Сумерки. Сага. Млечный путь

      — Как тебе может быть не холодно? — стуча зубами, спросила Белла.       Шторм снаружи разыгрался такой, что я бы действительно поверил, если бы мне сказали, что наступил конец света. Палатку трепало на ветру словно флаг, а мороз стоял такой, что я не чувствовал ни рук, ни ног. Белла выглядела еще хуже меня: она была вся бледная, губы посинели, а зуб на зуб не попадал.       — Холодно, — ответил я, сильнее укутываясь в одеяло, — просто не так, как тебе. Я трачу собственную магию на поддержание тепла.       С учетом того, что я и так все время мерз, даже летом, а сейчас у меня немного болели пальцы от холода, одеяла сильно не помогали. Температура упала ниже нуля и продолжала опускаться. Я замотался словно в кокон, так, что видны были только мои глаза. Магия и правда грела меня: включился защитный механизм, не позволяющий носителю дара умереть или окоченеть насмерть, как в моем случае. Дар всегда активизировался в такие моменты, когда мое эмоциональное состояние резко менялось или когда был резкий выброс адреналина.       Вот только с режимом внутренней «печки» нужно было быть осторожным. Чем больше я тратил магии, тем больше накатывала физическая усталость. А я еще хотел настроить хотя бы одну ловушку, на всякий случай. Но это будет поутру, когда буря окончательно затихнет и снег ляжет на землю ровным ковром. Почему я не сделал их заранее? Боялся, что рунный круг банально снесет. И, в общем, не зря. Снаружи мы услышали отчетливый хруст, словно сломалось дерево — такой силы был ветер.       Джейкоб устал слушать стук зубов Беллы и пригласил ее погреться в волчьих объятьях, на что она с радостью согласилась. Хотя до этого старательно делала вид, что со всем справится сама. Она прислонилась к полураздетому волку и почти сразу перестала дрожать.       — Надо было выбрать место пониже, — сказал Эдвард.       Выражение его лица опять говорило о том, что он снова обвиняет себя во всех смертных грехах. Я знал, что он корит себя за то, что мне было так холодно, а он абсолютно ничем не мог помочь.       — Не волнуйся, — я все-таки высунул руку из своего кокона и аккуратно сжал его пальцы.       Мне показалось, или его кожа была слегка теплой? Нет, очевидно, это моя рука настолько окоченела, что вампир мне кажется теплым, так что я быстро спрятал руку и немного освободил свой дар, чувствуя, как волны тепла прошлись по всему телу.       — Магия меня подогревает, — неловко улыбнулся я ему.       Ловушки ловушками, но выспаться сегодня мне точно было нужно, как и согреться. Так что буду довольствоваться теми двумя флаконами боевых зелий, что припас в своей сумке. На всякий случай.       Утром, вылезая из палатки, я увидел совершенно другой пейзаж, сильно отличающийся от вчерашнего. Все вокруг было покрыто толстым слоем снега. И не скажешь, что на дворе было начало лета. Хотя после колдунов, вампиров и оборотней, странные погодные явления — последнее, чему я мог удивиться. Да и эти горы все-таки находились ближе к северу, так что, думаю, снежные бури в июне тут вполне возможны.       К палатке приблизился коричневый волк с небольшими серыми пятнами. Я плохо знал, кто и как выглядит в волчьем обличье, кроме Джейкоба, который имел рыже-коричневый мех, и Сэма — в обороте вожак был угольно черным и самым крупным из всех волков. Но волк передо мной скорее всего Сэт, которого отправили на смену Блэку.       — Привет, — поздоровался я, на что волк забавно шевельнул ухом и, посмотрев куда-то назад, скрылся в чаще.       Из леса показался Эдвард, но ни Свон, ни Джейка не было видно.       — Джейкоб уже ушел? — спросил я.             — Нет, он проверяет перед нашим уходом, все ли чисто. Белла его провожает, — криво усмехнулся он.       Да, Свон, похоже, и сама не может понять, чего хочет больше: быть с Джейкобом или бессмертия, как член клана Калленов. Но, надеюсь, она хотя бы понимала, что получить и то, и другое вместе — невозможно. Белла вскоре вернулась к нам явно озадаченная, и практически в тот же момент в поле зрения появился Сэт. Недовольно фыркнув, он подошел к вампиру. Эдвард внимательно посмотрел на него и, взяв меня за руку, передал то, что прочитал в его мыслях:       — Начинается, — нервно сказал он.

***

Интерлюдия. Битва.

