Пока ты спала

      Так что же разбудило тебя этим утром? Звук был очень уж характерным, и ты не могла не понять, кто стал его источником.        Съедаемая любопытством и диким желанием доказать правоту своей догадки, ты медленно и беззвучно повернула голову в сторону звуков. Сердцебиение участилось, и дышать ты стала гораздо чаще, когда приоткрыла один глаз и увидела, как Тэиль, сидя на кровати с приспущенными серыми трениками, ритмично орудует правой рукой.        Голова с растрепанными волосами поднята вверх, глаза закрыты, но веки подрагивают, он прикусил губу, чтобы быть тихим. Левой рукой парень опирается на кровать, поставив кисть позади себя, правой… Из-за дюн из хаотично смятого одеяла ты видишь только как напрягаются мышцы его бицепса, выглядывающего из-под ткани серой под цвет штанов футболки его спального комплекта.       Ты вроде бы и в первом ряду внезапно образовавшегося зрительного зала, да и вообще единственный зритель этого эротического представления, но хотелось бы обзор получше. Широко открыв глаза ты нагло смотришь, как он дрочит. Пораженная тем, насколько он мужественно красив в этот момент, осознаешь, что до боли внизу живота хочешь его. Во рту пересохло, а гораздо ниже наоборот стало слишком влажно, и ты бы принялась ласкать себя рукой, если бы не боялась пошевелиться и обозначить свое бодрствующее присутствие.        Но парень как будто почувствовал, что за его интимным занятием кто-то с интересом наблюдает. Не прекращая движений рукой, он распахнул глаза и увидел, что ты не просто не спишь, а в упор смотришь на него. Он смутился так, как никогда наверное в своей жизни — ты поняла это по мгновенно покрасневшим ушам и щекам. Напряженный член Тэиль прикрыл двумя ладонями, а потом сразу же попытался коленом притянуть к себе одеяло, и ему удалось бы это сделать, если бы ты не прижала это самое одеяло локтем. — Я и не знала, что ты такой грязный, Мун Тэиль, — игриво протянула ты низким после сна голосом, приподнимаясь на другом локте. — Я…Нет, это не то, о чем ты подумала, — уровень ответа парня говорит о том, насколько он растерялся в этот момент.       Решив взять инициативу буквально в свои руки, ты выползла из-под одеяла и на четвереньках приблизилась к нему. Подобравшись вплотную, села рядом, подогнув ноги под себя, в то время как он пытался укрыть обнаженное достоинство от глаз своей девушки. Ты начала целовать его сначала в губы, потом переместилась на шею, осыпая смуглую кожу мелкими засосами. Тэиль начал постанывать, но вдруг его стон прервался — ты накрыла его ладони своей левой рукой, касаясь пальцами розовой головки пениса.       Он перевел свой взгляд тебе в глаза и, встретив горящие от перевозбуждения зрачки, выразил безмолвное согласие на подручную помощь. Теперь парень поставил обе руки позади себя, заняв более удобное положение.        Ты тоже слегка изменила позу, оседлав наскоро скрученный из одеяла валик. Левой рукой ты медленно водила по твердому члену, привыкая к его размерам, правой сжимала уголок все того же одеяла. Поймав ритм, ты скользила ладонью по его органу, приподнимаясь и опускаясь всем телом, следуя за движением руки. Бедра в этот момент двигались в направалении вперед-назад, позволяя клитору тереться о свернутое между ног одеяло.        Долго это продолжаться не могло: вы оба приближались к пику, двигаясь все реще. Тэиль уже просто трахал твою руку, а ты — несчастное одеяло с мокрым пододеяльником. И вот он резко подался бедрами вперед, замерев в таком положении. Слышно было только его тяжелое приглушенное дыхание и подавляемый стон. Тэиль привык кончать тихо, пока ты спала рядом.

***

Органы чувств просыпаются постепенно и чаще всего под воздействием внешнего раздражителя. Сегодня в качестве раздражителя выступило солнце, которое нещадно светило тебе в лицо. Но ты любила солнце, не меньше, чем любила луну. Поэтому еще не открыв глаза улыбнулась, разбуженная его лучами ясным осенним утром. Улыбалась ты не только солнцу, но и мыслям в своей голове. Медленно открыв глаза, ты увидела на соседней подушке любимого мужчину. Мун Тэиль спал на спине, закинув одну руку за голову, лучи солнца играли на груди, обтянутой обычной хлопковой белой футболкой.       Белой? Но разве на нем была на серая футболка? Неужели… — Черт, и приснится же такое, — негромко сказала ты вслух, закрывая густо покрасневшее лицо одеялом. Ты хотела поскорее уснуть обратно, чтобы тебе еще раз приснился этот одновременно и сладкий, и грязный сон.