тьма

Чёрные глаза Чондэ завораживали до изморози, а Чонин был слишком слаб, чтобы противостоять им и не утонуть во тьме. Как они нашли друг друга, было загадкой. Просто так получилось. Хотя Чонин отрицал то, что Чондэ тот самый, а Чондэ, кажется, был слишком влюблён в воду, чтобы думать о чём-то другом. Чонину казалось, что Чондэ жил в воде. Только иногда смотрел из неё своими полностью черными глазами, маня дотронуться. Но парень сопротивлялся каждому порыву и пресекал каждую мысль. Каждую. Чертову. Мысль. Под корень. Вырвать сам корень не получалось. Чонин знал, что было с теми, кого съедал Чондэ. Они ходили вместе в бассейн уже около трёх месяцев и за все это время не перекинулись и фразой. Только смотрели. Вообще-то Чонин не плавал. Не умел. И учиться желания никакого не было. Чондэ же плавал своеобразно. На это было больно смотреть. Он будто двигал только позвоночником и больше ничем. Как рыба, но в теле человека. И при этом был очень быстр. Переодевались они редко вместе. Никогда. Просто Чонин всегда уходил раньше. Он не мог долго у воды. Она его квасила и мысли превращались в сплошную кашу из всех подряд круп, а разобраться в этом с каждым вдохом влажного воздуха становилось труднее. Или его квасило присутствие Чондэ? В этот раз парень накупался быстрее. Чонин, если честно, надеялся, что это когда-нибудь произойдет и боялся. И пытался отсрочить как можно на подольше. Считал, что это будет точкой невозврата. Чондэ даже не представился, но мог вот так вот в легкую сказать, пока натягивал черную футболку на влажную кожу. — Давай выпьем кофе вместе. Тут недалеко есть прекрасная кофейня. Казалось, он обращался в пустоту, но Чонин знал, что нет. И не мог отказать. Даже в мыслях отказать не мог, но держал главное правило в голове «ни при каких обстоятельствах не дотрагиваться». Сожрёт. До самой кофейни они не разговаривали друг с другом. Только уже там Чондэ поинтересовался, чего желает его компаньон. Чонин ткнул в меню как пальцем в небо. Это было не важно, потому что кофе он не любил в любом его состоянии. — Ну что, пёсик, даже не представишься? «Пёсик». Парень бы обязательно поморщился, но был слишком занят разглядыванием Чондэ. Вода стекала с его тёмных волос прямо на плечи и стол, оставляя мокрые пятна, но того, казалось, это не тревожило ни разу. — Чонин. Услышав имя, Чондэ развеселился, напоминая довольного собой чеширского кота, и протянул руку для рукопожатия. Главное правило ни-при-каких-обстоятельствах-не-дотрагиваться било по черепной коробке как молот по наковальне. Чонин протянул руку. Затаил дыхание. Коснулся ладони. И ничего не произошло. Он удивленно вскинул голову и посмотрел прямо в глаза. В эти манящие, завораживающие глаза, в которых читалась насмешка. — Что, неужели, думал, что я тебя съем? В ответ парень мог только что-то промычать, не отвергая и не подтверждая слова собеседника. Чондэ подпёр голову руками, сощурил глаза и с хитрой усмешкой продолжил. — Милых парней предпочитаю оставлять на десерт. Чонин задыхался от происходящего. Это для него было слишком. Слишком. Он попался в сети. Тонул и не мог ничем себе помочь. Пытался хвататься за взгляд Чондэ, чтобы вынырнуть, что не то, что не помогало. Топило ещё больше. Глупый глупый Чонин. — Эй, дыши, хорошо? Звучало совсем не взволнованно, а все с той же насмешкой. А потом Чондэ ненадолго отвлекся на официанта и Чонин наконец-то вдохнул. Тот принес кофе и парень начал маленькими глотками пить горячую горькую жидкость, лишь бы больше не разговаривать с собеседником. Противную, как и эта встреча. Чондэ пил чай.