Позволь помочь

–…А теперь вспомним навыки, которые должен развить каждый таможенник, – скучающе протянул пожилой бета, оглядывая всю аудиторию. Я столкнулся с ним взглядом и скорчил самое ''умное'' выражение лица, на которое был способен. Старикан улыбнулся и вернул всё внимание моим одногруппникам.       Чёрт, как же он достал. Я подпёр голову рукой и с полуулыбкой посмотрел в окно. Эх, весна…. Солнце, птички, тепло. Отличное время года, чтобы погулять и немного развеяться. Однако мы сидим в душной аудитории и слушаем лекции какого-то маразматика. Да я уверен, что половина наших просто дрыхнет, как мой сосед. И ему всё равно, что мы сидим чуть ли не напротив препода. –…Помните, что вы никогда не должны терять бдительности, – продолжал бета, периодически поглядывая в бумажки, которые тот держал в руках.       Ага, конечно. Прям вижу, как Витька спит и бдит. Образец для подражания, блин. Я положил руки на парту и лёг на них головой, подставив лицо солнцу. Эх, сейчас бы на речку. Живот слабо кольнул, и я аккуратно погладил его. Тише, приятель. Понимаю, что не есть целый день – плохо, но это не повод так болеть. Наверное. Живот тянет, и я со стоном ложусь лицом на парту, накрывая голову руками. Какой же этот стол холодный. Я бессознательно потёрся об него щекой, улыбаясь приятным ощущениям, и закатил глаза. Невыносимо. Моя рука медленно потянулась к штанам. Вжикает ширинка, и я широко раскрываю глаза. – Не может быть…, – с недоверием шепчу я, застёгивая молнию. Препод замолкает и внимательно смотрит на меня. А когда в аудитории успело стать настолько тихо? – Чего не может быть? Чтобы таможенник брал взятки? – уточнил преподаватель. Сзади послышались тихие смешки, до которых мне не было абсолютно никакого дела. – Д-да, именно этого, – сипло сказал я, и старый бета улыбнулся. – Ох, как жаль вас расстраивать, но это случается крайне часто. А вот в мои годы….       Внимание препода снова переключилось на аудиторию, и я потёр виски. Ну же, Олег, вспоминай, пил ты подавители, или нет. Встал, сходил в душ, почистил зубы и на пары. Вот же гадство. Как можно было забыть, что они кончились? Я нагнулся под парту, чтобы достать из сумки телефон, и замер. Мой испуганный взгляд упал на Витю. Проснувшийся альфа сонно улыбался, поглаживая меня рукой по спине. Его ладонь приятно обжигала кожу даже через ткань формы, и я закусил губу, чтобы не застонать. Рука опустилась чуть ниже. Он оттянул чёрный ремень, и я подорвался со своего места. Боль в животе немного отрезвила. Однако теперь вся аудитория смотрела на, наверняка, пунцового меня. – Артемьев, с вами всё хорошо? – обеспокоенно спросил бета. Я отрицательно покачал головой, и его взгляд стал ещё более взволнованным. – Вы весь красный. Сходите к врачу, хорошо? – Спасибо, – тихо говорю я и, взяв вещи, вылетаю из кабинета.       Какой позор. Мало того, что забыл купить подавители, так теперь и друга, похоже, потерял. Я бежал по старым ступенькам, едва не спотыкаясь. Как же хорошо, что до конца пар ещё полчаса. Вряд ли бы я смог сейчас сопротивляться какому-либо альфе. Дыхание становится неровным, а сердце начинает биться быстрее. Чувствую, как по бедру течет что-то холодное, и сжимаю руки в кулаки. Нет, не здесь. Ещё чуть-чуть и станет легче. Главное – потерпеть.       