My addiction

Существует не так уж и много способов разрешить конфликт между друзьями. Просто поговорить, как нормальные люди — был не их вариант. Тут уже все понятно. Надеяться, что Ричи каким-то образом его мысли прочитает, тоже не очень продуктивно (особенно, если он там увидит, то что Каспбрак при себе оставить пытается). А для того, чтобы все само собой развеялось, прошло слишком много времени. Поэтому Эдди выбрал самый оптимальный способ. И немного детский, если уж по правде. Он обдумывал, что именно написать в письме два урока. На третьем его посетила муза, и в общем-то результатом он был доволен, осталось только подкинуть ему свой шедевр «извинительного жанра». В коридоре было пусто, что давало возможность поиграть в шпиона, и закинуть другу в шкафчик свой листочек. Подбираясь все ближе, он чувствовал, как у него сердце выпрыгивает, хотя, это и было лишнее. Он ничего такого не делал. Так почему же Эдди чувствовал себя так, будто преступление совершает. Да, с нервишками у него в последнее время не очень было. — Эдвард, что ты делаешь возле моего шкафчика? — Каспбрак чуть не упал, когда над его ухом прозвучал голос Ричи, который видимо обладал способностями ниндзя, и бесшумно к нему подобрался. Эдди повернулся к нему лицом, и сжал в кармане письмо, которое так и не успел доставить по назначению. По лицу брюнета было не возможно прочитать зол он или просто раздражен. Тозиер стоял сложив руки на груди и ждал ответа, слегка наклонив голову. — Я просто…- он посмотрел по сторонам в поисках поддержки, но вокруг не было ни души. Письмо «горело» в его кармане, а он продолжал сжимать несчастную бумажку. — Я хотел… Со стороны спортзала послышались шаги, и шатен, повинуясь непонятно каким порывам, схватил Тозиера за руку и через мгновение они уже были в кладовке. Ричи был сбит с толку, как и сам Эдди, как-то не очень обдумавший эти свои действия. —  Какого хрена, Каспбрак? — В комнатушке было темно и тесно, поэтому они стояли к друг другу почти вплотную. — Тут наверное миллион бактерий. — Миллиард, но дело не в этом. — Его план летел к чертям, как и прошлые, но в этот раз он не даст ему уйти. — Нам надо поговорить. — А где-нибудь, где мне в задницу швабра врезаться не будет, мы этого сделать не можем? — Эдди отрицательно покачал головой, хотя Ричи этого видеть не мог. В этот раз он не позволит ему уйти, чего бы ему это не стоило, и чтобы усилить эффект, шатен взял его за руку, чуть выше локтя. — Так, хорошо, говори. Предупреждаю сразу, если опять назовешь меня шлюхой, то я тресну тебя этой тряпкой. — Я не называл тебя шлюхой. — Ну, я чуть преувеличил. — Может шатен расслабился раньше времени, но то что Ричи снова пытался шутить прямо-таки воодушевляло. И то, что он не убрал его руку, вместо этого, накрывая ее своей, так вообще поднимало решительность на максимум. — Не один же ты способен усугублять. — Я знаю, что облажался, просто…- Ричи открыл рот, чтобы что-то возразить, но это было сейчас так некстати. Слова. Слова иногда так переоценивают. Поэтому Эдди сделал то, о чем мечтал все эти недели, то, о чем он точно никогда не пожалеет. Двинувшись вперед, он притянул брюнета к себе, захватывая его губы в поцелуе полном отчаянья. В кладовке и так не было воздуха, но сейчас он пропал насовсем, когда Тозиер резко схватил его за талию, притягивая к себе максимально близко, пока их губы двигались в каком-то безумном ритме. А затем, шатен почувствовал, как его затылок ударился об стенку, когда Ричи поменял их местами, впечатывая его в нее, но он не чувствовал боли, только удовольствие, от их контакта. Мыслей не было от слова совсем. Руки со спины переместились на живот, и он