От любви до...

Отец не сводил с меня строгого взгляда. Я молча расстегнул куртку. Сейчас на меня выльется поток нотаций, но, вероятно, я это заслужил. Мне не стоило делать это снова… — Тебе не стоило делать это снова. — Па, я… — Молчи! Мало того, что ты угоняешь МОЙ мотоцикл, так ещё и участвуешь в гонках. Это безрассудно, Дженсен! Ты мой сын, мой единственный наследник, что со мной будет, если я потеряю тебя?! — У тебя теперь есть дочь. Она ведь настучала? — я резким движением стащил куртку и бросил на кровать. — Сбавь обороты, немедленно, — отец поднялся с кресла. — Дженнифер тут не при чём. — Да, конечно… — Ты приговариваешься к домашнему аресту на неопределённый срок… — Что?! — Ключи от мотоцикла, — он протянул руку, я выполнил требование. — С этого дня ты посещаешь только школу и спортзал, раз в неделю. Остальное время проводишь дома. Это не обсуждается, — отец вышел из комнаты, тихо прикрыв дверь. Как мило, боится разбудить дочурку, спящую напротив. Если бы не её присутствие, стены дрожали бы от отцовского негодования. Из-за этой ведьмы я заперт дома, даже тренировки один раз вместо трёх! Твою ж мать! Я взял с кровати куртку и кинул в дверь. Во мне кипела злость, хотелось прямо сейчас ворваться в комнату этой рыжухи и придушить подушкой. Останавливало только то, что отец и её матушка в доме. Ну, ничего, я ещё отыграюсь… Быстро почистив зубы и раздевшись, я рухнул в постель. В голове крутились планы мести, все тело было напряжённо, словно струна. Я боролся с желанием вскочить с кровати и метнуться в её комнату. Она, наверное, сладко спит, наслаждаясь победой. Если не спала, то наверняка слышала, как отец меня отчитывал… Я ей устрою…

***

— Дженсен, поднимайся, ты опаздываешь! Я подскочил в постели и наткнулся на взгляд Греты. Было трудно понять, что он выражает: осуждение, умиление или негодование. — Сколько времени? — я потёр глаза. — Почти восемь. — Твою ж мать! Я вскочил с постели, закрутился по комнате в поисках одежды и рюкзака. — Что я тебе говорила насчёт выражений? — Грета подняла с пола мою куртку и подала мне. — Грета, милая, прости! — я натянул футболку. — Почему меня не разбудили раньше? Я вспомнил, что от злости забыл о будильнике, но, обычно, в таких ситуациях меня будил кто-то из домашних. — Твой отец сказал, что ты уже взрослый и запретил мне будить тебя вовсе, но как только они уехали из дома… — Грета, люблю тебя! — я чмокнул женщину в щёку, схватил рюкзак и вылетел из дома. Гараж был запрет, ключи отсутствовали. Вот, значит, как… Я стартанул к остановке, надеюсь, школьный автобус ещё не уехал. Мне повезло, когда я добежал, автобус собирался тронуться с места, но водитель дождался меня. Поблагодарив его, я уселся на место возле прохода, рядом с какой-то девочкой, лет десяти. Она посмотрела на меня и улыбнулась, я улыбнулся в ответ. Подрастёт, определённо, будет красавицей. Откинувшись на спинку сиденья, я прикрыл глаза и преисполнился благодарностью к Грете. Потрясающая женщина! Отец нанял её, когда мамы не стало. Грета была рядом, сколько я себя помню, и всегда, не смотря на некоторое недовольство отца, была на моей стороне. Вот и сегодня получилось так же. Даже не знаю, что бы я делал без этой женщины… — Я тебя раньше тут не встречала, — справа прозвучал детский голосок. — Обычно я добираюсь в школу на машине, — я посмотрел на неё. — Здорово! А я всегда на автобусе… Кстати, я Люси. — А я Дженсен, — я