Мои руки дрожат, когда я пытаюсь открыть дверь ключом. Господи, лучше бы я был алкашом, чем течной омегой. Ключ наконец-то попадает в замок, и тот щёлкает. Я толкаю дверь и с громким хлопком закрываю ещё, прижимаясь к ней спиной. Наконец-то. Холодный ветер обдувает лицо, и я чувствую, что мысли немного проясняются. Делаю пару шагов вперёд и оглядываюсь. Куда же я мог его деть? Мой взгляд падает на прикроватную тумбочку, и я падаю на колени рядом с ней. Мои руки роются в куче скомканных вещей, но ничего не находят. Таможенник, который не может отыскать собственные вещи, класс. Пальцы наконец нащупывают что-то твёрдое и округлое, и на моём лице непроизвольно появляется улыбка. Рука сжимается и вытягивает из глубин тумбочки небольшой серый вибратор. – Чёрт, нужно будет спрятать его под подушкой, – нервно хохотнул я и, хрустнув костями, поднялся с пола.       Игрушка летит на мою кровать, а я быстро снимаю с себя одежду. Штаны и рубашка летят куда-то в сторону, а боксеры так и остаются на мне. Я завожу руку за спину и медленно провожу пальцами меж ягодиц. С моих губ срывается стон, когда пальцы касаются изнывающего ануса. Всё, не могу больше. Я буквально сдираю покрывало, ложусь на кровать и снова протяжно стону. Холод постели сводит с ума. Живот тянет, а стояк приносит невыносимую боль. Я утыкаюсь лицом в подушку и неосознанно трусь членом об кровать. Удовольствие ударяет в голову, а анус сводит от неудовлетворения. Я тянусь за вибратором, принимаю коленно-локтевую и завожу руку за спину. Внизу живота сладко тянет от предвкушения, и мои глаза закатываются, когда пластиковая игрушка скользит меж ягодиц. Я подвожу кончик вибратора к дырочке и медленно надавливаю на него. Из лёгких выбивает весь воздух, а член отзывается болью, когда игрушка входит полностью. Я вытираю вспотевший лоб и пытаюсь привести дыхание в норму. Чёрт, как же приятно.       Я слега прогибаюсь в спине и начинаю медленно двигать рукой. Вибратор с пошлым хлюпом выходит из меня, а затем резко входит обратно, заставляя вскрикнуть. Я вгрызаюсь зубами в подушку и начинаю быстрее двигать рукой. Внутри всё горит, ноги разъезжаются сами собой, и член болит от напряжения. Из моих глаз текут слёзы, а подушка уже едва сдерживает громкие стоны. Господи, хоть бы никто этого не видел. Я кладу руку на изнывающий член и начинаю медленно двигать ею в такт толчкам. Из головы вылетают последние мысли, а зубы разжимаются сами собой, и теперь мои стоны разносятся по всей комнате. Ох, ещё чуть-чуть. Ещё пара движений и…. – Олег, ты тут? – громко спрашивает кто-то, приоткрывая дверь. Я испуганно вскрикиваю и залезаю под одеяло, скрываясь под ним чуть ли не полностью. – Олеж?       Чёрт, только не он. Нет, нет, нет. – Рус, свали, – хриплю я и зажимаю рукой нос. Не хочу чувствовать его запах. Не хочу. – Я слышал крики, – безэмоционально сказал альфа. Я слышу, как он подходит к кровати, а затем садится рядом со мной. Внутри всё сжимается от страха и адреналина. Чёрт, запах апельсина сводит меня с ума. Его большая ладонь ложится мне на плечо, и я даже через одеяло чувствую, насколько она горячая. Обжигающая. Руслан гладит моё плечо и молчит, а я готов прямо сейчас заскулить и попросить его оттрахать меня. – Знаешь, Олежа, – начал альфа. Стоп, а почему его голос стал таким заигрывающим? – в комнатах очень тонкие стены. Особенно на этом этаже, – его рука скользнула выше, и теперь он поглаживал меня по голове. Нет…. Какой позор.       