Пушистый Купидон

— Я тебе уже в сотый раз говорю, что да! — А я тебе в тысячный раз повторяю, что нет! — Ты меня уже достал! — А ты достал меня ещё больше! — Вы вдвоём меня достали уже! Сколько можно сраться? – на столик с характерным громким стуком опускается белая кружка с американо, а на соседний стул устало присаживается недовольный Юнги. — Юнги-я, вот смотри, какая из этих двух палаток тебе больше нравится? – Чимин тут же меняет своё злобное выражение лица на мило улыбающееся и подсаживается к своему парню поближе, показывая тому в телефоне фотографии с маркетплэйса. – Вот эта? Или же вот эта? – на втором фото он показательно кривится и зыркает на отвернувшегося и надувшегося Тэхёна. — Ни одна из этих, – выдаёт свой вердикт Мин и с блаженством отпивает кофе, прикрыв глаза. — Почему? – в один голос восклицают младшие, с удивлением уставившись на поморщившегося от их крика Юнги. — Вот скажите мне, нахуя нам одна большая палатка, если можно взять две двухместные? – он поочерёдно смотрит на притихших парней, вновь делая глоток кофе. — Ну одна большая — это же удобнее, – вновь в один голос отвечают парни. — Мы что, детский лагерь собираемся устроить и спать все вместе в обнимку? — Нет, но ведь... – начинает было Чимин, но тут же замолкает, когда Юнги наклоняется к нему близко и что-то шепчет на ухо. И по мере этого рассказа глаза Пака начинают хитро блестеть. – Я меняю своё мнение на две двухместные! – восклицает он, когда Юнги отклоняется и Чимин шаловливо тому подмигивает. — Но... – было начинает говорить Тэхён, но тут же ойкает, почувствовав на своей ноге не такой уж и слабый пинок. – Та за что? – восклицает тот, обиженно смотря на многозначительно глядящего на него Чимина, а потом до него начинает доходить. – Ааа, я всё понял, – он карикатурно подмигивает своему другу и откидывается на стуле, начиная чесать запрыгнувшего к нему на руки Ёнтана за ушком. — Теперь нам нужно выбрать мангал. Я предлагаю этот, – Чимин что-то клацает в своём телефоне, а после разворачивает его экраном к другу, показывая фото. — Ну не, давай вот этот, – Тэхён кривится и перелистывает фото на другое. — Фу, мой вариант лучше, – отвечает ему друг, перелистнув фото обратно. — Нет, мой! — Твой ужасен, мой лучше! — Опять началось, – Юнги в который раз за последний час закатывает глаза и встаёт со стула, направляясь на улицу с диким желанием покурить. — А что у вас тут происходит? – приветливо улыбается только что вошедший в кафе Чонгук, здороваясь рукопожатием с остановившимся возле него Юнги. — Сам теперь с ними разбирайся, я уже заебался, – тяжело вздыхает Юн и достаёт из кармана пачку сигарет, выходя на улицу. — Чонгука, вот скажи, какой из этих мангалов лучше? – Тэхён мило улыбается, придвигаясь ближе к присевшему возле него Чонгуку.       «Это будет очень долгий день» — думает Юнги, подкуривая сигарету. И зачем он только согласился на этот пиздец в виде поездки за город с ночёвкой в палатках? Но, когда в воспоминаниях мелькают моменты того, как именно Чимин его на это уговаривал, Юнги лишь устало вздыхает. «Маленький чертёнок-искуситель» — думает он, медленно выдыхая дым. Он уверен, что ещё пожалеет, что согласился на эту поездку. Но если, конечно, Чимин скрасит её так же, как уговаривал на неё Юнги.