протянул ей руку, она смело её пожала. — Хочешь, как-нибудь, я захвачу тебя в школу? — да, только бы вернуть доступ к машине. — Ой, а ты правда можешь? — она смотрела на меня с восторгом… Как я мог отказать? — Конечно. Запиши мой номер, скинешь адрес смс-кой. Я продиктовал ей номер, Люси захлопала в ладоши. — Девчонки обзавидуются! Я вздохнул. Такая маленькая, а уже типичная девушка… Наконец, автобус остановился у школы. Я выскочил наружу и заметил Криса, который стоял на парковке и искал взглядом мою машину. Мысленно угарнув от сложившейся ситуации, я направился к нему. — Кого ждёшь, красавица? — Дженсен… Ты… Какого? — Отец объявил мне бойкот, я пока пешеход. Крис усмехнулся, пожал мою руку, мы потопали к школе. — Как ты спалился? — Крис всплеснул руками. — Да так… Доверился одной… — Дай угадаю, её имя начинается на «Джен», а заканчивается на «нифер»? — И в кого ты такой догадливый? — я погладил его по затылку. — Жвачка есть? Во рту кошка сдохла, даже зубы почистить не успел, — тут я вспомнил разговор с соседкой в автобусе и ужаснулся, представив, что ей пришлось пережить… — Держи! — Крис дал мне пластинку. Мы разошлись возле туалета, я решил, что все же стоит умыться. Выходя, я окинул взглядом коридор и выхватил из толпы копну огненно-рыжих волос. Дженни, сестричка! Все моё естество требовало поймать эту сучку и хорошенько проучить, но наличие народа в школьном коридоре удержало меня от этой идеи. Ничего, ещё сочтёмся. Проходя мимо неё, я дёрнул девушку за рыжий хвост. Она обернулась, во взгляде читался испуг. Чего это она такая зашуганая? Ах, да, первый день в новой школе… Что ж, её ждёт масса сюрпризов. Я улыбнулся в ответ на её немой вопрос «какого хрена» и прошёл мимо. День вышел так себе: я получил нагоняй от учителя за опоздание, а каждый раз, замечая сестру, поддавался злости и срывался на Крисе, он заявил, что я чокнулся. Что ж, может быть… За ланчем я глотал еду, не чувствуя вкуса. В моей голове зрели планы того, как вернуть расположение отца и ключи от машины. Ход мыслей прервал звонок. — Да, Роб, — только сейчас я вспомнил, что не написал ему ночью. — Ты где? Все в порядке? Почему не написал? — Роб, прости, я попался. На том конце разговора раздался вздох. — Насколько все плохо? — Я под домашним арестом, забрали машину и спортзал теперь раз в неделю. — Дерьмо! — я промолчал. — Ладно, не кипишуй, твой отец отходчивый чувак. — Да… Роб, мне идти надо. — До связи. Допив кофе, я потопал в класс литературы. В голове был практически вакуум, хотелось напиться или шмальнуть какой-нибудь дури, чтобы выпасть из реальности на несколько часов. Почему-то ситуация с отцом очень давила на меня. Никогда наши разногласия не доходили до подобных мер, даже когда я нагло задрал юбчонку однокласснице в начальной школе и отпустил фразочку из взрослых фильмов. — Мистер Бейкер, Вы с нами? На меня смотрела наша учительница. Я кивнул и улыбнулся. Молодая, симпатичная мисс Роджерс, брюнетка невысокого роста и с пышной фигуркой. Да, такая, несомненно, взбудоражит фантазию старшеклассника, именно из-за этого на первых уроках был хаос. И только я вёл себя нормально и поговорил с остальными парнями, чтобы не тиранили её. Хоть у меня и была парочка фантазий с ней, но показывать это в пошлой форме не достойно джентльмена. Так учил отец. Так я и сказал одноклассникам. С тех пор они поумерили свой пыл. Мисс Роджерс не знала, что это моих