Потерянные полукровки

      На следующий день, как и было оговорено, Сакура пошла в библиотеку и взяла свитки на свое имя, якобы на дом, после она принесла их к дому Изуми и постучалась: — Изуми, это Сакура! Я сделала то, что ты просила! — сказав это, она стала ожидать, когда ей откроют. — Сакура! — Изуми услышала стук в дверь и, почувствовав с той стороны знакомую чакру, тут же открыла. Девушка уже была одета в свою повседневную одежду, что свидетельствовало о том, что та давно уже не спала. Она взглянула на подругу и улыбнулась, — Привет! Спасибо тебе огромное! Ты мне очень помогла! — Если хочешь, то я могу помочь тебе… Я тоже немного интересуюсь медициной, если что, мы могли бы помогать друг другу. Что думаешь? — О, спасибо за предложение, я это очень ценю, но, пожалуй, я лучше сама посижу сейчас. Я так лучше сконцентрируюсь, не буду отвлекаться, — Изуми неловко почесала затылок, думая все же, что посидеть в одиночестве ей сейчас будет лучше всего, да и продуктивнее, так как не будет отвлекаться на разговоры, — Но если мне понадобится помощь, я дам тебе знать. Хотя вот этим всем ты мне уже очень помогла. Одна я бы ни за что не получила это, — девушка взяла в руки свитки, что протягивала ей подруга, а сама протянула ей коробочку с холодным десертом с фруктами, — Держи, ночью сделала, пока не спала ещё. Помнится мне, тебе такое нравится. — Вау, спасибо большое! Это правда то, что я люблю, но тебе не стоило утруждаться. Взять свитки и принести тебе было совсем не сложно! Мне все равно было по пути, — Сакура улыбнулась, взяв угощение из рук подруги, — Если понадобится ещё что-то, то можешь спокойно у меня просить. Помогу чем смогу! — попрощавшись на этой ноте, девушки разошлись.       Изуми тут же села за свитки, которые ей принесли. На первый взгляд, вроде ничего особенного, но проблема была в том, что некоторые термины нигде не объяснялись. Посидев над ними час, она уже было совсем отчаялась, если бы её не отвлекло странное чувство. Чувство, будто где-то рядом ошивается Монада.       Девушка чувствовала где-то неподалёку чакру двоюродной сестры и это её не могло не напрягать. Какое-то время она старалась удержать внимание и продолжала мозговой штурм, что-то записывала к себе в блокнот, что-то пыталась уже запомнить, так непонятных вещей становилось меньше, но только очень и очень медленно. Больше было совершенно неизвестного, словно некоторые свитки писали уже сразу для опытных врачей. Может быть так и было. Но, понимая, что из-за ощущения знакомой чакры вникать в некоторые вещи стало трудновато, Изуми решила на какую-то минуту всё же поднялась и ушла на кухню, чтобы сделать чай. Поставив чайник на плиту, куноичи подошла к окну и просто открыла его, подняв ставни. Она уже поняла, что к ней действительно идет гостья, так что чего было изображать полное удивление. — Я знаю, что ты здесь, Монада! — вздохнув, произнесла Изуми, почувствовав присутствие сестры максимально близко, словно та уже была где близко у окна кухни, — Ко мне могла бы и через дверь зайти — дома никого, кроме меня нет.       Тёмноволосая бестия влетела в окно и приземлилась перед Изуми. Девушка выпрямилась и ухмыльнулась, и, на первый взгляд, она выглядела полностью здоровой. Но, спустя пару секунд, она уже слегка скривилась от ноющей тупой боли: — Привет! Как твои дела? Я подумала тебе понадобится моя помощь? — Да, привет, заходи. Сижу тут со свитками, пытаюсь разобраться, но похоже, это надолго… А ты как? Думаю, ты мне всё же понадобишься, вот только зачем надо было идти аж сюда через всю деревню? Ты же знаешь, что я могла к тебе прийти… Не заметили хоть? — Изуми не совсем отчитывала сестру, скорее выражала своё беспокойство, ведь помнила, что та ещё не успела до конца восстановиться, — Присядь, хоть чаю выпей со мной что ли, переведи дух. — За кого ты меня принимаешь? Мне ускользнуть куда-то проще простого! Тем более, что Зануда слишком бесится на меня, поэтому не часто заглядывает, а больше никому до меня нет дела, — Монада спокойно села за стол, принимая предложение испить чаю, — Я просто вспомнила, как я над техниками мучилась и подумала, что тебе точно самой не справиться за такой быстрый промежуток времени. Так что со мной ты сможешь лучше всё понять. Я вернусь позже. Меня часто не проверяют два или три дня. — Хм, вот оно как. Нет, не подумай, я не сбрасываю тебя со счетов, просто волнуюсь. Всё же ты для меня далеко не чужой человек, — Изуми выключила газ, услышав, что чайник закипел, достала две чашки, сделала чай и села рядом с сестрой, пододвинув к ней одну из чашек, — Но спасибо, ты всё-таки больше уже в этом разбираешься, чем я. Думаю, дело пойдет быстрее. Я для начала основы почитала, там что-то понятно, но дальше, когда дело перешло к техникам, указано много терминов, которые не объясняются там, — и тут она взглянула на еще нетронутую чашку, — Попробуй чай, он очень вкусный. Это мне тогда Какаши-сенсей дал с собой. — Как-то мне страшно пить его — не хочу попасть под