Angel with a shotgun_

POV Эрик.       За время моего лидерства я достаточно насмотрелся на пейзажи страха, поэтому сразу почуял неладное. Парня на столько поглотил его страх, что он даже не собирался бороться. Огонь вокруг разгорался всё сильнее, а Эйден только смотрел на пламя, застыв на месте. Я догадывался, в какой момент жизни у мальчишки появился страх сгореть заживо. В тот самый день, когда он пробрался в кабинет Макса и нашёл в его компьютере дело о гибели главного Лидера.       Времени на подробное изучение у Эйдена не было. Но он успел просмотреть файлы с камеры, установленной на автомобиле Эрудитов, проходивших свидетелями по данному делу. Парень видел, как горела машина, в которой находился его отец.       В тот день всё замяли, конечно не без помощи нас с Алеком. Но и сам Макс проявил понимание. Кара была не в курсе случившегося, поэтому сейчас увиденное повергло её в шок.       Хорошо, что привыкший доверять собственным инстинктам, я сразу вызвал Ника, кратко объяснив суть проблемы. У этого парня есть феноменальная способность в считанные минуты появляться там, где его ждут.       Первым делом Ник успокоил Мелкую, сделав ей укол, который подействовал мгновенно. Девочка перестала кричать и теперь только молча стояла, вцепившись в мою руку мёртвой хваткой. Поцеловав её в висок и заметив, что Ник никак не отреагировал на этот мой жест. Он явно был не удивлён. Интересно, хоть кого-нибудь во фракции удивят мои отношения с Карой Нортон?       — Ты можешь что-то сделать? — спрашиваю дока и вижу, что он уже набирает в большой шприц содержимое какой-то ампулы.       — Надо срочно снизить частоту сердцебиения, иначе... — Ник не решается произнести слово вслух, глядя на Кару, всё так же висящую на моей руке. — Выведи её!       Док, не дожидаясь нашего ухода, вгоняет иглу парню в грудную клетку и вводит препарат. Писк приборов мгновенно становится тише. Точнее, сигнал издаётся с меньшей частотой. Тахикардия постепенно снижается, дыхание Эйдена успокаивается и он наконец медленно открывает глаза.       Мелкая вывернувшись из моих рук, в мгновение ока оказывается в кресле у мальчишки на коленях. Где сворачивается в клубок, как котёнок, а Эйден сразу обнимает её одной рукой. Парень бледный, как мертвец, но слабо улыбается, шепча что-то сестре на ухо. И только когда вижу его бледную улыбку, я наконец понимаю, что могу полноценно вздохнуть.       — Эрик, я же просил, — Ник указывает на Кару и на то, что она мешает ему проводить осмотр. Дальше о чём-то говорит с Эйденом, задаёт дежурные вопросы о его состоянии.       Вдруг в кабинет влетает зарёванная блондинка Нина, и сгребает близнецов в охапку своими тонкими ручонками. Спросив у медсестры в лазарете, куда так быстро умчался док, девушка получила ответ, что кого-то из Нортонов не могут вывести из симуляции.       — Эйден, тебе стоит эту ночь провести под мои наблюдением, — Ник думает оставить пацана на ночь в лазарете.       — Спасибо, Ник, но мне уже лучше. Я пойду в казарму и сразу лягу спать, — отвечает парень, наконец освободившись от хнычущих девиц, висящих на его шее. — Завтра буду как новенький.       — Хорошо, но утром зайдёшь, вот и договорились, — Ник кивает в знак согласия — Барышни, в любой непонятной ситуации берёте этого героя за хвост и тащите к врачам. — обращается к девчонкам, а те кивают словно болванчики.       — Ник, спасибо тебе, — говорю я, с трудом узнавая собственный голос.       Кивнув всем присутствующим и пожав мне руку, док удаляется, не забыв прихватить свой чемоданчик.       На всякий случай решаю проводить троицу до казармы. Конечно при этом не теряю надежды, что Мелкая всё-таки решит сегодняшнюю ночь провести со мной. Блондинка явно не собирается отлипать от мальчишки, так что внимание сестры ему будет не особенно и нужно.       — Спасибо, что не стал дожидаться пока меня инфаркт хватит, — пожав руку у входа в казарму, парень второй рукой приобнимает меня за плечо. До сих пор подобный жест по отношению ко мне позволял себе только Алек.       — Завтра в десять утра встретимся в тату-салоне. Нужно поговорить с Тори.       