Лекс Империалис

— Алекс! Очнись мальчик мой! — закричала в моей голове мама, и тут я опомнился и не понимаю, почему я не в Рино, а стою на месте в канализации. В данный момент я в ступоре и ощущаю, как кто-то давит мне мозги ментально. — Щщщ!!! — я схватился руками за голову и понимаю, что с моих плеч сваливается главная сестра битвы, — ААА!!! — мне было так больно в голове, что мои глаза думал, из орбит вылетят. — Сынок. Если, я правильно понимаю, то это был краулер, а не патриарх! Ты сейчас в его зоне пси-активности. Беги! — крикнула мне в голову мама, и тут я быстро опомнился, что и где нахожусь. — Сука! — тут я глянул на сорориток и они стояли как зомбированные в ступоре. Я подошел к одной и забрал у цепной меч, а затем побежал. Остановилась наша группа когда я выбил дверь и сейчас я решил снова побежать налево. «Откуда ты знаешь об этом?», — спросил я у матери. — Как откуда? Это же ты знаешь, я читаю твои мысли. Правда, почему-то все было в текстовом варианте на неизвестном мне языке. Сейчас мы находимся рядом с патриархом, и эти генокрады и тираниды тебя порвут, чтобы ты не подошел к их отцу! Он будет давить на тебя ментально, а также может заразить. «Понял!», — крикнул я у себя в голове и побежал по туннелю. — Как же сильно я насытилась, сладкий мой. Только больно… Этот гад давит меня, но он где-то рядом. Он один и где-то тут… Я чувствую его. «Ты точно просто демон?», — спросил я продолжая убегать. — Я? Я твоя мама. Матери все могут, когда их ребенку угрожают. Главное, не смотри ему в глаза. Так было написано в статье, а то станешь его рабом. А я не хочу внуков генокрадов, — у меня во время бега лицевые нервы дергались, даже не знаю из-за чего в первую очередь. От этого патриарха или матери-демона. Когда я добежал до конца туннеля, то у меня вырисовалось два варианта куда бежать. Налево или направо. — Он слева, вроде бы, если не пытается обмануть меня. Не знаю, он хитрый, — очень раздраженно пробубнила Шаунди. — Эх… А ты уверена? Ты уверена, что я вообще должен его завалить? Смогу ли? — Не знаю. Но, это единственный способ спастись, — спросил я в слух и посмотрел на цепной меч с инсигниями и надписью на высоком готик: «Доверяй страху своему». — Надпись видишь? Страшно? Во Имя Бога-Императора ты убьешь эту тварь или погибнем, — тут я на пару мгновений даже засомневался что моя мать демон. — Возможно, я об этом пожалею… — и я побежал налево. — Перехватите его! Он не должен подойти к Отцу! — начали вопить генокрады на диалекте Совурта. — Пыль! — услышал я крик со стороны себя. — Он на тебя идет. На тебя идет, — предупредила мама. — Бог-Император, дай мне сил противостоять этому злу! — и я нажал на копку цепного меча и раздался мощный визг пилы. — Сверху! — я среагировал на крик матери и отскочил влево и плечом вмазался в стенку. Тут я осмотрелся и увидел огромного, трехметрового генокрада с четырьмя острыми как бритва лапами. Его череп был вздут до неимоверных размеров, и виднелось, что по венам его головы бегают огоньки нейронов. На его теле была броня из десятков различных пластин, огромный хвост рептилии и пара ног с тремя огроменными пальцами. — Интересный, материал, — промолвил он отвратительным голосом. — Оно еще и разговаривает… — пробубнил я и взял цепной меч двумя руками. — В глаза не смотри. — Легко сказать… тяжело, сделать… — пробубнил я и когда он повернулся ко мне лицом, то у меня голова заболела с новой силой. А еще я понял, что от него несет каким-то странным запахом, будто протухшая молочка или на подобии. — Ну, давай, уродец. Посмотрим на что… — тут я отвел взгляд от него. — Боишься? — спросил с неким наслаждением патриарх генокрадов. Я ничего ему не ответил и ждал. Но, видимо ему мое