Зачем я тебе?

      Весь день Тони и Питер не разговаривают друг с другом. Они и с постели-то не встают, потому что есть совсем не хочется, делами не заняться, а в туалет сходить вообще никак. Тони лишь изредка перекидывается с Пятницей язвительными словечками, да периодически поворачивается с боку на бок.       Питер лежит тихо. В его голове вертится столько разных мыслей, что сложно ухватиться за одну какую-то и развить её. Он перечисляет про себя все достоинства Тони и недостатки. Думает, почему не может принять его, что его не устраивает. И постоянно в голове всплывает что-то очень похожее на «Я его недостоин».       Старк практически сразу замечает, когда Питер засыпает. Дыхание мальчишки становится ровным, тело расслабляется, насколько это возможно, конечно, когда ты приклеен полностью к другому человеку. Тони думает над тем, что сказал Питеру. Нет, не над тем, что признался в любви. Над тем, что обещал отпустить, если он того захочет. Сейчас Старк сам себе честно признаётся, что не отпустит. Просто не сможет. Питер за эти недели стал для него таким родным, таким необходимым, что даже мысль о том, что Тони не будет видеть его каждый день, каждую минуту рядом, причиняет боль.       В какой-то момент Тони и сам начинает засыпать, не переставая вдыхать такой родной запах каштановых кудряшек. На грани сна Старк чувствует, что Питер немного сползает с него, аккуратно поправляет, и лишь потом понимает, что произошло. Тони переворачивается на бок и сильно прижимает Паркера к себе, едва ли не обвиваясь вокруг него ногами и руками, Питер что-то недовольно бурчит, но утыкаясь носом в грудь Старка, замолкает, тихонечко сопя. Тони улыбается, как-то грустно и, может быть, обречённо.       Просыпается Старк, когда за окном уже темно. Он трёт глаза рукой, широко зевает и переворачивается на бок, шаря рукой по другой стороне кровати.       Пусто.       — Питер? — зовёт Тони, хотя прекрасно понимает, что ответа не услышит.       — Мистер Паркер покинул здание четыре часа назад, — говорит Пятница после недолгой тишины.       — Ну, а на что я рассчитывал? — то ли самого себя, то ли Пятницу, спрашивает Тони. — Я же сам сказал, что отпущу его. Даже не разбудил попрощаться, — фыркает Тони, изображая полное безразличие. Хоть его никто и не видит сейчас, кроме Пятницы, но показывать свою уязвлённость не хочется всё равно. Он обводит взглядом комнату, надеясь найти хоть что-нибудь. — Вещи забрал и записки не оставил, — снова хмыкает Тони, прикусив губу. Внутри что-то с невероятно громким треском разбивается.

***

      Для Тони два месяца пролетают почти за один миг. Он полностью погружается в работу, лишь бы не думать о П… нём.       Старк посещает все собрания директоров, чем удивляет и Пеппер, и этих самых директоров, которые как-то странно косятся на него каждый раз, словно ожидают чего-то. Поттс прекрасно понимает причину такого энтузиазма, но единожды попытавшись вмешаться, получила грубый ответ и приказ не лезть не в своё дело. Пеппер даже хотела найти Питера, но всё что она о нём знала, так это только имя. Она даже пыталась найти его резюме, когда выяснила, что он собирался устраиваться к ним, но вся информация оказалась стёрта или же попросту недоступна. Старк прекрасно её знает, раз подчистил абсолютно всё. После этого Пеппер сдалась.       Тони же не только посвящал себя юридическим делам компании, но и плотно занялся различными разработками. За эти два месяца он доработал все имеющиеся проекты, придумал кое-какие обновления уже имеющимся проектам. Так, вместе со Старком усиленно работал и пиар-отдел, который готовил презентации новым проектам и обновлениям для предыдущих. Старк буквально жил в мастерской, выходя лишь для того, чтобы принять душ, да переодеться перед очередным совещанием.

