О чем молчит город

      Ей предложили подъехать к Змиулану ровно в семь. Короткое и емкое сообщение пришло на е-мейл с электронным пропуском. Василиса тупо перечитала про себя последние строки: с уважением Астрагор Драгоций. Ей захотелось бежать так далеко, чтобы забыть даже свое имя. Черт. Первый порыв позвонить сестре или матери прошел. Маара впутывать в это точно нельзя… У него только все наладилось в карьере и замаячили неплохие перспективы.       ЧарДольская достала из визитницы черную карточку с гербом летучей мыши. Рука сама набрала указанный номер, и через пару гудков раздался холодный голос Фэша Драгоция. — Слушаю?       Василиса молчала, борясь с собой. — У вас проблемы со связью? Представьтесь. — Это Василиса ЧарДольская, звонит, чтобы обсудить значения котировок.       Ей показалось, что Фэш чуть не выронил телефон. Неужели ей удалось удивить чертова Драгоция? — Слишком долго ты искала мой номер. Что случилось?       Интересно, он знает о планах своего дяди… Самое время проверить. — Не расскажешь, какой дресс-код принят в Змиулане? А то, боюсь, застрять на проходной. — Смотря к кому идти, мисс, — задумчиво протянул он своим тягучим голосом. — К Астрагору. На личную встречу.       И комбо, ей опять послышался характерный шум выскальзывающего телефона. — Скинь свою геолокацию, я должен это видеть.       Василиса поколебалась. До семи оставалось немногим больше двух часов, один из которых она по любому потратит на дорогу. Девушка нажала на значок передачи данных, и сообщение ушло. — Как же я ненавижу этот район, — Фэш недовольно цокнул, — там происходят самые паршивые ситуации в моей жизни.       Василиса усмехнулась. Ее настроение поднялось. — Никто не зовет тебя, Драгоций, — пропела она. — Но ты бы расстроилась, если бы я бросил трубку. — Не больше, чем ты сам.       Боги, что она творит. Зачем все еще говорит с ним… перед глазами возникло осуждающее лицо Маара с недовольным изгибом губ. В этом нет ничего личного. Он ни капли не вызывает во мне тех чувств, что Броннер… это просто интерес. — Я подъеду. Гордись, ради тебя придется перетасовать планы на вечер.       Отчего-то эти слова разлились по горлу приятным теплом. Которое Василиса тут же задавила. В этом же нет ничего личного.       В торговом центре уже висели яркие плакаты со скидками, а за витриной маняще блестели глянцевые манекены. Люди, сжимающие в руках грозди хрустящих пакетов, лениво прохаживались по залу. Василиса сама в прошлом году была такой же. Носилась, охваченная предпраздничной суетой, выбирала подарки близким и знать не знала ничего дурного. Помнится, прошлый Новый Год она отметила аж трижды: сначала с коллегами, потом в Черноводе, а закончилось все грандиозной вечеринкой, которую удалось пережить еле-еле. Маар до сих пор пересматривает видео, где она на спор бежит в носках по снегу. ЧарДольская подошла к ювелирному магазину. Да, эти праздники пройдут мимо и запомнятся бесконечной рябой полосой перед глазами.       Какой-то мужчина выбирал подвеску, склонившись над витриной. Его лоб сосредоточенно наморщился, а между бровей появилась складка. Василиса стало интересно, и она зашла внутрь.       На подушечках и подставках сияли крохотные фигурки всевозможных сказочных животных. Девушка с восхищением стала разглядывать их: тонкорог с жемчужным рогом, треугл с янтарем вместо глаз, огнеящер, выложенный осколками яшмы и изумруда. Но больше всего ей понравился сапфировый огнежар, расправивший крылья. Такого когда-то папа подарил маме, она долго носила его, не снимая. А потом выбросила в море. — Что-то достать? — ее отвлек приятный голос продавщицы, — у нас неполная коллекция и действует скидка при покупке комплекта… — Нет, не надо. — А покажите нам ту птичку, — Василиса вздрогнула, не успевшая понять, как Фэш подкрался к ней со спины. — Пришлось обойти весь этаж, пока я искал тебя. Продавщица бережно положила огнежара перед ними. Ее губы сложились в умиленную улыбку. Должно быть, надумала себе про нас невесть что. — Когда-то такую подвеску носила моя мама, — поделилась Василиса, заслужив восторженный вздох девушки, — а потом в сердцах избавилась от нее. Утопила прямо во время отдыха.       Продавщица пару раз моргнула, силясь осмыслить услышанное. — Ты права, конечно, не стоит покупать вещь, если уже не любишь ее, — Драгоций покачал головой, — у вас есть что-нибудь с летучей мышью?       ЧарДольская рассерженно выдохнула. Идея встретиться с ним явно была просчетом. Хотя он может искать подарок… той же сестре, к примеру. Или девушке.       Тот мужчина все еще обхаживал витрины, рассеянно отмахиваясь от предлагаемых вариантов. Василиса незаметно подошла к нему, пока Драгоций отвлекся на блестящие камушки. — Огнежар тут самый красивый, — тихо сказала она, — я бы была счастлива такому подарку.       В ответ ей с благодарностью кивнули. Фэш как раз прошел к кассе и резко провел кредиткой, разнеся на весь магазин звучный щелчок. ЧарДольская бросила на синюю птичку последний взгляд и пошла к выходу.       