молчание совершенно не понравилось. Тут в меня прилетел его хвост. Среагировать я успел и перепрыгнул через него и сделал кувырок по неровной поверхности. — Аааа… — тут у меня в голове, будто спазм произошел. Такая боль, а затем я на автомате рубанул перед собой, ибо увидел лапы тиранидов. Удар оказался весьма мощный, чтобы началась святая резня. — Забудь о боли! Император с тобой! — Да прибудет со мной его благой Свет! — крикнул я и поднял взгляд перед собой и на меня спрыгнул генокрад с парой клинков. Одним мощным взмахом, я его разрубил его. А затем посмотрел за спину и понял, что их патриарх уже свалил. — Интересный экземпляр, — услышал я голос позади себя и понял, что он уже давно обошел меня. Быстро упал на колено, и надо мной просвистела пара мощных лап. А затем вторая его группа лап ударила уже по сидящему мне в район лица. Но я подставил цепной меч под размах левой лапы. Его мощный удар против моего удара с колена. Цепной меч в дребезги, как и его лапа. Правда, заехать по лицу он мне смог. Три когтя прошлось по левой части лица. Удар прошел очень глубоко, если бы не встречные удар. Я почувствовал, как по лицу полилась кровь, а мой левый глаз пришел в нерабочее состояние, как сказали бы техножрецы. От его удара я свалился… — Перекатывайся, а то раздавит… — совет мамы я воспринял со всей серьезностью и начал катится как рогалик и две мощные лапы не раздавили меня. Тут я врезался в труп располовиненного генокрада и схватил их его мертвых лап пару мечей, а затем подскочил, но патриарх уже был надо мной. Он резко спрыгнул на меня, а мне пришлось отпрыгивать назад и рубить генокрадов прибежавших на помощь патриарху. — Надоел, — тут он за мгновение добрался до меня и схватил меня за горло и поднял над собой, — Повинуйся! — моя голова яростно болела, из правого уха пошла кровь, — Открой глаз! — приказал он, и мое веко начло дергаться, а я сжал зубы. — Сопротивляйся! «Легко сказать! Мама!». Я сжал мечи очень сильно и решил воткнуть их ему примерно в голову со стороны нижней челюсти. Я приподнял мечи совсем немного, но тут я открыл глаз и увидел тьму, кажется, я ослеп. — Повинуйся, — и он сжал мою шею. — Убей! — крикнула мама. Тут я чуть не засмеялся, от нулевого эффекта и исказил животную ухмылку и воткнул ему в голову два меча со всей возможной силы. Он даже не понял, что произошло. Он видимо думал, что я уже ему повинуюсь или еще что-то. Хватка стала слабеть, пока пальцы совсем не расслабилась и не отпустила меня. Я успешно приземлился на ноги и услышал падение трупа. — Беги вперед, пока они не опомниться от потери отца, — сообщила мать, а я побежал вперед вслепую. Всем своим телом снося всех, кто мог встать передо мной. Пытался разглядеть хоть что-то своими глазами, но был слеп как котенок, — Беги, они опомнились. — ВРАААА! — тут за мной раздались мощные крик множества тварей. — Стой! — но я не среагировал на крик Шаунди и полетел вниз с очень высокой высоты и очень сильно ударился о воду. — Бррр… — я начал терять последний воздух из легких из-за сильного удара. Я пытался выбраться, но меня сносил какой-то водоворот, видимо я водоочистительных сооружениях или еще чем-то подобном. «Мама…». — Але… — и тут я вырубился, не успев ее дослушать. В тот момент я думал, что действительно, ко мне пришла не такая уж и плохая кончина. Пока тираниды найдут нового гипнотизера в лице патриарха, пройдет время и возможно мой родной улей спасен. Хоть меня никто и никогда не узнает как героя. … — Кхе… — я тяжело выдохнул, а затем начал откашливать воду из легких, — Кхе-кхе! — А затем меня начало рвать и я понял, что ощущение, что у меня температура тела больше сорока, градусов. — Малыш, поднимайся, не хватало тебе еще больше