Судьбоносная встреча

Что же происходило в эти одинокие 4 дня с Осаму? В ту злополучную субботу, когда Накахара выгнал его из квартиры, обычно некурящий Дазай скурил от нервов целых пять сигарет. В воскресенье он было решил с утра сбегать к Чуе, но только схватив телефон с тумбочки, шатен понял, что идея так себе. На телефоне высветилось лишь одно скупое «Не приходи». Одного взгляда на помятую пачку сигарет хватило, чтобы понять, что этой гадостью он всё-таки больше заниматься не будет. День прошёл скучно и тоскливо. Понедельник. Дазаю было плохо. Очень плохо. Нет, он не заболел. Он всего-то словил очередной приступ депрессии, коих не было уже долгое время. Закинувшись антидепрессантами, через некоторое время Осаму понял, что хрен они сегодня помогут. Взгляд упал на ещё не тщательно забинтованные предплечья и цепочку старых порезов, идущих ровно по линии лучевой кости, а затем плавно перетёк на раковину, на которой уже не так одиноко лежала новая бритва. Чуя не знал эту его сторону. * * * В среду Дазай смог заставить себя наконец засунуть бритву подальше и пойти в школу, и не зря. То, что произошло, невероятно напоминало их историю знакомства. Только в этот раз Чуе повезло намного меньше. Аккуратно стащив рубашку с брюками с всё ещё бессознательного Накахары, шатен стал осматривать повреждения. Из самых серьёзный был синяк, стремительно расползающийся по животу и много мелких гематом с кровоподтёками на левом бедре. Недовольно цыкнув, и поставив мысленную галочку сильно избить ту тварь позже, шатен выудил с высокой полки внушительных размеров аптечку. Пришлось немало повозиться, чтобы не доставляя боли обработать все гематомы мазями и забинтовать. Дазай вышел из спальни, как хирург после тяжёлой операции, и плюхнулся на диван. Всё-таки он не привык оказывать первую помощь другим людям, а не только бинтовать себе новые порезы. «Интересно, — думал он, — Чу-Чу сильно удивиться, когда поймёт, что он у меня дома, спит почти голый в моей кровати. Ээх, какая возможность пропадает. Я бы обязательно лёг с ним, если бы не боялся потревожить гематомы.» С этими мыслями он отправился на кухню, задумав приготовить нечто лёгкое. «Что-то вроде омлета с рисом. Да, думаю подойдёт!» * * * Болело казалось, всё тело. Это было первой мыслью очнувшегося Чуи. Еле разлепив глаза он уставился в потолок. А потом на незнакомые стены, мебель и кровать, с совершенно незнакомым постельным бельём! А откинув одеяло, Чуя понял, что он ещё и в одном нижнем белье. Прекрасно! Он не знает где находится, не знает почему голый, но хотя бы радует наличие бинтов на животе и ноге, да. С кухни потянуло приятным ароматом еды и донеслись слабые отголоски пения. «Да ну? Его снова спас Дазай? От того же человека? Снова спас, но на этот раз притащил к себе, надо же какое разнообразие!» Он уже знает, где находится, неплохо. Окно, от сильного порыва ветра, резко, с громким стуком открылось на распашку. Кофейного цвета занавески заколыхались на ветру. В комнате стало заметно холоднее, и Чуя поплотнее укутался в лёгкое одеяло. Голос на кухне смолк. * * * -Чуя? — на пороге комнаты появился Дазай. -Как ты себя чувствуешь? — его голос потеплел. Чуя натянул одеяло повыше, скрывая неожиданно покрасневшие щёчки. -В-всё хорошо, — Чуя дёрнулся, резко попытавшись сесть, но со стоном плюхнулся обратно, оставив эту затею. -Лучше не совершай резких движений, ладно? Чёрт, в комнате так холодно! Шатен прикрыл окно, и присел на край кровати. -…Спасибо., спасибо за то что спас… и подлечил, и вообще за то, что принёсксебеятакблагодарен. Смущённый поток благодарностей Накахары остановил Дазай, приложив ко рту палец. -Шш, не стоит, — прошептал Осаму, наклонившись к нему, — Я не мог поступить иначе. Мне это только в радость~ С этими словами Осаму, нежно прижав его к себе, уткнул куда-то в область ключиц. И когда он успел улечься в кровать, и забраться под одеяло? «Но какое это уже имеет значение?» — подумал Чуя. Ведь стало значительно теплее. * * * Благополучно забыв про рис и полуготовый омлет, ожидавший на столе, и потеряв счёт времени, они проспали до самого вечера. Окно снова приоткрылось, и комната постепенно наполнилась прохладой, вновь перерастающей в откровенный холод. Первым проснулся, поёжившись, Дазай. «Чёртово окно, почему я не закрыл его на задвижку.» Попытавшись опустить голову он уткнулся в приятно пахнущую миндальным шампунем макушку. Изредка подрагивающий Чуя, как ни странно, всё ещё спал. Тонкое летнее одеяло уже не грело. Вообще, эта осень была тёплой, но вечерами, такими как этот, подмораживало. Блуждающий от скуки взгляд