рук дело, но, думаю, догадывалась, потому что была со мной чуть мягче, чем с остальными. Я пропустил мимо ушей практически весь урок. Всего один звонок отделял меня от свободы. Домой хотелось ужасно. А ещё хотелось спать. Наконец, все закончилось. Я выскочил из класса в числе первых, как и Крис. Мы дошли до парковки и сели в машину. — Что будешь делать? — Думаю. Отец не сможет дуться вечно. Когда мы выехали с территории школы, Крис достал пачку сигарет. — Дай мне, — я протянул руку. — Забодай меня пчела, — глаза друга округлились. — Заткнись, — я прикурил и блаженное затянулся. Лёгкие тут же сотряс кашель, на глаза выступили слёзы. Я курил всего пару раз и с большими перерывами. Каждый раз, как в первый. Уже с третьей затяжки я почувствовал, как никотин перекрывает мои нервные рецепторы, погружая голову в сладкое спокойствие. — Как отомстишь сестрице? — Дам тебе её номер. Крис засмеялся, а я задумался: у меня ведь нет её номера. — Можешь порезать её шмотки. Или залить комп кетчупом. — Почему кетчупом? — я выбросил бычок в окно. — Месть должна быть кровавой…

***

Дома стояла непривычная тишина. С кухни доносится восхитительный аромат чего-то съестного, на который я полетел, как на крыльях. Грета сидела в кресле и что-то вязала. Увидев меня, она улыбнулась. — Как прошёл день, спящая красавица? — Отвратно, — я бросил рюкзак у двери и подошёл к плите. — Чем порадуешь молодого господина? — Ремнем, если он не помоет руки перед едой. Я улыбнулся и прошёл в ванную. Когда мои руки были стерильны, как у хирурга, на столе уже стояло ароматное жаркое в горшочке. Рот наполнился слюной. — Грета, ты чудо! — я плюхнулся за стол, и только сейчас до меня дошло… — Я буду есть один? — Мистер Грегори и мисс Одри предупредили, что будут поздно, а мисс Дженнифер уже покушала. — Почему ты всех так величаешь, а я — спящая красавица?! — я состроил гримасу негодования. — Потому что люблю тебя больше всех, — она чмокнула меня в макушку, сердце наполнилось теплом. — Приятного аппетита, молодой господин. Я схожу в сад, проверю работу садовника. Надеюсь, за час моего отсутствия ты не натворишь чего-нибудь? — Обязательно натворю, но ты же меня не сдашь? Женщина покачала головой и скрылась за дверью. Я быстро расправился с едой, помыл посуду и поднялся в комнату. Покой. Я рухнул на кровать и глубоко вздохнул. Потрясающе, мечтал об этом с утра. Из коридора послышался голос Дженнифер. Она опять искала Плюшку. Покой как ветром сдуло. Мой домашний стукачок… Я сел и прислушался. Стены приглушали голос, но не делали его менее приятным. Что ж, стоит пообщаться с сестрицей. Я вышел из комнаты и собирался постучать в дверь сестры, но в последний момент передумал: нафиг надо. Ворвавшись, я на секунду застыл на месте: Дженнифер как раз наклонилась, чтобы поискать Плюшку под столом, её футболка поднялась, обнажая бедра и край белых трусиков. Волосы свободно струились, а на ногах были белые носочки. Боже, это лучшее, что я видел… — Какого чёрта! Тебя стучать не учили?! Она услышала моё вторжение и уже летела ко мне с поднятой рукой. Мне явно грозила пощечина или что похуже, если бы мозг не включился. Каким-то чудом я увернулся, да ещё умудрился схватить её за руку, дальше все было на автомате. Я захлопнул дверь, которую недавно бесцеремонно распахнул, завёл руку девушки ей за спину, туда же отправил и вторую, а грудью прижал её к двери. Едва удержавшись от того, чтобы