действие того же зелья, чтобы быть помешанной на нашем сенсее! — Монада хихикнула от собственной шутки и выпила немного, — Хм, вкусный… Но мне больше нравится кофе с молоком. Хотя с того времени, как я живу в клане, я ни разу не смогла больше это попробовать… Эх… — Да ну тебя! — Изуми тоже слегка хихикнула, чтобы не показаться слишком подозрительной, но на самом деле задумалась. Неужели все её последние действия, слова и вообще всë указывало на помешательство? Значит ли это, что то её странное чувство этим и было? Просто внезапным помешательством. Или не просто им? Слишком сложно сейчас все выглядело в голове, но было понятно, что подавлять странный огонек нужно теперь ещё сильнее, чтобы вообще ничего не было заметно. Особенно пока не станет ясным, что это такое хотя бы. Девушка вздохнула как раз в тему словам Монады и надеялась, что ничего в этот раз не выдало её, — Вот как. Нуу, вкусы разные. Хотя кофе тоже хорош, мне он тоже нравится. Не унывай, будет тебе и кофе с молоком, и свобода! — Изуми улыбнулась, пытаясь развеять обстановку, но все же решила задать вопрос, — Слушай, а правда ли похоже, что у меня помешательство? Кстати… Не подумай ничего, я столько говорила о нашем сенсее просто потому что события были с ним связаны, а сейчас я помочь ему хочу, — только сказав это, девушка поняла, что на самом деле всё не так просто, но сказать ничего не могла. Хотя бы пока не разберется, да и потом, что бы это ни было, лучше молчать. Лучше так, чем вызвать бурю проблем. — А как это ещё назвать? От тебя только и слышно, что «Какаши-сенсей то», «Какаши-сенсей это». Я понимаю, что в тот момент, когда тебе было плохо и ты была на грани, меня не оказалось рядом… Из-за этого я до сих пор чувствую себя ужасно… Да, тогда Какаши-сенсей был единственным, кто помог, но это не значит, что ты должна превращаться в собачку из-за чувства благодарности! — затем Монада немного затихла и вздохнула, — Не принимай мои слова близко к сердцу, если это симпатия… но я скоро начну ревновать! Я уважаю его как сенсея, но я не позволю ему отобрать у меня сестру! — Да какая собачка? Какая симпатия? Ни о том, ни о другом и речи быть не может. Говорю же, события так сложились, не выдумывай ничего. Никто меня никуда не заберет! — Изуми пыталась выглядеть как можно увереннее в своих словах, но на деле начала волноваться, как бы это и правда не оказалась какая-то симпатия. Нет, эти проблемы сейчас точно были не нужны. Да и симпатия к сенсею?! Эти две вещи даже в одном предложении адекватно не умещались. Значит нужно немедленно разобраться, что это внутри там такое происходит, пока не поздно. Это тепло ведь покоя так и не давало. Девушка теперь поняла, что однозначно даже Монаде об этом всём говорить не стоит, или хотя бы не сейчас, ведь… Подумать страшно, что она скажет! Да, нужно бороться с этим! Бороться всеми силами! Но как? Изуми опустила голову, уставившись в чашку, и вздохнула, — А разве ты на моем месте не была бы в шоке от любой поддержки и не пыталась бы помочь теперь? — Я… — вторая девушка сейчас поняла, что наехала на сестру просто так. Монада отставила чашку на стол и замолчала. Она сразу стала непривычно угрюмой, не зная, что и сказать. Спустя пять минут неловкой тишины, девушка тихо заговорила снова, — Прости… Мне тоже пришлось не просто. Перелом всё ещё ноет, напоминая обо всём, и мне иногда не так-то просто улыбаться. Прости, что повела себя так эгоистично… — она поднялась и направилась в сторону главной комнаты, где лежали свитки, — Пойдём, нам нужно хорошо поработать. — Я понимаю… Всё в порядке. Просто не думай, что я о тебе забыла… А теперь, да, пойдём, работы действительно много, — Изуми лишь тихо вздохнула, допив чай, она помыла чашки и ушла в комнату к сестре.       Сейчас девушка выглядела очень серьёзно, словно собиралась сейчас на смертельно опасную битву, старалась особо больше не отвлекаться на разговоры и тем более не спрашивать о том, что да как выглядит со стороны. Разве что не понятно стало, как же всё-таки разобраться с тем, что происходит внутри? Книгу, где пишут о разных чувствах и душевных состояниях человека не достать таких условиях, как сейчас, даже если такая и существует. И никого не попросишь поискать — будет слишком подозрительно, а значит остается надеяться, что время само всё покажет. Изуми подошла к разложенным свиткам и показала сестре свои записи: — Вот, смотри, здесь я записала то, что мне показалось самым важным из того, что успела прочитать. Ну и то, что я поняла. Там основы, типа как превращать обычную чакру в целебную и что это такое… Интересно, но дальше понять уже сложнее, а времени не так много… — Да я вижу, сейчас попробую объяснить…       Начались долгие и тяжёлые разговоры. Монада старалась изъясняться как можно проще и понятнее, переходя от одного свитка к другому. Некоторые вещи она тоже видела впервые, но, как оказалось, две головы лучше, чем одна, поэтому огромных проблем с пониманием не возникало. Девушки сидели над этим весь день и всю ночь, переходя время от времени из теории в практику. Монада вызвалась добровольцем и стала подопытным, на котором Изуми могла тренировать то, что уже выучила и облегчать боль сестры. Утром юные куноичи быстро позавтракали и снова взялись за работу. Голова у обоих болела от потока информации, но это сейчас было не важно. Уже поздним вечером, когда Монада и сидя засыпала, Изуми сказала, что готова идти проверять знание на том, ради кого так старательно учила всё. — Удачи тебе, — зевая, ответила Монада, — Я пока что посплю немного… — Да, спасибо. А ты отдохни. Мы отлично поработали, — Изуми кивнула сестре и, переступив порог, закрыла квартиру, а затем тут же помчалась в сторону больницы.       