Жени меня иль сам невестой будешь!

А ночью мне снился сад. – Говорят, что каждая красивая история начинается с плохого решения. Чей этот голос? Звучит знакомо и так раздражающе. – Каким же было ваше? – Определенно, когда я решил работать на вас, – подавив в себе желание сдохнуть прямо здесь и сейчас, я открыл глаза, мирясь с действительностью. Знакомый балдахин. А, я в своей кровати. Вот только не один. – Да лежи уже! – и рука князя пресекла мои попытки к бегству, придавливая. Так и есть, Его Величество Илларион Альвиан Эрг обитал на соседней подушке. Одно радует, он был в одежде и даже не потрудился снять сапоги. Расслабленная поза и рука под головой показывали, что отдыхает он здесь явно не первый час. – Что случилось? – натянув одеяло повыше, я замер в ожидании. И кто же меня переодевал? Он что совсем не собирается отвечать? – Какая гнетущая тишина… – в отличие от него я не могу молчать, ох это чувство неловкости. Из последнего что я помню, это яблоневый сад и ледяную воду. Так как я оказался в своих покоях? Судя по всему, сейчас утро, но, если мне не изменяет память, выходил я вечером. Сбоку раздался тяжелый вздох, и мы вновь встретились глазами. Помедлив, он все же нарушил тишину: – Что вы так отчаянно ищите? Неужели это стоит вашей смерти? Вопрос Иллариона определенно поставил меня в тупик. Выглядит он уставшим, и эти темные круги под глазами. – Кажется вы провели здесь со мной ночь… Или же нет, – я не совсем был уверен, но выглядело это так. – А ты бы этого хотел? – Мы уже на «ты»? – стоит свести всё к шутке! Слишком откровенный вопрос. И все же, когда он так смеется, я не могу не улыбнуться в ответ! – Выдохните уже. Ничего не было, я лишь заботился о вас. О чем таком вы думали, что от переживаний ваш внутренний источник был на грани и почти превратил душу в пепел? – Мой… что?! – такого просто не может быть! Воздействие эмоций на магию мы уяснили еще на первом курсе и я бы ни за что… или же? – Вам повезло встретить меня. Иначе, боюсь, состоялась бы ваша преждевременная встреча с почившими родственниками. От этих мыслей передернуло и повеяло холодом. Здесь бы противная шиза добавила «могильным». Но это был всего лишь сквозняк. – Скажите же чего вам не хватает и я протяну вам руку помощи. – Сомневаюсь, что вы сможете мне помочь, – по-доброму улыбнулся я, надеясь на завершение этого разговора. Приподнявшись, Его Величество задало простой вопрос, от которого мне захотелось провалиться сквозь эту кровать лишь бы не отвечать. – Какие у вас отношения с Аланом Миритариэлем? – Н-не думаю, что вас это касается… Я хотел отвернуться, скрывая свое смущение, но в то же мгновение был прижат к кровати одним наглым князям. Это уже слишком! Попытки оттолкнуть его не принесли результата, да проще было глыбу каменную сдвинуть с места чем его… Поза была настолько двусмысленной, что застань нас сейчас кто-то из слуг, то слухи о том, что мы любовники к вечеру станут известны абсолютно всем! И как он так быстро откинул мое спасительное одеяло? Тонкий халат, под которым ничего не было, совсем не добавлял уверенности. Его колено находилось у меня меж ног, одной рукой Илларион опирался о кровать, а второй крепко фиксировал мои руки. С минуту мы разглядывали друг друга, и в панике, походу, здесь был только я! Не разрывая зрительного контакта, князь медленно склонялся к моему лицу. – Ошибаетесь. Вы работаете на меня, поэтому все ваши проблемы касаются и меня. Горячие дыхание обжигало губы. Слышал ли я, что он говорил в эту минуту? Вряд ли. Звук моего сердца заглушал все звуки. – Прошу… – выдохнул я, не в силах противиться очевидному желанию. Самодовольная улыбка расцвела на его губах, но от следующих слов она растаяла как первый снег по утру. – Прошу, прекратите. Для вас это лишь игра, но я не уверен, что в дальнейшем смогу вынести последующее за этим равнодушие! – Я задал вопрос и всё еще жду ответ, – изумрудные глаза смотрят с насмешкой. Уж лучше молчать. – Абаэль, – от этого горячего шепота на ухо по телу пробежали мурашки, – не заставляйте меня пытать вас. – Чт-т… ох, – не успел я удивиться, как отпустив мои руки, Его Величество одним движением задрал мой шелковый халат, и его рука легла на бедро. – Что вы себе позволяете! – краска залила всё лицо, но, сколько бы я не упирался руками в его грудь, он не сдвигался. Зато вот рука, перестав поглаживать мою кожу, поползла выше. – Делал ли он также с вами, Абаэль? – в этих глазах не было теплоты, лишь ледяное равнодушие. – Откуда вы знаете? – дрожащие губы выдавали мое состояние с головой. Цинично улыбнувшись, он кивнул своим мыслям. – Это… не совсем походит на отношения