Я ждала тебя

От неожиданности трансгрессии Гермиона не смогла устоять на ногах и упала на пол, как только они приземлились. Беллатриса оставалась непоколебима. Холодная и недоступная. Поместье выглядело так, будто его забросили как минимум год назад, хотя не прошло и суток: камин не горел, создавая ощущение холодного необжитого помещения, в гостиной царил неприятный полумрак. Лестрейндж подняла палочку вверх, накладывая заклинания. Воздух покрылся мелкой рябью. - Что ты делаешь? - выдохнула Гермиона, она совершенно не узнавала в этой женщине-бойце свою саркастичную, но нежную и любящую Беллатрису. Та проигнорировала вопрос, продолжая выпускать вспышки из палочки. В полутьме это выглядело очень эффектно и страшно. Закончив с заклинаниями, женщина подошла к Гермионе, присев рядом с ней на корточки. Девушка не могла различить черты лица возлюбленной, но хорошо были видны глаза. Черные глаза, которые горели жаждой мести. Грейнджер еле сдержалась, чтобы не отползти подальше. - Сиди здесь, не пытайся выбраться, подойдешь к двери, тебя сожжет заживо, я постараюсь скоро вернуться, - скороговоркой произнесла та, окидывая взглядом девушку, выискивая возможные ранения. - Ну уж нет, - вскричала Гермиона, - слишком долго я сидела взаперти, ни о чем не зная. Я не собираюсь больше плясать под твою дудку. Либо я иду с тобой, либо мы обе остаемся здесь! - Ты остаешься здесь! - Я тебя не узнаю, ты будто сошла с ума, - прошептала Грейнджер, - ты совсем не та девушка, в которую я влюбилась... Ты запираешь двери, ставишь чары, сжигающие заживо, оставляешь меня в неведении. - Естественно, я не та, Грейнджер!! - взревела Беллатриса, - мне давно не восемнадцать! Я устала упрашивать всех не жертвовать собой! Я давно уже принимаю решения сама, а не иду на компромисс, если дело касается близких мне людей! - Я в праве сама отвечать за свои поступки. Вспомни себя в моем возрасте. Разве тебя кто-либо мог заставить остановиться? - спокойно спросила Гермиона, хотя всю ее трясло от злости и сдерживаемых эмоций. - Тогда иди! Иди, если тебе плевать на то, что я стараюсь не подвергать тебя опасности! Спасаю твою же шкуру! - Лестрейндж резко махнула палочкой в сторону двери, но в такой ярости она уже не могла контролировать силу заклятий, поэтому дверь с диким треском снесло с петель, выкинув на улицу, - Иди! К Поттеру, Уизли, они там наверняка празднуют победу, только тебя все заждались! Гермиона поднялась на ноги, еле сдерживая слезы, колючий комок в горле не давал сказать ни слова. Казалось, откроет она рот, и слезы польются градом. Как же так получилось, что она не заметила этого... Полного отсутствия любви Беллатрисы к ней... Нет, может любовь и была, но она была настолько искаженная, извращенная, что ее сложно было назвать таким высоким чувством. Разве будет любящий человек прятать тебя, как в тюрьме, в четырех стенах? Разве будет оберегать тебя, запрещая узнавать любые новости его мира? Разве любовь - это изолирование ото всех, кроме себя? Гермиона вспомнила восемнадцатилетнюю Беллатрису Блэк. Девушку, невероятной красоты, гордости, чувства юмора и силы. Девушку, которая всегда была в центре внимания и душой компании, но в то же время пряталась ото всех. Девушку, которая, закусив губу, чтобы сдержать улыбку, писала ей откровенные записки в блокнот и заливисто смеялась, когда Гермиона краснела до ушей. Грейнджер посмотрела в лицо женщине, стоявшей напротив. Если при первой встрече ей показалось, что Беллатриса совсем не изменилась, то сейчас она поняла, что от прежней Блэк ничего не осталось. Перед ней стояла холодная, замкнутая в себе, преданная своему погибшему хозяйну женщина. - Ответь мне на вопрос. Пожалуйста. Один вопрос, и я уйду, - тихо проговорила Гермиона, пытаясь совладеть с дрожащим голосом, - ты меня действительно любишь? Или ты меня любила только в своей юности? А сейчас просто пытаешься наверстать то время, зная, что ты теперь другая? В темноте невозможно было разобрать эмоции на лице Лестрейндж. Но, когда она заговорила, в голосе слышалась усталость и раздражение: - Я люблю тебя. И давай закроем эту тему. - Нет, - Гермиона помотала головой, давая, наконец, волю слезам, - по тебе видно. По взгляду, по словам, по поступкам в конце концов. Ты меня любила... Но тогда. А сейчас у тебя единственная цель в жизни - служить Темному Лорду, тебе не нужна ничья любовь, кроме его. - Он мертв! - отчеканила Беллатриса, но голос ее слегка дрогнул. Казалось, она сама не может смириться с этим, - Поттер все-таки убил его. Я много слышала о нем, когда сидела в Азкабане. И про тебя слышала. Подружка героя. Это было так странно. Читать про тебя в газете. Знать, что ты уже родилась, живешь, учишься, про тебя пишут статьи. Лестрейндж замолчала, глядя перед собой невидящим взглядом, погружаясь в воспоминания. - А сейчас? - тихо спросила Гермиона. - У нас с тобой слишком разные пути, мне прямой путь в Азкабан, а тебе - слава, почести, друзья, потом семья, дети и долгая жизнь. - У тебя был шанс построить свою жизнь иначе, - вздохнула девушка, - я бы не хотела тебя потерять. Две волшебницы стояли друг напротив друга, думая о своем. Казалось, будто это их последняя встреча. - Я пойду..., - полувопросительно полуутвердительно произнесла Беллатриса, делая шаг навстречу Грейнджер и неловко обнимая ее. Гермиона, закусила губу, сдерживая эмоции, и ответила на объятия со всей горячностью. Беллатриса Блэк была самой нежной и искренней любовью в ее жизни. Лестрейндж зарылась в густые каштановые волосы, вдыхая аромат некогда любимой девушки. - Знаешь, когда я поняла, сколько всего натворила, уже поздно было что-то исправлять, - прошептала она и тут же отстранилась. Гермионе хотелось кричать и плакать, броситься на шею, умолять убежать, скрыться, но она стояла в оцепенении, не разрешая себе впадать в истерику. Только дорожки слез выдавали ее состояние. Беллатриса глубоко вздохнула, закатывая глаза: - Грейнджер, не будь нытиком, жизнь продолжается. Если хочешь, буду твоей любовницей, пока, конечно, до меня не доберутся дементоры с аврорами. Секс с тобой охуенный на самом деле. Гермиона издала странный звук, одновременно всхлипнув и усмехнувшись. - Иди, - проговорила она, мотнув головой, - возможно, увидимся еще.