Это мое дитя

В той самой беседке, которая стала временным пристанищем для компании, пока Эшли не может забираться в домик на дереве, сидело двое молодых людей, ожидая Салли и Филиппа с Трэвисом. - Ты правда так считаешь? - спросила Эшли, перекатывая яблоко в ладонях. - Да. Нам надо уехать. - кивнул Ларри. - Мама, конечно же, будет против, поэтому ей знать не обязательно. - Ты уверен? Ну... Хочешь оставить её в таком состоянии? - Я не думаю, что она... - парень вздохнув, глянул на девушку, помолчал с полминуты, а потом пожал плечами. - Я не знаю, как объяснить, но мне кажется, что она изменилась. И это уже не обратимо. - Я не понимаю. - И не нужно, Эш. - он положил ладонь на колено девушки, улыбнувшись. - Не переживай об этом. Просто забей, я со всем разберусь, будь уверена! - Хорошо. - она улыбнулась в ответ. - Но помни, что не нужно нести весь груз на своих плечах. Я беременная, но не беспомощная. Я... - Мой наркотик! - перебил Ларри, довольно улыбаясь. Девушка вздохнула, но не без улыбки. Эшли давно уже привыкла к подобным прозвищам, но теперь же парень иногда таким вот способом прерывал ее реплики про то, что он не должен сам решать все проблемы. - Приветствую будущих родителей! - послышался голос Филиппа. Он вместе с Трэвисом приближался к беседке. Салли отставал от них на пару шагов. - Ну, наконец то! Вас только за смертью посылать! - выдохнул Ларри. - А что, нужно было и ее привести? - спросил Филипп, усевшись на свободное место. - По моему, она направлялась на автопати в дом престарелых... - Умолкни. - Трэвис сел рядом с ним. - Привет. - Салли зашел в беседку и подошел к Эшли. - Я принес тебе газету. - Чувак, она с этим завязала! - сказал Ларри, усмехнувшись. - Правда? - он кинул взгляд на свернутую газету в своих руках. - Ага. - Спасибо, Сал. - улыбнулась Эшли и взяла газету из его рук и посмотрела на дату. - О, свежая. Может пишут чего интересного? - спросила она, раскрывая страницы и ища взглядом статью, за которую можно было бы "зацепиться". - Хм... - Филипп наиграно достал из кармана невидимые блокнот и ручку, и словно стал записывать, надиктовывая себе вслух. - Пятнадцатая неделя беременности. Испытуемая отказалась от вынюхивания газет и начала их читать. - тут в его в лоб прилетела смятая страница из той самой газеты. -...Но по прежнему использует её как оружие! Теперь ещё и дальнего действия. - Хороший бросок, Эш! - с довольной физиономией произнес Трэвис. - Спасибо. - кивнула девушка, вернувшись к одной из статей, и начала грызть яблоко. - Ну, как обстоят дела? - спросил Салли, присаживаясь возле Эшли. - Ну... Как тебе сказать? Маман больше не твердит об аборте, но её беседы о внуках как то не внушают доверия... Не знаю, как объяснить, но мне... - Ларри глянул на девушку, что увлеченно читала статью о какой то выставке. - Нам иногда становиться не по себе. - Хуево. - Не то слово, братан! - И что вы собираетесь делать? - Салли глянул на друга. - Мы должны уехать. - ответил Ларри. - Я не говорю о сиюминутном отъезде, но... - он вздохнул, не окончив фразы. - Что? - Эш... В тот раз... - парень посмотрел на девушку, которая подняла на него глаза. - Лиза что то говорила о том, что "они его заберут". - сказала она за Ларри, переведя взгляд на Салли. - Они? - подал голос Трэвис. - Что ещё за они? - Я не знаю! - Эш пожала плечами. - Я была очень напугана и плохо помню, но она точно говорила о том, что кто то заберет моего ребенка. - Просто... Кому понадобился твой первенец?! - Трэвис! Не называй его так! От тебя это звучит как то... Ну, не очень. - вздохнула девушка. Она уже доела яблоко, а огрызок отправила в мусорное