***

      Для Питера два месяца растянулись, по ощущениям чуть ли не на полгода. Каждый новый день тянулся всё дольше и дольше.       Питер устроился в кафе неподалёку от своего дома. Почему-то устраиваться по специальности он… боялся? Почему-то Паркер считал, что устроиться в другую компанию — допустим в тот же Озкорп, предложения которого он отклоняет уже второй раз — значило предать Тони.       Паркер думал о Тони каждый день. Каждую минуту. Делая кофе для очередного клиента, ужиная с тётей, даже во сне. Каждая мысль, даже самая простая о том, что ему лень умываться, наталкивала на воспоминания о Тони, его руках. О том, как нежно Старк улыбался ему, как аккуратно смывал зубную пасту с его лица, как они вместе принимали душ, как Тони водил мочалкой по его телу, как смотрел, говорил, слушал, что-то показывал, кормил.       Из-за этих воспоминаний Питер часто срывался к Тони. Но каждый раз останавливал себя на половине пути, убеждая, что Старку и так хорошо без него. Питер не перестал вот так резко следить за деятельностью Старка и его компанией. Поэтому он знал обо всех новых презентациях и разработках.       Периодически в мыслях Паркера проскальзывало: «А что, если бы…».       А что, если бы он в тот вечер, когда проснулся в объятиях Тони и понял, что мог шевелиться, не сбежал бы, а остался?       А что, если бы дождался пробуждения Тони?       А что, если бы они всё обсудили?       А что, если бы он в один из дней просто пришёл к Тони? Прогнал бы тот его с ненавистью во взгляде? Или радостно принял?       И ещё сотни таких «если бы», которые просто разрывали изнутри.       Периодически Питер ловил себя на том, что ему хочется почувствовать запах Тони, поймать его взгляд, почувствовать его руки. Поцеловать. Но каждый раз Паркер отгонял от себя это всё. Он сам принял такое решение. Сам решил, что им с Тони будет лучше друг без друга.

