Спасительница земли

      Кажется, это самый лучший сон в жизни Роуз Тайлер. Ей снится вся Вселенная. Время и пространство. Тардис и её Доктор. Давно ей не снились хорошие сны. Наверное, с тех самых пор, как она попала в эту вселенную. Девушка долго не может проснуться, пытается вспомнить сон, но он ускользает. Потом она задумывается, когда же успела уснуть. Роуз долго собирается с мыслями, и всё-таки открывает глаза. Это комната на втором этаже книжной лавки.       Тихо вставая с кровати, девушка осматривает комнату. Медленно переводит взгляд от одной детали к другой. Кружка. Она думала, что разбила её вчера. Нет, она уверена в этом. И ещё она была уверена, что видела мужчину, похожего на Доктора. Кажется, он был настроен враждебно. Но разве бывают такие совпадения? У неё было столько вопросов к этому молодому человеку. Кто он? Почему так похож на Доктора? Почему не вызвал полицию? Почему она оказалась здесь на кровати, укрытая одеялом? Может, он знает, как вернуться назад?       Приходится спуститься на первый этаж. Мысли перемешиваются в голове, она понимает, что одна в этом магазине. Странно, что он оставил её тут. Может, стоит уйти, пока не поздно? Нет, определенно она никуда не уйдёт. Только нужно найти телефон и позвонить Джеки. Сказать, что с её дочерью всё в порядке.       Спускаясь на первый этаж, Роуз вдыхает запах книг, ей нравится тут. Кажется, что она бывала здесь когда-то. Тут так спокойно и уютно. На первом этаже много книг, и хочется посмотреть каждую. Больно в груди. Она забыла что-то важное... Голова начинает ужасно болеть, будто она задыхается. Слёзы текут по щекам. Девушка не сможет сказать от чего это. От боли в голове или чего-то... Боль уходит, но не вопросы. Что происходит? Ей срочно нужно позвонить матери. Роуз бросает взгляд на телефон. Такие телефоны уже давно устарели, но он вписывается в атмосферу магазинчика. Интересно, он работает? Набирая цифру за цифрой, она слышит гудки.       — Джеки Тайлер, слушаю, — у мамы немного дрожит голос.       — Мам, это я… Роуз. Со мной всё в порядке. Вечером вернусь, — ей тяжело даётся каждое слово.       — Роуз! Детка, я так переживала, неужели не могла позвонить ещё вчера! Я всё-таки беременна, имей уважение! — Джеки всегда так переживает за неё.       — Да, я поняла. Прости. Вечером буду дома.       Резко положив трубку, Роуз вздохнула. Хотя бы сейчас не слушать нравоучения. Ей нужно подумать. Что же делать дальше? Дождаться того мужчину и всё у него узнать? Это была глупая идея, но она отчетливо помнила, незнакомец похож на него. На её Доктора. Отличия были, рыжие волосы, а глаза… Он был в очках, так что может только цвет волос и различал их. Может это альтернативная версия Доктора? Разве Роуз можно чем-то ещё удивить? Так что всё возможно. А ещё ей интересно, почему ей не хочется покидать эту книжную лавку. Почему-то кажется, что это место принадлежит ей. Будто здесь находится вся её жизнь. Всматриваясь в каждую книгу, Роуз чувствует... или ей кажется, что там часть её души. Она медленно садится на диван. Опять болит голова, но приходится привести себя в порядок.       — Что ты до сих пор тут делаешь?! — голос раздался так резко, что Роуз вздрогнула.       — Простите, — тихо произнесла девушка, на большее она была не способна. Ком застрял в горле. Мужчина стоял прямо перед ней.       — Слушай, честно, ты раздражаешь меня. Как ты попала сюда? Кто ты, чёрт возьми?! — он перешёл на крик. Разве этот человек похож на Доктора? Нет, тот никогда не повышал голоса.       — Роуз Тайлер. Моё имя, — она говорила медленно, и старалась не смотреть на человека, который так предательски был похож на него. Без разницы, он это или нет. Голова гудит с такой силой, что кажется, будто сейчас непременно взорвётся.       — Мне всё равно как тебя зовут! Проваливай отсюда уже, — он демонстративно открыл дверь, настаивая на том, что гостье пора уходить.       — Я не уйду, — Господи, откуда столько смелости? Она сама была не уверена, что сказала это вслух. Почему-то ей не было страшно. А должно было? Может плохое состояние виновато в смелости?       Кроули это раззадорило. Он закрыл дверь и сел рядом с Роуз. Её глаза были устремлены в пол. Забавно, она его боится? Почему прячет глаза?       — Скажите мне своё имя, — произносит Роуз, но все ещё не смотрит на него.       — Энтони Дж. Кроули. Знаешь, я ведь взрослый мужчина. Хотя нет. Девочка, я не человек. Я демон. И поверь, это страшнее, — он снимает очки. Теперь она смотрит. В змеиные глаза демона. Почему же ей не страшно? Вспышка. Она что-то видит, но старается сфокусироваться. Не обращать внимания.       — Скажите, вы путешественник во времени? — она улыбается, но ощущает, что вот-вот расплачется. — Может, вы повелитель времени? Теперь удивлён Кроули. Он чует запах. Такой знакомый. Такой родной. Он злится.       — Слушай, ты глупая? Я с планеты Земля. Уйди из этого магазина и закончим наш разговор, или ещё хоть слово, и я прибью тебя, — злость оправдана. Это не он. Не его ангел. Чья-то тупая шутка, не более.       — Простите, но с вашей стороны это невежливо. Прогонять девушку — это не по-джентльменски. Роуз и не думает уходить. Голова отдаёт ужасной болью. Всё заполняют вспышки. Хватаясь за голову, она пытается справиться с агонией. Кроули удивлён, в какой-то момент он сам испугался. Сев на корточки перед Роуз, он держит её за руки.       — Я пытался спасти нас, — говорит Роуз, глядя прямо в глаза Кроули. Демон вздрагивает. Что происходит? Её глаза. Они на долю секунды поменяли цвет. Были ангельски голубыми. Она испугана. Наверное, сама не понимает, что произошло. Она как будто отключилась на несколько секунд.       — Простите. Я, правда, пойду, — резко встав, девушка пошла к выходу. Секунда, и её уже не было в книжном. Кроули долго смотрел на входную дверь. Эта девчонка, она.… Пахнет Азирафаэлем. Почему? Прожив достаточно на этой земле, он мог сказать лишь одно. Существуют похожие запахи, но не идентичные. Он встаёт и хочет догнать её. Нет, он хочет догнать ангела, но останавливает себя. Не стоит делать поспешные выводы.       — Ангел, почему ты оставил меня? — это вопрос без ответа.       Кроули плохо. Он ненавидит себя. Если бы тучи имели свойство сгущаться от его злости, то люди не видели бы солнечных дней. Он точно что-то натворит. Точно убьёт кого-нибудь, лишь бы в груди так не ныло.       Что-то надвигалось. Это не предвещало ничего хорошего. Люди, что проходили мимо книжной лавки, ощущали это. Ужасное чувство, и на людей это действовало убийственно. Будто все человеческие грехи выходили наружу. Если кто-то просто думал, что хорошо было бы убить обнаглевшего босса или перерезать глотку своей возлюбленной, которая поздно вечером вернулась румяная и молчаливая, то вскоре он уже улыбался кассиру, оплачивая большой и острый пожарный топор. Кроули, оставшись без ангела, не имел жалости к людям. Больше не имел. Он виноват, что Азирафаэль помогал ему остановить Армагеддон. Он виноват, что за спасение людей пришлось заплатить другом. Он виноват, что дал волю своим чувствам. Эта шутка затянулась. Эта девушка — чья-то злая шутка.       Жалости больше нет. Только ненависть.