My flower maniac

Прошло около пяти минут с тех пор, как дверь за Чимином закрылась. Сокджин, поднявшись с прохладных ступеней направился к нужной двери. Прислонившись ухом к замочной скважине, он услышал только сильное, словно от злости, сопение. — Что он там делает? Сам не успеват ответить себе на вопрос, как глухой удар донесся до его ушей. — Ну наконец-то. Джин дергает ручку, дверь, как обычно оказывается открытой. Мужчина пару раз был в этой квартире, ведь Чимин в девяти случаях из десяти забывает закрыть дверь. И не боится, что кто-нибудь войдет к нему домой, ограбит, а может, еще хуже, просто убьет такого нежного, несчастного мальчика. — Так, так. Ну, разуваться не буду. Надеюсь, ты меня за это простишь. Обездвиженное миниатюрное тельце на бежевом паркете— как прекрасно. Ладно хоть голову не разбил, а то эту прекрасную картину, испортила бы лужа алой крови. Джин еще пару мгновений любуется. Ну уж очень милое личико. — Миленький, маленький Чимин-и. Мне так жаль. Жаль, — рука ненароком цепляет дневник, лежащий на столе. — Что ты только «начал новую жизнь, а он думает, что может просто так появиться и рушить то, что я начал выстраивать с нуля?» Ухмылка касается пухлых губ, а взгляд устремляется на парня, все ещё не нашедшего себя в этой жизни. — Мне и правда жаль. Удивительно. — Обмякшее тело теплится в чужих крепких руках. Сокджин несет Чимина на выход, ведь там их уже ждут.