Сокровище

С самого начала она не вызывала кроме отвращения никаких ощущений. Слишком наивная, до тошноты весёлая. Это очень раздражало. Каждый раз, когда она мелькала где-то в поле зрения, будь то экран телевизора или дальняя улица, появлялось ощущение, будто в глаза кинули горсть драже. Она не подходила этому месту. Его злило то, что она была точной копией своего отца; белоснежная кожа, шелковистые золотые волосы, алые щёки и лучезарный взгляд... Будто, как и отца её скинули с небес в эту бездну. Сатана был самым прекрасным ангелом, лучшим из лучших, но это стало причиной его падения, а каким же оно будет для неё? Как она может пасть, находившись на самом дне? Она мечтала о счастье для всех, сама мысль о том, что это невозможно не приходила ей в голову. Она мечтала увидеть солнце, настоящее, а не серую с отливом крови пентаграмму над головой. И даже зная об этом, её отец не собирался исполнить её мечту, оставляя свою сахарную дочку в неведении, а ведь он мог. Он мог одним щелчком пальцев заставить землю расколоться, открыть путь к миру с голубым небом, которое он и сам уже позабыл, впустить в это прогнившее место немного воздуха, свежего и чистого, а не раскаленного и пропахшего гнилью. Он мог дать ей увидеть свет, ощутить на себе вселенские объятия всесоздателя, которых было лишено это место, но он ни за что этого не сделает. Интересно, а почему? Аластор задавался этим вопросом недолго, ему было всё равно. Он в аду - там откуда нет выхода, и никакое искупление не сможет вознести его душу наверх и дать старый облик, облачив в белые цвета. Поэтому ему было плевать. Все чего он хотел - это власти, и она у него была, его боялись и презирали, его голос звучал в тенях, нашептывая о страданиях. Всего за пару мгновений он смог стать почти самым сильным демоном в аду, но этого было мало, потому что она не боялась его. Она следила за ним, остерегалась, но ни в коем случае не боялась, это очень злило и удручало радио-демона. Когда он впервые увидел её так близко, то смог разглядеть черты матери на её личике, эта неожиданность его немного успокоила, не такая уж она и "чистая". В ней ощущалось демоническое происхождение. Когда их руки соприкоснулись, на мгновение по его телу пробежал разряд, он почувствовал нечто необыкновенное, одно касание наполнило его силой и чувством спокойствия. В тот момент он понял, почему отец не отпускал её на поверхность. Шарлотта Магне была совершенством для того мира. Родившись в Аду она несла истинно ангельские намерения с примесью грешности, любила каждого демона и верила, что свет и радуга есть в каждой прогнившей душе. Когда-то давно такими были ангелы, ещё во времена падения её отца, чистые и девственно наивные, они верили в каждого, но таких уже не осталось. Если бы Бог увидел её, он непременно присвоил бы это дитя себе, Люцифер не позволит этому свершиться, он предпочтет спрятать это сокровище от его взора, заставив томиться этот цветок в тени. Шарлотта была человечнее всех, она была воплощением того, что хотел создать Бог, в ней жили в балансе два мира и это не могло существовать. Она была ошибкой, невозможной и абсолютно неправильной. И это пробуждало желание обладать ей. Сатана сам дал ей абсолютную власть, пусть это и не заметно по демонам и их отношению к принцессе, но это так. Люцифер наградил её властью над собой, ведь он бесконечно любил её, только для неё в нем просыпались старые, давно забытые чувства, только ради неё он был готов вновь отрастить белоснежные крылья. Он мог дарить ей ту любовь, которую раньше сам ощущал. Отцовская любовь была пределом его мечтаний, каждый ангел стремился к ней, каждый ангел имел её. Когда его крылья горели и покрывались копотью, рассыпаясь в пепел, он ощущал как отцовская любовь покидала его, больше не было того невесомого чувства тепла и защиты. Но смотря на свою дочь, он понимал, что мог дать ей те же чувства. И он отдавал ей всего себя без остатка, отдавал последние лучи солнечного тепла, которые хранил в себе. Аластор с удивлением заметил, что от её прикосновений он не ощущает привычное отвращение, а даже наоборот - к ней хотелось прикасаться чаще. Его серая кожа, мертвенно холодная, будто на миг становилась теплее. Когда их пальцы соприкоснулись, ему показалось, что его лизнули языки пламени, совсем невесомо, но этого хватило, чтобы его тело пробила незаметная дрожь. С удовольствием заметив, что она растерялась, когда он резко подался вперёд, сокращая всё расстояние между их лицами, он ухмыльнулся сжав её ладошку сильнее. Радио-демон не мог понять, почему ему приносило удовольствие наблюдать, как она в смятении пытается отвести взгляд или легонько старается выдернуть свою крохотную ладошку из его хватки. Где-то внутри он содрогался от собственного смеха, его жутко веселило это нелепое представление, от переизбытка эмоций в его голосе иногда слышались радио-помехи и он с усилием отпрыгнул от принцессы, залетев в парадную отеля, чтобы скинуть наваждение. Теперь он знает, как получить всю власть ада, для этого всего лишь нужно обладать его сокровищем.