О репутации и красном Мальборо

Брок курил на подоконнике. Стекло приятно холодило спину. Во второе, распахнутое окно влетали колкие ледяные капли. Звон ключей раздался в такт шипению окурка в мокрой стеклянной пепельнице. С волос и одежды зашедшего Стива натекла целая лужа. — Привет. Я подписал нам три отгула, — с ходу выпалил Роджерс, — только мне на интервью завтра несколько часов выделить нужно. Но это мелочи. Зато нам дадут спокойно отпраздновать. —Марш в душ, я тут уберу, — усмехнулся Брок вместо приветствия. Стив в ответ улыбнулся, благодарно и устало. Брок вытер лужу и отнес ему домашние штаны. Хотел захватить и футболку, но не стал отказывать себе в маленьком удовольствии любоваться торсом кэпа за ужином. — Ужинать будешь? — Что-то мне подсказывает, что это вовсе не вопрос, — Роджерс поцеловал Брока в шею, но, взяв себя в руки, ушел на кухню. Обычно неприхотливый в еде, Стив с видимым искренним удовольствием ел все, что готовил Брок. В этот вечер он был таким домашним и родным, что у Брока защемило между ребер. — Я тебя люблю, — признание сорвалось раньше, чем Брок успел это осознать, — вот год вместе живем, а я все никак не мог сказать. Знаешь, всю неделю тебе речь сочинял, хотел как надо, как правильно, а слов не находил… — Только так правильно. Брок, — Стив вдруг встал, без усилий сдвинул стол и сел Броку на колени, касаясь его лба своим, — я не знаю, как принято в этом времени, я и тогда не был силен в таких делах. Но я точно знаю, что ты для меня значишь. Никто из них не мог сказать, кто первым потянулся целовать другого. Стив встал, потянув за собой Брока. До кровати дошли, целуясь, отрываясь только, чтобы стащить одежду. На краю сознания мелькнула мысль, что завтра нужно будет собирать раскиданные по коридору тряпки. Но это все потом. Сейчас же Брок уложил Стива на прохладное белье и прижался всем телом, поцеловал в горячие губы, оставил над ключицей яркий засос. Короткий поцелуй возле не слишком чувствительного соска, и Брок спустился ниже, чувствуя в волосах сильные пальцы Роджерса. Брок потерся колючей щекой о твердый живот, кожей ощущая дрожь Стива, перестал дразнить, обхватил горячими губами нежную головку члена, взял глубже, и Стив застонал. Брок любил его такого, громкого, ярко чувствующего каждое прикосновение, не стесняющегося проявлять эмоции наедине. И Брок принимал глубже, наслаждаясь удовольствием Роджерса, ласкал пальцами яички и чувствительное местечко за ними. Стив только шире раздвигал ноги, бессвязно бормоча сквозь стоны признания, и ругательства, и мольбы. — Обожаю, когда ты материшься, — хрипло пророкотал Брок, выпустив изо рта член, — горячий мой. И как твои пиздоглазые тебя считают бесчувственной ледышкой? — Они не видели меня таким, каким видишь ты, — срываясь, ответил Роджерс. — И не увидят, — ревниво проворчал Брок, и, устроив удобнее ноги Стива, широко и мокро лизнул между ягодиц, — ни одна сука не увидит… Брок вылизывал расслабленный вход, медленно растягивал пальцами. Когда собственное желание затопило разум, Брок подтянулся выше, накрыл Роджерса собой. Остатков самообладания хватило на то, чтобы вытянуть из-под подушки смазку, наскоро смазать себя, прежде чем войти. Брок начал медленно, но глубоко, и Стив подавался навстречу каждому его движению, целовал, куда мог дотянуться — губы, глаза, скулы… Брок тихо порыкивал от удовольствия. В эту ночь он был нежен, как никогда. Неторопливо, ласково он оглаживал тело Стива и отвечал на жаркие, горячечные поцелуи. Брок не смог выдержать долго, кончил глубоко внутри и забылся на несколько долгих секунд, прижавшись к Стиву. Выйдя и влажно поцеловав Роджерса под подбородком, Брок начал вновь вылизывать Стива, заласкивать его языком и пальцами, слизывать свою сперму. Стив застонал и потянулся рукой к члену, но Брок не позволил. — Брок, пожалуйста, мне нужно! Брок! — Противостоять умоляющему голосу Роджерса было тяжело, но решимость не оставила Брока. И он получил свою награду. Стив выгнулся, сорвался на счастливый крик, задрожал всем телом. Он сильно сжал внутри пальцы Брока и забрызгал свой живот. Брок лег рядом, прижался. Стив не мог бороться с улыбкой, а ресницы его слиплись острыми иголочками. — Я сделал тебе больно? — Тихо и обеспокоенно спросил Брок. — Мне прекрасно, — расслабленно прошептал Стив ему в губы. — Тогда брось в меня сигаретами, — хмыкнул Брок. Стив с улыбкой пробормотал что-то про непревзойденную наглость, перевернулся на живот, открыл тумбочку, достал сигареты. Вытянув одну, он протянул красную пачку Броку, поставил себе на живот пепельницу. Брок взял пачку, приподнял одну бровь, услышав странный звук. Встряхнул ее еще раз, взглянул на закурившего Стива и вытряхнул на ладонь простое кольцо из белого металла. — И что это за хрень? — Кольцо, — невозмутимо выпустил дым Стив, — неприлично предложение без него делать. — Кольцо значит. Я не ты, валенком прикидываться не стану. Будь ты простым парнем, я бы сам тебе предложение сделал. Стив… — Брок затянулся, — Стив. Я не имею на это права. Я не должен рушить твою репутацию. — Это единственное, что тебя смущает? —Задумчиво спросил Стив, — по сути вопроса возражений нет? — Кольцо мне самому надевать или поможешь? — К Броку вернулась привычная язвительность. Стив надел на его палец кольцо и коснулся губами сбитых костяшек, затем достал телефон и сбросил кому-то короткое сообщение. — Свою репутацию я только что испортил сам, — Стив откинул телефон и быстрым мощным движением оказался между бедер Брока, — что думаешь о репетиции брачной ночи?