Парень неожиданно убирает руку с моей головы, и я разочарованно вздыхаю. Капец, так опозориться перед альфой. Эх, теперь он точно со мной никогда общаться не будет. Я прикусил губу и внутренне сжался. Руслан снова кладёт руку на одеяло, а через секунду он резко тянет его на себя. Я с шоком смотрю на альфу, стоящего в шаге от кровати. Чёрт, эта его улыбка слишком напоминает Чеширского Кота. Чёрные глаза оглядывают меня и останавливаются в районе моей задницы. – Твоего же папу,.. – шепчу я и чувствую, как мои щёки стремительно краснеют. – Действительно, очень неловкая ситуация, – с улыбкой сказал Руслан. Он бросил одеяло на пол и присел на край кровати. Я замер, ожидая его действий, и парень не заставил себя долго ждать. Его ладонь легла на мою спину и медленно провела по ней вниз, к ягодицам. – И долго ты пользуешься этим? – он взялся за вибратор и двинул им во мне, вырывая из меня стон. Я утыкаюсь лицом в подушку, а альфа хрипло смеётся. – И что же мы будем с этим делать? – Может,.. – начинаю я, но снова тычусь в подушку, когда альфа вновь двигает игрушкой. – Сука. – Думаю, я знаю, что мы будем делать, – сказал альфа, и я могу поклясться, что он улыбается.       Руслан убирает руку от вибратора и кладёт её на мою спину. Я облегчённо вздыхаю, но потом вздрагиваю, когда другая рука альфы ложится на игрушку. Он хмыкает, а затем, медленно поглаживая меня, начинает аккуратно двигать вибратором. Рус вставляет его глубоко, двигает им из стороны в сторону, а затем вновь вытаскивает, оставляя внутри только кончик. Я обнял руками подушку, пытаясь заглушить стоны, но альфа мне не даёт. Его рука слабо прихватывает меня за волосы и приподнимает голову, заставляя упереться взглядом в стену. Я слышу, как он хмыкает, а мне хочется умереть. Меня разрывают чувства стыда и удовольствия, однако ещё один толчок выбивает все мысли из головы. Я краем сознания понимаю, что начинаю сам насаживаться на игрушку, а альфа дышит через раз и очень тяжело. – Чёрт, Олег, – хрипло говорит альфа, и у меня мурашки бегут от этого. Не могу поверить, что именно я виновник такого возбуждения секс-символа нашего универа. Руслан вставляет игрушку на всю длину, а затем всё прекращается. – Не-е-ет, – скулю я. Ощущение наполненности исчезло, ровно как и руки альфы, и это причиняет странную боль. Я слышу, как что-то падает на пол, а затем и странный металлический звук. – Прости, Олежа, но больше не могу, – тяжело дыша, говорит Руслан, и я слышу, как кровать скрипит, а затем прогибается под тяжестью альфы.       Его рука давит на мою спину, заставляя прогнуться, и я слышу, как вжикает ширинка. Парень пристраивается сзади, а его член упирается прямо в разработанный анус. Руслан водит им между ягодиц, явно дразня, а я прикусываю губу чуть ли не до крови, чтобы не заскулить, как последняя сука. Рус наконец кладёт руку мне на ягодицу, а второй приставляет член к проходу и надавливает. Я вскрикиваю, когда он входит едва ли наполовину, и снова утыкаюсь в многострадальную подушку. От ощущения заполненности по спине бегут мурашки, а внутренняя омега пищит от восторга. Руслан наклоняется к моему уху и покусывает мочку, а я постанываю, стараясь не насадиться на его член и не сойти с ума от запаха апельсинов. Альфа обдаёт горячим дыханием мою шею и тихо шепчет на ухо: – Сегодня ты мой, Олежа.       