Эвакуация
1 ноября 2019 г., 03:42
– Эй, подъем, нас ждут великие дела!
Голос Рэя выдернул из небытия резко и грубо, как внезапный сигнал будильника. Как же иногда хочется прибить этого паразита! Журналист был вызывающе бодр и еще более вызывающе одет – переливчатая хламида в сочетании с узкими брюками цвета морской волны. Довершал ансамбль галстук–шнурок с пряжкой в виде то ли окаменевшего в ужасе моллюска, то ли спутанного комка проводов.
Видимо, сработали датчики, киборг сонно моргнул. Уже через секунду взгляд его стал совершенно осмысленным. Жук тут же был с ног до головы облит концентрированным скепсисом:
– Ты бы еще громкоговоритель взял.
В воздухе так и зависло «и не за чем так орать, ничего нового ты не сообщил». Рэй вроде как пропустил все мимо ушей, но энтузиазм поумерил. Один–ноль. В который раз Дейв подумал, что впору позавидовать, найти управу на Жука он и сам бы не оказался.
Ручная кладь была собрана еще вчера вечером, завтрак, доставленный курьером, уже занял почетное место в пищеблоке. Джей честно пополнил энергозапас, Жук быстренько смел все, до чего успел дотянуться и ушел в соседнюю комнату, прихватив коммуникатор. Дейв к еде почти не притронулся. На столе перед ним были разложены распечатки с мандалами.
– Что я делаю не так? – С досадой выпалил он, спустя полчаса непрерывного созерцания. – Уже все техники перепробовал! Не понимаю!
Джей наугад сцапал одну из распечаток. Он хорошо их помнил. Может, анализ при помощи системы что-то прояснит? Система ничего конкретного не выдала, как «Скаут» ни старался. Вместо этого в затылке появилась уже знакомая легкость и ощущение пристального взгляда.
– Что Ихтис имел в виду? Хоть бы объяснил толком… – Продолжал сетовать псионик, и, подняв глаза на Джея, осекся.
Киборг застыл в одной позе, как выключенный, со странным, почти блаженным, выражением на лице, уставившись на Дейва черными, как космос, глазами. Светлой осталась только слабо мерцающая радужка.
– Ты ведь все понимаешь. – Голос был знакомый, но какой-то двоящийся. – Ты забыл про универсальные смыслы.
Дейв и правда понимал. На него снизошло что-то вроде озарения. Разрозненные символы мандалы сложились в четкую смысловую конструкцию, развернулись в голове, как многомерная матрица, которая все продолжала и продолжала расширяться, пока не заполнила сознание целиком… дальше мысли превратились в сплошной поток, уже не раздробленный на отдельные понятия и не отягощенный привычным восприятием. Как же все оказалось просто!
Джей вздрогнул, моргнул, несколько секунд смотрел в одну точку расфокусированным взглядом. Глаза стали нормальными, совсем как в прошлый раз. Несколько секунд киборг и псионик озадаченно разглядывали друг–друга.
– Ну нихрена себе... – Очнулся Дейв. – Ну ты даешь!
– Что даю?..
– Опять ничего не помнишь?
– Ничего…
– Так, господа, хватаем шмотки и на выход! – Жук ворвался в пищеблок внезапно, как тропический ураган. – Транспорт уже подъехал, а вы тут в гляделки играете!
Весь путь до космопорта прошел в молчании. После внезапного явления ангела Дейву было немного странно наблюдать приплывающие мимо беззаботные огни Кенезиса. Уже совсем скоро эти же улицы заполнят гравикары и испуганные люди, перекрестки огласят сирены, воздух закишит полицейскими коптерами, а пусковые модули всех космопортов начнут работать без перерыва. Наверняка по сети будут транслировать какую-нибудь успокаивающую ерунду, и вещать ее будет непременно пышногрудая азиатка с приятной улыбкой и бархатным голосом.
Перед тем, как сесть в готовый к старту катер, Рэй крепко пожал Джею руку, а Дейв еще раз обнял.
– Галатея А'хавэ.
– Что это значит?
– Так галатеяне здороваются и прощаются. Это значит «Галатея одна на всех».
– Ну тогда... Галатея А'хавэ.
Глядя, как Джей поднимается в гражданский катер без опознавательных знаков в сопровождении агента Ли и двух вооруженных спецназовцев, Дейв снова ощутил подкатывающий к горлу ком. Рядом тихо вздохнул Жук, закидывая руку на плечо приятеля.
– Он справится. Почему-то я в этом уверен.
– Конечно, справится. Иначе и быть не может.
