Буду умолять

      Она чувствовала тревогу, хотя тревогу она чувствовала не часто. Сегодня должен состояться дружеский матч Too c Seirin. И он состоится. Дружеским он назывался номинально, ведь оба тяжелых форвардов каждый раз играли не на жизнь, а на смерть.       Сегодня все было иначе. Аомине злился на Кагами, не смотря на то, что Курода сказала, что они просто друзья и между ними ничего не было. Но что же это тогда за чувство, будто он принимает вызов от Кагами не только на баскетбольной площадке. Он даже спать нормально не мог, так был погружен в эти беспокойные мысли об одной беспокойной девице. Она вызывает в нем шквал эмоций, за неё хочется сражаться. Врезать Кагами, когда он обнимал Киру совсем не как подругу, ему очень сильно хотелось. И сегодня он победит, чего бы ему это не стоило.       Кира зашла в зал, радуясь, что её никто не замечает. Честно говоря, она не хотела сюда приходить. Она не знала, чего можно ожидать от Аомине. Да и Кагами ничуть не лучше, вспыхнет за секунду. Это её пугает, особенно то, что Кагами совсем не знает про них с Аомине. Она всегда любила устраивать потасовки, но сейчас стушевалась.       – Топчешься на пороге? – над ухом прошелестел низкий голос брюнета. Она вздрогнула, а он опустил свою руку ей на плечо.       – Пугаешь, – протянула брюнетка, каждой клеточкой своего тела ощущая силу, исходящую от него.       Он вытянул её в зал, где на них тут же обратились все взгляды. Вот с ним всегда так, в центре внимания. Он притягивал к себе все взгляды. Она тоже, но… Аомине опустил свою руку ей на талию, прижимая к себе так властно, что Кагами вспыхнул от ярости. Ну вот, как и предполагала. Аомине хищно улыбался Кагами, что продолжало его провоцировать. Это была битва взглядов.       – Ты помнишь, что ты моя! – он прошептал ей эти слова на ухо, обжигая своим дыханием шею. Он аккуратно прикоснулся к её кулону, смотря, как аквамариновый камушек переливается в его пальцах.       Она глубоко вздохнула, вздрагивая от его случайных прикосновений к её коже. Какая же она слабая рядом с ним. Она не может его остановить, потому что хочет продолжать это, потому что его прикосновения будоражат её. Она знает, что Тайга смотрит на них, на них смотрят все. А она не может оторвать свой взгляд от его профиля.       – Я говорил, что делить тебя ни с кем не собираюсь, а вот твой дружок Кагами все еще думает, что ты можешь принадлежать ему, – он говорил шепотом, потому что понимал, как его шепот действует на неё.       – Я тебе не вещь, – совсем тихо, потому что сил нет.       Тяжелая рука красноволосого сжала плечо брюнета. Кагами метал молнии и прожигал в Аомине дырку тяжелым взглядом, не предвещающим ничего хорошего. Кира будто очнулась, отталкивая Аомине от себя резким движением. К ней тут же подскочила Тока.       Она отвела девушку подальше от парней. Кира молчала, хотя прекрасно понимала, что Тока ждет объяснений, но слов не находилось. Она скользила растерянным взглядом по людям в зале, мысли путались. На первый взгляд все люди слились в одно пятно, никого разобрать было невозможно. Во второй раз она уже различала отдельные фигуры. На третий раз она вернула себе ясность происходящего.       – А кто это рядом с Куроко? – Кира указала на девушку, крутящуюся рядом с невидимкой. Кира скривилась.       – Это из клуба журналистики, недавно они брали интервью у всей баскетбольной команды. Её очень заинтересовал Куроко, – тихо пояснила Тока, переводя взгляд на эту парочку.       – Издеваешься? И ты молчала, что у тебя появилась соперница? – Кира выглядела недовольной.       Она не понимала, как такое могло случиться. Вернее, что скрывать, Куроко притягивает внимание. Самый необычный игрок поколения чудес, самый загадочный. Но чтобы какая-то журналистка отбила у её подруги парня, этому не бывать. К тому же, Куроко вовсе не обращал на неё внимание. Кира внимательнее всмотрелась в парня. Вроде бы в его поведении не было ничего необычного, он был полон спокойствия, но ей казалось, что что-то было все же не так. Кажется, Тока просто накручивает.       – Кира, кажется, есть проблема важнее. Они сейчас подерутся! – Тока вернула подругу в реальность.       – И что я должна делать? – фыркнула Кира, понимая, что Момои старается остановить Аомине.       – Как что? Они же из-за тебя подерутся, – негодовала Тока.       – Ладно-ладно, – недовольно протянула Кира, направляясь к парням. Девушка встала между ними, одаривая каждого гневным взглядом. – Аомине, заткнись! Тайга, остынь! У вас есть прекрасный способ выяснить, кто сильнее на площадке.       Парни нехотя разошлись по разным углам. Как раз судья объявил построение.       Кира отошла к стенке. Построение. Она опустилась на пол, явно не желая никого рядом с собой видеть. Ей было плевать на матч, на его исход. Мысли все так же путались. Чувства Тайги её пугали, намерения Аомине тем более. Она не понимала последнего, почему же он только кидается такими фразочками, но никак не сделает шаг.       