Между гармонией и раздором

      Произошедшие встречи с двумя Исследователями утекали из памяти, словно песчинки в часах. Время неумолимо неслось вперед, но всего для одних живых созданий оно являлось синонимом вечности. Во всех мире с головой хватало нераскрытых загадок и тайн, которые манили искателей разной степени приключений, а также создавали головоломки учëным. Твайлайт пусть и не была официально назначена на подобную должность, но в глубине души считала себя им.       Одна из таких загадок, что хранила в себе Эквестрия и самый могущественный единорог тысячелетия назад, — это конец его истории. Множество дискуссий велось на тему того, куда же именно пропал Стар Свирл Бородатый, сколько теорий было написано. Отслеживалось его последние передвижения, рассчитывалась карту его планов, но ни один пони не подобрался даже близко к разгадке. Ответ хранился в давно потерянном дневнике, который Твайлайт разом прочла за один вечер, вникая в каждое его слово, только вот… Она обратила внимание на то, что множество страниц в нëм были вырваны. Аликорн списала это на то, что у многих великих и могущественых волшебников были перепады настроения, к тому же ей теперь было незачем гадать над этим вопросом, ведь она могла лично спросить это у своего кумира. В отличие от Первого драконикуса, Стар Свирл оставил записи о том, как именно он покинул Эквестрию.       Давным-давно Свирл защищал Эквестрию от бед и невзгод, когда Исследователи окончательно распались, принося гармонию, олицетворяя свой идеал магии. Свирл смог остановить бедствие, учинëнное тремя Сиренами, а так же вовремя обнаружил Тирека и Скорпана, пришедшего на их земли. Однако ему пришлось столкнуться с тем, кто захотел обратить страну пони во тьму, заполучить всю силу себе, уничтожив любое проявление света. И чтобы победить того, кто во имя своей ненависти питал темноту внутри себя, Свирл принес себя в жертву, заточившись во времени вместе со своим врагом — Пони Теней.       При всей гениальности Стар Свирла, но Дискорд был прав: их почерки были одинаково ужасны. Не знай Твайлайт этого, то ломала бы голову трое суток, пытаясь разобрать слова, как видит, а не как должно быть. Именно туда, в храм Понихендж у основания горы Фолаунтин, привел дневник могущественого мага шестерых друзей. Шесть каменных колонн, словно троны, возвышались вокруг такого же каменного пьедестала. Магические руны были выгравированы на каждом из них, но в эти места явно не заглядывали более тысячи лет. Они заросли лианами, покрывшись пылью, скрытые в дремучем лесу далеко на краю Эквестрии.       Однако на деле это оказались каменные развалины. Даже если это и было последнее пристанище легендарного Свирла Бородатого, то более ничего другого здесь не говорило об его исчезновении. Твайлайт опустила дневник на один из пьедесталов в округе, собираясь изучить магические руны, но дневник легендарного единорога, что был наполнен магией, засверкал, открываясь сам по себе на последней написанной в нëм странице.       Дым, поднявшийся из книги, превратился сначала в силуэт, а потом и вовсе стал тем самым Стар Свирлом Бородатым с его привычным звездным плащом и шляпой с бубенцами. Обомлевшая Твайлайт точно смотрела на своего кумира, подмечая, что он и вправду словно с картинки сошел. Страх сковал еë и друзей тогда, когда в центре собралась чернота со всего окружения. Будто состоя из песка и дыма, перед ними оказалось высокое черное существо, лишь отдаленно напоминающее аликорна. Не успели все понять, что происходит, как магический шестигранник пронесся от одного каменного столба к другому, замкнувшись. Стар Свирл пленил себя и Пони Теней, поднявшись высоко в воздух, а его легендарный, но потерянный до этого момента дневник, просто исчез. Однако сейчас он остался здесь, с хлопком закрыв страницы, предзнаменуя конец истории своего владельца.       — Вау! Давайте еще раз! — Пинки хотела снова попробовать положить дневник на тоже место, но Твайлайт быстрее еë удалось поднять его в воздух.       — Похоже, что Стар Свирл задействовал много магии для этого заклинания, — начала она думать в слух. — Поэтому на месте остался магический отпечаток.       — И что это значит? — не поняла Эпплджек.       — Это значит, что этот магический след можно изучить, а потом…       — Повторить этот аттракцион! — прервала ту Пинки.       — Нет! Вытащить Стар Свирла из заточенья! — Твайлайт поднялась в воздух с широкой улыбкой, не скрывая своей радости. — Вернуть на земли Эквестрии самого могущественного единорога всех времен!       — А ты уверена в этом? — задала вопрос Рарити. — Это же было тысячу лет назад.       — Магия далеко шагнула вперед, поэтому я, как обычно, засяду над книгами, — аликорн раскрыла дневник. — О! И снова изменю заклинание Стар Свирла! Надо же, какая это честь!       По еë глазам было видно, что она загорелась данной идеей. Загорелась настолько, что лишь через три дня дала о себе весточку, чтобы все пони пришли в еë замок к карте. Подобное изучение для неë было сродни мороженому для ребенка, а мысли о том, что она может вернуть своего кумира назад, придавали ей большей уверенности. Единственный вопрос, который Твайлайт задавала вне всех этих исследований: почему прошлый обладатель дневника сам ничего не сделал? Однако это всё быстро пресеклось: это был Дискорд, поэтому на этом уже было много сказано, но всё же, раз они были в серьëзной ссоре и примерно чуть позже этого он стал править Эквестрией, у него могло тогда не быть знаний и времени, как и сейчас. Быть может, поэтому драконикус и передал Твайлайт дневник после той встречи с Сендаком, чтобы она нашла способ вернуть Стар Свирла?       Друзья пришли к ней спустя эти три дня, пробираясь через тонны валявшихся книг. Они расселись по местам, и карта их страны вновь показалась у них перед носом. Твайлайт будоражаще напомнила им всë то основное, что они уже смогли выяснить, а именно: что ради того, чтобы избавиться от опасности, Свирл заключил себя и Пони Теней в межвременье. И оставалось лишь догадываться, как тяжело ему было принять это решение.       — Но оказаться между временем с ужасным монстром не так страшно, если ты создал для него клетку сам, — заключила довольно умную мысль Пинки.       — Приятного все равно мало, — отозвалась Рарити.       — Да, но сейчас я наконец-то смогла понять, как его вытащить, — утвердила Твайлайт. — Игры со временем опасны, лучше сильно в них не лезть. Однако Стар Свирл был великим единорогом, который смог подчинить его себе хоть немного. Если всë сделать правильно — мы вернëм на земли Эквестрии живую легенду.       — Но, я повторюсь, — продолжила та единорог. — Это было тысячу лет назад.       — Да, но ведь они не в каком-то определенном месте, — ответила аликорн. — Помните слова Дискорда? «Это где-то между часами, минутами, секундами»… Правильное заклинание способно вернуть этого пони в то же время, когда он его наложил.       — И что нам делать? — задала хороший вопрос Рейнбоу Деш       — Мне всего лишь нужно было пару раз снова увидеть это заклинание… — на этой еë фразе друзья поняли, что Твайлайт была там несколько раз. — Нужно будет зацепиться за магию конкретно Стар Свирла, чтобы не вытянуть лишнего, исполнить заклинание и… Вуа-ля! Могущественный единорог перед нами! Но мне нужно больше вещей, связанных с магией Стар Свирла…       — И что ты от нас хочешь? Чтобы мы в музеи пошли? — спросила еë Эпплджек. — Они могут быть где угодно!       — Я и не говорила, что это будет легко! — Твайлайт уткнулась всë в тот же дневник. — Быть может, это целое отдельное приключение...       — Или карта уже знает ответ, — разочарованно протянула Рейнбоу Деш.       Подняв взгляд на неë, Твайлайт увидела, как сверкающие огоньки, подобно их знакам, распространились по всей стране, застыв в разных точках. И всё, что оставалось, — это прийти туда и забрать то, что они ищут. Аликорн ожидала, что подобное может растянуться на год, но карта сама давала путь к освобождению этого пони. Будто сама хотела, чтобы они поскорее его вернули.       — Кто бы там ни сидел за этой картой — он очень умный.       Фраза Пинки была одновременно к месту и нет, ведь сама по себе карта была лишь продолжением Дерева Гармонии. Хотя стоило вспомнить, что дерево посадила сама Великая Гасти, поэтому подобные ответы на поставленные задачи пугали. Но шанс вернуть величайшего мага Эквестрии стоил любого риска. Каждый из друзей Твайлайт отправился за какой-нибудь вещью единорога, что сохранила в себе его магию и память, пока она точно сверяла заклинания. Здесь не должно было быть ни единого просчëта, ведь это заклинание одновременно касалось жизни другого существа и его заточения.       