нежно провел тонкими пальцами по теплой коже под футболкой, от чего с губ друга сорвался всхлип, а у него самого начала кружится голова. — Твои аргументы кажутся мне убедительными, — охрипшим голосом сказал Ричи, положив свою голову на плече шатена, и тяжело дыша. — Твои извинения приняты. — Это еще были не они. — Я заинтригован. — Он усмехнулся, и взял лицо Эдди в руки, а у шатена сердце заходилось в таком ритме, что еще немного и потеря сознания, не станет удивительной вещью. Все вернулось. Теплые и тонкие пальцы на его коже. Смех, который столько раз спасал даже самый тоскливый день. И даже запах табака, который был неотделимой частью его друга. Его рассыпавшийся мир вновь стал оживать. — Я скучал. — Прости меня. — А вот и правильные слова. Не так уж и сложно. — Рич, я… — Может поговорим в более подходящем месте?! У одного из нас астма, если ты не забыл. Да и эта швабра ко мне все еще прижимается, как будто влюбилась. Они выбрались из каморки и первые пару минут избавляли друг друга от паутины в волосах. Ричи стоял прислонившись к своему шкафчику и что-то напевал себе под нос. После всех этих недель, пока они изводили друг друга равнодушием, это имело исцеляющую силу. Эдди облокотился рядом с ним, все еще улыбаясь, ну как дурак. Счастливый дурак, если быть точным. — Забавно. — Что именно? — Эдди повернул голову к брюнету, но он выглядел таким задумчивым, как будто и не ему эту фразу произнес. — Эта каморка напомнила мне о нашем первом поцелуе. — О чем ты?! Мы были у меня в гостиной, после моего дня рождения. — Тозиер оттолкнулся от шкафчика и стал напротив него, и счастливая улыбка медленно растаяла. Каспбрак и хотел бы понять причину этого, но не успел, так как они в коридоре больше были не одни. Легко забывать об окружающем мире, когда они вдвоем, но он все еще существовал. И существовала девушка Ричи, что уже приближалась к ним. Черт. Их шаткий мир прожил недолго. — Ты где был? — Китти подошла к своему парню и перевела взгляд с одного на другого, а Эдди надеялся, что не стал цвета помидора, потому что сейчас бы это было лишнее. Что-то в ее глазах смутило его, и это было странно. Она не выглядела рассерженной или обиженной, скорее просто сбитой с толку. — Я всю школу обыскала. — Это я его задержал. — Тозиер словно воды в рот набрал, и Эдди пришел ему на выручку, игнорируя тот факт, как ревность волной накрывает его, от того, что она просто держит руку на плече его друга. — Надо было обсудить пару вещей. — Интересно каких же? — Китти, пошли, — к мистеру «балаболу» дар речи вернулся, и может этому как-то поспособствовали взгляды с молниями летающие между двух его спутников. — Я тебе потом объясню. Но девушка никуда не собиралась уходить, все еще прожигая дыры в Эдди, и тот ей в этом не уступал. Это могло бы затянуться на долгие часы, но брюнет этой возможности не дал, беря ее под локоть и уводя в сторону выхода из школы. И может быть ему показалось, но последнее, что произнес Тозиер прежде, чем выйти, было: «Я ничего не могу с этим поделать». *** Весь оставшийся день пролетел быстро, особенно учитывая, сколько раз в своей голове он прокрутил сегодняшние события. Вопросов было больше, чем ответов, и от этого голова начинала болеть. Они помирились или нет?! Что он черт возьми делает с этой Китти, а потом целуется с ним?! И главное, что означала эта фраза в конце?! Может у него спросишь?! Нет?! Я так и думал. Его внутренний голос всегда говорил по сути, только вот слушался он его крайне редко. Изводить себя стало уже привычным занятием. Отрицать свои чувства к Ричи — тоже. И не важно как рационально и обдуманно это звучит, но против этого невозможно бороться. Это