простудится, — сказала Шаунди, а мне было на столько мокро, сыро и в тоже время жарко, еще и больно, что я начал рыдать, — Алекс. Не сейчас, не сдавайся. Я кое-как поднялся на четвереньки, а затем с максимальным усилием начал подниматься на ноги. — Вот так, давай. — Почему… так много дерьма происходит со мной? — спросил я очень тяжело. — Прости, ты отвечаешь видимо за мои грехи, — тут я понял что не могу подняться, все болит, а слезы так и льются, — Я помогу, — и тут я почувствовал теплые прикосновения рук, жалко что сейчас я ничего не вижу. — Кх… — я крехтя смог подняться, а затем закинуть руку за плечо матери. — Шаг за шагом, пора уходить… — и тут мы начли движение. Каждый тяжелый шаг я опирался одной рукой о стену и пытался не свалиться на Шаунди. — Знаешь, я приготовлю твои любимые оладья, помнишь их на вкус? — Нет… прости мама, я все забыл… — прошептал я. — Все усеется, не напрягайся. Нам совсем немного осталось. — Куда мы идем?.. — Не знаю, — и тут я кисло засмеялся в себя, — Пожалуйста, не отчаивайся, никогда. Я рядом. — Ты всегда была со мной?.. — Нет, я искала тебя долго. Будто вечность. В варпе было много боли, и я много убегала и поедала других. Спасалась, ради того, чтоб в один день увидеть снова своего Алекса. Забавно… Я только благодаря тому, что ты знаешь благодаря тому мужчине, поняла, в каком ужасном месте была. Он знает много о природе нашего мира, — тут и с дрожащей улыбкой произнес: — Я не знаю, может я уже он и не твой мальчик, или он уже я и мы вместе одна душа.… Не знаю… Я, не думал об этом… — Ты мой мальчик, я вечность шла к тебе. Даже не думай, Александрос. Ты остаешься собой. Но, тот мужчина уже забыл даже свое имя. А ты все еще помнишь в отголосках памяти хотя бы меня, забыл лицо, но такое бывает. Не бойся, я сберегу тебя, все что в моих силах, — сказала мама, продолжая вести меня в неизвестность. — Да уж… — и после этих слов я потерял сознание снова. … Через неизвестное мне количество времени я очнулся. Чувствую, что лежу на чем-то, на подобии железного стола. По моей голове что-то проводят, а затем я открыл глаза и понял что правый глаз снова видит. Надо собой я увидел несколько техножрецов, которые активно что-то шибуршали надо мной. Когда я пришел в себя, осознал что во рту кляп, прикован по ногам и рукам и шей. Пытался помычать им, они меня вообще проигнорировали, и кажется, хотят уже припаривать. Они переговаривались на своем языке, а я мычал активнее и пытался вырваться. «Мама?!». Ответа не было, тут я закрыл глаза и просто расслабился и уже начал принимать свою судьбу. — Так! Вы сказали, что он мертвый! — неожиданно раздался мощный, мужской голос. — Не влезайте архивист. Госпожа уже дала добро на его вскрытие, — ответил огромный техножрец с четырьмя дендритами. — На мертвого! Только он живой! А ну прекратите, или то вас по винтикам разберут. «Бог-Император, спасибо!», — произнес я в голове. — Хорошо… — произнес холодно техножрец и мне что-то вкололи в шею и я снова отрубился. «Да сколько же можно?». … В этот раз я очнулся на стуле в темной комнате. Меня разбудили окатив ведром воды в лицо. — Ффф… — произнес я из-за холода, пробежавшего по телу. — Очнулся. Молодец, — сказал лысый белый мужчина с двумя кибернетическими глазами. Он весьма крупный и шрамы на лице делают его весьма устрашающим. — И вам доброго утра… — произнес я, оглядывая оковы на руках и ногах. — Смотрю юмор у тебя еще остался. Давай так, по-нашему. Мы тебя мудохать часами не будем, если ты расскажешь нам, что там произошло, — сказал надзиратель. — Ффф… это был очень долгий день в арбатском участке… — я начал свой рассказ честно, не говоря только о том, что у меня мамаша демон в голове. Бить меня били, притом больно. Хоть