Не смотря на сутки полностью без сна перед этим, девушка всё ещё была так же внимательна к любому звуку, который только могла услышать, параллельно с этим передвигаясь так быстро, как только могла. А всё потому, что ей, если честно, хотелось находиться на улице как можно меньше, чувствуя, что сегодня может быть здесь ещё опаснее, чем в прошлый раз, даже не смотря на ночное время суток. Она пробиралась мимо домов, время от времени прячась за стенами, и всё думала, был ли какой-то прогресс, или же ещё слишком рано. Хоть это могла показать только практика, Куноичи переживала, как бы не было хуже от её попыток, хотя на сестре пока что всё работало отлично. Изуми пока что понимала, что нужно делать по возвращению и не собиралась пока что будить Монаду, ведь всё же это она сама себе придумала лишнюю головную боль, а значит ей в большей степени и сидеть с этим. Даже этой ночью Изуми ещё следила за тем, чтобы её главная помощница больше отдыхала, чем напрягалась. Всё таки грызла её совесть за то, что вообще втянула кого-то ещё в это дело, которое выглядело как бред маленькой помешавшейся девочки. Потому Изуми тогда старалась дергать её тогда, когда было что-то совсем уж не понятное, либо когда хотела снова испытать свои силы.       Мысли о том, что было и о том, что сейчас будет, кажется, на время заглушали тот огонь где-то у сердца, а значит средством от него является больше сторонних мыслей. Или же… Нет, Изуми даже ради интереса прислушалась, надеясь, что и правда нашла выход, но нет, всё было так, как было. Не отвлекаясь больше ни на что, девушка подобралась наконец к необходимому ей сейчас зданию, вновь нашла то самое окно, через которое предстояло забраться, по привычке оглянулась и пошла вперёд, стараясь проделать всё как можно тише и быстрее.       Проникнув в палату, Изуми заметила, что обстановка вовсе не поменялась с прошлого раза, как она здесь была. Какаши всё так же лежал, едва заметно дыша, на тумбочке никаких лекарств не было заметно, да и вообще как-то тревога в сердце снова появилась. Девушка начала ещё больше сомневаться, делают ли здесь хоть что-то, ведь пока что всё было похоже на то, что мужчину просто оставили здесь и забыли о нём до прихода чудо-целительницы. Куноичи сжала кулак, вздохнула и подошла ближе к кровати, где лежал пострадавший, и думала, с чего бы начать. — Здравствуйте, Какаши-сенсей… Это Изуми. Может быть вы и не слышите меня… Но я обещала сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь вам… — тихо молвила девушка, вытянула руки и приблизила их к телу Хатаке, так что расстояние оставалось чуть меньше сантиметра. Изуми крепко стояла на ногах, сконцентрировалась чакре, вспоминала, что всё это время учила, и направляла изученную технику на больного, на миг даже закрыв глаза. Мысленно она очень волновалась, что даже боялась сделать лишний вдох или выдох, старалась вложить в это столько сил, сколько могла, аккуратно выпуская чакру, чтобы случайно не нанести больше вреда, чем пользы…       Прошло некоторое время, Изуми немного начинала чувствовать усталость и от того, что держала руки на весу так долго, да и недосып всё же давал о себе знать. Девушка решила прерваться и решила проверить, что сейчас с чакрой сенсея, но поняла, что дело так и не стало лучше. Она села на стул, отдышалась, а заодно пыталась понять, чего именно было недостаточно. Может быть техника не та нужна? Или может в действиях было что-то не то? Изуми опустила голову, вновь вытащила кулон и сжала его в руке, чувствуя внутри и тот огонь, и обиду на себя из-за собственной беспомощности, ведь теперь всё выглядело ещё более запутанно. Посидев так минуту или две, девушка посмотрела в сторону Какаши и поднялась на ноги: — Простите, Какаши-сенсей… Кажется, я всё ещё не на том уровне… Но я так просто не сдамся… Я приду ещё позже. Всё будет хорошо… — в последней фразе она будто сама себя пыталась убедить, ведь тревога всё присутствовала внутри, но расслабляться было некогда. Никто не обещал, что будет легко, а значит время работать дальше!       Изуми подошла ближе к окну, ещё минуты две… Вот, девушка уже оказалась на улице и шла домой, представляя, как долго сидеть ещё сегодня предстоит, а ещё… она почувствовала неладное, будто ещё что-то произошло, так что ускорила ход.