***
– Смотрю, ты не очень-то скорбишь, Маркус. В центральном кабинете главного офиса стояла тишина. Здесь всегда было тихо, господин Такеда не любил шума и суеты. Ничего не изменилось. Те же панели на стенах, та же сакура в горшке рядом со столом из натурального дерева. Простая, но очень красноречивая роскошь. Пусть все останется так же, как при прежнем хозяине. Он бы это оценил. Азиаты всегда ценят традиции. – Нет. Не скорблю. Ихтис сидел в кресле для посетителей. О чем он думает, даже обладая высоким индексом, угадать было невозможно. Лавьер и не пытался. Слишком давно они были знакомы, еще с академии. Ни один, ни другой тогда не знали, куда заведет их карьера. Кто бы мог подумать, что однажды они вместе будут сидеть в главном офисе одной из крупнейших корпораций, как в доме безнадежно осиротевшей семьи. – Когда ты вернулся, я тебя едва узнал. Вся эта твоя магия… – Это не магия, Хью, это законы природы. Ни намека на сожаление, горечь или печаль. Лавьер так до конца и не понял всех тонкостей отношений между своим боссом и старым другом. Пока талантливый военный псионик Маркус Эстефан строил карьеру, он не очень интересовал главу «Сакуры». Ничего не изменилось, и когда он чудом умудрился слиться из госструктур, не смотря на участие в крупных секретных проектах. Скорее всего, из-за этих-то проектов и уволился, очень не любил говорить об этом, а Лавьер особо не спрашивал. Но когда отставной подполковник внутренних псионических войск Земной Конфедерации стал Рыбьим мастером Ихтисом, Такеда настоятельно порекомендовал ему поселиться на Кай-Цзи и лично предложил покровительство. – Думаешь, он все еще здесь? Вопрос был донельзя глупый. Лавьер никогда не верил ни в какие потусторонние явления, даже после возвращения Маркуса с Галатеи. Всему и всегда есть какое-то объяснение. Не обязательно простое и понятное, но все-таки есть. Всегда. Расскажи кому каких-то десять лет назад о путешествии в параллельный мир и встречу с его обитателями, нашлось бы не мало тех, кто счел бы это магией. Но это не магия, а научный проект "Рикай-до". Когда-то и молния считалась карой богов... страшнейшей природной силой. Пока ей не начали освещать города. Согласно распоряжению, Хьюго вступил в должность «исполняющего обязанности», официальное назначение уже состоялось, не далее, чем сегодня, сразу после похоронной церемонии. Он никогда не боялся ответственности, это было привычным делом. Новый пост тоже не стал сюрпризом. И все-таки… Лавьер застыл у стола, тяжело облокотившись на него обеими руками, так и не решаясь занять удобное кожаное кресло. Не покидало навязчивое ощущение, что Хироши все еще присутствует в этом кабинете, в каждой его детали. Смотрит на вечерний город сквозь завесу защитных полей на окнах, вдыхает едва уловимый аромат вечно цветущей вишни, перебирает невидимыми пальцами красные кисти декоративных амулетов под потолком. Вспомнилось, как после очередного неудачного покушения он вызвал Ихтиса в этот кабинет, под предлогом сделать заказ. – Хранение семейных реликвий требует особого подхода. Пусть нас никто не беспокоит до распоряжения. Хироши и Маркус провели за закрытыми дверями почти сутки. Со всеми делами пришлось разбираться Лавьеру и первому секретарю Макото. Это были очень непростые сутки. Когда разговор, наконец, завершился и глава корпорации решил приступить к текущим делам, первое, что он сказал, было: – Знаешь, Хьюго… я больше не боюсь смерти. Так давно к этому шел. И теперь у меня большие планы на посмертие. Тогда эта вскользь брошенная фраза выглядела, как изысканная метафора. Азиатская культура, которую Хьюго так до конца и не смог постичь, сохранила в себе обширное наследие, в том числе религиозное. – Мои поздравления, господин Такеда. Что еще можно было ответить? Современная наука добилась очень многого. Увеличила продолжительность жизни человека в среднем до ста лет, научилась корректировать геном ребенка еще в утробе матери, собирать человеческое тело буквально из молекул, соединять живой мозг с искусственным интеллектом. Пора бы научиться и воскрешать мертвых. Но нет, такая задача оказалась науке не под силу. Хьюго не верил в воскрешение. Ему несколько раз приходилось сталкиваться с тем, что могут галаеяне. Ихтис был кем-то вроде живого маяка, говорил, что в этом его предназначение. Не в ремесле, прославившем его на всю Ланиакею, но в умении указывать путь тем, кто заблудился. Но вернуть к жизни того, чье тело сгорело в плазменной печи крематория? Невозможно. – Извини, не смогу ответить честно. – Даже извиняясь, Маркус выглядел как угодно, только не виноватым. – Я дал обещание. К тому же ты все равно не поймешь. Пожалуйста, не спрашивай. Лавьер сдержанно кивнул. Он тоже умел держать обещания.