Друзья договорились встретиться вновь у того самого храма, положив на каждый пьедистал артефакты Свирла. Твайлайт всегда верила в своих друзей, и каждый из них вернулся с тем, чем должен был. Наконец-то всё было готово, а сама она не могла поверить в то, что уже через несколько секунд встретится со своим кумиром не только во снах.       Направив магию на дневник, она вновь замкнула тот самый шестигранник, подняв его в воздух. Здесь было достаточно легко проводить магию гармонии, словно Понихендж был наполнен ей. Наверное, именно поэтому Стар Свирл выбрал именно это место тысячу лет назад. Загудел сильный ветер, воздух накалила магия, невероятный шум и треск прорезал уши, а излучающего света было достаточно, чтобы прикрыть глаза от невозможности видеть его. В такой суматохе лишь Твайлайт, сосредоточенная на использовании заклинания, не заметила мелкое искажение пространства и появившегося не так далеко от всех драконикуса. Похоже, он и сам не понимал, где оказался, раз начал оглядываться, но осознание быстро дошло до него. Дискорд ринулся вперед, протягивая лапу с криком:       — Твайлайт, стой!       Однако он не успел, как и тогда с Сендаком. Высоко в воздухе возник этот легендарный пони, который упал на то же место, где и стоял тысячу лет назад. Вместе с ним упало и парочка больших булыжников, которые он, видимо, захватил с собой тогда заклинанием. Друзья успели сами спастись от их натиска, но вот Твайлайт, которая ещë отходила от заклинания, не успевала спасти ещë не пришедшего в сознание своего кумира.       Стар Свирла оттащил Дискорд, и звук падения камня заставил уставшего единорога прийти в себя. Он медленно раскрыл глаза, увидев знакомый ему силуэт.       — Дискорд? — едва слышно проговорил он. — Это ты?       — Да. Это я. — Драконикус отпустил его, ненадолго отводя взгляд в сторону, пока единорог поднялся.— Привет.       — Ах, да, ты... Стоп. Что происходит? — у него явно кружилась голова, из-за чего Свирл прислонил к ней копыто. — Где я? У меня не получилось?       — Вы в полной безопасности на родной земле! — Твайлайт с улыбкой подбежала к единорогу. — У нас всё получилось, и мы вернули вас!       — Что? — всë ещë не понимал он.       — Вы были в заточении тысячу лет! Пусть это и прозвучит странно, но с того момента, как вы стояли здесь прошло много лет! — постепенно Свирл приходил в себя, и его взгляд явно становился не добрым. — Однако я придумала способ…       — Твайлайт, — прервал еë Дискорд, закрывающий в осуждении глаза лапой. — Ты очень большую глупость сделала.       — Что? — не поняла она. — Почему?       — Ты сделала что?! — наконец-то полностью очнулся Стар Свирл. — Меня нельзя возвращать! Откати заклинание вспять!       — Что? Я… — взгляд и голос Твайлайт перестали быть приподнято-веселыми впервые за три дня. — Я не знаю, смогу ли… Я ведь просто вернула вас.       — Ты вернула не только меня!       В тот же момент чëрные тучи сгустились над ними. Темнота возникла в воздухе и растеклась, принимая облик монстра, которого друзья уже видели на том же месте три дня назад. Пони собрались со всех сторон вместе, встав за Твайлайт, которая шокированно смотрела на происходящее. Но она ведь сделала всë правильно: зацепила только Стар Свирла. Она совершенно не понимала, что происходило сейчас, точнее, почему это происходит.       — Похоже, что твоя жалкая попытка провалилась, Стар Свирл! — рëв этого существа заставлял дрожать колени. — Видимо, бывший Исследователь оказался не так хорош, каким всегда казался.       Лишь завидив его, Свирл попытался использовать магию, но, будучи ещë слишком слабым, не смог ничего сделать. Он выглядел очень ужасно и вряд ли мог бы прямо сейчас хоть что-то противопоставить даже самому слабому единорогу, а остальные, дрожа от страха, стояли позади него.       — Я связал себя и его, лишь так заклинание сработало бы, — начал пояснять он. — Ты должна откатить заклинание и вернуть меня назад.       — Я.. Я не могу! — перепуганно крикнула Твайлайт. — Я придумала лишь как вернуть вас!       — Не волнуйся, тебе и не нужно об этом больше думать! — произнесло то существо.       В шесть сторон от темного существа протянулись черные шипы, что проломили каменные плиты с рунами, а потом те и вовсе развалились на мелкие кусочки. Сила гармонии была не только в лично магии Свирла, но ещë и в храме. Разрушив его, Пони Теней разрушил и то, что держало его все эти долгие годы. А далее он принялся за них, направив черноту в сторону пони. Твайлайт ответила ему тем же и выиграла схватку в волшебной дуэли, образовав взрыв прямо в воздухе.       — О, у нас тут новенький талант в магии! — существо набрало темноту в своë подобие рога. — Но пока ты ослаб, Свирл, она не остановит меня!       Всю эту темноту Пони Теней направил на бедную Твайлайт, которую она больше не могла сдержать. Но, к счастью для неë и к несчастью для существа темноты, ей помогла другая магия, что сдержала этот натиск. Однако Пони Теней, наконец увидевший драконикуса, не остановил свой натиск, а плавно перешел по его силе, захватив тому лапу. Дискорд на секунду покривился, отчего существо темноты хотело праздновать победу, но потом он разозлился, когда драконикус спокойно поднял свою лапу, объятую темнотой.       — Прости, но мне не больно, — проговорил Дискорд без какого либо сожаления.       Да, точно, он ведь хвастался, что может под давлением этой магии и десять лет простоять. В таком случае его можно было здесь взять и использовать в качестве щита. Пони Теней из-за подобного разгневался, топнув копытами так, что земля треснула под ним. Как и у Стар Свирла, сил у этого существа было прямо сейчас ещë мало, но всë же он сказал напоследок, когда развеял магию:       — Что ж, похоже Исследователь раздора тоже здесь, но даже такой, как он, не сможет устоять перед той темнотой, которую я устрою, собрав все силы.       Превратившись в чëрную тучу, он поднялся в воздух и там же исчез, не оставив после себя ничего. Дискорд некоторое время смотрел ему в след, а затем перевëл взгляд на свою лапу, что была недавно объята мглой. Магия ещë в самом начале показалась ему очень знакомой, и сейчас ему не составило труда сопоставить еë со своей собственной.       — И куда он делся? — задала хороший вопрос Рейнбоу Деш.       — Понятия не имею, — отозвалась на вопрос подруги Эпплджек — Но, сдается мне, эта та загадка, которую стоит разгадать поскорее.       — Меня и вправду не было целую тысячу лет? — обратился к Дискорду Свирл, а тот лишь кивнул, наконец-то оторвав взгляд от своей лапы. — Что ж, по крайней мере, моë заклинание работало, пока в него не вмешались.       Твайлайт закрылась крыльями, натянув нервную улыбку. Сейчас она уже не была так рада этой встрече, как раньше. Успех заключался в том, что аликорн смогла составить о себе плохое впечатление простой помощью, отчего ей было некомфортно.       — В следующий раз, когда соберёшься исчезнуть навсегда, то оставляй об этом записи, — Дискорд с довольно грубой интонацией ткнул единорога носом в дневник. — А не просто надейся на интуицию.       — Дневник я оставил именно тебе, — ответил ему Свирл. — Я думал, ты распорядишься им правильно.       — И что с того? Я должен сказать тебе «спасибо»? Только за то, что ты вспомнил обо мне под самый конец?! — на довольно повышенном тоне спорил с ним Дискорд. — Да, я виноват, что не объяснил это Твайлайт, мне казалось, что она понимает твое волшебство! — от этих слов драконикуса аликорну легче не стало. — Так что не смей еë осуждать. И, если тебе это сильно необходимо, то я помогу с этим делом.       — Вот спасибо! — в том же духе ответ ему Свирл. — Я прямо падаю в твои копыта! Или есть ещë что-то, что мне необходимо услышать от тебя?!       У шестерых друзей в голове произошëл небольшой диссонанс, ведь они помнили о том, что эти двое тесно общались в своë время. И ладно Свирл, для которого прошла лишь секунда, но Дискорд не видел его более тысячи лет. Почему же при первой встрече за долгое время они так ругались? Понятное дело, что он был обижен из-за прошлого, но чтобы прямо настолько. Стар Свирл устало вздохнул, отвернувшись от драконикуса.       — Для начала нам нужна карта, чтобы отыскать Пони Теней, — постарался сказать он более спокойно. — За тысячу лет все здесь должно было сильно измениться…       — Ты не поверишь, бородач, — позвала его сверху Рейнбоу Деш, — но у нас есть хорошая карта.       