***

      Стоило Изуми покинуть квартиру, а Монаде лечь спать, как за окном послышался грохот, что всё приближался и приближался, словно кто-то сюда шёл с не самыми мирными намерениями. Спустя несколько минут послышался очень громкий стук в дверь, словно её сейчас попросту выбьют, но затем был слышен звук, как кто-то пробирается в квартиру через окно…       Тело и разум Монады истощились, да и в родной квартире спалось намного крепче и уютние, так что она и ухом не пошевелила ни на стук ни на другой шум. Её голову занимала лишь мысль что дома она сможет выспаться намного лучше чем в том месте которое она насильно должна называть домом. — Такая беспечная… Точно как Хроно, Хиаши не соврал… Подъем! Отдых закончился, — заявил чей-то суровый голос прямо над кроватью, где спала Монада, и чья-то рука резко стянула одеяло на пол, а затем дернула девушку за руку, — Я сказал вставать! Ты на чужой территории! — Чего… — протянула Монада, ещё не раскрыв глаз. Она свалилась на пол и зашипела от боли, так как свалилась как раз на злополучный бок. — Этэтэтэтэ… больно-то как…- наконец, разлепив веки, она в полудрёме пробормотала, — Старый Поперечник? Что ты… Я ведь сплю, да? Ты не настоящий! — Старый поперечник? Это ещё что за слова пошли? Каким манерам тебя учат? — сурово заворчал незнакомец, пронзая девушку взглядом. Он насупил брови и сложил руки на груди, — Сама встанешь или тебе помочь?       Девушка не поняла, почему в её сне такой беспорядок и потерла глаза. Силуэт не исчез, она потерла их снова и ничего. Только теперь до неё дошло, что это был не сон: — А… Но как… — Так. Вставай срочно, не зли меня, а то хуже будет! Заставлю встать — тебе не понравится! Я не Хиаши, чтобы сопли развозить! Его тоже, кажется не мешало бы на место поставить! А ты вставай срочно — нужно вернуться как можно скорее! Я не уйду до тех пор! — пробурчал мужчина, который, судя по его словам и внешности, точно был их клана Хьюга, но явно был каким-то значимым лицом, иначе так не говорил бы скорее всего. Его лицо было таким недовольным, словно он сотню лимонов жевал перед походом сюда. — Великие Небожители! Куда так спешить посреди ночи-то? Нельзя было прийти по мою душу утром? — Монада, конечно, поднялась, потирая рукой место, где таилась тупая боль, — Мне нужно оставить послание. Сейчас напишу и пойду… — неуверено взяв в руки ручку, она нацарапала на каком-то листе пару строк и положила на видное место. После этого девушка уже была готова идти, — Бывший глава клана… Это вы что ли? Зачем пришли сюда в такую… а сейчас ночь или уже утро? — И всё-таки с памятью у тебя не всё так плохо. А вопросы как раз я должен задавать, но не будем терять время. Почти утро. Сейчас три часа ночи. Ты идёшь со мной и это не обсуждается, ясно? — этот мужчина действительно оказался значимым для клана и даже больше, чем можно было ожидать. Он всё ещё не сводил глаз с девчонки, чтобы заранее предпринять что-то, прежде чем она начала бы оказывать сопротивление, — В твоих же интересах добраться быстро. И да, хочу напомнить своё имя, если кто-то забыл, как нужно обращаться ко мне. Я — Хидео Хьюга. А приставкам и титулам тебя обязаны были научить. — Ладно, ладно, иду я…- уныло протянула Монада, представляя, как придётся идти по холодным ночным улицам. Девушка и вправду не оказывала сопротивления, но всем своим видом показывала недовольство происходящим. «И с чего бы это этот другой Старый поперечник пришёл за мной? Скучно жить стало на старости лет?» — А почему за мной не пришёл лично Хиаши-сама или Неджи? — Неджи на миссии с его командой, а глава клана слишком занят работой сегодня, так ему ещё и с собрания срываться, потому что кое кому захотелось сбежать! — пробурчал Хидео, наблюдая за девушкой дальше. — Я не сбегала, потому что я не пленник, как сказал Ваш сын. Я пошла прогуляться! — Монада лишь недовольно фыркнула, — И я вернулась бы тогда, когда посчитала нужным! — На прогулку, хотя тебе никто не давал на это добро из-за твоего же состояния здоровья. Слушай, может Хиаши и поверил бы в это, но не я. Ты явно пыталась сбежать и думала, что твоего отсутствия никто не заметит, но ты ошибаешься. А ещё ты забываешь о том, что тот дом, который ты сейчас оставила, всё-таки твой по праву и наследию, — дальше ворчал старик, и не думая менять что-то в манере разговора, пока это было рисковано, заодно осматриваясь на улице, чтобы не упустить ничего из виду, — И чем ты только думала? — А я не просила его! — вспылила девушка, — Дом — это то место, где тебя любят и ждут, а без этого — это просто четыре стены с дверьми окнами и крышей! Я