я и не употреблял слова как геноград и тому подобное. Заменял мутантами и уродцами. В один момент они даже привели псайкера, чтобы проверить меня, но тот чуть ли не прогорел попытавшись считать мой разум. Держась за голову, мужчина в балахоне и шлеме закрывающем глаза сказал: — Пустой, очень пустой. Не могу прочесть… — тут я не подавал виду на своем лице. Просто знал одно. Сейчас мне дадут девятый из десяти уровней допросов и черепушку вскроют техножрецы и прочтут мои мозги. Мой допрос продолжался под препаратами, под детекторами и с применением насилия. Лысый и его бригада от безвредной оплеухи до выкручивания фаланг пальцев доходили, а дальше описывать страшно. Моя мужская гордость пострадала, хотя бы не отрезали ничего и не убили полностью. Пять дней я уже в беспамятстве повторял одно и то же, опуская ненужные слова. Мой мозг просканировали, только еще на картах Таро не погадали мне. — Да прибейте вы меня уже… — бубнил я очень устало. — Значит так, давай снова. Начнем с твоего детства, малолетний каннибал… — и тут все началось, уже хрен знает по какому кругу. [От третьего лица. Кабинет дознавателя Евгении Вайткроу]. В кабинете дознаватель радикальной ячейки инквизиции реконгрегаторов Елены Вайтроу собралось парочка весьма интересных людей. Пресвятой человек с чистым именем и запятнанной душой Валентин Биатичи и псайкер примарис Тейлор Керз. Всех этих трех людей объединяла в этой комнате, одна поставленная цель. Решить, что делать с неким «патрульным». — И думаете в это можно поверить. Уйти не зараженным после столкновения с патриархом-генокрадом? — спросила идеально выглядящая девушка, красоте которой могли бы позавидовать многие. Редко можно встретить настолько искусного скульптора плоти в Империуме. Этой женщине уже достаточно много лет, а может и нет... Варп-ожог обошел ее стороной и наверное, никто не сможет вспомнить, как же она выглядела раньше. Но сейчас эта невысокая брюнетка с красивым личиком и выдающимся бюстом, который мог совратить многих. Рассматривала своими изумрудными глазками, что было написано в отсчете мастера пыток Майкла Тсана. — Мне не нравится то, что его невозможно прочитать. Даже его душу. Я бы мог сказать, что он пустой, пария. Но, пси-силы на него действуют и псайкеры не испытывают дискомфорт, — сообщил пожилой клирик с мощной бородой. В его годы он выглядит очень старым и немощным, но под робой святого отца и старой кожей скрывается несокрушимое тело, которое пережило множество битв. А его старая голова разгадала немало дел, расследований в лоне церкви и за ее пределами. — Я тоже не знаю. Но он может быть полезен как агент. Все-таки, я могу точно сказать, что он мутант. Биологусы сказали, что у него более плотные мышцы и его мозг умудряется сопротивляться их гениальному духу машины. Даже Омниссия бессильна. Не знаю как вы, но я хочу такого агента в ячейку номер четыре. Как раз таки поработает с неопытными. Он весьма молод, но возможно окажется полезным. В законники же кого попало не берут, да и послужной список у него хороший. Не в чем не подозревался, а каннибализм в детстве… ну с кем не бывает на глубоком улье, — сообщила шатенка в респираторе и положив руки на стол оглядела своих коллег. — Мне плевать, Евгения. Твое дело, — сообщил псайкер и, создав пару искр в руке, испепелила копию отсчета. — Ты главная, тебе решать. Потом сама будешь инквизитору объяснять. Хотя, я уверен, что он очень будет заинтересован этим Хансом. — Нашему господину всегда нравиться все новое. Хорошо, тогда пусть будет в четвертой ячейке. Главное, чтобы Тсан не довел его до сумасшествия. Интересный экземпляр же. «Интересная у него мутация. Не похожа на многие, что я видела раньше. Очень аккуратная».