Малефисентнутые. Пьеса в стихах и трёх актах

      В зрительный зал с большим опозданием (многие вообще нехотя, но в пьесе же ещё должен появиться Диаваль, так что ладно) после затянувшегося антракта возвращаются покушавшие в буфете зрители.       Занавес (тоже нехотя) открывается.       На сцене – всё то же слепленное из грязи гнездо, по краям которого сидит, нахохлившись и распушившись, «великий» народ Тёмных эльфов: кто по-птичьи спрятал голову под крылом, кто выщипывает лишние перья, кто – просто отвысиживает яйца.       В самом центре гнезда под гордо реющим знаменем установлена трибуна из красного дерева. За трибуной, гневно посверкивая подведёнными глазами и свеженанесённой грязью боевой раскраской, стоит спикер-Борра.       Борря – сенаторам эльфам:       — Из достоверных из источников известно:       С людьми нам в этом фильме слишком тесно,       А современный мир, увы, жесток…       Нам НАТО надо расширяться на восток!       Тёмные эльфы согласно чирикают и машут крыльями, поддерживая оратора.       Борра продолжает:       — Есть королевство – мировой тиран:       Обогащает ядерный уран,       «Вернуло» дальний полуостров-Крым,       И не желает в мире быть вторым,       Футбольный провело чемпионат!       Их хакеры на выборах шалят…       Как вывод: сомневаться смысла нет:       Во всех проблемах очевиден «русский след»!       Тёмные эльфы испуганно жмутся друг к другу, из-за кулис на сцену угрожающе-медленно выползают шапки-ушанки, балалайки, чёрная икра, матрёшки-балерины и другие распространённые стереотипы.       Тёмные эльфы начинают нервно перешёптываться, обсуждая услышанное.       Эльф 1:       — Там много снега, автоматов, медведей…       Эльф 2:       — Там водкой поют дорогих гостей!       В массах начинается брожение, вполголоса высказываются сомнения – в конце концов, водку на западе феи уважают.       Тогда к трибуне решительно протискивается Коналл:       — Ещё я слышал: там не любят феев!       Тёмные эльфы в едином порыве гневно негодуют, размахивая над головами радужными флагами.       Борра – Коналлу, утешительно поглаживая того по рогатой голове:       — Да в мире больших нет злодеев!       И, заканчивая свою пламенную речь и с гордостью запевая национальный гимн, Борра добавляет:       — Конечно, будут жертвы, как пить дать.       Но не пристало эльфам отступать!       Мы мир от тирании их спасём       И демократию невеждам принесём!       Тёмные эльфы радостно галдят, кукуют, каркают, кукарекают, крякают – в общем, выражают полное согласие с чётко проводимой линией партии.       Борра, Коналл и прочие демократы феи мажут лица грязью, берут в руки камни и палки и, выстроившись журавлиным клином, решительно выдвигаются в сторону королевства людей.       Малефисента, всё это время молча простоявшая, согласно контракту, на краю сцены, нехотя плетётся за толпой сородичей, репетируя про себя, как будет оправдываться перед журналистами за провал в прокате второй части диснеевского шЫдевра.       Свет на сцене гаснет.       Занавес закрывается.

Конец третьей сцены

Конец второго акта