Монстр под кроватью

      Ночь темна. Она объяла своими тощими руками город, укрывая его чёрным балахоном, и лишь звёзды, пытающиеся пробиться сквозь её прочный занавес, дарили свет. Ветер выл. Нет, он скорее завывал, призывая из самых тёмных закоулков всех самых страшных монстров, приглашал их на очередной пир. Под тяжестью тьмы даже уличные фонари не могли светить ярко и то и дело мигали, скрывая в этих мгновениях жаждущих детского страха монстров, юркающих по улицам в поисках подходящего дома.       Они превращались в деревья, заглядывая в окна, и стучали ветками в такие хрупкие, под взором ночи, стёкла. Они скрипели дверями в комнаты и выглядывали из-за дверец шкафов, заставляя мурашки бегать по нежной детской коже. Они пробирались в комнаты под видом одежды, мебели, игрушек… и ведь всего один неосторожный взгляд детских глаз заставлял их выплёскивать пугающую ауру, предавая маскирующему их предмету устрашающий вид. Даже при всём желании, они не могла полностью скрыть свою сущность.       Дыхание их было холодным, как и тела, и стоило им проникнуть в комнату, как температура будто бы падала, заставляя детей плотнее укутываться в одеяла. Но это не спасало, и напуганный детский взгляд наблюдал за бегающими по потолку, полу и стенам тенями.       И вот, когда монстр вдоволь насытится страхом, он может пометить ребёнка, нависая над ним в лунном свете, бормоча что-то себе под нос, насылая кошмары. А сам же заберётся под кровать или в шкаф, чтобы проделать этот ритуал в следующую ночь.       Ночь — самое страшное время суток. Люси знала это. Люси всегда просила оставлять дверь в её комнату открытой, чтобы в любой момент можно было убедиться, что за ней никто не стоит. Люси только недавно согласилась спать с выключенным светом, с опаской смотря на милый ночник в виде феи на прикроватной тумбочке. Люси прижимала к себе плюшевых игрушек, пытаясь защитить их от монстров.       Да, она была не из тех детей, что думает, будто бы плюшевый мишка ночью превратится в рыцаря и будет отгонять монстров. Люси всегда считала, что игрушки ещё более беззащитные, чем она и затаскивала их под одеяло, в надежде, что монстры их не найдут.       Девочка боялась всего, но при этом она не просила заглядывать под кровать. Ведь какой монстр покажется взрослому? Из-за её страха с ней не хотели дружить соседские дети и только Эльза защищала её от насмешек, слушая её истории.       Очередной из таких дней подошёл к концу. Лейла, закончив читать сказку, поцеловала дочь в лобик и, поправив одеяло, выключила свет, по привычке оставляя дверь наполовину открытой. В комнате воцарилась тишина и лишь убаюкивающее тиканье настенных часов нарушало её. Люси прижала к себе красного, плюшевого дракончика и вжалась в подушку, прислушиваясь и оглядывая комнату.       В окно стучала ветка, которую её отец никак не спилит, слышался свист ветра, но сердцебиение крохотного детского сердца заглушало все эти звуки, привлекая проскочившую на улице тень именно к этому дому, именно в эту комнату.       Неожиданно девочка вздрогнула. Её обдало холодом, оконная рама скрипнула, а по стене пробежала тень. Невзрачная, точно такая же, как и от дерева, когда мимо дома проезжали машины, светя в окна фарами. Но именно эта, привычная тень повергла сейчас Люси в ужас.       Девочка зажмурилась, сворачиваясь калачиком и накинула одеяло на голову. Это позволило ей не увидеть мрачный, холодный силуэт, нависший над маленькой кроватью. Монстр не стал долго ждать и довольно оскалился, демонстрируя звериные клыки. Он протянул тощие руки к детской фигуре, уже представляя вкус её страха, но замер. Длинная прядь волос спала с его плеча, а уголок детского одеялка неожиданно приподнялся и монстр увидел большие, полные не только страха, но и любопытства, карие глаза, взгляд которых, всего на одно мгновение, пересёкся с серо-зелёными, сузившимися, холодными глазами, и монстр растворился в темноте, будто бы его и не было.       