знаю, что мир шиноби мрачен ужасен и в нём нет места таким чувствам, как любовь и забота. Однако это то, что нужно каждому человеку! Хотя вы слишком чёрствый и старый, чтобы понять это! — она сложила руки на груди и ускорила шаг. — Слушай, всё с чего-то начинается. Хиаши собирался идти тебе на уступки по известным тебе причинам и запер тебя в доме восстанавливаться потому, что не желает тебе вредить. По-хорошему, больных в твоем состоянии мы уже отправляем на тренировки, но тебе позволяют восстановиться до конца. Хотя с этого этапа дома тебя уже кое что ждет. А узнаешь ты обо всем позже из-за того, что сбежала, — Хидео не отставал по шагу от девчонки, от его голоса все еще веяло суровостью, так что было понятно теоретически, почему его сын ведёт себя так, как сейчас. А откуда было взяться мягкому характеру с таким воспитанием? — Для справки. Хиаши в твоём возрасте после трёх переломов уже через две недели тренировался. — Какое счастье, что я не ваша дочь, нужно будет помолиться в храме Небесам за то, что дали мне такую милость! — девушка знала, что за такие слова может сильно отхватить, но Монада была бы не Монада, если бы не ответила колкостью на колкость. — Сила шиноби в умении вовремя держать язык за зубами. И если бы не приказ моего сына, которого я всё же уважаю, то ты бы запомнила этот случай на всю жизнь! Наглая девчонка. — Я предупреждала, что брать меня в клан было плохой идеей! Меня никто не послушал, так что терпите! — Монада просто пожала плечами. Они дошли до поместья в абсолютной гробовой тишине. Девушка открыла дверь дома и вошла первой, а затем удивлённо кинула взгляд на стол в столовой, который был завален разными свитками, — Что это? — Со зрением у тебя лучше, чем с осознанностью. Хоть что-то хорошее. Это свитки с техниками главной ветви, которые ты обязана изучить. По праву наследства тебя считают одной из представителей этой ветви с недавних пор. Так что будь добра, соответствуй своему статусу, — кое как объяснил бывший глава клана, взял в руки один из свитков и протянул его девушке, — Пока тебе запрещено перенапрягаться, начни с этого. Здесь теория и базовые техники.       Девушка пропустила мимо ушей завуалированное оскорбление и взяла в руки свиток, развернув его. Казалось, она уже не видела и не слышала Бывшего главу клана, в этом была её плохая привычка: если она не хотела с кем-то разговаривать, то просто игнорировала его, переключая всё своё внимание на что-то другое. — Я со стеной сейчас разговариваю? Хроно тоже любил меня игнорировать, но потом получал за это. Я еще не закончил! — А я думала, вас обрадует то, что меня так сильно втягивают знания, что я не могу от них оторваться! — саркастично протянула Монада, не отрывая свой взгляд от текста. — На меня этот прием давно уже не действует. Помимо всего, твоё обучение будет происходить либо под контролем Хиаши, либо под моим, если он не сможет. Это делается для того, чтобы ты не перенапрягась до полумертвого состояния. Это тоже решение нынешнего главы клана. Видимо, ему очень важна твоя жизнь, — Хидео тут явно о чём то задумался.       Монада тяжело вздохнула. Если она уже привыкла к тренировкам с Хиаши, который с недавних пор изменил немного своё поведение, и с ним можно было нормально поговорить, то с этим старикашкой ей никак бы не хотелось проводить время. Тем более, что она хотела распросить именно Хиаши много о чём. Но тут ей в голову пришла глупая мысль: — Вы ведь в то время было главой клана, да? Когда мой отец и моя мама познакомились… Почему же вы допустили такую фатальную ошибку? — О… На самом деле это хороший вопрос… — на лице Хидео вдруг вместо уже привычной суровости появилось ещё больше какой-то задумчивости, словно вопрос этот касался каких-то событий, важных и для этого старикашки. Он немного помолчал и все же заговорил, — Знаешь… Я пытался предотвратить их брак, ведь смешивание кровей ни в нашем клане, ни в клане Учиха не приветствовалось. Я пытался переубедить Хроно, но он был слишком упрямым, прямо как ты. Хиаши тоже пытался повлиять на ситуацию, но в итоге… Он стал на сторону Хроно. Я уже не мог ничего сделать. — Я горжусь своими родителями! А теперь я пойду и немного посплю прежде чем грызть гранит Науки главной ветви клана Хьюга, — ответила Монада, гордо задрав нос и улыбнувшись. — Тогда ещё спасибо скажи Хиаши. Если бы не его влияние, то возможно, тебя не было бы на этом свете. Я зайду к тебе позже ещё при условии, что я назвал. А сейчас поспи, а пока есть время. Цени каждую минуту, — вновь проворчал Хидео и покинул помещение, надеясь на благоразумие Монады.

