Я ненавижу своего истинного

Следующие два часа прошли относительно спокойно. Я так и лежал звездой, пытаясь понять все, что произошло и произойдет со мной за этот день. Только моя жопа могла найти столько приключений и при этом еще успеть потрахаться. М-да, только магазина и тусовки наркоманов сегодня мне для полного счастья не хватает. — Вставай, поехали, — грубым и властным тоном сказал мой истинный. Что-то у него с перепадами настроения, иначе как объяснить его спектр эмоций, который он показал за столь короткий срок. Что же, надо узнать у него про это, а то не хотелось бы с шизиком оказаться длительное время наедине. Ну естественно я встал и мы поехали в торговый центр, находящийся в паре кварталов от отеля. Самое, наверное бесящее во всей этой ситуации, что решения и прочее принадлежат другому человеку, а я даже вякнуть не могу против, потому что ничего не знаю о последствиях. Уже в магазине одежды, Ларри взял на себя инициативу и выбрал мне несколько комплектов костюмов. Честно, никогда их не любил. Ну сами подумайте. Они душные, жаркие, в них ты обязан себя нормально вести. Ну все то, что я ненавижу. По мне, джинсы майка и вперед, покорять весь белый свет. После выборки и отбора лучшего материала, Джонсон запихнул меня в примерочную и сказал померить первый костюм, а потом выйти и показаться. Ну что же, начнем эту пытку. Первый костюм, который надо было напялить на себя был довольно скромен. Обычные черные штаны и пиджак, а также белая блузка и красная бабочка. Все в стиле современности, но так скучно. Я вышел из примерочной в зал, где сидел этот упырь и странно улыбался. — Берем, — коротко и четко сказал он. Его тон, его манера подачи себя — все меня бесило, и я решил высказаться. Все равно в людном месте он ничего мне не сможет сделать. — А ты меня не хочешь спросить? Мне вот не нравится этот костюм. Я в нем как клоун. Знаешь, то что ты мой истинный не дает тебе право меня использовать как игрушку, помыкать мной, делать все, что захочешь и думать, что тебе это с рук сойдет. У меня тоже есть характер и зубы, так что попрошу считаться со мной и моим мнением. Тут я увидел в его глазах огонек. Неужели он ждал этого момент? Но зачем? Так, а эта игра становится интереснее, но главное, чтобы моя жопа и сердце не пострадали. — Что же, раз это твое мнение, то иди, переодевайся в свое, — он говорил это с азартом и улыбкой. Но это была улыбка маньяка. Мне снова стало страшно. Ну почему все обязательно кончится плохо, даже если ты сделаешь для себя хорошо? Я, на ватных ногах, пошел в примерочную, и стал стягивать с себя эти половые тряпки. Внезапно, ко мне заходит Ларри и с какой-то ядовитой ухмылкой смотрит за моими действиями. Сейчас он кажется мне еще страшнее, чем обычно. Но мой мозг решил игнорировать проблему, поэтому я продолжил перевоплощение из расфуфыренного фазана в нормального человека. Когда на мне остались только мои прекрасные трусы в горох, то неожиданно альфа притянул меня к себе, впиваясь в мою поясницу ногтями. Он держал меня спиной к себе, поэтому спокойно дотянулся до уха и прошептал: — Плевал я на твой характер. Эти слова… Мне стало страшно, он говорил как маньяк, холодно и четко. Видимо, моя жопа все же нашла приключения. Секунда, и я слышу молнию брюк. Еще секунда, осознаю, что он хочет сделать. Вырываться бесполезно, да и собственно плевать. Я ничего не смогу сделать, это уже не тот момент, когда надо проявлять свой характер. Последняя секунда, я понимаю, что он приспускает мои боксеры. А затем наступает снова та боль. Пусть и глухая, давно знакомая, но боль. Я хочу вырваться, убежать, но мне могу. Сколько бы не пытался, это же я. Все мое призвание состоит в том, чтобы ублажать таких как он — избалованных золотых детей. Я сдавленно стону. Этот гад даже не удосужился помедлить. Вогнал свой член сразу на всю длину. Но почему-то он не двигается. Такое чувство, что он застыл. Но это мне на руку, хоть чуть-чуть отдохну от боли. Минут, мы стоим в таком странном положении и тупо дышим. Он — мне в шею, я просто в примерочную. — Посмотри в зеркало, — шепчет мне альфа. И я, как послушная собачонка, поворачиваю голову. Он ставит меня в довольно неудобное положение. Я сгибаюсь в спине, наклоняясь, вставая буквой "г", тем самым обеспечив себе еще больше боли. Но тем не менее я все равно могу видеть себя в зеркале. Ужасное зрелище. — Сейчас ты будешь смотреть на себя и повторять мои слова. Понял? — Снова это ужасный шепот. Но мне ничего не остается, кроме как кивнуть головой. — Я. — Первый толчок. Он отдался болью в пояснице. — Я… — Повторяю за ним, как послушная псина. Не хочу неприятностей, но не горю желанием играть в эту ужасную игру. — Грязная… — Этот шепот, он такой страшный, а его толчок. Второй. Мне снова больно. Но… Я не понимаю почему. Обычно мне абсолютно плевать, кто и как меня трахает, а тут нет. — Грязная… — на глазах наворачиваются слезы. Я знаю каким будет следующее слово, и я говорил его миллион раз о себе, но я не хочу его слышать сейчас. В таком положении. Я вижу себя, свои чувства. На лице застыла гримаса ужаса. Но это не тот ужас, как при просмотре страшного кино или боязни стоматолога. Это самый настоящий ужас. — Шлюха, — Еще толчок. Еще сильнее. Еще больнее. Но теперь болит не только тело, но и душа. — Шлюха, — Слезы. Они текут ручьем. Но я не плачу. Это защитная реакция. Это рефлекс. Но почему тогда так больно? Почему я много раз говорил это, он именно сейчас мне становится плохо? Альфа видит мою реакцию. Кажется, он не думает, что перестарался, кажется, ему это даже нравится. Нравится видеть мою боль, мои страдания. Он толкается в меня. Теперь уже в каком-то своем ритме. А я не могу. Мне больно видеть эту картину. Себя, измученного непонятно чем, признавшегося только что самому себе. Его злого тирана с кучей непонятных тараканов. Чем я это все заслужил? С самого рождения моя жизнь пошла наперекосяк. А почему? Боюсь, на этот вопрос не может дать ответ даже Господь. Пока я тонул в своих мыслях и боли, мой партнер все наращивал темп и наращивал. Несколько минут и он вынимает свой пенис, испуская струю спермы себе в платок, каким-то образом, оказавшийся в подходящее время в руке. — Приходи в себя, вытирай слезы. Я жду тебя снаружи, — ненавижу этот шепот. Хоть и знаком с ним один день. Но я уже ненавижу этого человека, его действие, его прошлое, будущее, настоящее. Просто ненавижу. Но он, по стечению обстоятельств, моя судьба, и я обязан смириться, если хочу нормально жить дальше.