Взрослые и дети — два разных народа, вот почему они всегда воюют между собой.

      Взрослые и дети — два разных народа, вот почему они всегда воюют между собой.       Лихт. Он грубый, хмурый и кажется вечно недовольным, он пытается выглядеть взрослым и самостоятельным, однако глубоко в душе он всё ещё маленький и наивный ребёнок. Хайд же маленький, противный и капризный, он любит баловаться, бегать по дому и требует заботы, получая в ответ лишь хмурый взгляд холодных голубых глаз. И он страдает, правда страдает, ребёнку не дано понять почему этот человек так холоден и жесток.       Один строит из себя недотрогу и отвергает всё живое, другой— привлекает к себе и вечно улыбается. Однако, что же кроется под этой маской злого ангела и, кажется, неунывающего демона? Лихт слабый, он любит нежные объятия, сладости и душевные разговоры, он никогда не признается, однако он всё равно продолжает мечтать об этом. Хайд тоже слаб, он чувствует одиночество, страдает от ночных кошмаров и просто хочет услышать хоть одно слово одобрения от того, кем так восхищается, сидя на ковре в зале по вечерам.       Когда Кранц сказал, что Лихт должен стать нянькой для какого-то демона, он был в бешенстве, и, кажется, разбил одну из ваз , на что мужчина тогда лишь покачал головой. Отношение с Хайдом у него не заладились с первого дня. Они ругались, дрались и каждый их разговор переростал в оскорбления, однако они настолько привыкли к этому, что жить без сор не могли, страдая каждый раз после этого.       Они были такими разными, но оба хотели одного и того же, оба не могли признаться в своих желаниях, однако...       — Эй, Хайд…- Лихт привычно хмурит брови, кладёт нотную тетрадь на кофейный столик и смотрит на развалившегося поперёк ковра мальчишку, который тут же отводит свою книгу в сторону и поворачивает голову.       —А?       Хайд не понимает, он думает, что произошло недоразумение, ведь этот жестокий ангел никогда раньше не произносил его имя, иногда начинало казаться, что "Крыса" и впрямь было именем Лоулесса.       Лихт встаёт молча, он делает несколько шагов и присаживается на корточки, рядом с мальчишкой, упорно смотря в красные глаза. Хайд напрягается, смотрит в ответ и всё, что он может сделать, это ждать. Ангел тихо вздыхает и медленно кладёт свою ладонь на золотистые вихри мальчишки. Демон жмурится, прокручивает в голове различные извинения, но вместо неприятной боли он ощущает лишь нежные поглаживания.       —Как же ты меня бесишь...- Лихт отводит взгляд от удивлённого мальчишки и убирает свою руку, начиная вставать.       По дому разносится шум, Тодороки жмурится, смотрит на Хайда и тяжело вздыхает. Хайд улыбается, утыкается в плечо парня и крепко-крепко обнимает, будто бы опасаясь что он сейчас уйдёт, будто боясь потерять.       — Не думай, что после этого я уйду.       Ангел позволяет себе обнять Лоулесса в ответ и прикрывает глаза, впервые улыбась. Улыбаясь ему.       Кранц бесшумно кладёт папку с документами на диван, улыбается и молча покидает квартиру, оставаясь незамеченным. Он сделал правильно, поручив Лихту заботу о ребёнке.