Часть души

      В тихих, мрачных коридорах о стены ударяется нескончаемый гул чужих голосов. В одном месте столпилось большое количество разных, разношёрстных существ. Они налетели, словно мухи на сгнившее мясо, собираясь в один противный и раздражающий, жужжащий шум.       В привычной полутьме, на сером, каменном полу, что в некоторых местах пошёл небольшими трещинами, и покрытый лёгкими слоями грязи, лежит небольшое тело. Руки раскинуты немного в стороны, лицо издалека не разглядеть.       Под головой собралась небольшая алая лужица крови, по краям которой редко проходились дребезжащие, светлые блики. В лево, к низу от головы шли небольшие капли словно брызнувшей, засохшей тёмно-красной жидкости.       Видимо, беднягу хорошо приложили головой о твёрдый, каменный пол, бросая за грудки куда-то в левый бок с большего размаху, обладая силой.       Жизнь была серой, застывшей в немой в тишине, с редкими проблесками обязанностей и крупицами страха. Этого было достаточно, чтобы вызвать такой ажиотаж вокруг бедняги, которому просто не повезло разгневать повелителя.       Существа, напоминающие зомби, кто-то ещё доселе не определённый, однако — все они тут собрались ради того, чтобы посмотреть на это однообразное зрелище.       Не всем суждено было понять такой ход мыслей. Далеко, в полной тьме, что отбрасывала колонна прямо на трон, мерцало два белых, светящихся пятна, что сощурились в презрительной усмешке.       Раздражённое, лёгкое непонимание в голове и тактично холодная расчётливость. В один момент собраться в этой толпе, смешаться в серой массе от и до, совершенно не выделяясь чем либо.       Как можно вести себя так мерзко, до одури несуразно, смешивая себя в одном потоке с кучей других существ? Сброд, не больше. Хочется перестать думать об этом, но разве что-то способно его остановить теперь, когда и взгляд-то отвести сложно?       Притягательно и презрительно в собственной безнадёжности - зрелище удивительное, завораживает по-своему, но дурманит мозг лёгкими порывами. Черты лица смягчаются с раздражения до обычной непроницаемости. — К слову, о Энтити ни слуху, ни духу. Деревня процветает, нечисть назад не вернулась. Какие приказы будут?       Чуть охрипшим голосом спросил скелет, всё это время стоявший рядом. Библиотекарь задумчиво наблюдал за тем, как изменяется лицо повелителя. Сначала просто хмурое, затем полная непроницаемость, но сверху проскакивают искорки задумчивости. Он пристально наблюдал за тем сбором в конце коридора, который шумно обсуждал, наверно, мёртвое тело.       Видимо, дело рук императора, не иначе. Смотрит пристально, изучающе. Можно было подумать, что есть ему какое-то дело до случившегося, но на деле белоглазому сто с лишним процентов плевать. Разве что где-то на конце сознания проскальзывают мысли, что он как бы и не хотел убивать это существо. Так просто получилось. — Деревню сжечь дотла, вместе со всеми, кого найдете.       Вдруг выдаёт император приказным, почти нейтральным тоном, равнодушно, чтобы не было сомнений.       Он не знает тех людей, что там живут. Ничего не ведает о их жизни, даже ни разу не видел кого либо из них. Более чем — правитель даже не в курсе, сколько и кого там теперь можно найти. Не уйти с места жительства после яркой попытки нападения и уничтожения местности — глупо, а люди создания глупые, как известно. — Будет исполнено, повелитель.       Почти стандартный приказ и обычный ответ. Было тихо, указание прозвучало резко, немного неожиданно. Деревня ценности не представляет, да и императору теперь всё равно на неё. Он должно быть даже и не вспомнит, если потом не доложить итог.       "Труп" в итоге оказался жив, будучи куда крепче, чем можно было подумать. Его оттащили куда-то подальше, скрывая от вида белых глаз. Существо чуть низкое, худощавое, слабоватое. Напоминает только одним своим внешним видом пропавшего 303. Да и чёрт с ним, вернётся ещё, как набегается. Вот тогда ему и не поздоровится.       Слишком много напоминаний о нём в последнее время. 303 стал иногда занимать его мысли собой, а бог не любит думать о тех, слабых, жалких, которые этого не достойны. Уж слишком много обращённого внимания в его сторону было. Это замечал и сам тёмный генерал Налл, не придавая значения, но всё же без простых размышлений не обходится.       Вот и сейчас, по сути, бывший генерал сидел под деревом, думая об этом. Лицо хмурое, сосредоточенное, чтобы отпугивать от себя всех, кто может подойти. Генерал не любит говорить без толку, а настроения по некоторым причинам не было. Лишь небольшая пустота внутри, с лёгкой дымкой задумчивости.       Утро началось с подъёма ни свет ни заря, а продолжилось осознанием того, что провизия постепенно заканчивается и на продолжение пути её может не хватить. Воды в флягах кот наплакал, а сухие пайки почти закончились.       Идти обратно за едой — не вариант. Лишнее время терять нельзя. Они и так стараются останавливаться по минимальному, не жалея ног и не щадя уставших лошадей. Есть опасение того, что силы воли не хватит вылезти ещё раз из родного дома. Энтити, по крайней мере, это не грозит. Ничего не поделаешь, придётся выкручиваться так.       Поев, ребята сели на лошадей и отправились дальше в путь. Дорога до гор была ближе, чем от замка до портала, поэтому путь займёт примерно несколько дней с редкими передышками и попытками продвинуться куда-то дальше, чем они сейчас.       Ехать было невозможно как минимум для двух бедных лошадей, у которых пассажиров вдвое больше, чем у остальных. Пришлось сделать одну длинную остановку в самой середине пути.       