      — Пять минут! — коротко сказала Элис, подсмотрев в своем видении, насколько далеко находилась армия новорожденных.       Джаспер лишь коротко кивнул своей жене и снова пробежался взглядом по местности. Их план был хорошо продуман и рассчитан по минутам. И основная его часть была в том, чтобы уменьшить количество нападающих. Это бы дало большие шансы выйти из битвы без потерь, как со стороны клана, так и со стороны стаи.       Розали держала в руках кофту Беллы. Она была приманкой, так как новорожденные должны думать, что девушка будет тут, рядом с ними.       — Три минуты, — продолжила отсчет Элис.       Хейл кивнул и, перехватив удобнее бутылку, вытащил корковую пробку. Из горлышка потянулось невесомое облако, словно жидкий азот начал взаимодействовать с водой. Но вместо того чтобы стелиться по земле, он зависал в воздухе, постепенно наполняя долину непроглядным туманом.       «Пятнадцать секунд», — отсчитал Джаспер. Именно столько ушло времени, чтобы колдовской туман закрыл ему обзор. Натаниэль был прав, вампирские глаза не могли смотреть сквозь него. Взгляд все время натыкался на молочную густую пелену. Но в этой фазе зрение было не нужно. К тому же весь клан, как и волки, точно знали, где находятся ловушки и какое между ними расстояние.       — Тридцать секунд, — почти шепотом сказала Элис.       Но этого было достаточно, чтобы ее услышали.       Новорожденные совершенно не скрывались. Не обученные, опьяневшые от собственной силы и вседозволенности, что она им давала, они были слишком шумными. А запах Беллы, довольно привлекательный для вампиров, а уж тем более тех, кто не умеет контролировать жажду, сводил их с ума, подстегивая двигаться вперед, к своей цели, даже несмотря на туман вокруг. Или к тому, что им было позволено считать целью — кофту Беллы, зажатую в руках Розали.       Джаспер старался уловить все звуки, в попытках почувствовать тот самый. «Первый попался» — улыбнулся он, услышав, как один из вампиров, бежавший с грацией слона, вдруг остановился, не делая никаких движений. Затем еще один, и еще. Когда шесть новорожденных были выведены из строя, Джаспер закрыл бутылку. Кажется, обратный эффект распространялся в том же направлении, ведь сначала туман рассеялся перед ним, давая ему обзор на Элис и Эсми, что стояли ближе всего.       У Джаспера была всего пара секунд от момента, когда он закрыл пробку, до того, как он побежал вперед, одним ударом снеся вампиру голову. Остальной клан, следуя его примеру, ворвался в толпу новорожденных вампиров, перекидывая их на спину, вырывая руки и ломая черепа так, что оставались лишь ледяные осколки. Некоторые из вражеской армии недоуменно останавливались, смотря на соратников, застывших словно мухи в янтаре. Но зевать на поле боя плохая идея — Карлайл с Эсми за несколько движений разорвали неудачливого вампира на части.       Джаспер оглянулся, он мог себе это позволить. Военная выдержка и опыт в боях позволяли ему фиксировать изменения на поле боя, не подставляясь под атаки врагов. Эммет, кажется, вовсю веселился, снося вампиров как таран и опрокидывая их на землю. Розали какое-то время испытывала трудности с набросившейся на нее одновременно парой новорожденных, но быстро сориентировалась, отшвырнув одного из них прямо в еще не сработавшую ловушку. Но вскоре бои один на один или один на два превратились в битву численности. Армия подавляла количеством, чего Джаспер так хотел избежать. И именно в этот момент выступили оборотни.       Появившись так неожиданно, они смогли принести нужный эффект, и поле боя снова превратилось в хаос. Раскусывая своими зубами вампиров как семечки, они значительно уменьшили количество атакующих. Так что некоторых Каллены специально забрасывали буквально им в пасть. Один из застывших вампиров дернулся, постепенно возвращая себе контроль. Правда, только над головой. Он недоуменно крутил ей во все стороны, но пара волков, заметив это, разодрали вампира, что еще не успел очухаться от ловушки. Теперь новорожденные поняли, что победа была явно не на их стороне, и некоторые даже пытались сбежать. Но были остановлены рыже-коричневым волком, который явно опоздал к общему веселью.       Главной проблемой было то, что некоторые из вампиров восстанавливались и делали это слишком быстро, особенно если урон был незначительным или конечности не валялись в разных концах поля. Воспользоваться боевым самовоспламеняющимся зельем не было никакой возможности, это было слишком опасно. В таком хаосе огонь бы наверняка перекинулся и на союзников, что создало бы еще больший хаос и трупов, только уже среди своих.       На поле послышался жалобный скулеж - кого-то из оборотней новорожденный прижал к земле. Розали, не раздумывая ни секунды, оттолкнулась от земли и прямо в полете сломала ему шею, освободив серую волчицу. Джаспер откинул еще одного вампира от своей жены, и тот попал в уже активированную ловушку. Но попал он туда лишь частично и теперь не мог пошевелить ногами. Безнадежно пытаясь подняться на руках и отползти подальше, он и не заметил, как черный волк откусил ему голову. Победа Калленов была лишь делом времени.