***

— Я тебе говорю, что это надо сюда вставлять! — А я тебе говорю, что наоборот!       Юнги расслабленно раскинулся на раскладном стуле и с иногда мелькающей на его губах улыбкой уже полчаса наблюдает, как двое младших пытаются собрать только первую палатку. Он с блаженством делает очередной глоток прохладного пива и поправляет слегка съехавшие на нос солнцезащитные очки. Возле него с грохотом опускается тяжёлая коробка с разобраным мангалом, а тяжело дышащий Чонгук с недовольством на него взирает. — Не хочешь им помочь? – Чонгук по-хозяйски выхватывает из рук Мина банку пива и делает из неё два больших глотка, тут же в удовольствии жмурясь. — Не имею никакого желания. Меня насильно сюда привезли, я узник всего этого коллапса, так что пускай справляются сами, – флегматично проговаривает Юн и забирает свою банку обратно. — Не сильно-то ты и сопротивлялся, – хмыкает Чон и тоже присаживается на рядом стоящий стул, поправляя на себе прилипшую от жары свободную белую футболку. — Чимин умеет уговаривать, – ухмыляется Мин, смотря на своё злое и взлохмаченное совершенство, что вновь пытается что-то доказать Тэхёну. — Даже не хочу знать как, – Чонгук вновь тянется к банке старшего, отбирая её у злобно зыркнувшего на него Юна. — А вы там не охренели ли часом? – доносится до них злобный крик Чимина. — Пока мы тут корячимся битый час, они там пиво спокойно попивают! – вторит ему Тэхён, недовольно поглядывая на тут же замерших старших и упирает руки в бока. — Гав! — Правильно, Ёнтан. Ни стыда ни совести и никакой помощи от них, – Тэхён на корточки присаживается, благодарно поглаживая виляющего хвостом пса. — Тэхёна, солнце, я только присел после того, как разгрузил машину, – вымученно тянет Чонгук, но всё же встаёт со стула под недовольный взгляд своей любви и направляется к нему. — А я не пойму, тебе что, отдельное приглашение нужно? – с таким же недовольством говорит Чимин, сложив руки на груди, и смотрит на Юнги, который медленно оставляет банку на песок. — Но я не умею собирать палатки, – делает попытку Юнги. — Ничего, научишься, – фыркает Пак и направляется ко второй палатке, лежащей чуть в стороне. – Или научишься справляться со своим членом одной правой, если сейчас же не поднимешь свою задницу и не поможешь мне собрать эту грёбаную палатку! — Уже бегу, моё совершенство, – Юнги быстро вскакивает с места, направляясь к своему злобно пыхтящему парню.       Ох, чувствуется, что эта небольшая песчаная поляна в лесу возле озера ещё не раз услышит за эти пару дней ругательства парочек. Хотя, может, и не только ругательства, когда всё, что нужно, будет установлено и разложено. Ну а пока они совместными усилиями, с препирательствами и иногда с перерывами на поцелуи собирают две палатки, пока бегающий то к одним, то к другим Ёнтан подбадривает их громким тявканьем. Вот он единственный халтурщик, которому это позволительно и которому нечего предъявить. — Гав!