приносит только страдание, а это не лучший спутник по жизни. Так если это неизбежно, если в любом из возможных вариантов, в конце все равно будет боль, почему надо тратить все силы, чтобы убежать от этого. У него зависимость. Да. У всех людей она есть, разная, но все же. Зачем бороться! Пришло время правды. Сейчас или никогда. *** Он не знал откуда такая уверенность, что он найдет его именно здесь, ведь они уже много лет, не приходили сюда. Это было их место, о котором не знали даже самые близкие друзья. Они приходили сюда вдвоем еще детьми, проводили вместе время, а потом что-то случилось. Эдди не мог вспомнить, что именно, просто в какой-то день он решил не идти и это больше не было их секретом. Он мчал сюда со всех ног, такой решительный и самоуверенный, а сейчас, увидев Ричи сидящим на берегу, все это исчезло. Поэтому он просто молча подошел к нему и присел рядом. Все как в детстве, за исключением того, что сейчас его друг держал в руках сигарету, а Эдди сходил с ума от чувств съедающих его изнутри. — Мы давно здесь не были. — Молчание тяготило его, и стена, казалась непреодолимой. Ричи все еще на него не смотрел, вглядываясь в гладь озера. — Я был. — Почему он был таким печальным Эдди понять не мог, но у него от этой картины все внутри сжималось. Хотелось обнять, показать, что он рядом, но он боялся. — Я постоянно сюда прихожу. Здесь думается лучше, и проблемы куда-то исчезают, пусть и на время. — Это было наше место. — Было. Пока ты не решил, что это больше не так. — Брюнет погасил сигарету и встал. Каспбрак повторил его движения, но друг отвернулся от него, обхватывая себя руками. Никто из них больше не говорил, и эта атмосфера напряженности буквально поглотила все вокруг. Эдди потянулся и прикоснулся к плечу парня, но тот скинул его руку. — Не надо. — Не надо что? — Почему ты тогда не пришел? — Ричи повернулся к нему и у него перехватило дыхание, потому что он увидел то, что никак не ожидал. Из глаз его друга текли слезы, и его голос надломился. — Три года назад. После нашего первого поцелуя в той долбаной кладовке. Почему, Эдди? — Рич, я не понимаю. — И тут он вспомнил. Что-то, что когда-то пообещал себе выжечь из памяти. Их первый поцелуй. Его первый поцелуй. Приступ астмы, и как под рукой не было ингалятора. Губы Ричи и испуг в его глазах. Недостающие пазлы легли на место и картинка стала такой отчетливой. — Я ждал тебя весь вечер тогда, сидя на этом самом месте, но ты не пришел. — Было видно как каждое слово, словно режет брюнета изнутри, и это уничтожало Эдди, но он не мог и слова сказать, лишь наблюдая, как самому дорогому для него человеку больно. — И мы… — Перестали общаться. — Теперь он вспомнил абсолютно все. Каким идиотом был, испугавшись того, как на самом деле на него повлиял первый поцелуй с лучшим другом. Как он попытался отдалиться от Ричи, избегая его, только бы не думать обо всем этом. — Мы были детьми. — Да?! А что ты сделал после той ночи у Билла? — Тозиер достал из пачки еще одну сигарету, и подкурил ее, начиная ходить, и по возможности не смотреть в сторону Эдди. — Ты делаешь так из раза в раз. И я устал, Эдди. Я правда устал. — Ты мой лучший друг. Я просто не хотел все разрушить. — Каспбрак не мог больше этого терпеть, и несмотря на сопротивление брюнета, крепко сжал его в объятиях. Ричи пытался отпихнуть его, но он лишь сильнее прижимал его к себе, и в итоге тот сдался. — Но сейчас я здесь. — Что изменилось? — Ничего. — Он отпрянул от Ричи, но лишь для того, чтобы посмотреть ему в глаза. Слишком легко и свободно стало ему, потому что теперь он больше не прятался от правды. — Ничего, кроме того, что я больше не отрицаю, что люблю тебя.