площади горят

» 𝓶𝓸𝓸𝓷𝓫𝓸𝓻𝓷 𝓪𝓾 " ╔══════╬ ↰ ☽ ↱ ╬══════╗

 Суматоха старых улочек небольшого портового городка всегда вводила в некий ступор обычных торговцев и местных бродяг, которые искали для себя хоть небольшое местечко, где хоть как-то можно перекантоваться. Её ритм жизнь сильно отличался от былого времени когда ещё молодая девчонка проживала на самой окраине, в небольшой деревушке, около небольшой речки, где всегда бесились местные мальчишки и девчонки. Но сегодня был особенный день, когда каждая площадь города горела, дожидаясь своего звёздного часа. На каждой из них доносились крики обычных женщин, а также молодых и столь юных девушек, в глазах которых горела жизнь. Всех их Святая Инквизиция посчитала ведьмами, которые не достойны жизнь, именно они все виноваты в грядущей чуме и болезнях обычных горожан. О, как жаль их огорчать в том, что они лишь верят глупым предрассудкам. О, как глупо они верят своей верхушке, которая убивает только ненужных для их самых женщин, которые абсолютно ничего плохого обществу и не принесли. И одной из таких прекрасных девушек являлась молодая девушка, с крайне изящными и длинными рыжими волосами, а также глазами цвета изумруда. Её имя Мия. Мать девочки всегда мечтала назвать свою дочку, и как жаль, что теперь такой прекрасный лучик света считают ведьмой и проклятьем их земель, которое поднялось прямиком из Ада, из рук самого Сатаны и его помощников. Силы покидали бренное тело юницы, но останавливаться нельзя — её убьют, лишат право на столь желаемую жизнь, чей вкус она так и не успела прочувствовать находясь в постоянных скандала или же сплетнях, на устах обычных горожан и торговцев. Её тело словно боролось за жизнь не меньше, чем само сознание Мии. Она убегал настолько быстро, как могла, ибо не хотела, абсолютно не желала оказаться на костре, так и не сказав заветные слова человеку, которого ранее любила всем своим хрустальным сердцем, которое вот-вот, и вовсе треснет, оставляя после себя лишь ужасные шрамы и алые ручки крови, которые во век окрасят душу рыжей в свои оттенки. Покидая стены старого и пропитанного невинной кровью города, она несёт в сторону глухой чащи ночного леса, где она могла хоть немного укрыться от взбешенных жителей деревни, в чьих глазах виделся странный блеск ненависти и природной злости, которую они испытывали к одной лишь девчонке, которая ни как не виновата в событиях их времени, которые словно по стечению некоторых обстоятельств упали на плечи обычных людей, считавших это всё порчей или же чёрной магией, которой и пользуются такие тихие и невинные девушки, как Мия. Ноги гудели, в груди крайне неприятно пекло, а сердце было готово вы прыгнуть наружу, только вот это не мешало ей бежать, бежать куда подальше от этого места, в котором ей никто не рад. — Ведьма, — кричал народ, полностью ополчившись против одной бедной девушки, к изумрудных глазах которой читал я только лишь страх и отчаяние, ибо та понимала, что её жизнь находится на границе своего завершения. — её нужно сжечь на костре! Долой ведьму! Громкие и протяжный крики горожан вводили в животный страх. Юнице хотелось сквозь землю провалиться, лишь бы не находиться в данной ситуации. Эмоции давили на нервы, а подсознание твердило — это конец, нам больше не выбраться. Зеленоглазая бежала по глухой чаще леса в надежде лишь на одно — добраться до дома молодого охотника раньше, чем это сделает Святая Инквизиция и её последователи, которым абсолютно всё равно на чужие судьбы и жизни. Груз ответственности лежал сейчас только на плечах рыжей. Пробегая между больших кустов и колючих трав, юнице всё же удаётся выбраться на небольшую тропинку, и обернувшись назад, та спокойно вздыхает, понимая, что народ свернул в другую сторону. Ещё есть