***

      Спустя два изнурительных часа две палатки в двух противоположных сторонах были поставлены, все нужные вещи в них разложены, стульчики, большой зонт от солнца, мангал и столик с продуктами расставлены. И пока двое младших подготавливали мясо и овощи для жарки, двое старших разжигали мангал, расслабленно попивая пиво. На удивление, в этот раз младшие даже не срались между собой, спокойно нанизывали мясо на шампуры, о чём-то говорили и иногда громко смеялись. Атмосфера наконец-то приобрела спокойствие и ощущение долгожданного отдыха.       На дворе жаркий июль, не щадящий никого своей температурой в плюс тридцать. Поэтому ещё неделю назад коллективным решением было принято выбраться на природу куда-то к озеру на выходные. Всем эта идея сразу понравилась, ну кроме Юнги с его: «Нафиг мне это издевательство, эти ебучие комары, песок во всех возможных местах и спать на твёрдой земле в палатке, в которой утром будет ебучая Сахара из-за жары».       Но потом на него многозначительно посмотрел Чимин, потом уже у них дома этот самый Чимин, стоя перед старшим на коленях и самозабвенно вылизывающий его член, а после громко стонущий и выгибающийся Чимин смог уговорить своего парня на этот экспириенс. У Юнги просто не было ни шанса после такого отказаться. Чонгука Тэхёну даже не пришлось уговаривать, тот согласился сразу, только сказал, что плавать он не будет, так как не умеет. Вот только у других совершенно другое мнение на этот счёт.       Поэтому, когда мясо с овощами было пожарено и с великим аппетитом съедено, а за ужином было выпито всеми по баночке пива, то двое старших с блаженством уселись на стулья, а младшие ринулись наконец-то в воду. Обычным и спокойным плаванием это не ограничилось, потому что сначала Чимин с разбегу забежал в воду, ныряя с головой и обрызгивая недалеко стоявшего по пояс в воде Тэхёна. А потом Тэхён начал мстить, обрызгивая с особым усердием только что вынырнувшего Пака. Они и Ёнтана позже подключили, который хотел всего лишь спокойненько поплавать возле берега, но уже через пару минут был втянут в водные войны этих двоих, с громким лаем защищая своего хозяина от нападок русоволосого.       Старшие с влюблёнными улыбками наблюдают за этим детским садом, со смехом комментируя, как Тэхён напрыгивает на Пака и в шутку пытается того утопить, пока Ёнтан плавает вокруг них и пытается пастью поймать летящие в него брызги. Вот только недолго им сидеть спокойно на берегу оставалось. Так как младшие, хитро переглянувшись, направляются в их сторону, выходя из воды. Старшие не сразу подмечают подвох, засмотревшись на двух голых, одетых лишь в яркие плавки парней, по которым соблазнительно стекает вода. А потому не сразу могут дать отпор, когда их хватают за руки и тянут в озеро.       Юнги сопротивляется яростно, совершенно не собираясь купаться и поддаваться с силой тянущему его в озеро Чимину. А Чонгук не может сопротивляться слишком долго, когда Тэхён улыбается ему лучезарно, смеётся заразительно и уговаривает: «Чонгуки, не бойся, я буду рядом и не дам утонуть своему божеству». Тэхён всё-таки утягивает Чонгука в озеро по пояс и обнимает его за талию под водой, сцепляя пальцы у того на пояснице. Глаза у Тэхёна светятся счастьем, а Чонгук в который раз в него влюбляется. Наклоняется к его лицу и нежно целует его мокрые губы, прижимая к себе ещё ближе. Поцелуй влажный и нежный, длится недолго, их отвлекают громкие маты Юнги с берега и лай Ёнтана, который бегает вокруг чуть ли не дерущихся парней.       Тэхён отстраняется от губ Чонгука, расслабляет свою хватку и ухмыляется коварно. Чонгук после поцелуя не сразу соображает, что задумал его парень, а когда до него доходит, он с ужасом расширяет глаза и качает головой. — Тэхёна, он нас убьёт, ты же это понимаешь? – говорит Чонгук, с мольбой заглядывая в уже сверкающие предвкушением любимые глаза. — Чимин ему не позволит, – подмигивает Тэхён, выпуская Чона из своих объятий. — Признай, ты же тоже хочешь это сделать. — Ладно, – соглашается Чонгук. – Надеюсь, после нашей выходки Ёнтан не останется сиротой и Чимин и правда сможет нас защитить, – Чонгук закусывает губу, признавая, что его глаза тоже заблестели предвкушением, и он вместе с Тэхёном направляется к берегу.       Думается, что таких матов это место ещё не слышало. А ещё никто из троих парней не знал, что у Юнги может быть такой высокий голос. Когда трое парней, схватив орущего всеми возможными матами и предупреждениями о мучительной расправе Юнги за руки и ноги, несут его к озеру, а после, раскачав, бросают бедного парня в воду, тот тут же уходит под неё с головой. По округе вместе с громким всплеском разносятся радостный смех троих. Но он резко прекращается, когда из воды выныривает полностью мокрый, в прилипшей к телу чёрной футболке и такого же цвета шортах Юнги. По его взгляду сложно сразу определить, кого первым он хочет убить, медленно шагая к берегу.       Чонгук с Тэхёном на всякий случай тут же одновременно прячутся за спину всё ещё хихикающего Чимина, а после грозного: «А ну идите сюда, паршивцы!» — толкают вновь смеющегося во весь голос Чимина прямо в руки его парня и с громкими визгами убегают подальше от назревающего убийства. Чимин не теряется, сразу руками окольцовывает чуть ли не огнём пышущего Юнги, а после прерывает все его вновь начавшиеся ругательства жадным поцелуем. Поцелуй сразу же успокаивает злого Юнги, который с блаженством впивается пальцами в обтянутые мокрыми плавками ягодицы младшего и перехватывает инициативу. Эта выходка точно того стоила, думает Чимин, утягивая своего парня в их палатку, даже не прекращая поцелуй.       Заметившие это младшие одновременно закатывают глаза и решают вновь пойти в воду, дабы не слышать, как Чимин будет успокаивать своего парня после их выходок. В воде вдвоём они уже перестают быть такими уж энергичными, блаженно наслаждаясь объятиями друг друга и нежными, мокрыми из-за воды поцелуями. Но до тех пор, пока Тэхён не загорается идеей наконец-то научить своего парня плавать. Под многочисленные уговоры и сладкие поцелуи, обещающие жаркое вознаграждение после мучений, Чонгук всё-таки сдаётся. И кто ж знал, что спустя час он всё-таки научится плавать. Вот Тэхён это знал наверняка, довольно наблюдая, как его парень пока ещё совсем неумело, но уже плывёт в его сторону, счастливо улыбаясь из-за своих новых умений. — Ты мой умница, ты такой большой молодец, – с умилением говорит Тэхён, когда Чонгук доплывает до него, остановившись и встав ногами на песок под водой. — Ты меня хвалишь так, будто я ребёнок какой-то, – бурчит Чонгук, окольцовывая талию Тэхёна руками и с удовольствием притягивая того к себе, укладывая подбородок на его плечо. — Я просто очень рад за тебя, моё божество, ты и правда молодец, – Тэхён улыбается счастливо, обнимая Чонгука в ответ. — Гав! – доносится радостное с берега. — Видишь, даже Ёнтан за тебя рад, – коротко смеётся Тэхён, немного отстраняясь и заглядывая в любимые глаза. — Он всегда за меня рад, – шепчет в родные губы Чонгук, а после накрывает их своими, сминая в нежном поцелуе.