Руслан отстранился. Его руки легли на мои ягодицы и стали нежно поглаживать их. Его ладони – нечто. Кожа шершавая, но это так заводит. Он ведёт руки выше, гладит по спине, а затем кладёт их на мои бока, слабо сжимая. Альфа молчит, а затем резким толчком входит на всю длину, выбивая весь воздух из лёгких. Я чувствую, что по щекам текут слёзы, но это не от боли. Они от невероятного ощущения наполненности, правильности происходящего и от запаха, который действовал на меня, как наркотик. Альфа замирает на несколько секунд, давая привыкнуть, а затем делает первый толчок. Медленный, осторожный, и я сгораю от этого. Слышу, как он тяжело дышит, порыкивает и стонет, и не могу сдержать счастливой улыбки. Я не помню, когда моя рука оказалась на члене и стала двигаться в такт толчкам альфы, но теперь от этого кружится голова, а ноги разъезжаются, но сильные руки Руса удерживают меня.       Руслан не выдерживает и срывается на быстрый темп, а я уже едва могу стонать. Голос хрипит, а потому я просто позволяю альфе делать то, что он хочет. Рус теперь только рычит, словно дикий зверь. Рука на моём члене начинает двигаться быстрее, и я с громким стоном выгибаюсь, когда альфа несколько раз задевает простату. Сперма капает на простынь, но мне всё равно. Альфа всё ещё двигается и сводит с ума. Руслан наваливается на меня и обнимает за плоский живот, и продолжает двигаться в бешенном темпе. Он рычит мне в шею и крепко сжимает в объятиях. Рус делает несколько резких толчков, а затем с силой кусает меня за шею и замирает. Я чувствую, как по бедру стекает его сперма, а внутри медленно набухает узел. Мы валимся на бок и тяжело дышим, не говоря ни слова. – Олежа, – тепло говорит альфа и трётся об мою шею носом. Руслан прижимает меня к себе, и я краснею, чувствуя спиной его крепкое тело. – Ты ничего не хочешь сказать, Рус? – спрашиваю я, кладя свои ладони поверх его. Чёрт, его руки просто огромные. – Твои голубые глаза очень красивые, – шепчет альфа, заставляя меня покраснеть. – Я не об этом. Почему ты оказался в моей комнате? Мы же живём в разных корпусах. – Ну, знаешь, у меня в этом корпусе есть друзья, – промурлыкал альфа мне на ухо, заставляя табун мурашек пробежать по моей спине. – И сегодня один из друзей рассказал мне о «милом течном омеге», который убежал из аудитории. – Признай, Витя донёс? – беззлобно спросил я. Ответом мне послужило тихое сопение на ухо. – Ясно, что он. Только почему ты пришёл? – Почему? – Ну, в универе полно красивых омег, которые на тебя вешаться готовы, а ты…. – А что я? Выбрал самого лучшего и решил помочь ему в течку? – я покраснел, а альфа ещё сильнее стиснул меня в своих объятиях. – Я же видел, как ты по мне сохнешь. – Только из-за этого? – тихо спросил я, после чего вскрикнул от несильного щипка альфы. – Олеж, я ведь сам за тобой уже год бегаю. Знаешь, как непросто альфе чувствовать, что он влюбился в альфу? – Подожди, ты чувствовал мой запах даже после подавителей? – я облизнул пересохшие губы и с интересом стал ждать ответа на свой вопрос. – Конечно, ведь истинные всегда чувствуют запах друг друга, – признался альфа. Истинные? Мы? Вот это да…. – Вот я и держался подальше. Думал, что что-то путаю. А теперь всё на своих местах, – Руслан поцеловал меня в место своего укуса и слегка двинул членом, срывая с губ стон. – Так ты не против этого? – Нет, Руслан, я не против. Только подобных выкрутасов, как сегодня, делать не стоит, – потребовал я, на что альфа громко засмеялся. – Хорошо, убедил. Но вибратор мы выкинем. – Ага, щас прям, – серьёзно сказал я и улыбнулся. Уж вибратор-то останется со мной до конца. На память, так сказать. Но теперь он мне уже никогда не понадобится.