ведро. - Действительно. - заговорил Филипп. - Ты еще проповедь нам прочти. - Да запросто! Эти двое зачали ребенка вне брака, что является грехом. - проворчал Трэвис и теперь уже в него прилетела еще одна скомканная страница газеты. - Не думаю, что это самый страшный грех в моей жизни! - усмехаясь, сказал Ларри. - Покайся, грешник! - воскликнул Трэвис. - А можно мне? - спросил Филипп у блондина. - Чего тебе? - Покаяться? Ну, не здесь, конечно... А как нибудь тет-а-тет! - Сгинь, нечистая! - вздохнул Трэвис. - Вообще то я сегодня мылся! - отозвался Филипп и в беседке раздался веселый смех ребят. Смеялись все, даже Трэвис, который до последнего пытался сдерживаться, но в итоге сдался. - Хочу меда. - вдруг сказала Эшли, когда смех немного стих. Трое парней переглянулись, а затем вопросительно глянули на абсолютно спокойного Ларри. - Может я сбегаю? - спросил Салли, уже собираясь подняться с места, но его остановили жестом поднятой руки. - Нет. - снова заговорила девушка. - Хочу селедки. Хотя нет, хочу яблок. Вот тут Ларри полез в рюкзак и достал из него зеленое яблоко и передал Эшли, та с улыбкой поблагодарила его. Откусив от плода кусочек и проглотив его, девушка вздохнула. - Хочу шоколада. - пробормотала она. Ларри в очередной раз порылся в рюкзаке и выудил из него плитку шоколада, которая уже через минуту была в руках Эшли. - Она ест шоколад в прикуску с яблоком. - задумчиво проговорил Трэвис. - Что ж, это не самое экстравагантное сочетание, которое нам довелось видеть! - Так! - Салли поднялся со своего места. - Давайте вернемся к важному вопросу. Вы хотите уехать? - спросил он и на его вопрос молодые люди кивнули головой почти что синхронно. - У тебя есть план? - спросил юноша у друга. - Ах, если бы... - усмехнулся Ларри. - Не... Мы только недавно решили, что нужно будет уехать. Да и как я уже говорил, не сейчас. Ближе к тому времени, когда Эш должна родить. Потому что... Не хочется мне, что бы матушка была рядом, когда это произойдет. - Куда вы хотите уехать? - спросил Трэвис. - Пока не знаем. - Нужно все распланировать. - сказала Эшли, заворачивая огрызок яблока в обертку из под шоколадки. - Что, куда и как. Надо составить список необходимых вещей, скопить денег и... - она вдруг обернулась, словно ее кто то позвал. - Эш? - Ларри вопросительно посмотрел на девушку и проследил за ее взглядом. - Вы не слышали? Там... Я... Не знаю, может, послышалось... - тихо произнесла Эшли, поворачиваясь обратно к друзьям, и чувствуя как на ее колено снова легла ладонь. Она встретилась глазами со встревоженным взглядом Ларри и улыбнулась ему, словно говоря, что все хорошо. - Хочешь че нить? - спросил парень и тихо рассмеялся, когда Эшли активно закивала головой, улыбаясь. Это могло означать только одно. - Пицца? - Да! - Лады! Чуваки, вы с нами в пиццерию? - спросил Ларри, окинув взглядом остальных. - С превеликим удовольствием! - кивнул Салли. Троица поднялась с места. Эшли поправила мешковатую толстовку, которая еще пока справлялась с прикрытием растущего живота. - Фил, а почему мы наблюдаем только за Эшли? - спросил Трэвис, достаточно громко, что бы его услышали все, а не только собеседник. - В смысле? - Почему мы не наблюдаем за Ларри? По моему на него тоже действует эта беременность! - после этих слов блондина Эшли засмеялась. - У меня осталась парочка не использованных страниц, одолжить? - спросила она, протягивая Ларри то, что осталось от газеты. - Не. Ты уже выбросила тот огрызок от яблока? - Эй! - тут же возник Трэвис. - Газета это еще по Божески! А вот огрызок!.. В беседке снова раздался заливистый смех и ребята дружной компанией направились в