Тори Ву, помимо работы в салоне, не первый год проводит тесты на проф - пригодность. Она знакома с симуляциями лучше многих других. Возможно она сможет помочь советом на счёт того, как Эйдену справиться со своим страхом и снова на нём не зациклиться.       — Буду как штык! — парень салютует мне, целует сестру в щёку и они с блондинкой скрываются за дверью.       — Эрик, я не знаю, как тебя благодарить, — Мелкая первая нарушает на миг повисшее молчание.       — Ну у меня есть пару десятков вариантов, — ухмыляюсь, поигрывая бровями, но тут же сменяю тон на серьёзный. — Кара, он сильный парень. Не только телом, но и духом, — притягиваю девчонку к себе, утянув её в тень коридора. — Он справится. Я помогу.       Кара сначала поддаётся порыву и кладёт голову мне на грудь, шумно вздыхая. Но спустя мгновение вдруг отстраняется, как будто вспомнив о чём-то важном. Девчонка пристально смотрит мне в глаза и я уже догадываюсь, о чём сейчас пойдёт речь.       — Кстати, как там дела? — Мелкая многозначительно кивает в сторону моей ширинки. — Рыжая ничего с собой не прихватила часом? Она утром так усердно там что-то искала...       — Желаешь проверить? — дёргаю её за руку и девчонка уже в моих объятиях.       Маленькая сучка! Она решила, что может позволить себе ебать мне мозги? Только потому, что я позволил ей пару раз остаться в своей постели? Снова обманываю сам себя, ведь сам ей всё позволяю. Мне даже льстят претензии и наезды... Такая забавная, когда ревнует.       — Ну нет... Спасибо, — пытается вывернуться, но конечно ей не удаётся. — Кто знает, где были её руки до того, как залезли в твои штаны. Я бы посоветовала тебе провести ТАМ дезинфекцию.       — Кара, ты снова нарываешься, — кладу обе ладони на её упругие ягодицы и тесно прижимаюсь к ней ширинкой. Моё тело реагирует мгновенно и в штанах уже становится тесно.       — Если я перестану предъявлять тебе по поводу твоих баб, — Мелкая встаёт на носочки и шепчет мне прямо в губы. — Значит я потеряла к тебе интерес.       — Сучка! Если это произойдёт, я тебя убью! — угрожающе рычу и впиваюсь в её сладкий ротик, сразу запустив в него язык. Девчонка тихо стонет, яростно отвечая на поцелуй. Ей нравится эта игра, в которой она сейчас диктует условия.       Сильней прижимается ко мне тёплым, хрупким телом. Я даже сквозь одежду чувствую, как напряглись её соски, которые во всю уже трутся о мою грудь. И от этих ощущений и от её стонов сносит крышу. Только с ней я завожусь так быстро. Буквально с пол оборота.       — Маленькая, — тихо хриплю, прервав поцелуй и уткнувшись лбом в её лоб. — Или пойдём, или я сейчас трахну тебя прямо тут.       — Эрик, я останусь в казарме, — неуверенно шепчет, пропуская вздохи.       — Нет, не останешься.       — Что я ребятам скажу?       — А что ты им говорила каждый раз, когда ночевала в своей квартире? — приподнимаю брови. — Думаешь, я не знаю, что мой добродушный братец давал тебе ключ? Ай-яй-яй, нарушаешь правила инициации?!       — Это было всего пару раз, — опускает глаза и краснеет. — Ну может три... Мне в этой казарме воздуха не хватает.       — В моей квартире его как раз слишком дохуя для меня одного, — хватаю девчонку и закинув себе на плечо двигаюсь в сторону своей норы. На моё удивление, Мелкая не сопротивляется, а тихонько ржёт, болтая ногами в воздухе.       — Эрик, а если мы кого-нибудь встретим?       — И?       — Лидер, таскающей неофитку на плече... За пол часа до отбоя...       — Я не вижу надписи "неофитка" на твоей чудесной заднице, — увесисто шлёпаю Мелкую по мягкому месту. — Если ты думаешь, что вся фракция узнает Кару Нортон по её ягодицам, то ты себе льстишь, — Мелкая начинает гоготать громче. — А вот твоё лошадиное ржание могут и признать. Лучше виси молча. Можешь сделать вид, что сопротивляешься.       — И вовсе оно не лошадиное, — по голосу так и слышу, что надула губки. — Зато я не похожа на японского мишку.       — Я — енот! — ставлю маленькую занозу на землю и сделав вид, что злюсь, рычу: — И вот за это большое спасибо твоему психованному братцу.       — Заскочила к Нику после обеда. Завтра будешь почти как новенький, — достаёт из кармана банку с мазью, становится на носочки и касается моих губ лёгким поцелуем. — И злишься ты сейчас вовсе не убедительно.       