Гаррота

Стоун не предполагал, что грабитель, которого он обнаружил у себя в кухне, когда ночью пришел попить воды, окажется так силен. От удара в челюсть он даже не пошатнулся, от хука ему под дых у Стоуна только заболела рука, а громила повернулся к нему и довольно нежно зажал его шею в сгибе локтя. Очнулся Стоун на своей кровати. Его правая рука была прикована наручником к правой ножке кровати, левая – к левой, а на шее надет металлический обруч. Злодей стоял над ним, не пытаясь прятать лицо. Это был немолодой здоровяк, затянутый в черную кожаную одежду, как в комиксе о «Томе из Финляндии». Он наклонился и стянул со Стоуна трусы. - Урод! Пидор! Ты что творишь! Пошел на хуй! Я тебя урою! – заорал Стоун. Грабитель внимательно посмотрел на него и повернул на два оборота винт на металлическом обруче. Крик Стоуна перешел в кашель. Он попытался освободиться, пытался порвать цепи у наручников. Вся кровать ходила ходуном, но он ничего не мог сделать и несколько раз прохрипел сквозь кашель «сука». Тогда грабитель повернул винт еще раз. Теперь обруч сжался настолько, что Стоуну стало ощутимо не хватать воздуха. Вдохнуть с хрупом и клокотанием у него еще получалось, а выдохнуть грудной клеткой, распяленной по кровати, он уже не мог. Он багровел лицом, открывал и закрывал рот. Мучитель смотрел на его дергающиеся ноги, повисший между ними мягкий хуй, и поддрачивал себе сквозь одежду. Через пару минут он отпустил винт на три оборота, а чтобы помочь Стоуну выдохнуть, слегка надавил рукой ему на раздувшиеся грудь и живот. Прикованный к кровати мужчина долго кашлял, шумно вдыхал воздух, снова кашлял, а потом просто со свистом дышал, дикими глазами глядя прямо перед собой. Грабитель тем временем расстегнул ширинку и достал пока не достигший полной эрекции член. - Ты чего задумал? – захрипел Стоун. – На хуй иди, мудила! Грабитель наклонился и снова завернул гарроту на три оборота. Стон стал биться и извиваться в кровати, а потом замер, глядя на своего палача полными ужаса глазами и несколько раз одними губами – голосом не мог – произнес «ладно, ладно». Ему снова позволили дышать. Он некоторое время лежал с разинутым ртом, наслаждаясь тем, что может и вдыхать, и выдыхать, и наконец спросил: - Чего ты от меня хочешь? - Попроси тебя выебать, - ответил грабитель. Стоун перевел дух и через силу произнес: - Выеби меня. Грабитель недовольно покачал головой – дескать, не устраивает такой скудный вариант – и потянулся к винту на шее жертвы. Стоун в ужасе дернулся и затараторил: - Трахни меня, всунь в меня свою елду, я хочу тебя на всю длину, чтобы ты меня порвал на британский флаг, чтобы твоя залупа у меня изо рта полезла, забей мне хуй в задницу по самые яйца! Грабитель кивнул – вот теперь неплохо! - залез на кровать, встал на колени между раздвинутых ног Стоуна и продолжил дрочить. Его член, как всякая дубина слишком большого размера, не особенно заметно увеличивалась во время эрекции, но теперь она не висела вдоль бедер, а приподнималась, изогнувшись как бивень мамонта. У Стоуна от страха яйца поджались и покрылись гусиной кожей, а член оставался мягким. Сам Стоун дрожащим голосом продолжал повторять на разные лады, как он мечтает почувствовать горячий хуй в своей прямой кишке. Насильник взял его за ягодицы, поднял на уровень своего члена и стал вставлять. Дырка Стоуна от страха и боли сжалась в точку, и он едва сумел расслабиться достаточно, чтобы незнакомец втиснул внутрь головку члена. Насильник продолжил давить и впихнул до половины толстый, перехваченный набрякшими венами ствол. Стоун кричал, но вместо крика получался хрип. - Да, засади мне, еби меня по полной, - продолжал он. Насильник всунул в него целиком и начал двигаться внутри туда-сюда, каждый раз вытаскивая сантиметров на двадцать и вставляя снова. Стоун слабо вскрикивал. Похоже, у нападавшего были большие проблемы с тем, чтобы достичь оргазма. Он мочалил Стоуна очень долго, требовал, чтобы тот рассказывал, как ему нравится хуй внутри, чтобы подмахивал и сжимался. Наконец, не вынимая член из дырки, он снова потянулся к гарроте и завернул винт сразу на шесть оборотов. У Стоуна глаза вылезли из орбит, язык стремительно распух и вывалился на нижнюю губу. Он стал ритмично дергаться всем телом, и насильник продолжил трахать его в такт, подбадривая добродушными возгласами, как будто для удушаемого они могли еще иметь хоть какое-то значение. Наконец, глаза Стоуна стали полностью бессмысленными, голова упала на бок, и тазовые мышцы, которые только что с силой сжимали член между ягодиц, полностью расслабились. Так и не успев кончить, насильник вытащил все еще твердый хуй из тела. Мужчина лежал перед ним полностью доступный. Насильник освободил его руки из наручников, снял обруч с шеи. Там, где он врезался в кожу до крови, шея Стоуна стала чуть не вдвое тоньше, чем была. Гаррота сломала ему горло и раздавила кадык. Насильник заправил язык удавленника обратно в рот, оттянул побольше нижнюю челюсть вниз и вставил хуй Стоуну в горло. Он трахал его в рот, не отрываясь. Он ложился ему на лицо и проталкивал член глубоко в пищевод. Это продолжалось пять или десять минут, то кончить снова не получилось. Тогда он перевернул труп на живот, встал член ему в задницу и сжал его ноги между своих, чтобы снова сделать ее узкой. Ничего не помогало. Он ушел, так и не кончив.