время. Ещё есть шанс успеть к нему. Ускорившись, она даже не сразу понимает, как оказывается около небольшой деревянной двери, которая вела во внутрь большого дома, где скорее всего спал тот самый блондин, о встрече с которым мечтала в это мгновенье Мия. Усердно постучав, она не отступалась назад, только лишь сильнее и сильнее колотила эту чёртову дверь, пока где-то в лесу слышались крики людей и их крайне аморальные мотивы. Девушке страшно, на девичьем личике вновь появляются горькие, с примесью чего-то солёного слезы, которые оставляли после себя горячие дорожки на её щеках. Ей страшно, она искренне надеяться увидеть молодого человека хотя бы раз, она мечтает запомнить его лицом даже перед грядущей смертью. И вот, дверь отпирается, и перед худощавым силуэтом рыжей является он, тот самый молодой охотник, чей сонный вид сразу же преобразился в испуг и недопонимание, что здесь происходит и почему его любимая плачет. — Пощади меня, — шёпотом выдаёт из себя та, и устало сложив руки на груди у паренька, она переводит взгляд полный боли прямо на него, заглядывая тем самым в столь прекрасные серые глаза, которые ранее радовали её, когда сейчас же ей было крайне больно в них смотреть. — площади горят, ведьм там сжигают, а народ забыл меня. Он понимает, он видит и слышит ту толпу в тёмной глуши леса, и пропустив девушку во внутрь своего дома, охотник принимает решение спрятать любимую у себя, пусть это всё будет стоит ему ценой собственной жизни, частью которой для него стала та самая огненная юница, чьи волосы сияли ярче, чем самый настоящий солнечный блик или же луч. Юноша укрыл рыжую девицу у себя в стареньком подвале, около своей небольшой мельницы, что находилась на самом краю небольшого озера. Он дал клятву Святой Инквизиции о том, что никогда не посмеет предать её, и в любой другой момент донесет весточку о ней, дабы лишить ведьму шанса на жизнь, которую она не заслуживает только лишь из-за своих сил. Как жаль, что данная ложь во благо его любимой прозвучит прямо здесь и сейчас. И вот, спустя небольшой промежуток времени, молодая особа решила и вовсе избавиться от копны свои прекрасных рыжих волос, которые словно дорогой и качественный, блестели на солнечных лучах, тем самым впитывая в себя всю энергию былого дня. Длинные пальцы охватывают старенькие, уже почти ржавые ножницы, и всего мгновенье требуется на то, чтобы когда-то былые длинные пряди оказались у неё в руке. Пару подобных махинаций, и перед зеркалом была совершенно другая девчонка, с крайне короткими волосами и новым мышлением в голове. — Клянусь, я не знаю где ведьма, да и скрывать это создание тьмы я не стал бы. — именно так и прозвучали слова Макса, который прекрасно знал, что сейчас он нагло врёт всем жителям их небольшого городка. А люди поверили и ушли, пытаясь найти последнюю оставшуюся ведьму на их землях. Небольшой промежуток времени после, молодой охотник сказал Мии остаться у него, ибо там, в том самом городе ей делать нечего, её при первой же возможности убьют и сожгут на костре, а он точно не выдержит разлуки с любимой, точно также, как и сама девушка этого. Макс твердил Мие о том, что ей не стоит окрашивать свои прекрасные пряди в чёрный, словно это ночное небо оттенок, но та не послушала его слова и советы, и решив полностью избавиться от тяжкого и нагнетающего груза прошлого, она всё же окрасила свои волосы в более тёмный пигмент. Первое время Макс действительно не понимал решение этой девицы, но со временем понял, что таким образом она отпустит ту ситуацию и она больше не станет пушечным мясом для гнилого общества, которое видит мир лишь в отрицательных красках и оттенках. Мия нашла поддержку в молодом человеке, когда же сам Фолл понял, что Мия ведьма его сердца, не более…