Ангел?

       Изуку уже и не помнит, в какой момент мечта стать героем перетекла в немного другое русло. Порой, сидя над учебниками, выданными ему Исцеляющей Девочкой в качестве закрепления теории, полученной во время практики, Мидория задумывался о том, что в его жизни приоритеты немного поменялись. Конечно, сейчас он по сути тоже учится в UA, как и хотел, но он единственный такой ученик, и класса у него нет (хоть он всё же часто зависает с классом аналитики и успел даже подружиться с несколькими учениками из других классов). Да и периодически он сталкивался с одним своим старым другом, который очень взрывоопасно относился к наличию Деку рядом с собой. Но теперь это уже не важно, так ведь? Теперь всё немного по-другому: Всемогущий, как оказалось, нашёл себе другого преемника, но к зелёноволосому относится очень даже тепло; Инко в полную силу гордится своим мальчиком; Исцеляющая Девочка то и дело берёт его на «боевые» уроки других классов, в качестве вознаграждения за хорошую работу; а Полночь так вообще души не чает в этом веснушчатом парне. И Изуку чувствует себя счастливым, ведь- — О чём задумался? — интересуется седовласая женщина, заканчивая перебирать бумаги на своём столе. Назвать её старушкой язык у Деку просто бы не повернулся. Даже в мыслях. — О, ни о чём таком, — с лучезарной улыбкой отвечает юноша, поднимаясь с места, и закрывая учебник. — Я уже закончил, так что скоро, думаю, пойду домой. — задумчивый взгляд изумрудных глаз поднялся на распахнутое окно, из которого был виден закат. Медсестра ничего не отвечает. Лишь тепло улыбается, и тоже смотрит в окно, наблюдая за тем как золотистые краски солнца смешиваются с рыжеватыми и розовыми оттенками, образуя сказочную палитру. Свежий и лёгкий ветерок колыхал прозрачные занавески, позволяя этим ярким цветам проникать в кабинет, образовывая золотистые отблески. Закат один из миллиона других, но он такой чарующий, что вот просто так сдвинуться с места уже вряд ли удастся. Если ты, конечно, не Исцеляющая Девочка, ведь каким бы закат красивым не был, нельзя забывать, что: — У тебя, кстати, завтра, считай, первый рабочи день, не забыл? — строго напомнила медсестра, взбираясь на своё кресло, пронзительно смотря на вздрогнувшего юношу — Бокс с твоим, так скажем, костюмом уже выслан к тебе домой, так что завтра приходи пораньше и сразу в нём. На эту реплику подросток даже ничего и сказать не успел, так как она погнала его домой, приговаривая, что нужно отоспаться, потому что дрыхнуть во время боёв она ему не позволит. И эта тактика срабатывает, потому что Изуку пулей вылетает из кабинета, и почти бегом спускается по лестнице, чуть ли не сбивая с ног, оставшихся после уроков, учеников. Выбежав на улицу, Мидория успевает лишь помахать Девочке, стоящей у окна, прежде, чем скрыться за поворотом. Оказавшись дома, Деку первым делом решил посмотреть, что же у него за костюм. Схватив бокс, вцепившись в него так, словно от этого зависит чья-то жизнь, юнец вбежал в комнату, и с нетерпением стал раскрывать чемоданчик. Костюм был в зелёных, жёлтых, чёрных и красных цветах, что в принципе, было очень даже неплохо. Сам же он был впору, не жал нигде. Хотя, будем честны, больше всего его заинтересовала полупрозрачная, красного цвета «маска», с золотистыми остриями по бокам. Даже понимая, что это костюм медбрата, Мидория чувствовал это детское восхищение самим собой, словно это был геройский костюм, и эта широкая, возможно глупая, улыбка так и лезла на лицо. — Ма-а-а-ам! — негромко позвал женщину веснушчатый, выходя из своей комнаты. Спустившись вниз он застал старшую Мидорию за чтением книги. — Что случилось, Из.- слова застряли где-то в горле, а глаза Инко хаотично забегали по фигуре своего сына. Сейчас, она, с удивлением для себя, обнаружила, что Изуку окончательно вырос, и стал ответственным мальчиком, несмотря на гнет окружающих и. Ох нет. Она плачет. Мидория сразу же начала утирать слёзы гордости, пока Изуку пытался её успокоить. — Изуку.Я так горжусь тобой, мой мальчик. Вечер закончился на довольно милой ноте, если можно так сказать: долго успокаивать Инко не пришлось, так как та уже буквально через пару минут повеселела, и Деку успокоился. Приняв на скорую руку душ, юноша сразу же лёг в мягкую кровать, вспоминая угрозы Исцеляющей Девочки. — Не могу дождаться завтрашнего дня, — шептал в тишину комнаты Мидория, по-детски невинно улыбаясь, и мечтательно смотря на фигурку Всемогущего — Я выложусь на полную.