Карта привела их к его артефактам, может, отведет и к новой опасности? Идти предстояло слишком долгий путь, поэтому все они перенеслись к замку, в котором прошли к той самой карте всей Эквестрии.       — Это же магия гармонии, — сразу понял Стар Свирл, подходя к столу.       — В общем, там очень долгая история. — Пинки набрала в грудь больше воздуха. — Короче, сначала мы получили одновременно наши отличительные метки из-за великолепного взрыва радуги. Через много лет мы отправились в вечнозеленый лес, где обнаружили элементы гармонии и поняли, что сами ими являемся: доброта, смех, щедрость, честность, верность и магия. — Она указала в нужном порядке на всех копытом, вновь набираясь воздуха. — Потом с их помощью мы победили Найтмер Мун и заключили Дискорда в камень, но когда выпустили его, то давно посаженные им семена напали на Дерево Гармонии, поэтому нам пришлось отдать элементы, но появился сундучок. Собрав все ключи, мы открыли его, напитались гармонией, победили Тирека, а потом появился этот замок и карта, которая послала нас разносить дружбу в разные уголки Эквестрии, а так же показала нам твои артефакты.       После этого потока слов она улыбнулась, пока Свирл и даже еë друзья переваривали полученную информацию. Они немного запутались, но общий смысл поняли, однако после последовало два вопроса, и сначала Свирл задал его Дискорду:       — Тебя заключали в камень?       — Карта показала вам, где искать артефакты? — решил уточнить Дискорд следом, проигнорировав то обращение.       — Да, как и с нашими метками, она указала нам путь, — подтвердила Эпплджек, из-за чего у Дискорда возникло размышляющее выражение. — Что-то не так?       — Нет, всë нормально, — ответил он, не отрывая взгляда от стола перед собой. — Если на то пошло, то ничего...       — Тебя запирали в камне? — повторил вопрос Свирл.       — Да, дважды. Я скажу тебе, что это незабываемые ощущения, — с улыбкой ответил драконикус. — Кстати, спустя пару месяцев после твоего исчезновения, я правил Эквестрией на протяжении пятисот лет.       — Как же далеко тебя занесло… — отозвался на это единорог. — Но если то, что вы сейчас рассказали — истина, то больше мне не нужен Понихендж, чтобы отправить Пони Теней в межвременье. Силы гармонии хватит на это.       — О! Мы, кстати, можем использовать еë на расстоянии! — всë так же продолжила удивлять его Пинки. — Мы так сильно по Аварусу ударили, что он ещë на следующий день вялым ходил!       — По кому ударили? — решил уточнить Стар Свирл, чтобы понять, ослышался он или нет.       — Просто не задавай пока этих вопросов, — попросил его Дискорд. — Мне вот, что интересно, ты снова собираешься исчезнуть?       — У нас нет другого выхода, иначе вся Эквестрия поляжет под темнотой и страданиями, — единорог полностью развернулся к нему. — Ты же понимаешь, о чëм я говорю.       — Но вы вновь исчезните навсегда, — констатировала Твайлайт. — Вы ведь защитник Эквестрии. Нашей стране будет лучше с вами.       — Но не под гнëтом создания темноты, — Свирл смотрел на неë весьма неодобрительно. — Конечно, если у тебя есть идея получше, то говори, ведь это ты вытащила настоящего монстра из клетки.       Твайлайт сожалеюще отошла назад, признавая каждое его слово. В произошедшем и вправду была виновна лишь она одна, отчего сейчас и не имела веса в своих словах. Она вспомнила слова Аваруса, что безнадежна в магии. Что если он был прав? Своей магией она сделала лишь хуже, даже не придумав обратного эффекта, не то, что найти правильный способ вытащить только Свирла.       — Эй, хватит так давить на Твайлайт, — вдруг вступился за неё Дискорд, неожиданно для самой принцессы. — Да, она виновата, но она ведь не хотела этого, у неё были благие намерения. Тем более, она получила эти крылья не просто так.       Одной лапой он распахнул её крыло, которое аликорн вырвала из его некрепкой хватки и вновь сложила. Ей было стыдно облачать свой облик аликорна перед тем, кого она так уважала, но разозлила лишь первым появлением. Дискорд что-то телепортировал сюда щелчком. Какую-то книгу и просто ткнул Свирла носом в одну из открытых страниц. Единорог перехватил её магией, оттянув от себя, начиная невдумчиво читать.       — Между прочим, она смогла закончить заклинание, которое не смог закончить ты! — Дискорд подошёл ближе к единорогу. — Помнишь, как ты применил его не закончив, поменяв у всех пони в достаточно большом поселении отличительные знаки? Я вот помню, такой славный переполох был! — затем он довольно мягко взглянул на Твайлайт. — Так что каждый из нас может ошибаться, мы не застрахованы от этого.       Принцесса одарила его мягкой улыбкой, говоря этим «спасибо». Она больше от него не ожидала подобных слов, ведь тогда, когда он играл с Сендаком, то также назвал ее пустышкой, как и Аварус. Неужели Дискорд таким образом лишь обманывал кентавра, но ему пришлось также обмануть и еë?       — Это действительно впечатляет, — Свирл указал на книгу, но всë же без сильного воодушевления. — Закончить такое трудное заклинание мало кому под силу. Но тогда, когда я применил это заклинание, то знал решение проблемы, и пытаюсь найти его вновь.       — Если ты не справился с этим заклинанием, то тебе следует сейчас принять помощь других, таких же великих волшебников, как ты.       От этих слов Дискорда у Твайлайт блеснула искра счастья в глазах, пробудившая воспоминание о том, когда драконикус назвал еë одним из Исследователей. Таких слов в свой адрес она не ожидала услышать от Дискорда вновь. Он правда считал еë хорошей волшебницей, а не смотрел свысока? Ещë и отстаивал еë честь перед своим старым знакомым — такого она никогда от него не ожидала.       — Я понимаю это и надеюсь на твою помощь, чтобы между нами не произошло в прошлом, — Свирл опустил книгу магией на стол. — Но ты не любитель открыто помогать в глобальных проблемах.       — Дискорд не любитель чего? — переспросила Рейнбоу Деш.       — По крайней мере, я не создавал из ещё одной ошибки чейнджлингов, а потом не сваливал разборки с ними на свою ученицу, — Дискорд снова взглянул на Твайлайт, но уже весьма вопросительно, а не с поддержкой, и потом подняв глаза наверх. — Если подумать, то яблоко от яблони не далеко упало.       — В наших краях это называется — доверие своему ученику, — пояснил Свирл. — Но тебе этого не понять, ты же вообще никогда в жизни…       Единорог замолчал на полуслове, не решаясь продолжить. Дискорд же смерил его взглядом некоего презрения и любопытства. Он двинулся к нему ближе, подняв тело вверх, чтобы опустить голову на уровень его собеседника.       — Что такое? Продолжай, мне вдруг стало очень интересно тебя слушать! — драконикус начал постоянно телепортироваться, но каждый раз докучая Свирлу то в одном ухе, то в другом: — Что мне не понять? Что ты там хотел сказать? Чего это ты так оборвался резко? Давай, скажи это. Ну! Скажи! Давай же!       В последнем таком прыжке, когда было видно, что единорогу это порядком надоело, Дискорд встал перед ним, наклонившись, дабы смотреть прямо в глаза.       — У тебя хватит духу произнести это, глядя на меня? — продолжал Дискорд. — Говори, ну! Продолжай, я слушаю.       — Не…— подал голос Свирл.       — Не доверял ни одному пони? — закончил Дискорд предложение сам.       — Я хотел сказать: не имел у себя учеников! — копытом Свирл оттолкнул его от себя. — Вернемся к теме. Пони Теней будет набираться сил от каждого тëмного участка, мы должны остановить его до наступления ночи. А для этого нужно подготовить заклинание, проходящее через гармонию…       Во время его слов Дискорд увидел, как Твайлайт расстроенно вышла из зала, несмотря на ещë недавнюю улыбку. Слушать единорога он не желал, поэтому решил полететь следом. Аликорн зашла в библиотеку, что была рядом, тупо уставившись в книгу, даже не читая. Она и не замечала, что за ней передвигалось нечто большое, но даже не напугалась голосу Дискорда:       — Эй, Твайлайт, у тебя все нормально?       — Да, не обращай внимания, я всего лишь выпустила на свободу зло, навредив Эквестрии, ради встречи со своим кумиром, — саркастично ответила она. — Но я тебе завидую, ты к этому спокойно относишься.       — Я просто знаю, как часто Сендак и Морс убирались за Свирлом в своë время, — объяснил он. — А Сендак даже не родился здесь, он очень ворчал из-за этого.       — Видимо даже этот кентавр понимал всë лучше, чем я, — в том же духе произнесла Твайлайт.       — Свирл просто позабыл, сколько раз он подставлял Эквестрию и кто всë это разгребал, — аликорн перевела на него взгляд после этих слов, но драконикус поспешил прояснить: — Нет, я компанию Сендаку и Морсу не составлял, но сейчас речь идëт о тебе и Свирле.       — Спасибо, что заступился за меня, — Твайлайт с грохотом уткнулась носом в книгу, отчего еë голос стал приглушеннее: — Но он прав, я ничего не стою.       — Ты ни чуть не хуже его, Твайлайт, — пытался уверить еë Дискорд.       — А вот и нет! В отличии от меня, он придумал, как победить Пони Теней, а я нет! — её уныние резко прошло, и пони подняла голову с тем же воодушевлением, что и пару часов назад: — Но, возможно, я смогу придумать, как одолеть его и оставить Стар Свирла в Эквестрии! Магическое искусство ведь далеко продвинулось за это время!       — Твайлайт, — она не обратила внимание на имя, так как уже погрузилась в исследование, доставая магией разные книги, но Диакорд всë равно решил продолжить: — Ты уверена, что нужно одолеть его?       — О чëм ты? — не поняла та, но не оторвалась ни на секунду.       — Магия, окутавшая его, схожа с моей, а это значит, — она принадлежит Грогару, — начал объяснять драконикус. — Эта магия питает в нём ненависть и грусть, и не хочет отпускать его от этих эмоций. Вроде сильного вируса. Возможно, есть что-то, что его гложет.       — Стар Свирл наверняка пытался, Дискорд, и нашёл единственный выход, — продолжала Твайлайт, всë ещë не встречая его даже взглядом. — Вспомни Сомбру, или Тирека — они сами не хотят принять помощь. Тоже самое и с ним. Стар Свирл сделал всё, что мог.       — О, да! Он прямо апогей, чтобы вытаскивать кого-то из темноты, — монотонно ответил Дискорд, скрестив лапы на груди. — Он сам кого угодно туда загонит.       — Дискорд, что тебе сделал Стар Свирл? — спросила наконец напрямую Твайлайт, повернув голову. — До этого ты отзывался о нём положительно, я подумала, что вы были друзьями, но сейчас ваши отношения не кажутся мне дружескими. Я знаю, что он отвернулся от тебя в один момент, но может, ты расскажешь, как это было?       — Это очень долгая история, — Дискорд из-за явной некомфортной темы глянул на дверь позади себя. — Я пойду назад, ладно? Хочу послушать планы этого гения.       Он убежал, что от Твайлайт, что от ответа, на последнем слове закатив глаза и изменив тембр голоса на раздражительный. Аликорн была немного озадачена такой его неразговорчивостью касаемо прошлого, но уткнулась назад в книгу порталов, чтобы поскорее создать нечто похожее на заклинание Свирла.       — О, как хорошо, что ты вернулся, — сказал тот единорог, едва Дискорд оказался телепортацией в комнате. — Как заставить карту показать то, что нам нужно?       — Почему ты спрашиваешь у него? — поинтересовалась Рарити.       — Если бы я мог разговорить Великую Гасти, то многих проблем бы давно избежал, — ответил на то драконикус.       — Хорошо, но ты почувствовал нарушение магического равновесия, когда меня освободили, — припомнил Свирл. — Может, ты?..       — Я ничего сейчас не чувствую, — сразу отрезал Дискорд. — Пока он не использует магию для нарушения всемирного баланса, мои ощущения бесполезны.       — У великих свои диалоги, да? — спросила Эпплджек у Пинки, которая кивнула на подобное.       — Ладно, тогда я попрошу рассказать о самых тëмных местах нынешней Эквестрии, — вновь заговорил Стар Свирл, обернувшись к пони. — В одном из них будет прятаться Пони Теней, именно там мы сможем вновь запечатать его в межвременье.       — И вы исчезните навсегда, — печально сказала Флаттершай.       — Это малая плата, за спасение каждой живой души в Эквестрии, — мгновенно ответил тот.       — Свирл, послушай, — позвал того Дискорд. — Молю, выслушай меня сейчас, это касается Пони Теней. Я думаю...       — Я знаю, что мы можем сделать!       Твайлайт прервала его, вновь вернувшись в зал, с грохотом открывая дверь, держа раскрытую книгу и пергамент с помощью магии в воздухе. Она вновь оказалась в приподнятом настроении, как и раньше, казалось, забыв о тех печалях, что испытала. Глаза еë ярко искрились, а улыбка вновь была натянута до ушей.       — Я еще пока ничего не дописала, но… — хотела она продолжить.       — Твайлайт, верно? — удостоверился Свирл в имени, получив кивок. — Я не думаю, что…       — Так-так! Тихо-тихо! Тебе напомнить? — Дискорд наигранно покашлял, начиная разгибать когти, а потом и вовсе создавал новые прямо из лапы: — Сендак и Морс. Внезапное появление параспрайтов в центре поселения, нашествие электрического роя, знаковая сыпь, создание термических паразитов, цепная каменная чешуйчатая болезнь, черная лихорадка, разрушение границы реальности и сна…       — Я понял тебя, — ответил ему Свирл, в надежде прервать его монолог.       — Со снами, вроде как, вообще пришлось Аварусу разбираться, — не унимался драконикус.       — Да, я услышал тебя, — повторил попытку елинорог.       — Он ради этого летел с самой горы Арис! — всë ещë продолжал Дискорд развернул голову к рядом порхающей Рейнбоу Деш. — Были же когда-то времена, когда у него было ещë всë в порядке с головой. Но, такое ощущение, что подобное повлияло на него с Сендаком. Каждую пятницу одно и тоже…       — Я понял-понял, — вновь попытался его остановить Стар Свирл, развернувшись к Твайлайт. — Продолжай.       — Спасибо, — поблагодарила та непонятно кого именно, кладя книгу на стол. — Я подумала, что если мы удержим портал в межвременье открытым, то вы сможете исполнить заклинание сами, и тогда никому не придëтся жертвовать собой. Мы создадим специальное для этого заклинание, и тогда в Эквестрии вновь будет править гармония.       — Дай посмотреть, — Свирл забрал пергамент прямо в воздухе, бегая по нему глазами. — Это необычно, и потребуется много сил, шанс успеха лишь на половину.       — Если есть хоть шанс оставить вас в Эквестрии, то надо попытаться! — заверила Рейнбоу Деш. — Твайлайт никогда не предлагает ничего невозможного!       — Да, она умница по части магии, — поддержала Рарити.       — В любом случае создать дополнительное заклинание, которое вновь сработает, как и прежде, стоит. Однако сначала испробуем твой метод, — Твайлайт вновь улыбнулась, услышав такое отдаленное признание своего кумира, пока тот также поднял книгу, посмотрев в неë. — Есть еще нечто подобное?       — Целая библиотека! — указала она в сторону коридора.       — Но мы всë ещë не знаем, где находится этот Пони Теней, — напомнила всем Пинки.       Она была права, но разработка правильного заклинания была так же важна, как и это. Однако именно в этот момент метки друзей вновь засверкали, у всех шестерых, как и тогда, с деревней Старлайт Глиммер. Их знаки появились на карте Эквестрии и направились в одну точку, очень далеко от Понивиля.       — Это Хэллоу Шейдс , — поняла Эпплджек. — Там жила моя родня, но сто лет назад они переехали. Это место давно заброшено.       — Ух ты, карта реально отслеживает плохих парней! — воскликнула Рейнбоу Деш.       — Нет, она… — стоял задумчиво Дискорд, проговорив под нос: — Еë задача — это привести в баланс что-то, через гармонию…       — И сейчас она показывает местонахождение Пони Теней, — утвердила Твайлайт.       — Это может быть, ведь превыше всего — гармония Великой Гасти защищает все мирские души, — согласился Свирл. — Что ж, теперь нам с тобой нужно лишь дополнить одно заклинание и переписать другое.       Твайлайт не сразу осознала, что он включил в это и еë тоже. Лишь спустя несколько секунд аликорн подпрыгнула на месте от радости, что будет работать со своим кумиром бок о бок.       — Но по карте вы следуете решать проблемы дружбы, а не мира, — напомнил Дискорд. — Этот план мне не очень нравится. Он все же существо живое, будучи ослабевшим настолько, что темнота захватило его сознание. Может, мы…       — Я знаю, что ты пацифичен в этих вопросах, Дискорд, — Стар Свирл свернул свиток в воздухе. — Но уж поверь мне, не все склонны к примирению. Многие попросту не хотят говорить или думать по другому.       — Ты это про себя, да? — сразу задал он встречный вопрос.       — Твайлайт, помоги мне с заклинаниями, — попросил единорог напрямую, отчего та даже покраснела. — А остальных я попрошу приготовиться. Нас ждëт достаточно сложное дело.       Все пони выбежали из зала в напряженном, но весьма хорошем расположении духа. Пока Дискорд продолжал стоять напротив меток, что указывали на определенную точку на карте. Он упëрся лапами об стол, словно ожидая, что там появится что-то ещë.       — Что же ты хочешь от них? — задал он вопрос вслух.       — О чем ты? — отозвался тихий голосок рядом.       Флаттершай парила на крыльях рядом с ним, но сейчас аккуратно опустилась на стол, встав напротив. Дискорд немного напугался и удивился, ведь не заметил, как та осталась в комнате с ним. Только вот зачем? Разве не должна она была уйти с подругами на встречу приключениям, как зовëт еë знак на крупе?       — Знаешь, мне тоже не очень нравится этот план, — призналась она. — Пусть Пони Теней и был ужасен, но его изгнание не слишком ли сильный удар?       — Ты осталась ради этого? — спросил Дискорд на прямую.       — Я хочу спросить, может, ты знаешь что-то о нëм? — спросила пегаска. — Вы же жили в одно время.       — К сожалению, в тот период у меня была затяжная депрессия, — положив лапу на лоб, Дискорд сделал себя серого окраса. — Поэтому я не особо вдавался в то, что происходило вокруг.       — Значит, мы никогда не узнаем, что с ним стало?       Флаттершай задала хороший вопрос, отчего драконикус задумчиво посмотрел в сторону выхода. Если он не знает на это ответ, то это не значит, что его не знает никто. Дискорд всегда верил, что невозможно взять и подпустить к себе темноту на ровном месте, отчего облику Пони Теней должны быть предшествующие определенные события. Он телепортировался с Флаттершай ближе к библиотеке. Видя слегка приоткрытую дверь, которую единорог всегда оставлял именно в этом положении, заходя в комнату. Благодаря этому они вдвоем увидели, как Свирл и Твайлайт пролистывают книги.       — Он точно знает, — проговорил драконикус.       Движением лапы Дискорд намекнул на то, чтобы этот вопрос задала сама Флаттершай, но та в испуге помотала головой. Тогда драконикус указал на Стар Свирла, потом на себя и сделал магией красный крест на своем теле — тем самым он говорил, что с ним этот единорог точно разговаривать не будет. Однако пегаска всë же отстранилась, в расстройстве и испуге опустив голову, отчего Дискорд прикрыл свои глаза с тихим вздохом, открывая дверь шире и влетая в комнату.       — Итак, — обратил он на себя внимание. — Я знаю, что мы с тобой давно так много не разговаривали…       — Почему ты серый? — перебила его Твайлайт.       Драконикус не особо любил, когда его прерывали, но после еë слов посмотрел на себя, убедившись, что так и не сменил окрас назад. Щелчком он это сделал, чтобы не отвечать на лишние вопросы, пока Стар Свирл четко и правильно сказал тому аликорну:       — Знаешь, после долго общения с ним уже не задаëшься такими вопросами.       — Я хотел кое-что уточнить, — вернулся к теме Дискорд. — До сегодняшнего дня я считал, что Пони Теней — это принявшая разум магия раздора, но пару часов назад, я почувствовал в нем нечто живое. Кто он такой?       Стар Свирл устало вздохнул, опрокидывая голову. Дискорд был прав насчет его реакции, но не прав в другом — единорог все же начал отвечать ему:       — История этого разрыва весьма печальна. Раньше его звали Стиксом, и он был обычным единорогом.       — Стикс? — переспросил Дискорд. — Не припоминаю такого.       — Он был не воином, а больше теоретиком, поэтому всегда оставался позади. Долгое время мы работали вместе, он был моим ассистентом, — на пояснение от Свирла драконикус с понимающими глазами продолжил слушать: — После того как Исследователи распались, он и я прекрасно осознавали, что нашему королевству нужны будут новые защитники. Но именно Стикс смог вновь вернуть меня к этому пониманию. Однако он всë же остался обычным единорогом, который начал завидовать моей доблести.       — Что ж, печально, когда на страницах о победе над тремя Сиренами о тебе ни слова, — подметил Дискорд, припоминая записи.       — После этого он выкрал мои магические предметы, — продолжил Свирл сразу. — Многие артефакты, что использовались в сложных и опасных заклинаниях, таившие в себе много сильной магии. Узнав об этом, я вернул их, прежде чем он что-либо сделал, сказав, что ему надо разобраться в себе, поэтому лучше уйти подальше.        — Вполне верю, в твоëм духе, — когда Дискорд сказал это, то услышал глубокий вздох Свирла. — Продолжай, я слушаю.       — Я не сказал никому о случившемся. Просто продолжал сохранять надежду, что он все же вернется и мы снова обговорим произошедшее. Но, когда мы вновь встретились, его сердце уже утопало в жажде мести. Я хорошо помню этот момент: его глаза наполнились чернотой, магия вытекла из его рта и глазниц, окутывала его, словно бережное одеяло. Так он превратился в того, кто есть сейчас, начиная сеять боль и страдания по всей Эквестрии.       — Наполнились чернотой?.. — уточнил Дискорд.       — Сколько бы я не пытался поговорить с ним, он продолжал сокрушать всю надежду на то, что его можно спасти, — продолжал Свирл. — И был лишь один способ остановить его. Ты уже знаешь…       — Но до всего этого, почему ему нужны были твои артефакты? — задал Дискорд вопрос.       — Я пришëл к выводу, что всë было дело в возможности большого колдовства, — сразу ответил Свирл. — Жажда большей силы, чтобы стать сильнее, чем я. Стикс отлично разбирался в магии, хоть на практике у него не хватало сил.       — То есть, он утонул в жажде признания, и чтобы получить его, выкрал сильнейшие реликвии того времени, за что его и прогнали? — Дискорд вспомнил Аваруса, понимая, что такое вполне возможно. — И потом он решил мстить?       Эта история и вправду сильно перекликалась с гиппогрифом, только вот Аварус сам по себе никогда не окутывал своë тело в раздор. Его амбиции и цели исходят от него самого, а работает это на памяти того, что раньше все уважали и гордились им. Стикс же никогда не знал этого, поэтому у него была жажда не возвращения подобного, а его получения. И ради всего этого он впустил в свой разум и тело такого паразита, как чëрную форму раздора.       — Если хочешь помочь, то вперëд, — Свирл магией сложил с драконикусом рядом стопки книг, не отрываясь от собственной. — С твоей дополнительной парой глаз это будет быстрее.       — Я не затем пришел сюда, чтобы помогать заточить в межвременье Стикса, а узнать о нëм побольше, — ответил Дискорд, а потом создал в своих лапах глаза, похожие на собственные, приставив их выше. — К тому же, моя лишняя пара глаз не хочет работать.       — И что теперь ты хочешь от меня услышать? — это единорога явно начинало раздражать.       — Я хочу узнать, почему он подпустил к себе тëмную материю раздора? — продолжил он, убрав те свои глаза.       — Зависть и желание большего! — Свирл резко развернулся и быстро подошел к собеседнику. — Желаемая власть и сила опьянила его, и он пришел к той точке, откуда возврата быть не может! Если не веришь мне, то вспомни Аваруса и Вэйя!       — Я сам по себе знаю, что эта точка не последняя, — вступил в спор Дискорд. — Лишь я из нас двоих знаю это на личном опыте. Только я знаю, как сложно без посторонней помощи выбраться из этого болота.       — Ты — это другое! — Свирл указал на драконикуса копытом. Они, казалось, вообще забыли, что в комнате находилась ещë и Твайлайт. — Ты появился с этим на свет, а не возымел где-то из своих злых амбиций! Поэтому у тебя были силы и понимание, а у него уже нет.       Единорог хотел развернуться и пойти назад, пока Дискорд на последние слова сжал лапы, отведя опустошенный взгляд в сторону. Вся эта ситуация — она отражала их конфликт в прошлом, поэтому они так себя вели сейчас. Твайлайт это понимала, поэтому не лезла в спор, думая, что он закончен. Однако драконикус схватил Свирла за мантию, решаясь продолжить:       — Нет, стой! — Дискорд заставил его развернуться. — Ты — единорог, считающий, что он всегда прав! Но теперь ты послушаешь то, что я тебе скажу, и больше не сбежишь!       Стар Свирл взглядом посмотрел на Твайлайт, более не казавшись таким ужасно сердитым и серьёзным. Он глубоко выдохнул, вновь смерив уже больше понимающим и проникновенным взглядом старого знакомого, кивнув в знак согласия.       — Если он был обычным единорогом, то под бурю негативных эмоций раздор завладел его разумом, — начал Дискорд. — Его окружает лишь темнота и боль, они заставляют его страдать дальше, а его ненависть и страх питают эту магию. Выбраться из этого замкнутого круга в одиночку очень сложно, особенно если есть то, что неразрешимо. Быть может, с ним можно поговорить?       — Ах, я осознаю то, что ты сейчас чувствуешь, — Свирл вновь отвернулся от него, спокойно пойдя к раскрытым книгам. — Но я знаю, сколько страданий эта магия может принести другим. И скольким придётся пожертвовать потом, если мы не остановим его сейчас. Ведь нет гарантий, что он не пойдёт тем же путём, что и прежде       — Но почему ты так уверен в этом?! — не унимался Дискорд, отчего единорог закрыл глаза в усталости, а драконикус более жалостливым тоном добавил: — Ты всегда говорил, что мы могли бы подружиться.       Твайлайт совершенно не поняла, когда именно разговор перешëл в это, но, поскольку Свирл стоял всë с теми же закрытыми глазами, Дискорд вновь крикнул:       — Ты знал, что во мне есть что-то хорошее! Так почему?!       — Потому что его ослепила зависть! Он самостоятельно впал в то, откуда выбраться больше не сможет! — Свирл вновь резко подошёл к нему, сурово посмотрев прямо в глаза. — Падший до того, что стал инструментом темноты. И разговоры с ним не помогают. Он не то существо, с которым можно вести дружбу!       После этого единорог прошёл мимо драконикуса, открывая одну из книг магией. Твайлайт сначала смотрела ему вслед, но потом перевела взгляд на Дискорда, чтобы что-то также сказать, но не поверила своему отличному зрению: в глазах этого драконикуса образовались слезы. Принцесса не могла это осознать и принять. Он выглядел шокированным и грустным. Это будто было то состояние, которое было заблокировано до этого момента. Дискорд вытер слезы одной лапой через секунду, снова став прежним, как раньше, но этот его образ точно и навсегда отпечатался в сознании Твайлайт. Дискорд развернулся к Свирлу:       — Значит вот как?! — продолжил он с ним разговор. — Выходит, что это мне очень повезло, что тебя не было рядом, когда эти пони стали моими друзьями, иначе ты заточил бы в межвременье и меня!       От последних слов Свирл дёрнулся, его глаза расширились в шоке и удивлении, но единорог в тот же момент поник. Его уши опустились, глаза стали гнусными, и он опустил голову в пол. Голос его звучал не столь уверенно, как раньше:       — Я… — он замялся, впервые на глазах у Твайлайт. — Я не имел ввиду тебя.       — Правда?! А мне кажется, ты очень ясно выразился! — Дискорд громкими шагами начал идти мимо него, не отрывая взгляда. — Не бойся, пойду с вами, на случай, если ты от меня всё же захочешь избавиться.       Он не хлопнул дверью, также оставляя еë приоткрытой, но всё же не обернулся, когда Свирл хотел позвать его, но на первом же слоге своего имени Дискорд оставил его и Твайлайт наедине. Принцесса же, став свидетелем столь бурной и, как ей казалось, личной сцены, подошла к своему кумиру, сама не зная зачем — утешить или спросить об этой странной неприязни друг к другу. Единорог, в свою очередь, немного напугал её тем, что стукнулся об книгу лбом, проговорив что-то вроде:       — Какой же я идиот!       После этого Свирл вновь показал свою морду, которая была всё такой же спокойной. Это было невероятно. Как же они с Дискордом были похожи и непохожи одновременно. Твайлайт стояла столбом, даже не зная, что именно сейчас она может ему сказать, ведь даже не понимала всей ситуации и драмы, развернувшейся между ними.       — Ты ведь принцесса дружбы, да? — уточнил единорог первым, на что та кивнула. — Скажи, как можно извиниться перед старым другом?       — Иногда извинения в лоб могут только усугубить ситуацию, — ответила Твайлайт. — Что у вас произошло, в прошлом? Так я смогу ответить? — однако с ответом Свирл не спешил. — Дискорд всегда хорошо о вас отзывался. Ну, в большинстве случаев. Он даже рассказывал мне, что был первым, кому вы отдавали свои статьи и собрания. Я думала, что вы были хорошими друзьями, разве нет?       — Мы с ним… Я… — Свирл тяжело вздохнул. — Ладно, сейчас не время об этом думать.       — Думать об этом всегда есть время! — крикнула уже Твайлайт. — А что, если из-за этого вы не будете слаженно работать? А если не увидитесь больше? Вы правда хотите так всё оставить?       — Я… — Свирл отвёл взгляд в книгу, чтобы спрятаться от вопроса. — Давай лучше займёмся этим делом.       Он предпочёл так же уйти от ответа, нежели обговорить его. Однако в одном Твайлайт зауважала его, и это было даже большее уважение, чем то, которое она подчеркнула из книг: несмотря на всë, что происходило между ними, Свирл не раскрывал секрет Дискорда. Похоже, что вся завязка была в нём, поэтому он не хотел говорить на эту тему. Аликорн поспешила уткнуться в книги, чтобы так же отбросить мысли об этом.       Однако Стар Свирлу это сделать было труднее. Когда всё пошло не так и когда он мог всё изменить? Конечно, ему следовало не убегать тогда в разговоре, но даже потом, когда стало известно о смерти Морса, он ведь хотел вновь подойти к Дискорду. Хотел поговорить обо всëм снова. Свирл всё понимал, он догадывался о том, что произошло, поэтому хотел как-то поддержать его, но его копыта будто пригвоздили к земле, а язык высох. Но это было не всё. На следующий день вечером он так же не ответил ему. Тяжела была утрата одного из Исследователей, поэтому единорог поспешил сбежать в свой одинокий дом в надежде посидеть в полной тишине, обдумав всë в сотый раз, пока не услышал стук во входную дверь:       — Флин. Я уверен, нет, я знаю, что ты меня сейчас слышишь...       Дискорд тогда угадал, ведь единорог действительно стоял напротив входа. Их ограждала только дверь, которую тот закрыл на замок. И при всей магии Дискорда, сам открывать он этот замок не хотел.       — Я хочу с тобой просто поговорить, — слова Дискорд а закончились одним стуком в дверь, из-за которого Свирл дрогнул тогда. — Мы должны оставаться с тобой сильными. Я понимаю, что тебе сейчас больно и страшно, поэтому, я молю, давай просто снова поговорим.       Единорог сглотнул комок в горле, едва сделав шаг, поднимая замок магией, чтобы открыть его. Однако его тогда что-то остановило, и это было ничто иное, как страх. Его напоминание, когда голос драконикуса продолжил:       — Теперь нас осталось лишь трое — я, ты и Первый. Пожалуйста, я не знаю, что мне дальше делать!       Свирл вновь застыл на месте, опять прикрепившись к земле. Он корил себя за эту слабость и страх, но так и не смог ничего ответить. Тело по другую сторону упало на порог, а потом вновь произошёл один громкий стук в дверь. Единорог от бессилия облокотился на стенку, скатившись по ней.       — Пожалуйста, прошу, поговори со мной.       Этой просьбе по ту сторону двери так и не суждено было сбыться. Слеза невыносимой собственной слабости упала рядом с единорогом. Невозможность ничего сказать или попросту открыть лишь символическую дверь, которую он же и закрыл между ними, отдавалась у него ненавистью к самому себе. Именно после этого он забылся, ведь нужно было оставаться сильным, чтобы защищать Эквестрию от бед, но в ярком свете славы Свирл всегда помнил о том, что оставил позади.       Лишь ближе к вечеру они с Твайлайт закончили заклинания, перенеся всех в Хэллоу Шейдс. Ощущение песка под копытами напомнило пони о том, как они пересекали пустыню, но здесь и сейчас были лишь горы и каньоны, и среди всех этих сухих красок чëрное пятно, которое поглотило когда-то ещë живое поселение, выделялось больше всего.       — Ох, Хэллоу Шейдс выглядит ещë хуже, чем мне рассказывали, — произнесла Эпплджек, когда они направлялись к этому заброшенному поселению.       — Пони Теней наверняка приспособил это место под свои нужды, — ответил на это Свирл. — Держите ухо востро.       Они направлялись к более открытому месту — центр прошлого города. Твайлайт внимательно смотрела по сторонам, заметив, что драконикус притормозил, взявшись за голову. Она остановилась в несколько шагов от него, обернувшись, пока остальные бежали вперед.       — У тебя всë нормально? — поинтересовалась она.       — Голова немного кружится, — раскрыл тот глаза, опустив лапу. — Значит, что-то разрушает магическое равновесие.       — Ты в этом уверен?       — Я ни с чем это не спутаю, — уверенно ответил Дискорд.       — Может, тебе не ходить с нами? — предложила Твайлайт.       — Я и Свирл единственные, кто понимают магию темного раздора. Но я намного лучше него в этом плане, — отрезал Дискорд это предложение, двигаясь дальше. — К тому же, где бы я ни был — это меня настигнет.       — Думаешь, это Пони Теней? — продолжала Твайлайт свой допрос.       — Возможно, источник разрушения я чувствую здесь.       Они вдвоëм догнали остальную группу, встав вокруг странного спуска вниз. Это напоминало колодец, однако воды в нем давно не было, и он был большой настолько, что каждый смог стать вокруг него так, что замкнул круг.       — Он там, — кивнул Свирл в сторону чëрного дна. — Темноты там достаточно, чтобы восстанавливать силы.       — Молодец, Свирл, ты научился думать прямо, как Пони Теней, — саркастично ответил ему Дискорд.       Единорог ему ничего на это не ответил, лишь слегка отвëл голову, продолжая смотреть в чëрную бездну, в которую им предстояло спуститься. Неизвестность, таящаяся там, пугала одних, но завораживала других. Эпплджек, что стояла рядом с Пинки Пай, заметила, как та подрагивает.       — Боишься? — спросила она.       — Нет, голова немного кружится и тело подрагивает, — ответила та. — Такое случается иногда.       — И что это значит? — переспросила та, считая, что это относится к еë чутью.       — Не знаю, может, дождь будет?       Она глянула на затянувшееся тучами небо, которое стало таким из-за Пони Теней. Твайлайт бросила камешек в это отверстие, посчитав, что летел он секунду. Зачит, падать было не высоко.       — Хорошо, спустимся аккуратно, — кивнул ей Свирл, посмотрев на земнопони. — Остальным помогут пегасы и мы с Твайлайт.       Только он сказал это, как все услышали громкий смех, но не снизу, а отовсюду. Они начали оглядываться, поздно заметив, как земля трескалась под их копытами от чëрной магии. Вся большая площадь рухнула, освещая то тëмное неизведанное пространство. Но пока пони не могли его рассмотреть. Твайлайт со Свирлом успели магией подхватить летящие с ними вниз большие куски камней, чтобы те их не придавили, а пегасы спокойно опустились рядом с поднимающимися земнопони и единорогами, которые всё же сильно ушиблись.       Они находились в подземном храме в десяти метрах от странного кривого уже разрушенного алтаря-фрески, где нечто похожее на котоподобного опускалось с облаков на землю. Ходили легенды, что это поселение создали бежавшие от власти единороги, что упивались магией некромантии.       «Не Уран ли это случаем?» — пронеслось в голове Дискорда, когда он разглядел существо на фреске, но драконикус не смог начать рассуждать прямо сейчас.       Чëрный дым вышел из каждой щели этого места, окружив героев, что спрятались под щитом магии Стар Свирла, а потом, так же, как и в первый раз, Пони Теней предстал перед ними. Только сейчас Твайлайт поняла, насколько сильно она не обратила внимания на его рост: он был выше Селестии, Аваруса и Дискорда, а она рядом с ним была такой крохой.       — Добро пожаловать, Свирл, в настоящий колодец теней и мрака, — произнес Пони Теней своим громким голосом. — Когда ты вышвырнул меня, то именно здесь тьма заговорила со мной о власти и силе, которую ты даже не представлял...       — Одна из сил Грогара… — тихо произнес его имя Дискорд позади.       — В тот момент темнота и я стали единым целым, — продолжал Пони Теней. — Именно тогда, когда этот милосердный голос достиг меня, я будто родился во второй раз. И в тот момент я понял, что всë моë королевство станет подобно сухому цветку: почти живое, но навеки застывшее в смерти.       Начать он решил с них, сконцентрировав в одну точку свою темноту. Щит Стар Свирла начал давать трещины, но тот и не думал продолжать поддерживать его. Он кивнул остальным, и, когда его защита спала, шесть пони, что представляли собой элементы, поднялись в воздух, и свет их магии создал силу, что прорезала темноту и защитила всех. Твайлайт и Свирл собрали эту силу гармонии и направили к Пони Теней. Портал бесконечности открылся позади него, начиная втягивать это существо в себя. Он вырывался, но постепенно погружался в него. Всё проходило удачно и даже лучше, чем они со Свирлом предполагали.       — Твайлайт, что-то не так! — крикнула ей Пинки поря в воздухе от магии. — Обычно все не так, как сейчас! Я чувствую, что-то не так!       Аликорн не понимала о чëм она кричала, ведь магия работала исправно, но окончательно убедилась в правоте подруги, когда увидела, как Дискорд упал с задних лап, обхватив голову двумя другими. Он склонялся всë ниже и ниже, отчего делался только один вывод — ему было очень плохо.       — Дискорд, всë хорошо? — спросила Твайлайт для убедительности.       — У меня очень болит голова, — на его слова Стар Свирл обернулся, пока драконикус поднял голову, но посмотрел за единорога — на Пони Теней.       Непонятно, что он там разглядывал, но начал подниматься назад, против этой жуткой боли. Если темнота слилась со Стиксом и лишь окутала его, создав Пони Теней, как и когда-то Найтмер Мун. И раз ей ещë было чем питаться, то ядро должно было быть живое. Драконикус подметил это не только из-за подобных рассуждений, ведь сейчас, когда Пони Теней испытывал ярость и злость от участи своего дальнейшего заточения, то увеличивался в размерах, ведь магия раздора становилась сильнее как раз от этих эмоций.       Если он прав, то был лишь один способ разговорить Стикса. Дискорд побежал вперëд, не обращая внимания на других, наделив собственное тело чëрной формой раздора. Он подлетел с места и просто потонул в темноте этого существа, и более его не было видно. Свирл прекратил выделять магию сразу, и от него осталось лишь вытянутое копыто, которое он, похоже, выставил пробежавшему мимо Дискорду.       Тот оказался в полной темноте и холоде. Здесь у него хватило сил раскрыть свои глаза и прочувствовать затухающую атмосферу. И как только он мог жить подобным образом кучу лет? Драконикус увидел очень низкого единорога в соломенной накидке, что сидел к нему спиной. Определлëнно как раз это и было ядро всей магии вокруг. Он сразу направился в его сторону, решая позвать единорога перед собой:       — Ты Стикс, да?       — Я носил это имя раньше, — ответил тот ему, не оборачиваясь. — Пока все не отвернулись от меня, и лишь черная магия ответила мне взаимностью.       — Ты украл артефакты могущественной силы, чтобы преумножить собственную, — напомнил драконикус уже скорее сам себе. — Зачем ты это сделал?       — Потому, что я не хотел оставаться позади. Без силы я томился на заднем плане, хотя это я направил Стар Свирла к бедствию, — продолжал тот сидеть развернувшись. — Я подумал, что обратив магию так, чтобы она приумножила мою, я буду достоин стоять рядом с ним, сражаться с ним… Я не думал использовать эту силу, как сейчас!       — Но почему ты не говорил ему об этом?       — Я боялся, что моя проблема покажется ему слишком смешной, а мой план ужасным, ведь таким образом добытая сила никогда не приводила ни к чему хорошему.       — Ты же понимаешь, что он не мог просто взять и догадаться, когда ты украл могущественные вещи? Множество существ поступали так из-за эгоистичных целей, даже те, кто уже имели много сил, — Дискорд сделал к нему пару шагов, протянув лапу. — Пошли отсюда, у тебя ещë есть время поговорить об этом.       — Я знал, что ты не поймешь меня, — Стикс резко развернулся к нему, отчего драконикус видел свое напуганное состояние в его черных глазах. — И знал, что Исследователь раздора поймет мою слабость! От тебя следовало избавиться еще тогда!       Дискорд этого не знал, но на самом деле их диалог был прекрасно слышен и другим, пусть пони и продолжали видеть лишь оболочку, что приняла чëрная форма раздора. Твайлайт после той слышимой угрозы хотела ринуться вслед за Дискордом, но Свирл преградил ей путь копытом, и она сращу поняла, почему — у неë не было силы противостоять коррозии раздора на свой разум. Если она войдëт туда, то ничем не поможет, а может, и вовсе умрет. Получается, что лишь этот драконикус мог там стоять?       Стар Свирл, не отрывая глаз от Пони Теней, неуверенно двинулся вперëд, не замечая, как его дыхание участилось, а сердце застучало усерднее. Со страхом он смотрел вверх, понимая, что происходит: своим бездействием он вновь теряет своего друга. Всего на секунду перед его глазами вспыхнуло воспоминание о той самой двери и просьбе поговорить. Он не выполнил еë тогда из-за своего жалкого чувства страха, который стоял перед ним и сейчас. Однако ещë сильнее он испытал страх вновь потерять что-то, оставив это позади своей тени.       Его рог наполнился чëрной магией, а глаза источали фиолетовое свечение. Открывая ту злополучную дверь, Свирл прыгнул внутрь создания перед собой, ощущая давление размером с тонну на своей шкуре. Страх и апатия настигли его мгновенно, как и усталость, у него начала кружиться голова, но пони двинулся дальше к двум фигурам, а те заметили присутствие третьего здесь.       — Стар Свирл, ты пришëл за своей смертью? — проговорил Стикс голосом собственной тени.       — Свирл!       