***

      Изуми всё это время мчалась домой, что есть сил, чувствуя, как тревога внутри едва не перерастала в панику. Девушка большими усилиями заставляла себя оставаться в здравом уме по крайней мере пока она не доберется до квартиры. Оказавшись достаточно близко у дома, куноичи запрыгнула наверх и подбежала к входной двери и заметила, что она… открыта. — Монада! — довольно громко произнесла Изуми и забежала во внутрь, но только в ответ прозвучала лишь тишина, — Монада!       Второй раз девушка уже поняла, что зря позвала сестру, ведь уже успела обойти всю квартиру, но не увидела никого. Абсолютно никого. Хотя… Изуми заметила небольшой клочок бумаги, лежащий недалеко от двухярусной кровати. Поняв, что это записка от пропажи, девушка тут же прочла всё и наконец поняла, что случилось: — Значит всё-таки тебя забрали… В этот раз не то, чтобы я не думала, что такое возможно, но… Черт… А если бы это был враг? О чём я только думала, оставляя Монаду дома одну? И, казалось бы, я же закрыла квартиру… — Изуми села на свою кровать и схватилась за голову, мысленно ненавидя себя за всё, что только можно было вспомнить. Ничего полезного не получалось вспомнить из того, что она сама сделала бы… Одни только провалы… — Вот и что мне делать? Пойти к Монаде прямо сейчас я точно не могу — она наверняка ещё не одна в доме, да и нужно, чтобы немного утих шум… иначе нам обеим попадёт… А значит…       В этот момент девушка подняла голову и ещё раз взглянула на отложенную в сторону записку, а рука сама потянулась за кулоном. Она тяжело вздохнула и теперь уже бросила взгляд на украшение, пытаясь для начала успокоиться, а затем уже думать, что делать дальше, чтобы решение было как можно более взвешенным. Ответственность давила со всех сторон, ведь всё-таки ошибка могла стоить очень многого… Куноичи посидела так, подумала… ещё подумала… вспомнила слова поддержки двоюродной сестры, что сделали легче на душе, слова сенсея, благодаря которым внутри появилось снова желание жить дальше… — Так… Что ж… К Монаде можно будет пойти не раньше, чем завтра ночью… Уверена, с ней всё хорошо, её просто вернули назад в поместье… А сейчас я не буду… лучше пойду дальше за свитки… Пожалуй, сейчас это самое полезное, что я могу сделать в принципе… — Изуми поднялась, пошла на кухню и поставила чайник, пока высказывала свои мысли вслух самой же себе. Она лишний раз напомнила себе о своём обещании сделать всё, что в её силах, чтобы помочь Какаши, и раз уж мозговой штурм уже успел начаться, то нельзя останавливаться… Иначе зря что ли Монада ей помогала?       Сделав себе чай, Изуми села за работу. Она стала перечитывать весь тот материал, что учила вчера весь день и всю ночь, а заодно прогоняла в голове то, что запомнила из практики. Затем девушка осознала в большей степени, что практиковаться дальше ей не на ком, а значит теперь вся надежда теперь на мозг. Но откуда она могла быть уверена, что это не навредит как-то сенсею, когда дело дойдёт до него? Уже хорошо знакомое чувство тепла подсказывало, что останавливаться ни в коем случае не стоит однозначно, а значит может и из новой проблемы найдётся выход. Девушка постаралась не отвлекаться на посторонние вещи, полностью сосредоточившись на запоминании информации, благо сейчас пока что незнакомых терминов было меньше. Сердце время от времени словно чуть сильнее сжималось от волнения и от возвращающихся мыслей о чувстве, название которого так и оставалось в тайне. Чего же ещё сейчас хотело это чувство? Ах да, наверное, оно пробудилось чуть сильнее от недавних воспоминаний о пострадавшем Хатаке, вот теперь и бушует. Хотя будто оно исчезало… Скорее девушка потихонечку старалась учиться жить с этим, заставляя саму себя поверить в то, что ничего не происходит. Как хорошо, что хотя бы свитки отвлекали от самокопания…       Просидев так ещё несколько часов практически без перерыва, кажется, Изуми позабыла о том, что ещё пара часов и пройдут как минимум вторые сутки подряд полностью без сна. Видимо убеждение в необходимости всей этой операции, неугасающее желание помочь и горячий чай, помогали мозгу держаться и даже сохранять способность соображать. Девушка подкрепляла себя тем, что она всё же ниндзя, а эта работа сама по себе подразумевает, что может возникнуть надобность провести ночи без сна ради чего-то невероятно важного. Она всё читала, читала, ещё раз читала, что-то заучивала и всё думала, на чём бы опробовать новые знания, чтобы снизить риск нанесения вреда Какаши. Юная куноичи настолько с головой погрузилась в данную умственную активность, что вовсе перестала замечать что либо вокруг. В том же духе прошёл и следующий день. Девушка всё ещё не спала и снова часами сидела над свитками, отвлекаясь разве что на рутинные дела, так дошло дело до вечера. — ИЗУМИ! — послышался громкий крик прямо за спиной у девушки, которая аж вздрогнула от неожиданности и тут же резко обернулась, чтобы понять, что происходит. Её взгляд отражал испуг ровно до момента осознания, что перед ней никто иной, как вернувшийся со своей