излюбленную пиццерию. Около двух часов они провели в заведении за полукруглым столом на стульях с мягкой обивкой. Помимо поедания пиццы, ребята обсуждали отъезд Ларри и Эшли из Нокфелла, помогали планировать и составлять список необходимых вещей. Когда же пицца была съедена, а основные планы "набросаны", хотя бы примерно, ребята решили, что уже пора и расходиться. Филипп и Трэвис попрощались с троицей, которая направилась к апартаментам. Уже там, Ларри и Эшли попрощались с Салли, который сначала спустился с ними на подвальный этаж, а уже потом поехал к себе на четвертый. - Как тихо. - прошептала Эшли, словно боялась нарушать ту тишину, что царила в квартире, когда они зашли. - Кажется мамы опять нет дома. - пожал плечами Ларри и вместе с девушкой проследовал в свою комнату. Зайдя первым, Ларри включил свет, а Эшли, когда ее ладонь освободилась, повернулась, что бы закрыть дверь. Как только она потянулась к ручке двери, та резко раскрылась. От неожиданности девушка испуганно вскрикнула и отступила на шаг. Парень тут же обернулся и увидел причину такой реакции. В дверях стояла Лиза, с фальшивой и пугающей улыбкой, словно ее заставляли улыбаться через силу. - Ма, ты чего? - спросил Ларри. - Вы думали, я не узнаю? - спросила женщина, заходя в комнату, от чего, Эшли снова попятилась назад. - О чем ты? - Вы решили уехать! Сбежать от меня! - говорила Лиза, растягивая слова и наклонив голову в бок. - Что? С чего ты взяла? - решил скосить по дурочка Ларри. Эшли уже стояла рядом с ним глядя на женщину испуганными глазами. - Не ври мне! - выкрикнула Лиза, но при этом не стирая этой безумной улыбки, а после продолжила тем же, растягивающим слова, тоном. - Вы хотите уехать. Хотите увезти моего внука! Вы не хотите, что бы я его увидела! Мою... кровиночку! - женщина сделала паузу, прежде чем сказать последнее слово, которое она произнесла со странной интонацией, словно говорила о чем то очень желанном. Беременная девушка задрожала, услышав это и сжала запястье Ларри, который старался оставаться спокойным, хотя выходило, скажем так, не очень. - Ма, уже поздно, давай завтра поговорим. - произнес парень и удивился тому, как ровно и твердо прозвучал его голос. Он уже и не пытался отрицать их планы. - Значит, я права? - с наигранной грустью проговорила Лиза. - Эшли, девочка моя, ты же понимаешь, что... - Нет! - прервал ее Ларри. - Разговаривай со мной. - Сынок, вы должны остаться дома, слышишь? Зачем вам уезжать? Я буду помогать вам. Я должна нянчить своего внука, должна держать его в своих руках! - при этих словах женщина продемонстрировала ладони, словно на них что то лежало. - Я должна быть рядом, когда Эшли будет рожать! Слышишь, Ларрушка? Сыночек! После этих слов Лизы, парень прикрыл глаза, чувствуя, как внутри что то оборвалось. Он легонько высвободил свое запястье из пальцев Эшли и сжал её ладонь, а затем посмотрел на женщину. - Ты... - к горлу подступил комок, но Ларри проглотил его. - Ты не моя мать. - произнес он и боковым зрением увидел, как девушка повернула к нему голову. Парень посмотрел в зеленые глаза своего "наркотика", а после снова на женщину. - Что ты такое говоришь, сынок? - обида в голосе, но безумно наигранная. - Как так можно?! - Ты не моя мать. - повторил Ларри, но в этот раз отчеканив каждое слово. Улыбка ушла с лица Лизы, да и вообще все эмоции мигом стерлись. Она закрыла глаза, а после открыла. Но теперь из под век показались красные сияющие глаза. - Догадался, значит? - произнесла женщина, но не тем привычным голосом, который принадлежал доброй и милой Лизе, а басистым, грубым и каким то утробным. - Сообразительный мальчик!