***

      На дворе уже глубокая ночь, небо тёмное, усыпанное миллиардами ярких звёзд, которые точно не увидишь в городе, а яркая полная луна освещает поляну возле озера. На этой поляне на больших раскладных стульях сидят в обнимку четверо парней. Они неспешно попивают холодное пиво, медленно опустошая портативный холодильник от его запасов. Они весело смеются, радостно разговаривая обо всём на свете, вспоминают их прошлое с кучей забавных ситуаций, пересказывая их от лица каждого. Плохие моменты нарочно не вспоминаются — никто не желает портить эту прекрасную атмосферу долгожданного летнего отдыха.       Тэхён, откинувшись на грудь Чонгука, сидя между его ног, громко смеётся над очередной историей, делая глоток пива из банки и нежно, не останавливаясь, поглаживает пальцами другой руки тыльную сторону ладони Чонгука, с которым у них переплетены пальцы. Чонгук в рассказе историй участвует тоже, положив подбородок на макушку младшего, невольно вдыхая аромат, что исходит от его слегка влажных после воды волос, и делает небольшие глотки из своей банки пива.       Чимин громко смеётся над очередной историей, запрокидывая голову назад, и в очередной раз чуть не падает с бёдер Юнги, на которых сидит боком к старшему, едва не разлив пиво из банки. Юнги бережно придерживает его за поясницу, ловя благодарный взгляд младшего, и нежно ему улыбается, получая после короткий чмок в губы. Возле них, уставший после такого насыщенного дня, лежит, посапывая, Ёнтан, невольно дёргающий во сне ушками.       Этот отдых определённо запомнится им всем как одно из хороших и очень приятных воспоминаний этого лета. По округе вновь разносится громкий смех всех четверых, которые в ближайшее время ещё точно не пойдут спать, а после будут сидеть возле кромки воды на прям на песке, все такие разнеженные, немного сонные, но определённо самые счастливые и самые влюблённые. Будут смотреть в глаза своих любимых, которых будут бережно обнимать, в которых будет отражаться прекраснейший рассвет и их любовь.