специальной операции Наруто. Парнишка удивлённо моргал глазами, наблюдая за реакцией подруги на его появление, и тут же спросил, приподняв бровь, — Эй, ты чего? Это я! Ты не слышала, как я зашёл что ли? — Наруто! Тьфу ты, зачем так пугать?! Прости, я правда не заметила, как ты зашёл, сижу тут, занимаюсь… — наконец выдохнула Изуми, схватившись за сердце, а затем искренне улыбнулась, наконец понимая, что за событие случилось, — Наруто, с возвращением! Я верила, что ты справишься и скоро придёшь! — Спасибо! Я не мог иначе, я ведь обещал! Бабуля Цунаде пришла с нами в деревню, я пошёл сюда, а старик-извращенец провёл её до больницы! Так что теперь и Какаши-сенсей, и Саске, и тот жирнобровый уже совсем скоро встанут на ноги, даттебайо! — первым делом блондин сообщил главную новость, которая наверняка волновала его подругу больше всего. — Это лучшая новость последних нескольких дней, Наруто!!! Фух… теперь я могу выдохнуть… О, Небеса, как отлегло… — Изуми действительно искренне обрадовалась доброй вести, её уставшие глаза засияли, ведь теперь душа могла успокоиться, а тело передохнуть. Теперь точно о сенсее позаботятся так, как надо! — Хехе! Так что сейчас тебе не о чём переживать, Изуми! — заметив на лице более яркую улыбку, чем до этого, Узумаки и сам широко улыбнулся, закинув руки за голову, а затем бросил взгляд на то, что лежало на столе и под ним, — О… А что это за свитки тут у тебя лежат? И так много… — мальчуган попытался прочитать пару слов оттуда, но, едва не сломав язык, с выпученными глазами посмотрел на Изуми, — Ты хоть слово из этого понимаешь? Столько сложных слов… — А, да так… Пока тебя не было, я пыталась освоить хоть какую-то базу медицинских техник… Но я ещё настолько в начале, что для нормального уровня мне ещё работать и работать… Но сейчас будущая Хокаге уже в деревне, а значит я смогу в нормальном темпе дальше изучать эту тему, а не пытаться ухватиться за всё и сразу, потому что времени нет… Фух… И да, кое что понимаю, но информация правда сложная. Здесь нужно сидеть и зубрить очень много, — отмахнулась Изуми, прекрасно понимая, что этих слов хватит, чтобы товарищ понял, что сейчас это точно не то, что его заинтересует, — На деле я просто искала способ помочь Какаши-сенсею, а то была я тайком у него в палате и поняла, что там в больнице только о Саске беспокоились. Ну вот я и думала, как я могу помочь… Ты-то меня понимаешь, так ведь, Наруто? Что-то немного даже получаться начало… — Во даёшь! Но, да, на твоём месте я бы тоже так поступил! Нас же учили не бросать своих в конце концов! Так что ты тоже молодец! — вновь улыбнулся Наруто, почесав затылок, чувствуя, что он сам бы здесь голову сломал в попытках разобрать хоть что-то из написанного, но затем его глаза засверкали и парень начал довольно делиться ещё одной новостью, — Кстати! Представляешь? Я выучил технику, которую придумал сам Четвёртый Хокаге! Старик-извращенец говорил, что эта техника ещё сильнее Чидори Саске! Вот так я его и догоню, даттебайо! Как-нибудь покажу тебе технику на тренировке! — О! Здорово! Будет интересно посмотреть, что это за техника такая. Почему-то я вообще не сомневалась, что ты ещё что-то по дороге выучишь — молодец! Продолжай в том же духе! — порадовалась за друга Изуми, но по ней уже стало более заметно, что она на самом деле устала. Видимо, тело уже стремительно расслаблялось, как только самая главная новость была услышана. Девушка слушала пока что рассказ друга о том, как он выиграл пари, быстро изучив сложную технику, получил кулон Первого Хокаге и повлиял на решение Цунаде всё же принять пост и стать Хокаге. Куноичи кивала, показывая, что всё слышит, но затем быстро решила выяснить ещё одну вещь, пока ещё сама не отключилась и пока шумный блондин не вспомнил ещё что-то долгое, — Кстати, ты не слышал, когда приблизительно инаугурация Пятой Хокаге? Мне бы не мешало с ней встретиться и поговорить насчёт моей судьбы в деревне… — Эээ… Ну… Нет, не слышал, пока что не сказали ещё. А вообще бабуля Цунаде должна быть в кабинете уже завтра, так что можешь попробовать сходить! Я бы с тобой пошёл, но только вот завтра старик-извращенец позвал меня на тренировку, — пожав плечами, ответил Наруто и заметил, как его подруга стала выглядеть какой-то слишком задумчивой, — А… Что-то случилось? — Нового ничего. Ты же помнишь, что я сейчас враг деревни? Я разве что ночью могу спокойно выйти на улицу… И я вот думаю… Слушай, Наруто, можно я на время приму твой облик, пока дойду до резиденции Хокаге? Это для того, чтобы я вообще дошла до места днём. Мне неловко тебя спрашивать о таком, но я пока что других вариантов не вижу… — Ещё спрашиваешь? Конечно можно! Я же понимаю, для чего тебе, а ты меня хорошо знаешь, так что никто не заметит, а я всегда рад помочь, даттебайо! — широко улыбнулся Узумаки и не заметил, как его уже по-дружески обняли: — Спасибо большое, Наруто! Ты — настоящий друг!       