Наруто: Улицы гетто 3.

С того момента, когда Саске и его дочь виделись с Двейном прошла уже неделя. Как раз сегодня с утра надо было идти на тот бал, где и должен быть Мадара, о котором говорил полицейский. Саске всё таки умудрился собрать всю команду, и теперь они все собирались ехать. Саске стоял у зеркала и спокойно завязывал галстук. Он думал о гетто, и о вещах, которых сейчас тут происходят. Так же, главные его размышления оставались лишь на одном: "Должен ли он брать Хинату с собой?". Как раз этот момент в комнату заскочила его дочь и осмотрела отца. - Вау, какой ты красивый, - удивилась девушка и с блестящими глазами смотрела на отца. Она была похожа на маленькую принцессу, белое платье, красивая причёска, никакого тональника и макияжа. Саске был против этого всего, и не хотел, что бы его дочь себе на лицо мазала эту химию, он считал, что красота должна быть естественной, - Когда я выросту, я хочу быть такой красивой, как ты, - добавила девочка. - Тогда уже, скорее, как мама, - улыбнулся Учиха. - Нет, как мама долго, макияж, помады там всякие, а тебе хорошо, с утра проснулся, умылся и уже красивый, - так же с улыбкой на лице добавила девочка. - В этом то и проблема твоей мамы, - сказал Саске и вместе с дочкой засмеялся, в этот момент в комнату вошла Сакура и зло посмотрела на своего мужа и дочку. Они оба сразу замолчали, и что бы не слушать долгий нудёжь Сакуры выбежали из комнаты и побежали на улицу. Тут уже были все. Гаара с семьей, Сасори, как всегда с самым пафосным костюмом и в перчатках, только Канкуро был в обычной майке и в порванных джинсах. Когда Саске вышел, он громко крикнул: - Я так понимаю, что все готовы? - в ответ он услышал лишь крики согласия и стук дверей машины, когда все "дети гетто" залезали в машину. Они поехали на спокойной скорости, даже не гоняли по улицам, сразу видно, то они подросли, и теперь они больше заботятся о своей жизни. Когда они подъехали к зданию, где и будет проходить бал, то они неудобно себя чувствовали, ведь все здесь присутствующие приезжали на лимузинах, порше, ламборджини, и только они приехали на гоночных машинах со всякими рисунками драконов, пламенем и скелетами. Они вылезли из машины и спокойно показав пропуски прошли вперёд. Здесь было очень красиво, всё в белом, ходили официанты, швейцары, почти все "богатенькие буратино" держались стаей, что бы не дай Бог у них не украли ни единого цента. На сцену вышел мужчина лет тридцати, с длинными, пепельными волосами, как у Саске, он взял микрофон и немного покашлял. - Дамы и господа, сейчас мы устроим конкурс на лучшую танцевальную пару, - улыбнулся мужчина. Записались лишь некоторые. И одними из них были Саске и Сакура, Гаара и Матсури и маленькие Хината с Наруто. Канкуро сразу же пошёл к барной стойке и стал пить. Сасори всё время как-то странно оглядывался по сторонам, а Шикамару лёг на диван и стал спокойно отдыхать, правда, он только снаружи был такой спокойный, а внутри у него всё бурлило, ведь он оставил свою беременную жену одну в больнице, и никак не мог из-за этого успокоиться. Начались танцы. Все люди вокруг стояли и смотрели. С начало все танцевали спокойный вальс, но потом случилось неожиданное, песня перерубилась и почти все пары сбились с темпа, а вернее, все, кроме пары Сакуры и Саске и Хинаты и Наруто, они друг другу улыбнулись и стали танцевать, они потрясающее кружили в танце, словно, они с детства учились не стрелять, а танцевать. Танец продолжался минуты три и за всё это время весь свет был устремлён на эти две пары. После окончания все начали громко аплодировать и свистеть. Саске поднял Сакуру на руки и поцеловал, а Наруто и Хината дали друг другу "пять" и разошлись каждый в свою сторону. Саске отошёл в сторону, что бы попить немного воды, и в этот момент к нему подошёл этот мужчина, который как раз и объявил о конкурсе. - Здравствуйте, Вы прекрасно танцуете, Вы где-то учились? - спросил мужчина. - Спасибо, - улыбнулся Учиха, - Да, меня обучала мать. - Меня зовут Мадара, а Вас? - спросил мужчина и протянул руку. Саске понял, что это как раз тот человек, которого они и искали, он медленно протянул руку Мадаре и пожал её.