прижаться пахом к её аппетитной попке, я прошептал ей на ухо: — Одно неловкое движение и я сломаю тебе руку. Девушка замерла. Странно, она даже не вскрикнула, видимо, внезапность всего происходящего выбила её из колеи. Я наслаждался моментом. — Ты сдала меня отцу? — Нет, — её голос был похож на писк. — Зачем ты врёшь мне, Дженнифер? — я все так же говорил шёпотом, прямо ей в ухо. Её бедра покрылись мурашками, а мой член от этого стал каменным. Я бесстыдно любовался своей пленницей, испытывая глубочайшее удовлетворение. — Я не вру, — говорила она тихо, видимо, решила, что я зол не на шутку, но всё гораздо хуже: я возбуждён. Я приподнял её футболку до поясницы, оголяя попку, и наградил звонким шлепком левую ягодицу. Девушка тихо вскрикнула, больше было похоже, что у неё перехватило дыхание. Я улыбнулся. — Ты сдала меня отцу? — Да, — она скорее выдохнула, чем сказала. Я погладил место шлепка, где кожа уже порозовела. — Зачем? — Я случайно, я… Ещё один шлепок. По правой ягодице. Сестрица закусила губу, сдерживая крик, получился лишь стон. Ужасно соблазнительный стон. — Я хотела насолить тебе. — Ты зря это сделала, Дженни… — Хватит меня так называть, я… Шлёп! Снова левая, снова сдавленный крик. Член, казалось, вот-вот порвёт джинсы. — Я буду кричать, — её дрожащий шёпот сводил меня с ума. Я шлепнул её снова. — Так что же не кричишь? Её колени дрожали, дыхание было частым, на щеках румянец, а глаза прикрыты. Мне не нужен был ответ, я его знал: она возбуждена не меньше меня. Я погладил отшлепаные булочки и, словно невзначай, провел пальцем по трусикам прямо между ножек. Девушка вздрогнула. Тепло и влажно. Я судорожно вздохнул. — Не надо злить меня, Дженни. Я очень хочу мира во всем мире, а особенно, в этом доме. Я прощу тебе эту выходку, но если ты начнёшь стучать на меня снова… Например о том, что происходит сейчас… — я снова сильно шлепнул её попку и сжал место удара, девушка задрожала всем телом, — Это будет уже не ладонь. Ты понимаешь меня? Она кивнула. — Умница, — я погладил покрасневшую кожу и поправил трусики. — Только слово кому-то об этом, и, поверь, красной попкой ты уже не отделаешься. Я отпустил её руки. Удивительно, но она не рванула из комнаты, не закричала, не попыталась меня ударить. Она повернулась и заглянула мне в глаза. Боже, какая же она красивая! Румяные щёчки, в чёрных глазах едва наметились слезы, волосы слегка растрепаны, сквозь футболку видны затвердевшие соски. Я сглотнул. Она молча обошла меня и села за стол, на котором лежали раскрытые тетради. Дженни чуть поморщилась: кажется, я переборщил… Я быстро вышел из её комнаты и влетел в свою. Какого хрена я творю?! Уже завтра или даже сегодня она все расскажет предкам и меня точно расстреляют! Обхватив голову руками, я сполз спиной по двери. Это будет полный трындец! Моя рыжая ведьмочка молчать не будет, к тому же, это отличный повод втоптать меня в грязь. И доказательства будут, прямо на её попке. Такой аккуратной, круглой, гладкой… Дженсен, мать твою! Я ворвался в ванную, на ходу снимая с себя одежду. Душ. Ледяной. Довольно быстро я продрог до костей, холодная вода мгновенно выбила из меня все непристойные мысли. Я забрался в постель и укутался одеялом, пытаясь утихомирить бившую меня дрожь. Зубы стучали не только от холода, но и от мысли о том, что я натворил, и что меня за это ждёт. Лишь одно давало мне хрупкую надежду — её трусики были мокрыми.