***

      Питер осторожно проходит в открывшиеся прозрачные двери и оглядывается по сторонам. Везде темно, горит лишь дежурный свет, и даже охранников нет на привычных местах. Паркер неуверенно оглядывается и буквально на носочках двигается в сторону лифта.       — Доброй ночи, мистер Паркер, — голос раздаётся хоть и тихо, но слишком неожиданно. Питер подпрыгивает на месте и поднимает глаза к потолку.       — Пятница, ты меня напугала! — почему-то шепчет он.       — Простите, мистер Паркер, — говорит Пятница. — Не думала, что так вас напугаю, после того, как открыла вам двери.       — Так это ты? — удивляется Питер, направляясь к лифту.       — Да, я, — просто подтверждает она.       — Где сейчас Тони?       — Мистер Старк только направляется в свою спальню.       — Ты же не предупреждала его о моём приходе?       — Не сочла нужным, — Питеру мерещатся весёлые нотки в голосе искусственного интеллекта.       — Спасибо, — шепчет Питер, когда цифры на табло приближаются к последнему этажу.       — Босс зашёл в ванную комнату, — предупредила Пятница, перед тем, как открыть двери лифта.       — Спасибо, — в очередной раз прошептал Питер и тихо-тихо вышел из лифта.       Он снова на носочках прошёл от лифта до спальни Тони и тихонько приоткрыл дверь. Старка действительно не было в комнате, а из ванны доносился едва различимый шум воды. Питер прикрыл за собой дверь и замер, решая, где бы дождаться Тони. На кровати? В кресле? Или у двери?       Господи, о чём он вообще думал, когда решил, что прийти к Тони в три часа ночи, хорошая идея? Да Старк его просто выкинет из Башни и даже слушать не будет!       Пожевав губу пару минут, Паркер всё-таки выбрал кровать и опустился на самый краешек «своей» стороны.       Тони вышел из ванной примерно минут через десять. Открыл дверь и замер. Впрочем, как и Питер, что завороженным взглядом скользил по телу Старка. По телу, которое ничего не скрывало, кроме небольшого полотенца на бёдрах, а расстояние в несколько шагов позволяло рассмотреть всё и сразу.       Питер прикусил губу, пытаясь выровнять дыхание. Он даже и не подозревал, что так сильно скучал по Старку. Что так сильно хотел его увидеть. Но, что самое удивительное, ему хотелось почувствовать руки Тони на себе, попробовать его губы на вкус и сдёрнуть, наконец, это полотенце.       — Либо у меня глюки, либо… — удивлённо начал Старк, не двигаясь с места.       — Либо, — кивает Паркер.       — Забыл что-то? — холодно спрашивает Тони, прикрывая за собой дверь ванной и направляясь к комоду с нижним бельём. Питер теряется от такого тона всего на секунду, но потом резко встаёт с кровати и преграждает Тони дорогу, едва коснувшись его груди пальцами, чуть не упав. — И что дальше? — Старк опускает взгляд на руки Питера, что касались его уже не пальцами, а ладонями. Маленькими, прохладными ладошками, которые так захотелось согреть.       — Тони, прости меня! — тихо прошептал Питер. — Прости-прости-прости! Я идиот. Я сам не понимал, чего хочу, — быстро-быстро заговорил Питер, словно боясь, что Тони его прервёт и действительно выкинет из Башни. Прямо из окна. — Я только сейчас окончательно понял, что не просто скучаю по тебе, а люблю. Люблю так, что… — договорить ему не даёт Тони. Он затыкает его поцелуем, сильно прижимает к себе, залезая руками под свободную кофту и оглаживая бока.       — Повтори, — просит Тони, разорвав поцелуй.       — Я… я идиот, я…       — Это я и так знаю, — фыркает Тони, заглядывая в глаза. — После этого.       — Я скучаю по те…       — Паркер, я тебя сейчас выкину отсюда! — рычит Тони, а Питер крепко-крепко обхватывает его руками за шею.       — Люблю. Я люблю тебя, Тони. Очень-очень сильно. Я действительно такой идиот. Умоляю, прости меня, Тони. Пожалуйста, дай нам ещё один шанс, пожалуйста. Тони, я… — Питера снова прерывают поцелуем, когда он начинает тараторить.       Тони оттягивает его нижнюю губу, прикусывает, так, что Питер чувствует, как немного лопается тонкая, нежная кожа, но потом Тони проходится по свежей ранке языком, как бы прося прощения. То же самое он проделывает и с верхней губой. Руки, так и не вылезшие из-под кофты, перемещаются с боков на поясницу, притягивают ещё ближе к обнажённому телу, заставляя прогнуться в спине. Поцелуй углубляется и только набирает обороты. Но когда Питер подаётся ещё ближе, словно желая полностью слиться телом с Тони, Старк снова разрывает поцелуй.       Паркер недовольно хмурится, заглядывает в глаза Тони и не знает чего ожидать. Взгляд Старка не читаем, на лице вообще не отражается никаких эмоций, и внутри Питера разгорается паника, такая, что пальцы, сцепленные за шеей Тони, начинают подрагивать. И дыхание уже сбито не только от поцелуя, но и подступающих слёз.       Какой же он всё-таки идиот! Снова что-то сделал не так. Снова чем-то обидел Тони! Идиот-идиот-идиот!       — Ты ревёшь что ли? — фыркает Старк, на лице по-прежнему никаких эмоций, но Питер рад хотя бы тому, что Тони не выпускает его из своих сильных объятий.       — Нет, — мотает головой Паркер.       — Понимаешь же, что я больше не отпущу тебя? — Питер лишь молча кивает. Он не особо-то и хочет уходить куда-то. Даже если Тони будет выгонять.       — Но… — пытается сказать Паркер.       — Без всяких «но», — сразу же перебивает его Тони.       — Мэй…       — Поговорю.       — И вещи…       — Куплю.       — А работа…       — Решу.       — Поцел… — снова начинает Питер, и его снова перебивает Тони.       — Какой же ты болтливый, — ворчит Старк и снова целует Питера. Паркер удовлетворённо мычит и с готовностью отвечает на поцелуй.       В какой момент он оказался спиной на кровати, Питер так и не понял. Хотя не особо-то и пытался. Да и какая разница как, если сейчас над ним возвышается Тони, так удобно расположившийся между разведённых ног, и смотрит так нежно, ласково, влюблённо?       — Приподнимись, — просит Тони, тяня кофту вверх. Питер послушно приподнимается, помогает Старку с кофтой и даже не прослеживает её полёт. — Холодный весь, — шепчет Старк, проводя горячими ладонями по голым плечам, груди, вниз к животу.       Питер действительно замёрз. Он так быстро принял решение приехать к Тони, что, выпрыгнув из постели, натянул первое, что попалось под руку, особо не задумываясь, что ночью на улице достаточно прохладно. И до вот этого момента Питер на самом деле не замечал, что замёрз, что тонкая, свободная кофта не грела его.       Паркер рвано выдыхает, когда горячие ладони сменяются не менее горячими губами. Тони целует сначала в щёку, спускается к скуле, оставляя на ней несколько коротких поцелуев. Целует уголок губ, подбородок, по линии челюсти возвращается к скуле, слегка прикусывает, улыбаясь, когда Питер рвано выдыхает ему почти в ухо. Потом губы касаются места за ушком, из-за чего Питера прошибает лёгким разрядом тока. Тони снова улыбается, довольно, хищно, повторяет поцелуй, наслаждаясь лёгкой дрожью мальчишки. Старк прикусывает мочку уха, Пит в ответ на это не может сдержать стон.       — Какой чувствительный, — шепчет Тони, опускаясь поцелуями ниже.       Питер прикрывает глаза и чуть запрокидывает голову, когда горячие губы опускаются по шее вниз к ямке между ключицами, к груди.       — Тони, — на выдохе тянет Питер, когда на затвердевшем соске слегка сжимаются зубы. Но зубы быстро сменяются на губы и теперь уже Паркер почти молча выгибается навстречу.       Старк лишь на несколько секунд отрывается от такого желанного тела и поднимает взгляд, чтобы посмотреть на Питера. Растрёпанный, зацелованный Питер нравится ему настолько, что из груди сам по себе вырывается довольный рык.       Тони снова припадает губами к нежной коже и спускается поцелуями ниже. Когда его губы касаются солнечного сплетения, Пит едва слышно хихикает и пытается увернуться от прикосновения. Втягивает живот, когда губы обходят по кругу пупок и спускаются вниз по едва различимой дорожке. Старк замирает у кромки джинсов и поднимает взгляд на Питера.       — Тони? — Паркер приподнимается на локтях, когда перестаёт чувствовать прикосновения Старка.       — Ты уверен? — спрашивает Тони, внимательно вглядываясь в глаза Пита.       — Да, — кивает Питер не совсем уверенно, но замечая, как прищуривается Старк, быстро добавляет: — Я уверен! Да, конечно. Уверен!       Тони разглядывает его лицо ещё несколько минут, прежде чем дотянуться до губ Паркера и глубоко поцеловать. Пока Старк терзает губы Питера, его руки расправляются с пуговицей и молнией на джинсах. Паркер немного приподнимает попу, чтобы Тони мог стянуть так мешавшие сейчас джинсы. Старк отрывается от Пита и стягивает штаны вместе с нижним бельём. Паркер смущённо краснеет, но глаз не отводит, а когда Тони тянется к полотенцу, что каким-то чудом до сих пор держалось на бёдрах, перехватывает его руки и сам сдёргивает чуть влажную ткань.       Питер, до этого толком-то и не видевший тела Тони, сейчас жадно шарится глазами, словно пытаясь запомнить каждую клеточку, каждую выделяющуюся мышцу. Он опускается взглядом всё ниже и ниже, лицо же его становится всё краснее.       — Нравится? — шёпотом спрашивает Тони. Почти так же, как в самый первый день их знакомства.       Только в этот раз Питер не грубит и не отворачивается. Наоборот, приподнимается ещё больше и кончиками пальцев касается крепкого тела. Очерчивает косые мышцы, большим пальцем обводит пупок, поднимается выше, уже всей ладонью проводит по груди и улыбается. Так широко и счастливо. Тони тоже не может сдержать улыбки и снова тянется, чтобы поцеловать, но Питер оказывается чуть быстрее. Он целует в уголок губ, потом под подбородком, смешно морщится, когда щетина слегка колет кожу вокруг губ.       — Тони, я, — шепчет Питер, целуя в шею, — тебя, — в основание шеи, — люблю, — новый поцелуй пришёлся в ямку между ключицами.       — И я люблю тебя, Пит, — в ответ шепчет Тони и снова целует Питера, опрокидывая его на спину.       Целует легко и быстро. А потом снова начинает спускаться поцелуями ниже и ниже. Руки следуют практически за губами, оглаживая стройные бока, кончиками пальцев щекоча подтянутый живот, большие ладони сжимают упругие бёдра. Сначала Питер старался сдерживать себя, протяжные стоны, которые так и рвались наружу, но постепенно эмоций и ощущений становилось так много, что ни сил, ни желания молчать уже не было.       Питер просыпается от неудобной позы. Ноги у него затекли, а пошевелиться практически невозможно. Первая мысль — паническая! — он снова приклеен к Тони. Вторая, ещё более паническая, всё, что было в последние месяцы, ему попросту приснилось, и на самом деле это первая их совместная ночь.       Паркер делает глубокий вдох-выдох, чтобы успокоиться и пытается пошевелить сначала руками. Это удаётся не так легко, как обычно, но лишь потому, что Тони слишком крепко прижимает его к себе. Теперь Питер выдыхает уже с облегчением, но на всякий случай шевелит и ногами.       От телодвижений Питера, Тони что-то недовольно ворчит ему в макушку и, чуть расслабляя хватку, отстраняется. Не отпускает совсем, но Питер уже способен спокойно двигать конечностями и даже чуть-чуть отодвинуться. Паркер осторожно переворачивается на другой бок и смотрит на Тони.       Последний раз, когда он проснулся в одной постели с Тони, он так же лежал и какое-то время рассматривал его. Вот только в этот раз в голове Питера крутились совсем другие мысли. Тогда он думал лишь о том, как бы побыстрее собрать свои вещи и сбежать домой, подальше от Старка. Сейчас же Питер спокойно рассматривал лицо спящего Тони и совершенно никуда не собирался сбегать.       Паркер осторожно поднимает руку и одним пальцем, едва касаясь, обводит пухлые губы по контуру. Тони недовольно хмурится, чуть шевелит губами, но не просыпается. Питер шкодливо улыбается и снова обводит губы. Тони снова хмурится, немного дёргается и затихает. Пит выжидает ещё пару минут и снова подносит руку к чужим губам, но стоит его пальцу коснуться красноватой кожи, как Тони ловит палец зубами, слегка прикусывая. Глаза Старка всё ещё закрыты. Паркер осторожно тянет палец на себя, но зубы сжимаются только сильнее.       — Попался, — невнятно произносит Тони хриплым ото сна голосом.       — Отпусти, — просит Пит, и снова пытается вытащить палец. Тони что-то говорит в ответ, но Питер совершенно ничего не понимает.       — Отпусти мой палец и повтори ещё раз, — смеясь, просит Паркер, — потому что я совсем ничего разобрать не смог.       — Неа, — так и не выпустив чужого пальца, мычит Старк.       — А если так? — Питер быстро чмокает Тони в нос.       — Неа.       — А так? — новый поцелуй в уголок губ.       — Неа, — Тони открывает глаза и пристально смотрит на Питера.       — Ладно, — тянет Паркер.       Он просовывает руку между их телами и скользит ладошкой вниз от груди до низа живота. Ладошка замирает всего на секунду, прежде чем скользнуть под резинку боксеров Тони. Тоненькие пальчики обвиваются вокруг полувставшего члена и чуть сжимают. Старк на это лишь одобрительно мычит и снова прикрывает глаза, но палец Паркера изо рта так и не выпускает. Питер улыбается, прикусывая губу, и проводит большим пальцем по всей длине, от головки к яичкам. Тони порывисто выдыхает и чуть разжимает зубы, чем тут же пользуется Питер. Ладошка из трусов Старка исчезает так стремительно, как и палец изо рта.       Паркер победно улыбается, но не успевает даже и рта раскрыть, чтобы вслух порадоваться своей победе, как оказывается под Тони. Старк переворачивается одним движением, не выпуская Питера из своих рук.       — И снова попался, — довольно улыбается Тони, открывая глаза.       — Так нечестно, — надувает губы Пит.       — Как и бросать начатое на полпути, — продолжает улыбаться Старк.       — Так, может, продолжим? — предлагает Паркер. Обе его ладошки скользят вниз по спине Тони.       — Продолжим, — соглашается Тони, целуя Питера.

