сожалению, было почти что некогда её навещать, но всё же, несмотря на это, она наняла специального пони, который будет ухаживать за местом упокоения каждый день.       Рэйнбоу Дэш ушла самой последней, достаточно долго прослужив Вондерболтам тренером и наставницей. На её памятнике красовалась фотография, где она ловко и быстро уничтожает грозовые тучи. Глядя на это фото, Твайлайт невольно вспомнила их первую встречу. Стало ещё грустнее и тоскливее.       Принцесса Дружбы села на голую и холодную землю, чуть прикрытую редким ковром из осенних цветных листьев, и тяжко вздохнула. Она снова пробежалась взглядом по могилам и памятникам старых подруг, и сердце у неё окончательно разболелось. Боже праведный, как же много времени прошло с тех пор, как она была простым единорогом, верной ученицей принцессы Селестии, и только начинала познавать дружбу. Сколько же событий было связано с этими пятерьми пони! Спаркл стала медленно прокручивать их все у себя в голове, украшенной диадемой с её элементом гармонии.       Всё грустнее и грустнее становилось Твайлайт. Её глаза стали слезиться, слёзы закапали из глаз. Оглядевшись по сторонам и точно убедившись, что никого вокруг нет, она глубоко вдохнула и залилась слезами. Зачем, зачем она согласилась на бессмертие, полагающееся принцессам? Что оно ей дало? Оно лишь прибавило ей слёз и тоски по старым друзьям. Как же ей было плохо! Ей было почти что некому пожаловаться. Кроме Спайка. И Старлайт. Но у второй было и так слишком много дел со Школой Дружбы — она, как-никак, директриса. А Спайк… Ну конечно! Что же за столько времени ей мешало выговориться ему, как в старые добрые времена? Он почти всегда при ней!       Сзади раздался шорох кустов. Принцесса Дружбы вздрогнула и мнгновенно развернула голову.       — К-кто здесь? — громко спросила она.       Это был Спайк. Так сказать, лёгок на помине. Он тоже зачем-то заявился в столь поздний час на это же самое кладбище. Зачем? Сейчас она спросит…       — Твайлайт?! Это ты? — полуиспугался, полуудивился Спайк.       — Ну, а кто же ещё… — горько усмехнулась принцесса, но моментально вспомнила о том, что хотела его расспросить о его загадочных делах на кладбище. — Что ты здесь делаешь? — выпалила она.       — Вероятно, то же самое, что и ты… — прохрипел он и сел рядом с ней. Немного помолчав, он промямлил:       — Ох, мне даже не верится, что их уже нет рядом с нами… порою мне кажется, что это просто страшный, кошмарный сон. — вздохнул дракон в возрасте. — Особенно Рэрити… Ну почему она ушла так рано? — горестно завыл он, встал и подошёл к могиле своей давней любви. Крупные слёзы полились из его глаз. Спайк подршёл к памятнику и смахнул с него бардовый осенний листик.       — Я тебя понимаю, Спайк… понимаю…       Минута молчания. Две. Три. И пони, и дракон молча плакали. Круглая, полная белая луна безучастно смотрела на них с купола неба, высоко простиравшегося над ними. Наконец, Твайлайт смахнула слёзы, поднялась и сказала:       — Знаешь, Спайк… Пусть наши друзья давно оставили мир живых, пусть они давно покоятся в своих могилах, но они навсегда в наших сердцах! — С каждым словом голос принцессы наполнялся силой и прежней уверенностью. — И я уверена, что однажды мы все обязательно встретимся вновь! Просто верь мне! Верь мне, Спайк…       Спайк тоже смахнул слёзы и своими круглыми зелёными глазами уставился на Твайлайт.       — Ты… действительно так думаешь?       Твайлайт утвердительно кивнула. Её длинную и блестящую гриву развевал ночной лёгкий ветерок. Она стояла в ярком белом свете луны. Такая властная, сильная… Настоящая правительница Эквестрии!       — А теперь пойдём в замок Дружбы. Уже, верно, очень поздно. — улыбнулась Спаркл. — Нас, должно быть, уже ищут.       И они вместе уверенным шагом пошли через кладбище к выходу. Но прежде чем покинуть тот участок кладбища, они оба почти одновременно оглянулись назад… а потом снова стали смотреть вперёд и уходить всё дальше и дальше.