Вот же мелкая сучка! С ней даже марку держать не выходит.       — Эрик, почему Эйден никогда мне не рассказывал о том, что боится огня? — спрашивает Кара, когда мы продолжаем свой путь.       — Лучше задать ему этот вопрос, разве нет?! — увиливаю, пытаясь обойти эту скользкую тему. — Но обещаю, что мы с этим разберёмся.       — Это было... страшно, — делает паузу и добавляет. — И странно. Я всегда считала брата бесстрашным. Во всех смыслах этого слова.       — У всех есть страхи. Они делают нас людьми. Помогают выжить.       — Почему брат не кричал? Он ведь не издал ни звука, как другие.       — Ты тоже молчала во время пейзажа. Только кулачки сжимала и разжимала, — Кара удивляется моим словам, задаёт вопрос и я слышу беспокойство в голосе:       — С нами что-то не так? Мы не нормальные?       — Тогда я тоже не нормальный. Добро пожаловать в клуб, — подмигиваю, пытаясь разрядить обстановку.       — Когда погиб отец, — девочка делает глубокий вздох. — Я сначала не могла в это поверить. Мы всегда считали его наверное каким-то высшим существом. Думали, что он всегда будет рядом. Но его не стало... А теперь ещё все эти странности...       Плечи Кары поникли и она стала похожа на маленькую потерянную девочку, которую мне теперь просто жизненно необходимо уберечь от всех несчастий и потерь. Не могу справиться с порывом, останавливаю шаг и прижимаю к себе её, такую хрупкую и ранимую.       — Просто ты взрослеешь, Кара. Меняются твои представления о жизни, — целую Мелкую в макушку.       — Они не просто меняются. Они ломаются. Разбиваются, как тонкий лёд, — девочка вздрагивает, уткнувшись носом мне в грудь. — Я ломаюсь, Эрик...       Эти её слова отдаются режущей болью где-то глубоко за грудиной, которая разливается волной по всему телу. Моя сильная маленькая девочка. Она поднимает на меня глаза и уже улыбается, слегка шмыгнув носом.       — Мы справимся. И я, и Эйден. Ведь не зря его тест показал Бесстрашие, — Мелкая отстраняется, берёт меня за руку, переплетая пальцы с моими. Мы продолжаем идти молча по самым тёмным коридорам, обходя людные места.       Только когда за нами закрылась железная дверь моей квартиры, я понял, как сильно я устал. Лучше пропадать в недельном рейде, по уши в грязи, спать на голых камнях, не чувствуя конечностей от холода. Всё это лучше, чем даже один такой день, как сегодня.       Ненавижу грёбанные пейзажи! Копаться в чужих мозгах, вытаскивая наружу все страхи. Иногда они бывают банальными, нелепыми, даже смешными. Но некоторые на столько жуткие, пробирающие до костей, что невольно задумываешься об адекватности их обладателя.       Подхожу к кровати и сажусь на край. Расшнуровываю и скидываю берцы. Снимаю куртку, бросив её на стул, делаю глубокий вдох, устало прикрыв лицо руками. Маленькая подходит и становится между моих коленей. Одной своей маленькой тёплой ладошкой поглаживает по плечу, второй по голове, пальчиками зарываясь в волосы.       — Родной, тебе нужно отдохнуть. Может я пойду?       Глупая, ты даже не представляешь, как нужна мне именно сейчас! Обнимаю её обеими руками, утыкаясь лицом в плоский животик. Сам себя не узнаю. Неужели это я? Чёртов больной ублюдок, отбитый на всю голову, как считает большая часть фракции да и всего Чикаго. Я стал зависим от маленькой хрупкой девчушки, как героиновый наркоман. До тремора в руках и ломоты в теле, до больной бессонницы.       Девчонка понимает мой жест правильно.       — Тогда позволь мне помочь тебе расслабиться, — говорит тихо, но уверенно и я понимаю на неё взгляд. Её лицо абсолютно серьёзно, но в глазах столько жарких обещаний, что по спине сразу пробегают мурашки. Мозг перестаёт действовать, потому что кровь уже от него отхлынула и устремилась в область паха.       Кара, встав на колени, выдёргивает края футболки из штанов и тянет их вверх. Я помогаю, так как стянуть с меня футболку через голову ей не хватит роста. Её теплые нежные пальчики пробегают по моему телу от живота вверх, ладони мягко поглаживают и сжимают мышцы на груди, слегка царапая короткими ноготками. Я сижу, глядя на неё сверху вниз. Стараюсь не дышать, чтобы хоть как-то унять свою похоть и позволить ей растянуть для нас этот сладкий момент.       