***

      Два года спустя.       Тони лежит на правом боку и прислушивается к дыханию Питера. На лице его улыбка, а глаза озорно блестят.       — Спишь? — тихо спрашивает Старк, чуть отодвигая одеяло от уха.       — Угу, — раздаётся в ответ совсем неразборчиво.       — Вставай, давай, — вздыхая, снова шепчет Тони.       — Сам давай вставай, — шепчет Паркер.       — Эй, ты чего? — Тони чуть сбрасывает одеяло и оглядывается через плечо на Питера. — Мы же это… жениться идём, — хмурится он.       — А, может, я не пойду! — хихикает Паркер и с головой прячется под одеялом.       — Ты чего это там? — Тони опирается на локоть, нависая над мальчишкой, и стягивает одеяло с головы. — Ты передумал, что ли, Паркер?       Питер вылезает из-под одеяла слегка розовый, улыбающийся и так же опирается на один локоть, заглядывая Тони в глаза. В один миг он становится таким серьёзным, что Старк невольно напрягается, а внутри всё замирает от волнения.       — Эмм… Да? — говорит он, и Тони точно словил бы инфаркт, если бы не расползшаяся по лицу улыбка и весёлый блеск в любимых глазах.       — Ах, ты! — восклицает Тони, и почти в шутку показывает Питеру кулак. — Даже и не думай, — прищуривается Старк. — Забыл? Я тебя никуда и никогда не отпущу.       — А я никуда и не собираюсь уходить, — Питер обвивает руки вокруг шеи Тони и чуть тянет на себя, чтобы поцеловать.