Сладки нотки лёгкой страсти

Мысли. Много мыслей. Их миллион. Нет... Миллиард. От того, что муравей проходит по асфальту, до домыслов жизни во вселенной. Но главная остаётся лишь сея мысль об мистере Чарльзе Эйлере. Мысль об этом дурманит разум, а сердце, так странно, начинает вырываться. Сладки и не чужды мне мысли о суициде, но сможет ли без меня Эйлер?

В очередной раз ловлю его взгляд на себе, поворачиваюсь, но он уже смотрит в тетрадь, будто скрывая что-то. Взгляд был заинтересованным, глубоко рассматривающим и... Любвеобильным? В обед он вновь зовёт есть на крышу ведь знает, что я люблю там находиться. Весьма приятно и вежливо с его стороны. Размышления о всяком инопланетном - разговоры ни о чём. В наших головах только эти разговоры и приятные слова-коды, дабы разнообразить наш скромный диалог. Но.. Подождите, что? Чарльз, его взгляд. Он так нежен. Сию секунду я уже не понимаю, что происходит. Мягкое тепло на губах, влажный язык. Лёгкие прикосновения тканевых перчаток, блуждающих по моему телу. П-поцелуй? Не понимаю, мистер Эйлер, скажи, что же происходит? Почему мои щёки пылают? Никогда раньше такого не было. Почему внизу живота так неприятно ноет? Раньше такого не было. Как же мыслить здраво, чувствуя руку, уже без перчатки, у себя под штанами? Мыслить здраво невозможно, чувствуя губы на своей шее. Моё тело и разум хотят погрузиться, окунуться в этот грех, позволить очернить бледное тело засосами. Эйлер, что же ты сделал со мной? Околдовал? Скажи же это заклятье, я тоже хочу околдовать тебя. Мы сливаемся воедино, чувствуем невообразимую страсть. Так похотливо и грешно, но так приятно и заманчиво. Кажется, что ты тоже не смог удержаться и не совершить этот грех, да, Эйлер? Мы с тобой в одной клетке ада, что ждёт нас после смерти. А сейчас остаётся лишь вкусить тела друг друга и ослепить очи своим совместным свечением.

Эйлер, тебя люблю я.