Люси, верящую в монстров так же, как и в то, что днём светит солнце, было сложно убедить в том, что ей просто привиделось, но прибежавшие на крик дочери родители смогли успокоить её и уговорить поспать. Наутро девочка была дёрганой и на отрез отказывалась идти в садик, но и в комнату заходить боялась. Хоть кошмары ей и не снились, зато присутствовало странное ощущение будто бы за ней следят, а из головы не выходил мельком пойманный взгляд холодных глаз.       В течении недели Люси засыпала за полночь, высматривая устрашающую тень в комнате, но всё было как обычно. Завывание ветра, привычные глазу и уже, почему-то, совсем не пугающие тени на полу и стенах, даже в силуэтах игрушек и мебели не было тех дорисованных детской фантазией монстров. Было только странное чувство, что рядом с ней кто-то есть, и этот кто-то не отводил взгляд от напуганной девочки, но, стоило повернуться, как взгляд ощущался совершенно с другой стороны. К концу недели Люси уже не боялась и поверила в то, что ей просто привиделись те глаза, наполненные непониманием.       — Ай, — вскрикнула Люси, почувствовав, как кто-то больно дёрнул её за хвостик. — Больно же. Эй, отдай, это моя кукла!       Перед девочкой стоял пухлый, светловолосый мальчик, окружённый своей привычной свитой и вертел к руках любимую Люси девочки, подаренную на день рождения мамой.       — Ой, что правда? — засмеялся мальчик и дразня поднял игрушку над головой, наблюдая за тем, как девочка пытается до неё дотянуться. — А если не отдам, что будет? За мной придут монстры? Кошмар приснится? Ай!       Сзади мальчика оказался другой, худой и тёмноволосый. Он со всей силы отвесил грубияну подзатыльник и ловко поймал выпавшую из его руки куклу.       — Нет, — холодно буркнул он, протягивая игрушку Люси.       — Мы побьём, — продолжила за него аловолосая девочка, подошедшая со спины Люси.       Увидев Эльзу и Грея, известных всем как самых сильных противников, хулиганы тут же поспешили убежать. Они уже не раз получали от Грея, но с Эльзой ещё не сталкивались, да и желанием не горели. Все знали, что Фуллбастера может побить только Эльза, а вот Алую ещё не победил никто.       — Спасибо, — с улыбкой поблагодарила Люси и чмокнула брюнета в щёку, от чего тот тут же покраснел, и обняла Эльзу.       — Н-не за что, — пробубнил Грей едва слышно, но после посмотрел на подруг странным взглядом.       — Что? — Одновременно спросили девочки, переглянувшись.       — Ну… это, я… — замялся мальчик, робко почёсывая затылок и опустив взгляд на свои ноги. — Ты вроде про монстров много знаешь. Можешь и мне рассказать? Мне очень интересно.       Девочки засмеялись и Люси потянула брюнета в беседку, где обычно делилась с аловолосой новыми страхами и подозрениями, рассказывая какой именно формы монстр ей привиделся.       С тех пор у Люси было два друга, с которыми она ничего не боялась. Они даже несколько раз ночевали у девочки, и Люси показывала все самые пугающие её вещи. Но взросление взяло своё. Стулья и столы перестали её пугать, а, на замену феям, на стене появились плакаты музыкальных групп, постеры фильмов и фотографии, много фотографий. И под каждой была записка, в которой уже девушка, а не девочка, делилась своими эмоциями, а не страхами. Пятилетняя милая девочка превратилась в красивую, пятнадцатилетнюю девушку, но её большие, карие глаза по-прежнему были полны любопытства.