Поднявшись на ноги, она избавляется от своей одежды, оставаясь в одном белье и моё сердце пропускает удар. А когда пальчики девчонки ловко расправляются с застёжкой моих штанов, так оно и вовсе проваливается куда-то в область пяток.       Стоит мне подняться, Мелкая приспускает мои штаны вместе с боксёрами, не снимая их полностью, и встаёт на колени. И вот уже её ладошка сжимает мой, стоящий колом, член. Её бархатный язычок проводит по головке, от чего всё тело прошивает электрическим разрядом.       Мне делали минет тысячу раз. Некоторые девки были на столько опытны, что заглатывали целиком моё хозяйство, которым природа совсем не обделила. Но ни на одну из них у меня не было подобной реакции. От одного только вида её пухлых губ на моём члене перед глазами темнеет и ноги становятся ватными.       — Кара, — хриплю, на секунду закрыв глаза. — Мне нужно сесть.       Мелкая отпускает член и легко подталкивает меня на край кровати. Когда я сажусь и откидываюсь назад, опираясь на руки, Кара продолжает своё занятие. Её сладкий ротик посасывает пульсирующую головку, плотно обхватив губами. Язычок прижимается к уздечке, маленькая ладошка массирует член у основания. При этом девчонка так сладко мурчит, что у меня совсем сносит крышу.       Начинаю хрипло стонать, подаваясь бёдрами навстречу её ласкам. Хочется сжать волосы на её затылке и просто трахать этот ротик, который сводит меня с ума. Подавляю это желание, боясь доставить ей дискомфорт. Но сил сдерживаться больше нет.       — Чёрт... Маленькая, я сейчас кончу тебе прямо в рот, — рычу на грани, сжимая пальцами простынь.       Мелкую эта перспектива, как видно, не пугает. Она стонет громче, ускоряет движения и наконец наступает разрядка. Изливаюсь ей в рот кажется бесконечным потоком и она всё послушно сглатывает, ещё раз сжимая член в кулачке, проводя вверх-вниз.       — Блядь, да-а... — что за хрень со мной творится, будто месяц воздерживался и целибат блести приходилось..       — Снова материшься, — поднимает голову и хитро улыбается, закусив нижнюю губку.       — У тебя слуховые галлюцинации, проверься уже, — отвечаю хриплым голосом, стараясь унять сбившееся дыхание.       Девчонка пытается встать на ноги, но я не позволяю, дёрнув её за руку. Заваливаю её сначала на себя и сразу переворачиваюсь, прижимая к кровати её тоненькую фигурку. Попутно избавляюсь наконец от штанов, которые всё ещё болтаются на лодыжках.       Целую её пухлые, раскрасневшиеся губки. Спускаюсь, прикусывая нежную шейку, потом ниже. Сминаю грудь, потирая через тонкое кружево пальцами напряжённые соски. Мелкая стонет, выгибая спину. Ласкает ладошками мои плечи. Расстёгиваю впереди застёжку лифчика и тут же впиваюсь ртом в освободившуюся грудь, покусывая и вылизывая сосок, вторую ласкаю рукой.       — Эри-ик... — выдыхает моё имя, снова выгибаясь навстречу моим ласкам.       — Перевернись на живот, — прошу её, слегка отстранившись.       Мелкая подчиняется. Я стягиваю с неё тонкие трусики и девчонка приподнимает попу, прогнувшись в пояснице. От этого жеста и открывающегося передо мной зрелища дыхание перехватывает. Нахожу пальцами её киску, которая уже влажная. Вхожу одним медленным движением, растягивая её, такую тесную и горячую.       Начинаю двигаться и Кара громко стонет, подмахивая попой в такт моим фрикциям, насаживаясь на член. Снова не замечаю, как начинаю стонать вместе с ней. Она что-то бессвязно шепчет, сминает простыню пальчиками, потом вскрикивает и я чувствую, как её мышцы ритмично сжимают мой член и тело извивается в оргазме. Сделав ещё несколько движений сам кончаю с хриплым стоном, но в этот раз сдерживаясь от крепких словечек.       Чуть отдышавшись поднимаю с пола свою футболку и стираю ей остатки спермы с члена. Осторожно вытираю Мелкой бёдра. Она только тихо мурлычет что-то, переползает на подушку и мгновенно засыпает, не меняя позы. Удовлетворённый и расслабленный падаю рядом. Натягиваю на нас одеяло и тоже проваливаюсь в сладкий сон, подмяв поближе к себе её маленькую задницу.