Сильные осложнения начались, когда они покинули тот самый лес, который на карте был алым, отпугивающим пятном. Трава со временем становилась более зелёной, в ветках деревьев слышалось пение птиц, а совсем вдалеке показались заснеженные горы.       Кустарники цвели и пахли различными запахами, воздух постепенно стал чистым, из-за чего многие вдыхали его полной грудью. Алоглазому всегда нравился простой, чистый запах природы или улицы после дождя. Такое он смог застать далеко на границах, очень давно.       Рядом с горой шёл большой, заснеженный выступ, по которому следовало пройти. Нотч слез с коня, наклонился немного вперёд и смахнул верхний слой снега. Тонкая, опасная корка льда и каменная основа. — Здесь местами встречается лёд, скользкий.       Упоминает Налл. Он летел поблизости, в форме небольшой дымки, балансируя по воздуху. Из-за холодного ветра это давалось сложно.       Когда все замедлились, бывший генерал резким рывком опустился к земле, с мелкими чёрными искрами обретая устойчивую форму.       Слова звучали нейтрально, но были нацелены намекнуть, что стоит быть более осторожными и смотреть, куда наступаете. Чёрный попытался вложить в эту фразу весь свой возможный нейтралитет. — Лошадей придётся отпустить. Небезопасно, слишком большой риск упасть.       Лидерские качества, они такие. Несмотря на своё не доверительное положение Налл пытается протолкнуть свои решения и мысли в общую массу. Благо, мысли правильные.       Привязывать к деревьям слишком жестоко. Неизвестно, вернётся ли кто с этих самых гор, а животные сначала будут держаться на траве, съедят её всю, а затем умрут с голоду или обезвоживания. Жестоко по отношению к тем, за счёт кого они всё это время сохранили силы и не шли пешком. Брать с собой лошадей было сомнительно, но в конечном итоге это дало свои плоды.       И вот так, по хорошему, Нотчу бы возмутиться, да поставить наглеца на место, ибо командование — дело серьёзное и должно касаться только одного доверительного для остальных лица, только вот бог быстро пришёл внутри себя к яркому нейтралитету.       Правильные мысли излагает, как ни крути. Да и думает старый бог сейчас далеко не о том. В голове то и дело проскальзывают различные варианты, а субъективное мнение меняется слишком быстро, сравнимо пульсу у испуганного животного.       Мужчина всю дорогу пробыл в напряжённой задумчивости, не помешало бы ему отдохнуть чуть позже, когда это закончится, что будет ещё совсем не скоро. Пока рядом этот черныш — стоит чаще проявлять лидерские качества, а то генерал, кажется, навострился в лидеры.       Нагло, но чётко. Прискорбно, но напоминает брата. Точнее — одну из самых последних версий его характера. К начинающемуся закату своей молодости Брин частенько метался по разные стороны баррикады, стремительно меняя мнения пачками.       Первые шаги на слой снега и скользкого льда поверх каменного, извилистого выступа ввысь были неуверенными. Бог немного топнул ногой, пытаясь во всей красе оценить опасность поскользнуться и упасть.       Рядом шёл большой обрыв. Человеку, или простому живому существу было легко упасть и скатиться огромным кубарем, собирая на себя снег и ломая все возможные кости. Вероятность умереть большая. Однако, разбиться бы не вышло, ибо оно идёт не по прямому углу, а как бы в сторону. — Можно конечно оббивать всё это дело чем-то острым, а затем скидывать в сторону, но, тс, слишком долго.       Невозмутимо буркнул Налл. Он для себя уже выбрал стратегию, как будет медленно вливаться в это небольшое общество. Нужно больше невозмутимых слов и действий. Такими темпами к нему быстро привыкнут.       Нотч промолчал, задумчиво доставая меч из ножен и пару раз ударяя острием по снегу, где он был прикрыт коркой снега. Послышался звук небольшого раскола. Трещина по ощущениям прошла вперёд, будучи не очень большой, но белая пелена не давала рассмотреть её более чётко.       Кстати, об этом. С неба постепенно начали сыпаться белоснежные хлопья. Их было совсем немного. Они пролетели мимо, над ними и где-то в стороне, в конце своего пути присоединяясь к устоявшемуся слою.       Бог уверенно подцепил след ботинком, толкая его в сторону. Большая пластина и осколки полетели в обрыв. Снизу послышался пресловутый треск. Нотч посмотрел на открытую каменную поверхность перед собой. Целостный, тёмный камень, с совсем мелкими и незначительными трещинами. — Это и впрямь будет долго. Держитесь подальше от края. Идите осторожно и по одному.       Конечно, он же бог, мог бы и попытаться спасти жертву собственной неосторожности, если бы не парочка глупых "но". Какое либо заклинание может банально не сработать из-за новизны ситуации или опыта. Пускай старший и был почти, почти в возрасте, но всё ещё черпал ценный опыт в таких ситуациях. Всегда стоит быть готовым и начеку, что уже порядком утомляет.       Унять бы брата, да сделать мир проще, лучше. Людей это не избавит от самокопаний, но одного кошмара для них станет меньше. Потом длительная зачистка всех территорий от нечисти по типу зомби, ещё кучки неизвестных доныне монстров.       Бог немного задумался, позволяя себе представить, словно их сторона уже одержала победу. Всё таки, немного планов на будущее никогда не помешает, так ведь? Да и старший своенравно уверен в поражении брата, как ни крути. Зачем младший начинал всё это?       Компания почти уверенно тронулась вперёд, перед этим всё таки отпустив лошадей. У каждого свои шансы выжить.