***

Изуку уже стоял на своём месте, с любопытством рассматривая выходящие на арену классы, чуть ли не свешиваясь за перегородку. За то время, пока он ждал начала этого события, парень заметил, что с его места добраться до арены можно на раз-два, однако вскоре пробежка туда-сюда, пока никто не видит, ему наскучила, и потому медбрат запасся ручками и тетрадкой, предвкушая начало битв. — Представитель 1-А класса, — раздался громкий голос Полночь, — Кацуки Бакуго! Вздрогнув от одного лишь имени, Мидория заинтересованно проследил за бандитской (по-другому он назвать не смог) походкой блондина, который окинул раздражённым взглядом толпу, прежде, чем поднести микрофон ко рту. — Я займу первое место, — незаинтересованно произнёс Бакуго, переводя взгляд и натыкаясь на Изуку. Его челюсть еле заметно перекосилась, и блондин чуть ли не вплотную поднёс микрофон ко рту, не отрывая взгляда от Деку — ЯСНО?! — И что за детский сад. — вздыхая, пробормотала Исцеляющая Девочка, качая головой, на что её ученик лишь усмехнулся. Но улыбка тут же исчезла с его лица, сменяясь озадаченностью граничащей с неловкостью, когда он заметил на себе пристальный взгляд кого-то из толпы. Кто это был, он так и не понял, но был на 94% уверен в том, что этот взгляд пробирает до дрожи любого. И только когда неприятное ощущение пропало, медбрат смог облегчённо выдохнуть, всё же не бросая попыток выискать обладателя такого взгляда в толпе.        Как ни странно, Спортивный Фестиваль прошёл активно для всех, кроме зрителей. Ученики само-собой напрягались больше всех, но и учителя с героями, патрулирующими местность вокруг и внутри, очевидно, тоже не спали. Но вот большая часть работы досталась, конечно, Деку с Исцеляющей Девочкой, которым нужно было приводить в состояние раненых учеников (а некоторых приходилось ещё и успокаивать), и после принимать ещё одних, так что, к сожалению веснушчатого, следить за боями ему удавалось так себе, отрывисто. — Ну, ты сюда не на бои смотреть пришёл, — причитала Девочка, смотря на насупившегося ученика, когда у них наконец закончилась очередь из пострадавших, и наконец появился шанс посмотреть на последний бой — Зато он обещает быть захватывающим, так что не раскисай! — И то верно, — чуть улыбнулся Изуку, поднимаясь по ступенькам — Кац-чан против Тодороки Шото.. Интересно, кто победит? — начал размышлять зелёноволосый, не замечая, как переходит в неразборчивое бормотание. — О, Ками-сама, дай им хоть начать, Мидория. — обречённо произнесла сенсей, тяжело вздыхая. Мда-м, этого мальчишку не исправить. По углам арены зажглись яркие огни, символизирующие приближающуюся схватку, а все зрители взорвались в криках и аплодисментах. Оно и понятно: два сильнейших ученика сразятся друг против друга. — Финальная битва Спортивного Фестиваля UA! — кричал Сущий Мик, получая в ответ ещё более громкий возглас толпы. — Будущий герой Шото Тодороки, проти-и-и-ив тоже будущего героя Кацуки Бакуго! — казалось, ведущий подогревал интерес толпы даже больше, чем нужно было — СТ-А--АРТ! Шото ждать не стал, и в эту же секунду образовал огромную ледяную глыбу, покрывшую добрую половину арены, и образующую большую тень над частью зрителей. И ведь он воссоздал её так, чтобы при её падении, никто, кроме находящихся на арене, не пострадал. — Бесспорно превосходный контроль над причудой, — бормотал медбрат, наблюдая за тем, как подрагивает земля от приближающихся взрывов Бакуго. — Хотя, чего ещё можно было ждать от сына Старателя? Тот наверняка тренировал его. — взгляд бегал по противникам, отслеживая каждое их движение, чтобы предположить итог. И ведь не прошло и пяти секунд, после того как Шото оказался на земле, и сразу же начал атаковать, нанося ответны удар, как Мидория вопрошающе приподнял брови, переводя изумлённый взгляд на Исцеляющую Девочку: — Разве у Тодороки не две причуды? — спросил он, закусывая нижнюю губу — Почему он не использует пламя? На это, Девочка лишь вздохнула, качая головой, мол, не знает. Она было уже хотела вернуться к разгорячившимся парням, которые, казалось, только-только начали всерьёз сражаться, но следущая фраза Мидории заставила сенсей невольно вздрогнуть: — Тодороки проиграет. В этот раз, медсестра лишь промолчала, но еле заметно кивнула. Все надежды зрителей на продолжительную битву обрушились, когда огромных размеров взрыв скрыл Шото, заставляя вблизи сидящих почувствовать жар. — Так, ситуация определённо вышла из контроля, Мидория, — чертыхнувшись, начала тараторить женщина, спускаясь по лестнице. Клубы дыма уже почти рассеялись, когда Изуку был готов в любой момент кинуться к раненым. Откашлявшись от поднявшейся пыли, медбрат почувствовал мягкий толчок Полночь, которая затем и наклонилась и шепнула: — Забирай Тодороки, как только я тебя подтолкну ещё раз. Он наверное сильно ранен. Кивнув, Изуку замер на месте, в напряжении наблюдая за тем, как из облака пыли наконец становятся видны две фигуры. И если Бакуго еле-еле держался на ногах, то состояние Шото оставляло желать лучшего: он развалился на обломках льда, отрешённо и безучастно смотря в небо, абсолютно игнорируя злобные выкрики противника. — И… — Полночь выдержала небольшую паузу — Кацуки Бакуго побеждает, и становится победителем этого Спортивного Фестиваля! Толпа гудит, пока блондин сильно бесится, а юнец подбегает к Шото, с долей обеспокоенности осматривая его. Всё тело было в ссадинах, и что точно он себе травмировал понять было сложно, однако, кажется, самого раненного это почти не заботило. Сам Тодороки как-то удивлённо смотрел на Мидорию, игнорируя всех остальных. — Т-ты в порядке?.. Я имею в виду, ты, конечно же, не в порядке, но насколько тебе плохо с-сейчас?.. — взволновавшись, тараторил зелёновласый, подскакивая ближе. Несколько секунд оппонент молчал, не отрывая взгляда от Изуку, словно переваривая в своей голове что-то. — Ты ангел? Мальчишка чувствовал, как к щекам нещадно всё приливает и приливает кровь, а руки чуть потрясываются от волнения и смущения. А ещё он чувствовал как его спину прожигает гневный взгляд двух бирюзовых глаз.