Игра с самого начала приобрела стремительные и агрессивные обороты. Основное противостояние было между двумя асами команд – Кагами и Аомине. Красноволосый злился на Аомине, потому что тот посмел прикоснуться к Кире. Брюнет был зол, потому что Курода назвала его противника по имени. Еще один эффектный бросок, который Кагами не смог сдержать.       Кира сидела на полу и следила за игрой на автомате, пока её мысли были где-то далеко. Поток мыслей прервал свисток. Перерыв. Две минуты. Брюнетка поднялась с пола, стряхнула невидимые пылинки со штанов и двинулась к выходу из зала.       Она достала из своего шкафчика бутылку газировки и сделала глоток.       Когда она вернулась, начался второй период. На поле ничего не изменилось с первого. Все тот же Аомине бегает по полю наперегонки с Кагами. Остальные члены команды без дела болтались по полю, не успевая за передвижениями асов. Такие игры скучны для Киры, интереснее смотреть на борьбу команда на команду.       Девушка плюхнулась на скамейку рядом с Токой. С другой стороны оказалась та самая журналистка, что положила глаз на Куроко. Кира ничего о ней не знала, но эта девица её раздражала. Еще с таким восторгом кричит, что верит в Seirin. Кира впервые обратила внимание на счет, а ведь отрыв гостей был действительно небольшим. Всего восемь очков не хватает до Тоо. Время, как назло, тянулось медленнее обычного. Брюнетка сделала последний глоток из банки с газировкой и кинула банку точным броском в мусорку. Она глубоко вдохнула воздух, пытаясь успокоиться.       – Может, заткнешься? – она буквально прошипела эти слова на самое ухо своей соседке.       – Извини, – она повернулась на Киру с надменным выражением лица. Самодовольная. Должно быть интересно. – Ты вообще кто?       Свисток. Гости взяли тайм аут. Отлично. Брюнетка поднялась со своего места, не отрывая взгляда от надменной девицы, которая не хотела уступать, но боролась с внутренним желанием обратить все свое внимание на Куроко. Кира улыбалась. Давно она такое не проворачивала.       – Таким тоном непозволительно обращаться ко мне, – она говорила с абсолютным спокойствием и уверенностью в своем положении.       – Что? – девушка подскочила. – Кем ты себя возомнила?       – Играешь? – Кира небрежно указала на Куроко. – Не стоит, увижу тебя рядом с баскетбольной командой не по работе, поверь, я смогу устроить тебе ад! – она понимала, что привлекла внимание всех. А еще она чувствовала прожигающий взгляд Аомине с соседней скамейки. – Он слишком вежлив, чтобы сказать тебе, что он тобой не интересуется. Мне тебя жаль. Но ты меня услышала?       Курода продолжала лить на неё свою желчь с самым спокойным выражением лица, которое только могло быть у человека. Кира ощутила, что вылив свою злость на эту девицу, ей полегчало. Её оппонентка просто хлопала глазами, не найдя, что ей ответить.       – Если планируешь снова орать, отсядь от меня, – протянула Кира, опускаясь на скамейку.       Тайм аут закончился. Игра продолжалась так же быстро и ожесточенно. Ни Кагами, ни Аомине не желали проигрывать, особенно друг другу. Это была не просто игра, не просто матч-реванш. Они играют за Неё и оба осознают это. Только они вовсе не подозревают, что она уже сделала свой выбор. Еще тогда – на зимнем кубке.       Пять минут пролетели незаметно. Последние секунды. Трехочковый капитана Seirin вывел их на одно очко вперед. Кира ничего не могла сказать по поводу того, как закончится игра. Да ей было откровенно плевать. Она вообще не особо любила эту игру, хоть сама и умела играть.       Она выскользнула на улицу. Вечерний весенний ветерок приятно охлаждал. Она вдохнула глубже, прикрыв глаза, стараясь покинуть этот мир хотя бы на несколько секунд. Она встрепенулась, когда тяжелая мужская рука притянула её к сильному и мокрому от пота мужскому телу. Она обернулась, не подавая вида, что ей не совсем приятно.       – Я же буду победителем, докажу, что лучше меня только я, – его низкий бас пустил по телу мурашки.       – Если действительно будешь победителем, разрешу проводить меня, – его глаза манят её, но не терять же самообладание.       – Обязательно, – он усмехнулся, понимая, что проводит её в любом случае.       Они вернулись в зал. По отдельности, как и вышли. Кира опустилась обратно к Токе, которая пристально следила за Куроко. Журналистки рядом не наблюдалось. Кире подумалось, что она могла и до слез довести бедную девочку, но она тут же откинула эту мысль, потому что ей было все равно.       – Прекрати сверлить в нем дырку, похожа на сталкера, – усмехнулась Кира, приобнимая подругу за плечи.       