Поговорив ещё немного то об одном, то о другом, друзья вспомнили о потребности во сне и легли спать. Первой отключилась Изуми, практически сразу, как тело приняло горизонтальное положение и почувствовало уютную подушку и одеяло, при этом на лице девушки была заметна умиротворённая улыбка. Наруто же ещё пару минут просто лежал, вспоминал своё недавнее приключение и провалился в сон, громко захрапев.       Как только солнце постучалось в окно яркими утренними лучами, глаза Изуми сами открылись, хотя, по-хорошему, девушка могла ещё спать и спать после своеобразного бессонного марафона со свитками. Заметив, что в квартире уже никого нет, девчонка глянула на часы и стала быстро приводить себя в порядок, чтобы как можно скорее явиться с визитом к будущей правительнице Конохи. Столько надежд было на эту женщину! Ещё бы, ведь именно легендарная Цунаде сейчас могла хоть как-то повлиять на свободу и безопасность девочки-изгоя общества в деревне. Как минимум этого пункта было достаточно, чтобы торопиться начать разговор, хотя по ходу дела могло всплыть ещё очень много вопросов. Хотя ещё девушке очень хотелось спросить о состоянии Какаши и о том, что с ним вообще было такое, ведь ответ на этот вопрос могла дать только эта женщина.       Кое-как позавтракав, Изуми посмотрела на себя в зеркало перед выходом. Сердце начало быстрее стучать от нарастающего волнения перед столь важным разговором, хоть морально девушка уже и подготавливала себя к тому, что с ней откажутся разговаривать и что ничего хорошего встреча с новой Хокаге не принесёт. Но почему-то было столько надежды… Снова в голове прозвучали слова Какаши-сенсея, словно он сейчас где-то там озвучил все те вещи, от чего тепло внутри быстренько пробежалось по жилам, придавая больше уверенности девушке. «Это чувство… Оно странное, но приятное… непонятное, но так я становлюсь увереннее… Когда-нибудь я с этим разберусь, а сейчас… Пошла я испытывать удачу!» — прозвучало в мыслях юной куноичи, которая, вздохнув, перевоплотилась в Наруто и помчалась в сторону резиденции Хокаге, подражая стилю передвижения друга.       В самой резиденции и около неё было довольно много шума: разные люди ходили туда-сюда то с какими-то бумажками, то с поручениями, то просто были заняты какими-то важными, но неизвестными другим делами. На мелкого блондина, чей облик приняла Изуми, никто так и не обратил внимания, так что лавируя между людьми, она продвигалась к кабинету Хокаге, такому родному, но в то же время такому далёкому… Однако, задумавшись о прошлом, девушка поняла, что налетела на кого-то. Этим человеком оказался никто иной, как сам глава клана Хьюга, однако вместо обычной строгой речи и испепеляющего взгляда, белые глаза глянули на Изуми довольно добродушно: — О, Наруто-кун! Я так давно тебя не видела! Так хорошо, что мы встретились! — естественно, это был вовсе не Хиаши. Изуми могла целиком и полностью понять как по чакре, так и по речи, что перед ней стоит Монада, но принявшая облик главы Хьюга. Наверняка сестра сделала это, чтобы тоже безопасно дойти до резиденции. Осмотревшись по сторонам, «Хиаши» сложил печать и развеял технику, давая свободу истинному облику Монады, — А мне Хината сразу доложила, что ты вернулся! А раз ты тут, то и новая Хокаге тоже! Вот я и решила попытать удачу. Сбежала с поместья, чтобы с ней поболтать и тебя встретить. — Ээ… странный вы какой-то, старик! Вам наверное просто очень плохо сейчас, да? — громко сказал с виду якобы Наруто, характерно для себя прищурившись и сложив руки на груди, но затем он широко улыбнулся, увидев настоящий облик того, кто перед ним стоял, — О! Монада! Привет! Конечно я вернулся, разве я мог долго задерживаться с такой важной миссией, даттебайо! — так же громко в своём стиле ответил парень, закинув руки за голову.       Пока что Изуми отлично играла роль своего друга, что с виду и правда не было понятно, что это на самом деле другой человек. Понять обман можно было только специально проверив чакру прямо здесь и сейчас. «Наруто» прошёл чуть дальше с подругой и, убедившись, что в коридоре уже у самого кабинета никого нет, сложил печать и развеял технику перевоплощения. — Кажется, сегодня у нас с тобой мысли в одном русле работают, — улыбнулась Изуми, раскрыв себя двоюродной сестре, и тихо заговорила, — Рада тебя видеть! Я сразу поняла, что это ты, потому что почувствовала твою чакру, но там слишком много людей было. — О! Вот что значит выражение «один мозг на двоих»! — хихикнула Монада, увидев, кто на самом деле был перед ней, — Но ты так хорошо держалась, что я подумала, что это был и вправду Наруто! Я так понимаю, что этой старушке придется объясняться перед нами двумя, да? — Нуу, надеюсь, что мои наблюдения за этим придурком не так уж плохо работают… А сам Наруто, если что, знал всё заранее, я с ним договорилась, чтобы не проколоться вдруг… — Изуми почесала затылок, чуть хихикая, и взглянула на дверь, что вела в кабинет Хокаге. В глазах девушки стал заметен огонёк уверенности, — Да. Раз уж мы обе сюда пришли, то так и сделаем. И, к тому же, столько вопросов к новой Хокаге и у меня, и у тебя. Так что… Назад дороги нет, но рискнуть стоит! Идëм, Монада!