Дазая упёрся в тонкую светлую шейку. Как бы он не старался не смотреть в ту сторону, его взгляд всё равно тянуло туда, как магнитом. После нескольких минут упорной борьбы с самим собой, шатен сдался. Ничего же ведь не будет, если… Дазай наклонился и нежно, почти целомудренно припал губами к коже. Он не смог остановиться. Осаму нырнул под одеяло, нависнув над спящим, стал плавно спускаться поцелуями от ключиц Чуи до подвздошных косточек. Послышались тихие вздохи. «Надо остановиться… Остановиться, срочно. Нужно всего лишь остановиться, пока не поздно и сделать вид, будто ничего не было.» Огромным усилием воли Дазай заставил себя приподняться, выскользнуть обратно и. И он наткнулся на пару внимательных глаз. Чуя не спал. Шатен ожидал чего угодно, вплоть от удара, до истерики, но Накахара всего лишь по доброму улыбнулся, и обхватив руками его шею, прижал к себе. Слова были лишними. Откинув в сторону такое ненужное сейчас одеяло, Дазай вновь впился рыжему в шею, оставляя краснеющие засосы, целуя спускаясь вниз и прикусывая тонкую кожу. На Чуе одежды, кроме белья не было, но вот шатен. Осаму резким движением стянул с себя футболку с длинными рукавами и домашние брюки, оставаясь в одних боксерах и замер. Чёрт, он же никогда не говорил Накахаре об этом. О бинтах, которые опутывали всё его тело под одеждой. Как рыжий, да и окружающие не узнали об этом? На самом деле, скрывать всё это было достаточно просто. Дазай всегда ходил в вещах с длинными рукавами, а летом, днём почти не выходил из дома, ссылаясь на нелюбовь к сильной жаре. Он не хотел, чтобы Чуя об этом узнал, всячески скрывая и так просто прокололся! Накахара смотрел на его тело с нескрываемым страхом, но в который раз за день удивил шатена. Чуя, чуть подрагивающими руками, прикоснулся к шершавой ткани, прошёлся по ней кончиками пальцев и снова крепко обнял, напоследок прошептав на ухо: Мы поговорим об этом позже. Дазай дотянулся до тумбочки и выудил оттуда новенький тюбик лубриканта. Чуя давится воздухом, чувствуя в себе один палец. Почти не больно, но очень неприятно. Осаму вбирает в рот один сосок, посасывая, отвлекая от не совсем приятных ощущений. Количество пальцев увеличивалось, растягивая. Когда Чуя сам стал насаживаться на пальцы и постанывать, Дазай посчитал, что Накахара готов. Шатен добавил ещё смазки и мягко вошёл во всю длину. Чуя напрягся, шумно выдыхая и крепче вцепился ему в шею. Осаму влюблённо улыбнулся и втянул рыжего в новый поцелуй, отвлекая, заставляя постепенно расслабиться и обмякнуть в его руках, доверяясь. Шатен делает первый плавный толчок, затем второй, третий, подстраиваясь и уже беспрепятственно проникая в чужое, но уже такое родное тело. Первые секунды Чуе было неприятно и даже больно. Дазай замечает это и поминутно сменяя угол проникновения, находит ту самую точку. Рыжий выгибается до хруста в спине. Вверх по позвоночнику прошло настолько приятное ощущение, что захотелось то ли прижаться ближе, то ли отодвинуться и оттолкнуть. Дазай вновь резко попадает по этой точке, не сдерживаясь, вырывая из груди громкий стон, прикусывая кожу на ключицах, оставляя собственнический след. Шатен наклоняется, проникновенно целуя и вбиваясь в последний раз. Чуя тоже не выдерживает и кончает на плоский живот. Осаму скатывается на уже успевшее остыть место рядом и переводит взгляд на Накахару, пытаясь подавить отдышку. Чуя уже крепко спал. «Я прям чувствую, как повышается моя самооценка!» — самодовольно подумал Дазай, погружаясь в дрёму. Несмотря на открытое окно, в эту ночь было тепло. * * * — Осаму? — Да, Чуя-чан? За окном ярко светило солнце и приятно пахло дождём, прошедшим ночью. — Вчера я об этом и не вспомнил, но… Мори., я думаю мы должны с ним поговорить и. — Чуя.- резко прервал его Дазай. Мы не сможем этого сделать. — Чт., но почему? — Та фотография, что я показал тебе тогда. Она ведь была на самом деле довольно старой.- шатен прервался. Вообщем, Мори, мой отчим, умер полгода назад. Он никогда не был хорошим отцом, мне было плевать на его. Прости, тебе наверно неприятно это слышать? Чуя был в ступоре. — У-мер?! Погоди, отчимом? Для рыжего всё снова смешалось в кашу. Слишком много событий, слишком много эмоций! — Чуя, — мягко протянул Дазай. Ну конечно мы не родственники, в привычном плане. Мы ведь даже не похожи, сам подумай. И действительно. Они были слишком разные. Высокий, спортивного телосложения шатен, с карими глазами, и Низкий, совсем тонкий и похожий на девчонку рыжик и длинными волосами и яркими голубыми глазами. Две противоположности. Плюс и минус. Но противоположности притягиваются, верно?