Свисток. Третья четверть. Она дала ему стимул к победе. Теперь Курода полностью уверена, что Тоо победит. Теперь это не обсуждается. И почему же ей так приятно от этой мысли. Почему же взгляд прикован лишь к его игре? Она желает его, но так просто не даст. Играть с ним в свою собственную игру, где правила знает только она, ей интересно. Ей нравилось, что он бегает за ней.       Сколько процентов, что секс с ним дикий с нотками агрессии, как его игра сейчас? Черт. Зачем она допускает такие мысли. Ведь она и так уже изнемогает. У него то есть способ сбросить лишние тестостероны. Играет там, бегает по площадке, а она тут ерзает. Несправедливо. Она так давно не играла, она ни за что не станет вновь играть.       Свисток. Конец третьей четверти. Как же быстро пролетели эти десять минут. Конечно, ведь она наблюдала только за ним. Он хищно ей усмехнулся, когда шел к скамейке. Она закатила глаза. Эти их взгляды заметили все. И Кагами в том числе. Она заметила его напряженную спину, когда взглянула на него. Она понимала, что он испытывает сейчас, но ничего не могла с этим поделать.       Последние десять минут. Напряжение нарастает. Команды пытались играть сами, но их асы вновь противостояли друг другу. Последняя четверть самая захватывающая в таких играх. Они оба были в зоне. Их чувства обострились. Эта атмосфера совсем не походила на прошлую их игру, где на кону был зимний кубок. Сегодня они оба решили, что ставки выше. Сегодня на кону было уважение девушки. Кира понимала это лучше, чем кто либо. Ей это льстило.       Время близилось к концу игры, а гости так и не могут захватить лидерство. Аомине не позволяет и не позволит. Он тренировался всю последнюю неделю. И теперь он не упустит свой шанс на победу.       Финальный данг. Свисток. Матч окончен. Тоо победители. Сегодня Аомине победитель, Кагами проигравший. Сегодня Аомине не презирает Кагами за проигрыш, а пожимает ему руку. Однако выражение лица до сих пор не выражало дружелюбия. Ведь Курода все еще не называет его по имени.       Аомине оглянулся. Её не было в зале. Парень кинулся в раздевалку.       

***

      На улице превосходная погода. На небе ни облачка, что бывает редко в это время года, все улицы освещены теплым светом фонарей. Даже толпы народа не мешали наслаждаться дорогой домой. Конечно, ведь за ней шел Аомине, наблюдавший, как она останавливается у каждой витрины и рассматривает её содержимое.       Он подошёл ближе к ней. Хотелось улыбаться при взгляде на неё. С чего бы это вдруг? Он не знал. Догадывался. Она всматривалась в очередную витрину, а затем резко развернулась и со скоростью света полетела дальше по улице. Аомине двинулся следом, скользя взглядом по её напряженной спине.       – Что случилось? – а тон то, как будто ему все равно.       – Ничего, – отрезала Кира, резко останавливаясь. Аомине ничего не ответил. – Отца видела.       – С кем? – брюнет рассматривал её лицо.       – Не знаю, с новой пассией, наверное, – она взглянула ему в глаза, а потом отвела взгляд. – Да мне плевать.       – Так и слышу, как тебе плевать, – они продолжили идти.       – Я не уважаю его, – поделиться хотелось. – Его бросила мама, и это его вина. Все его мысли были о баскетболе. Не знаю, как сильно он любил маму, но баскетбол он любил больше. Когда он нас с братом затащил в игру, она не выдержала и ушла от него. Я не уважаю его, потому что баскетбол был ему важнее семьи.       Аомине молча слушал. Она впервые рассказывала что-то столь личное. Он смотрел на её спину, когда заметил, что она дрожит. Вот идиотка, вырядилась в легкой куртке. Накинул на неё свою куртку с надписью Тоо. Она укуталась в неё. Он усмехнулся.       – Спасибо, – она остановилась около своего дома.       Она вдруг поняла, насколько сильно она влюбилась в него. Он красивый, сильный, и так смотрит на неё. Она ощущала себя героиней мыльной дорамы, в которой по сценарию он должен её поцеловать, но он почему-то целовать её не спешил.       Кира начинала злиться, потому что он взирал на неё со своей коронной ухмылочкой. И тут она мысленно пообещала себе, что разлюбит его немедленно, если он её не поцелует через минуту, ведь Кира не привыкла бегать за кем-то.       Аомине не понимал, почему же она злится. Он тоже понимал, что сейчас самый лучший момент. Притянул её к себе. Он легкими движениями провел пальцами по её щеке. Его пальцы шершавые, а её кожа такая мягкая.       Её губы были мягкими. Она так долго этого ждала, что почти взяла инициативу в свои руки, но парень не позволил ей это сделать. Она рука покоилась на талии, другая перебирала волосы на затылке, её рука лежала на его груди и щеке.       Они не могли остановиться. Но ему пришлось отстраниться. Она задыхалась. Губы приоткрыты, и она так жадно хватает воздух. Он чувствовал, что выглядит так же.       Он молча прижимал девушку к себе, которая уперлась лбом ему в грудь и сжала ткань его футболки. Его. Она теперь только его. Он не намерен её ни с кем делить. Особенно с Кагами.       Такая девушка только для победителей. А он прирожденный победитель.