Василиса была уверена, что с Драгоцием их ждет общее неловкое молчание, которое всегда сопровождает двух незнакомцев. Но все вышло совсем наоборот. Фэш умел быть обходительным, когда хотел этого. Маар всегда говорил, если надо понравиться девушке — слушай ее и улыбайся. — Значит, мой дядя пригласил тебя в гости? — Скорее назначил встречу, — в одной из витрин блестел макет Расколотого замка, разрушенного века четыре назад. «Стань временем сам» — гласил слоган над ним. — Тебе точно стоит съездить, — Фэш рассеянно окинул строение взглядом, — более нелепой рекламы часов я еще не видел. Они бы еще вспомнили те стишки…       Они посмеялись, припоминая старые байки про Эфларуса, великого архитектора прошлого. Старик был славным малым, но под конец жизни чутка тронулся умом, приказав снести свой главный шедевр.       ЧарДольская подождала, пока Фэш перестанет улыбаться, и решилась воспользоваться его неплохим настроением. — Говорят, что даже Астрагор прислушивается к твоему мнению. — О чем это ты? — Мой отец и твой дядя похожи в одном — они создали наследие, которое переживет их. А значит, его надо кому-то предать, — осторожно произнесла она, катая на языке каждое слово.       Фэш бросил взгляд столь острый, что все внутри сжалось. И Василиса узнала этот взгляд — так смотрят, когда обнажаются страхи. — У Астрагора есть сын и весь старший круг для этого. Советую начать свой допрос с кого-то из них. — А ты бы сам не хотел получить Змиулан? — вопрос сорвался с губ быстрее, нежели она успела обдумать его. — Спроси себя о том же…       Зачем спрашивать, ЧарДольская и так знала, что получи ЗолМех — обратно бы его не вернула.       Время близилось к шести, и уже следовало отправляться, чтобы не опоздать из-за пробок. Василисе было слегка неловко садиться в машину к Драгоцию. Как будто ее подговаривали соврать. Он просто подвезет меня до Змиулана… Это многим удобнее, чем искать такси. В итоге ЧарДольская забралась на заднее сидение, как будто спинка водительского кресла могла оправдать ее.       В салоне едва ощутимо пахло ландышами и соленым ветром. Морским бризом. Василисе определенно нравился этот запах, хотелось укутаться в него, как в плед. За окном замелькали улицы, сливающиеся в одно пестрое полотно. На зданиях зажигалась подсветка, превращая их в скопление золотых мазков. Огромный шпиль Ратуши походил на протянутую в небо руку, стремящуюся сгрести побольше звезд в кулак. — Знаешь, я бы не раздумывая простился с Змиуланом, если бы он вернул все, что забрал, — глухой голос отвлек ее. Неужели Фэш все это время думал над тем вопросом?       Василиса притворилась, что не поняла его, хотя перед глазами замелькал особняк в далеком Драгшире. Остаток пути прошел в молчании.       Змиулан походил на связку кинжалов, врезанных в плоть города. ЧарДольская поморщилась такому сравнению, но ничего точнее подобрать не смогла. Черные отростки разной длины, закованные в стекло и сталь, являлись чудом современной архитектуры. Наверное, его создатель наслушался сказок про огнеящеров и темных колдунов, вот и вдохновился ими. — Чего застыла? Непривычно видеть настоящий размах. — У вас нет никакого тайного ордена? А то место уж слишком подходящее.       В такой час коридоры Змиулана пустовали, и шаги разлетались по всему этажу. Только завидев Фэша, охранник тут же пропустил их. Интересно, это с каждым Драгоцием работает или лишь с избранными? Молодой человек проводил ее до нужного коридора и остановился. С потолка лился холодный, голубоватый свет, заставляя отливать кожу льдистой коркой. — Он сидит в том кабинете, — Фэш кивнул на массивные двери, — надеюсь, после встречи с дядей ты станешь приезжать к нам чаще.       Василиса сухо улыбнулась и крутанулась на каблуках. Ладони вспотели, а пальцы постоянно путались друг с другом. Астрагор угрожал маме, подставил папу, мечтает развести братца, а теперь и за меня взялся. Хоть бы сойти ему в могилу, наконец.       Стоило ей подойти к двери, как та отъехала в сторону. ЧарДольская сделала шаг вперед — в объятия мягкого полумрака. Ей бросился в глаза длинный стол из темного дерева, стена, обитая светло-серыми панелями и шар-светильник. Вся обстановка рождала чувство загнанности. Василиса поймала себя на мысли, что ждет, когда потолок начнет опускаться, стремясь вдавить ее в пол. — А вот и дочь Нортона, — этот голос давно мерещился в кошмарах многим жителям города. Теперь и ЧарДольская вошла в их число. — Ты все-таки пришла. — Меня учили использовать любую возможность. А ваше приглашение было весьма убедительным.       Астрагор кивнул ей на кресло напротив. Он не выглядел усталым, хотя позади был целый рабочий день. И как возраст его не донимает… давно пора отдать все преемнику. — Мой племянник был весьма любезным с вами. Хотел бы я добиться от него такого же поведения на переговорах.       Василиса не поняла, чего в словах было больше: насмешки или укора. — Иногда под любезностью мы скрываем яд. По мне лучше честная жесткость. Чего ради вы позвали меня, господин Драгоций?       Астрагор улыбнулся сухими губами, и в его лице не осталось ничего старческого — только острая решимость. — Чтобы дать то, что тебе причитается. Скажи, не пора ли в свете последних событий вернуть старую фамилию?