Закат на Мьюни

Наверняка, закат — это самое волшебное время суток. Это пора, когда уходит жаркий день, уступая место надвигающийся прохладной ночи. Небо постепенно из нежно-голубого приобретает фиолетовые тона, у линии горизонта окрашиваясь в ярко-розовый, будто идеально подобранная палитра красок. Все королевство Мьюни погружалось в тихую полусонную дрёму, готовясь ко сну. Звездочка точно могла это подтвердить, ведь сидя на самом высоком куполе башни замка Баттерфляев, она, как на ладони, видела все свои будущие владения. Звездочка обхватила руками свои колени, устало щурясь, глядя на последние солнечные лучи. Будущим королевам обычно некогда любоваться закатами, государственные дела имеют свойства выпивать все жизненные силы. Ей было страшно, день коронации неотвратимо приближался, и тогда, её свобода останется лишь в воспоминаниях, как этот вот закат. Станет ли она достойной королевой для своего народа? Вдруг у неё ничего не получится? Сможет ли она быть такой же невозмутимой и организованной как её мать Мун? — Эй, — тихий голос Марко вывел её из тяжёлых дум. — Выглядишь уставшей. — Он опустился рядом с ней, положив руку девушке на плечо, нежно обнимая. — Так и есть, — она закатила глаза. — Сначала у меня было совещание с Верховной комиссией, потом выслушивание жалоб и предложений от подданных, составление статистических схем о разной дребедени, вроде уровня урожайности кукурузы и каких-то идиотских корнеплодов, обсуждение со стражей замка меры предосторожности при возможном нападении… — Будешь такос? — Марко улыбнулся, держа в руках поднос, который она даже не заметила. — Я подумал, что ты, наверное, проголодалась. — Спасибо, — Звездочка тоже не смогла сдержать улыбки. — О кухне, я сегодня могла разве что мечтать. Марко смотрел, как принцесса жадно ест принесённую им закуску, начисто позабыв о всевозможных правилах королевского этикета. Это было так мило, что Марко залюбовался, чувствуя разливающееся в груди тепло. Даже с набитым ртом и прилипшей к губе петрушкой, Звездочка все равно была для него самой красивой и самой любимой. Он мягко постучал рукой по её спине, когда девушка закашлялась. — Не подавись, никто у тебя еду забирать не собирается, — Марко подал ей стакан с соком. — Это же шедевр! — Хочешь, приготовлю ещё что-нибудь? — Нет. Посиди со мной, — Звездочка отставила поднос и пустую тарелку, обняв Марко даже с большей жадностью, чем только что уплетала такос. — О тебе тоже, я могла лишь мечтать. Где ты пропадал весь день? — Учил Марипосу кататься на её первом велосипеде, но что-то без особого успеха, наверное, она ещё слишком мала, — Марко едва мог контролировать свой голос, когда Звездочка была так близко, он до сих пор не мог в это поверить, что его любовь взаимна. — Неужели будущий король Мьюни устал от дворцовой жизни? — Не меньше, чем будущая великая королева. Она усмехнулась, закусив нижнюю губу, в голубых глазах вспыхнул озорной огонёк. — Что на счёт завтра? У меня в планах забить на все. Пока на моей голове нет короны, я могу себе это позволить, мама справится и без меня. — Марипоса будет очень рада. Твоё облачко она любит гораздо больше чем велосипеды. — Я лично, её понимаю, — Звездочка пододвинулась ближе, коснувшись губами его щеки. — Я люблю тебя. Марко поцеловал свою единственную, запуская пальцы в густые золотые волосы. Сквозь закрытые веки, он видел, как вспыхнули знаки не её щеках, Марко знал, что и его собственные, в форме полумесяцев, пылают так же ярко. — И я тебя, моя звезда. За поцелуями они не заметили, как стемнело. Лишь оторвавшись друг от друга, они поняли, что на Мьюни опустилась ночь. Они оба слишком устали за день, чтобы продолжать сидеть на холодном куполе. Марко стянул с себя толстовку, протягивая её Звездочке. — Пошли в кровать, — Сонно пробормотала принцесса, зевая, кутаясь в мягкую, пахнущую любимым человеком вещь. — Только если пообещаешь, что больше не будешь бить меня во сне. Звездочка виновато взглянула на Марко. — Прости, мне снилось, что ты болотное чудище. — Ну спасибо. Они рассмеялись, снова целуясь, возвращаясь в свои покои.