Родная кровь

      Лежать на спине было невыносимо больно, но Юля терпела, желая снова прочувствовать те моменты счастья, которых было немало до их разлуки.       — Семушка, родной, спина протестует, я больше не смогу… — прошептала девушка и скорее перевернулась на бок.       — Юля, так зачем же ты ложилась? — удивился Семен.       — Потому что дура, — честно ответила девушка. Увидев, что боль усилилась, а простыня вся в крови, Юля сказала. — Сема, мы корочку с ссадины содрали…       Девушка скорее сняла сорочку, боясь, что она прилипнет, перевернулась на живот и сказала своему супругу:       — Семушка, родной мой, обработай спину… Мне потом станет полегче и я все отстираю.       — Вернуть бы время назад — ни за что бы так не поступил, — ответил Семен.       — Ничего страшного, заживет, — сказала Юля.       Изо всех сил пытаясь молчать, пока муж ей обрабатывает спину спиртом, Юля лежала, сжав губы, а потом прошептала:       — Отец так не бил. Но его бы я ни за что не простила, а здесь была сама виновата.       — Ты что-то сказала? — не расслышал Семен, стоя у окна.       — Говорю, спасибо тебе, что все сделал: быстро, аккуратно, как настоящий врач, — ответила Юля.       «До утра все затянется и снова все будет хорошо», — подумала девушка.       Наутро, несмотря на плохое самочувствие, Юля затеяла большую стирку. Сегодня девушка должна была выйти на работу в ночь, поэтому решила посвятить день бытовым хлопотам.       Пока Семен был на работе, Юля быстро сделала все свои дела, после чего почувствовала сильную слабость и легла на кровать. Девушка не сердилась на Семена и не держала на него зла, но никак не могла найти в себе силы, чтобы встать и заняться чем-нибудь полезным. Юля попробовала встать, но почувствовала какое-то головокружение.       «С чего бы это?» — подумала девушка и легла обратно.       Решив отдохнуть перед сменой, Юля закрыла глаза и тотчас заснула. Проснулась девушка только через несколько часов, услышав, что скрипнула входная дверь.       — Семочка пришел, — сказала Юля, открывая глаза.       — Что с тобой? — обеспокоенно спросил Семен.       — Решила немного подремать, — ответила Юля. — Нехорошо себя чувствую. Наверное, от Верочки заразилась или на работе.       — Или потому, что корочку вчера содрали, — предположил Семен. — Беречься нам, Юля, надо, а не глупить…       — Глянь, как там, нормально все или не очень? — спросила Юля и приподняла сорочку.       — Краснота, припухло все, — ответил Семен. — Тебе бы дома отлежаться. Температура есть?       — Не знаю, — вздохнула Юля. — Потрогай.       Семен пощупал лоб своей супруги и сказал:       — Есть температура. Когда теперь тебе на работу?       — Сегодня в ночь, — ответила Юля.       — Я скажу, что ты больна, — сказал Семен. — Пойду искать жилье, заодно и в больницу зайду.       — Что с Верочкой-то делать будем? — спросила Юля. — Если возвращать к нам, то нужно идти к родителям да разговаривать.       — Отдыхай, родная, — ответил Семен. — Станет тебе легче, тогда и решим этот вопрос.       Когда Семен ушел, Юля снова погрузилась в дрему. Радость от возвращения мужа омрачалась плохим самочувствием, временами же казалось, что они с Семеном и не расставались никогда, он просто на пару дней куда-то отъезжал. Вера же все равно виделась в этой идиллии кем-то лишним.       «Ладно, жизнь покажет, что делать», — подумала Юля и решила поспать.       Остаток вечера и всю ночь девушка проспала крепким сном. Наутро Юля, открыв глаза, сказала своему супругу:       — Вроде, сегодня мне лучше.       — Еще хотя бы пару дней тебе надо отлежаться, — ответил Семен. — Набраться сил. Как мы в порыве эмоций сглупили: ты Верочку отдала, я тебя до болезни довел… Простить себя не могу за это!       — Не переживай, Сема, все пройдет и забудется, — сказала Юля. — Сегодня, если будут силы, к родителям сходим. Ты же их еще не видел?       — Не видел, — ответил Семен. — А зачем нам к ним идти?       — Будем насчет Верочки разговаривать, — сказала Юля. — Мне одной совсем не хочется туда идти. А вдвоем будет не так страшно.       — Ты хоть хорошо себя чувствуешь? — спросил Семен. — Может, подождем еще несколько дней?       — Нет, надо идти сюда, пока я на это решилась, — твердо ответила Юля.       Девушка оделась, подошла к зеркалу, чтобы сделать прическу и сразу же заметила, что синяк на лице ничуть не уменьшился.       — Даже желтеть не начал… — сама себе сказала девушка.       Сперва Юля вообще хотела отложить визит к родителям, потом же, вспомнив, что за день или два лицо не придет в норму, решила не оттягивать неизбежный разговор.       — Пудрой мазать не буду, все равно ее у меня нет, — сама себе сказала Юля. — Пошли, Сема.       — Пойдем, — ответил Семен.       Юля еще раз взглянула в зеркало и начала обуваться. Спина начала болеть сильнее, силы начали покидать девушку.       — Я же говорю, тебе отлежаться надо, — сказал Семен, видя, что Юле нехорошо.       — Потом вернемся домой, тогда и отлежусь, — ответила девушка. — Пошли.       На улице Юле стало немного лучше. Обрадовавшись, что они вышли на свежий воздух, девушка почувствовала прилив сил и прибавила шаг. До родительского дома молодые дошли быстро. Немного помявшись, Юля постучала в дверь.       Мария Константиновна сидела за книгой, как неожиданно услышала стук в дверь, после чего раздался донельзя знакомый голос:       — Василиса, доложи хозяйке, хотя можешь и хозяину тоже, что пришли супруги Самохины.       «Самохины? Супруги Самохины?» — недоуменно подумала женщина и выглянула в коридор.       Возле входной двери стояла ее любимая дочь Юля с каким-то незнакомым мужчиной.       «Так вот, какой ты, зять…» — подумала Мария Константиновна, но ничего не сказала вслух.