1000 и 1 ночь гейских пиздостраданий

       Типичное осеннее утро. Тошнит от этих мелких капель дождя на окне, что мчатся так быстро, сталкиваясь, и вовсе пропадая... Не люблю такие дни - всё кажется таким бурным, живым, и вместе с тем... Печальным, бренным. Осень, вообще, время особое - природа увядает, животные пытаются всеми силами не сдохнуть в преддверии зимы, за многочисленными окнами хрущёвок мрачные дождливые картины, навевают, разве что, мысли о суициде. Возможно, это просто я - унылое говно. Ничего нового       — блять. И вот так каждый день. Снова и снова просыпаться, не имея никакого смысла в своём жалком существовании... Надеюсь, этот день будет последним.... — пробормотала моя глупая рожа. — ладно... Пора в шарагу.       Как там обычно говорят? Кто рано встаёт, тому Бог подаёт? Это не про меня, кстати. Хотя и опаздывать мне непозволительно - вышвырнут как нечего делать. Конечно, не лучший колледж в моём городе, но за дисциплиной тут особая слежка       — Даня, сынок! Есть будешь? — послышался женский голос с кухни. — Я уже убегаю на работу. Если что - яичница на столе       — Нет, мам, ты же знаешь, что утром я не завтракаю... — крикнул я из соседней комнаты Я бы не сказал, что жалею о том, что живу с матерью, хоть и учусь на втором курсе. 17 лет - не тот возраст, когда следует покидать дом, в котором родился и вырос. Да и куда бы я уехал, не имея за душой ни гроша? — мои размышления прервал щелчок входной двери. — Мне, видимо, тоже пора...       Бросив последний взгляд на зеркало, увидел уже знакомого урода - меня собственной персоной. Конечно, это я преувеличиваю... У меня весьма неплохое личико - нет, не смазливое, как у этих красавчиков с упругими задницами из журналов, но не жалуюсь. Впалые скулы подчёркивают карий цвет моих глаз, наверное... Хотя, в любом случае, не думаю, что когда-нибудь действительно смогу понравиться самому себе. Нет во мне каких-то привлекательных чёрт... За исключением, разве что, волос. Мягкие локоны, особенно после промывки, так и переливаются то коричневым, то пшенично-каштановым цветом. Люблю их       — О да, эти кудряшки божественны — улыбаясь, шепчу самому себе. — не променял бы их ни на что       Хотя, если бы мне предложили деньги за мои волосы, первые могли бы скрасить мою серую жизнь. А почему нет? Чего нельзя купить за деньги? Все радости жизни, как правило, базируются именно на капитале. Даже друзей и любовь можно купить... Другой вопрос, конечно - качество этих людей. А оно то и будет хуёвым, потому как надёжности в этих прогнивших уродах не будет. И когда ты останешься с голой задницей, они про тебя даже не вспомнят...       —Так мерзко... — всё ещё прокручивая последние мысли в голове, смотрю на экран телефона.— блЯЯЯЯ СУКА Я ЖЕ ОПАЗДЫВАЮ

***

      А что если мне так не везёт в личной жизни потому, что все вокруг - натуралы? Эта мысль определённо имеет смысл быть... Что же мне тогда делать? Быть горделивым волком-одиночкой не очень-то хочется, особенно когда вокруг такие красавчики... Взять даже нашего старосту : высокий, темноволосый, прекрасного телосложения. Да он ещё и умный... Эх, мечты, мечты. За этим парнем бегает так много девчонок, хотя... Если сравнить его с Сашей, то он становится не таким уж и сексом       — Хмм... — переводя взгляд к другому концу аудитории, замечаю того самого милашку. — какой же он всё-таки сасный... Не зря по нему текут водопадом так много девок       Чего стоят только Сашины фиолетовые волосы - он очень сильно выделяется. А эти серые глаза! Посмотрев в них, можно увидеть другой мир... Хотя я никогда не подходил к нему близко, но я уверен в этом. Как бы заезжанно это ни звучало, но я хочу утонуть в его глубоких глазах. Полностью и без остатка... Гореть, полыхать, грешить в его крепких объятиях. Хочу... Желаю... Жажду...       — Чувак, ты что, залипаешь на Ястребова? — толкнула меня в бок соседка, издавая язвительный смешок.— ты что, хочешь тоже из него выбить побольше? Даже геем притворяться готов? Пхахахаха мне жалко тебя. Я то хотя-бы с ним трахаюсь за деньги, а тебе, предложить такому, как он, нечего       — Пошла нахуй, шкура ёбанная, — улыбаясь, произношу я как можно мягче. — если ещё раз тронешь меня, я тебе въебу