отца и сына, вам так не кажется? Ненавидел ли я его в этот момент? Еще как. Но также безумно, как я его ненавидел, также безумно я его желал. Зажмурив глаза, я прикусил губу. В глазах других эта связь всегда будет оставаться порочной, но есть ли мне оправдание? Что такое любовь? Его слова всё ещё живы в моей памяти. Всепоглощающее чувство. Тонкая грань между болью и наслаждением. Вот только почему я постоянно познаю лишь её первую сторону? Нежные прикосновения к лицу привели меня в чувство. Илларион стирал мои слезы, не осуждая и сохраняя терпение. – Я… я столько лет пытаюсь всё забыть, но с каждым годом ненависть и отвращение к себе неумолимо растут. Я х-хочу это прекратить, но мне хватает бесстыдства продолжать любить моего герцога совсем не той любовью! И если до этого я хоть как-то контролировал эмоции, то сейчас больше не представлялось возможным сдерживаться. Я буквально захлебывался слезами. Терпел все эти годы, не подавая виду, но сейчас что-то сломалось внутри. Я думал, что Его Величество уйдет, оставляя меня наедине, но он снова удивил. Сев на кровати, он прижимал меня к своей груди и не переставал шептать слова утешения. От этих ласковых поглаживаний по спине хотелось рыдать вдвое больше. Я никогда не позволял жалеть себя, полагая, что эти чувства лишь моя вина, а эльфийский герцог лишь позволял мне согревать его постель из прихоти. – Не плачьте, молю вас, – уткнувшись носом в мои волосы, князь продолжал всё сильнее сжимать меня. – Абаэль… Мне не хватит смелости снова взглянуть на твои слезы, и я ни за что не прощу того, кто заставил тебя так страдать. Сколько мы так просидели? Я не знаю, может час, а может два. В конечном итоге я заснул в его объятиях. Я проснулся от чьего-то взгляда и рывком сел в постели, но по близости никого не было. Приснилось? Боже, как долго я спал? Но за окном ещё светло, это хорошо. Да и чувствую себя уже лучше. Чёрт, это же надо было так облажаться! Прорыдать несколько часов на груди будущего Императора оборотней. Хотя… Это даже забавно. С облегчением рассмеявшись, я провёл рукой по волосам. Нужно брать себя в руки! Иначе так не далеко и до увольнения. – Вы уже проснулись, – донеслось со стороны двери и, обернувшись, я застыл с приоткрытым ртом. Его Величество собственной персоной ободряюще улыбался, держа поднос с едой. Теплый взгляд изумрудных глаз выражал искреннее беспокойство. Черт, меня проклянет ползамка за то, что их князь лично прислуживает мне! Слава князю, он дал мне время привести себя в порядок, да и вообще ничего не сказал про внешний вид. А посмотреть было на что! Красные глаза, искусанные губы, синяки под глазами и бледная кожа идеально подходили под типичный образ упыря. Назвал бы меня сейчас один эльф своим драгоценным цветком? Очень сомневаюсь. С волосами отдельная история, полчаса я точно убил на то, чтобы вытащить все веточки, листочки и распутать отдельные пряди. Зато ближе к природе, как сказала бы бабушка по линии матери, чистокровная дриада. Спустя час, я был более-менее удовлетворен результатом. Порванный халат пришлось выкинуть, а жаль, он мне нравился. Но светлые шелковые бриджи, рубашка в тон и накидка от одного кимоно с яркими цветами тоже неплохо. Волосы остались распущенными, не было никакого желания их заплетать. – Почему вы на меня так смотрите? – поперхнувшись чаем второй раз, я все же решил поинтересоваться у причины моего дискомфорта. Сидели мы в креслах напротив друг друга, травяной чай, что принес князь, способствовал умиротворению на душе, а десерт поднимал настроение. – Просто дежавю, – ещё шире улыбнулось Его Величество, от чего на его щеках появились милые ямочки. – Вот как? – подавить заинтересованность в голосе не вышло. Ну и пусть! – Я уже и забыл, как более двадцати лет назад одна прекрасная девушка также рыдала на моем плече от безответной любви, – озорной огонёк в изумрудных глазах подсказывал, что княже сказал это не от того, что просто склероз отступил и в голове прояснилось. – И… что с ней случилось? – не смог я сдержать любопытства, скрывая смущение за чашкой с чаем. Стыдно за произошедшее всё же было, но в то же время я не мог не почувствовать, что мы стали с Илларионом ближе. Вот только хорошо ли это? Взгляд в сторону и ответ, от которого я поперхнулся в третий раз: – Он стала моей женой, – довольная улыбка. Это флирт? – Что с вами? Вам не нравится чай? – и я бы поверил в его наигранное беспокойство, если бы на губах не скользила еле заметная усмешка. Издевается! Как есть, издевается. – Ваше Величество, не стоит так беспокоится обо мне. Разве я этого заслуживаю? – Слава этикету! Иначе, что бы я ответил?