Дискорд едва подхватил его, когда тот почти упал, почувствовав собственную тяжесть тела. Единорог смотрел вниз, не понимая, какой из ударов его сердца будет последним, пытаясь привести себя в чувство дыханием.       — Уходи отсюда, — сказал ему Дискорд. — Ты здесь не простоишь.       — Не могу, — поднялся тот на копыта. — Пока мои друзья находятся в такой кромешной темноте… Пора вспомнить всë, чему вы с Первым научили меня.       Лапы Дискорда дрогнули на секунду при упоминании этого имени, однако потом он уверенно поднялся с места, продолжая с ним говорить:       — Такой уровень не для тебя, а я не вытащу вас обоих, уходи отсюда!       — Не могу, — повторил он. — Если кто-то и виноват в том, что сейчас всë идет именно так плохо, то это я. Я должен был предвидеть все бездны, куда попадали великие могущественные создания, и закрыть их намного раньше, а не стоять в стороне. Нынешнее время — это проявление моих слабостей и ошибок! — Свирл поднял голову, смотря на Стикса. — Но я верю в то, что ещë не поздно перекрыть всë то, что произошло раньше!       — Как бы сильно ты не верил в это — ты никогда не сможешь остановить тëмный раздор! — оболочка тела единорога перед ними также покрылась темной магией, и взмахами крыльев из неë он выпустил сильнейший ветер, отчего и давление магии усиливалось. — Тьма приняла меня тогда, когда ты отвернулся! Она стала моим новым другом! И я сделаю всë, чтобы защитить еë!       — Он усиливает волшебство вокруг, тебе надо выбираться отсюда! — крикнул Дискорд единорогу.       — Не без вас двоих!       Рог Свирла начал излучать очень яркий свет, который постепенно прорезал эту темноту и создавал для него щит от этого давления. Его путы обхватили тело Стикса, и Свирл начал отходить назад, хватая с собой и другого друга. Один раз он уже оставил его здесь — и второй раз этого не случится. Они выпрыгнули наружу, и Свирл потянул за собой единорога, смотря в его чëрные глаза. Темнота обрела форму облака, перехватив Стикса своей силой. Чтобы не дать ей вновь полностью окунуть его в темноту, Дискорд выставил вперед две лапы, однако мгла лишь остановилась, но не отпускала своего носителя. Она была паразитом. Клещом, намертво вцепившимся в живое тело.       — У меня не хватит сил долго держать еë, — проговорил драконикус. — Он в одиночку не сможет справиться с ней.       Это было похоже на болотную тину, затягивающую его в чëрные бездушные воды, на паразита, что рос вместе с негативными эмоциями. Твайлайт и остальные сначала побоялись подобного, на расстоянии ощущая эту силу. Отчасти Стикс по своей воле стал таким, явно не собираясь отступать или бороться. Имели ли они право на его уничтожение? Он ничем сейчас не отличался от Грогара, так, может, не стоит помогать Императору в его деле, оставляя такого бойца в сознании? Однако, если это была чужая магия, что приспособила другой разум, то, может, они смогут вытащить его? Но если Стикс снова захочет вернуться туда?       Они совершенно не знали, что сейчас делать, но почувствовали тëплый и приятный толчок в спины, который словно вынудил их принять решение в ту же секунду. А если бы это был кто-то из них, то как бы они поступили: стояли в сторонке или же вытащили своего друга? Твайлайт собрала силу гармонии в одну точку, также выпустив несколько нитей к Стиксу, как и Свирл. Рывком они вырвали единорога из этой глуши, отчего его глаза приобрели нормальные зрачки бирюзового оттенка. Радуга гармонии устремилась прямо в облака, развеяв их, пролив свет на забытый всеми Хэллоу Шейдс. Сама магия предпочла бы сбежать в тëмные щели, однако застыла на месте, когда Дискорд вновь протянул к ней лапу. Он никуда и не собирался еë отпускать, а особенно оставлять для Грогара. Поэтому Дискорд преобразовал собственную энергию в чëрную, выделив еë на конец когтей. До этого момента чужая энергия начила медленно и нехотя приближаться к нему. У этой части явно была жажда поглащать и контролировать. Однако больше это было не важно. Дискорд медленно начал втягивать еë в себя.       Храм начинал рушиться, и все поспешили скорее вылететь наружу, но Стар Свирл, Твайлайт и Стикс остались. Аликорн создала для них щит, чтобы они не пострадали под обломками, а единорог стрелял магией из рога, чтобы разбивать обломки, которые помешали бы Дискорду поглотить темноту в себя.       Когда магия закончила стекаться в тело драконикуса, он сжал следом лапу до хруста, и закончив трансформировать энергию под себя. Остатки негативной энергии выпустились в последнюю ударную волну, из-за чего весь храм полностью развалился. Твайлайт успела вылететь из него, а Дискорд и Свирл просто телепортировались к остальным, вместе с тем самым единорогом, что ещë не до конца пришëл в себя.       — Ух, это было что-то невероятное, прямо как в первый раз, — подняла Рейнбоу Деш свои копыта в воздухе.       — Дружба — вот она, истинная сила! — Пинки допрыгнула до своей подруги, обняв еë, но тем самым повалив на землю.       Их отличительные знаки засверкали вновь, тем самым говоря, что миссия пони здесь была выполнена, а значит, они всё сделали правильно. Но так ли это было на самом деле? Твайлайт посмотрела в сторону Свирла и Стикса, после чего отбросила сомнения, когда два единорога, очевидно, после небольшого разговора, обняли друг друга. Всё и вправду разрешилось, а они лишь послужили помощью к этому. Твайлайт пошла к своему кумиру, который обратил на неë внимание.       — Стар Свирл, теперь, когда всë закончилось, нам нужно отправиться в Кантерлот к принцессе Селестии и Луне, а ещë… — она немного замялась. — Я не хочу портить счастье, которого все достигли сейчас, но над Эквестрией нависла серьезная угроза. Нам нужны ваши знания и волшебство. Император Грогар собирает свои силы, чтобы вернуть себе власть, а Аварус с Сендаком…       — Я всë это выслушаю, и обязательно пойду за тобой, ведь на своих учениц хочется посмотреть спустя столько лет, к тому же… — Свирл посмотрел в сторону Дискорда, который с улыбкой что-то обсуждал с Флаттершай. — Мне ещë надо много извиняться.       Она улыбнулась на это, понимая, что наконец-то кто-то из них сделает шаг в эту сторону. Воссоединение учениц и учителя прошло быстро, но не менее славно. Стикс же, не будучи воином, выразил желание узнать, что стало с его домом после стольких лет, но он всегда был готов вернуться и помочь в случае опасности.       Однако Пинки не дала всем так просто разойтись, решая устроить вечеринку, чтобы отпраздновать возвращение легенд и примирение между Стиксом и Свирлом. Ей труда не составило быстро это сделать прямо во дворце, наполнив его атмосферой праздника. Такое событие пони не могли пропустить, особенно после всех ужасов, что уже успели пережить за время с тех пор, когда Твайлайт получила свой замок. Во время этого аликорн как раз и хотела обсудить со Свирлом Аваруса и Сендака, а также узнать по поводу Первого драконикуса побольше. Однако удалось ей задать ему лишь один вопрос:       — Стар Свирл, по поводу твоего дневника…       — А, оставь его себе, — особо весëлым единорог не выглядел, скорее более задумчивым, чем раньше. — Мне он больше не нужен.       — Спасибо, но я хотела кое-что узнать, здесь были вырваны страницы… — Твайлайт раскрыла книгу на одном из этих мест, так же перелистывая на другие. — Я просто хотела узнать, было ли там что-то важное? Просто, вдруг это не ты их вырвал.       — Я… — отвëл он взгляд от дневника. — Это я их вырвал из-за своих слабостей.       — Из-за слабостей? — не поняла она.       — Побоялся показать то, о чëм я думал, когда завещал этот дневник. Это могло ещë больше расстроить кое-кого, поэтому я вырвал записи, где он фигурировал.       — Вы о Дискорде? Дневник ведь был у него, — поняла Твайлайт, кого он имел ввиду. — Но он есть в начале, я читала.       — Это были записи до того, как мы разошлись разными путями, а те, что я уничтожил…       Свирл не договорил, так как понял, что соврал на этом моменте: не разошлись они, а он бросил Дискорда позади. Записи, что Свирл удалил, свидетели о том, как сильно он ненавидел себя за бездействие, как он отреагировал на тот их разговор тысячу лет назад, на смерть Морса и что случилось после. Может, он вовсе не боялся ещë больше расстроить Дискорда, а, скорее, побоялся за свое эго? Свирл и сам не помнил точно, почему в тот день, который был для него ещë недавно, а для других — тысячу лет назад, он решил вырвать свои мысли, идя на путь исчезновения.       Получить дневник с вырванными страницами, где должны были быть рассуждения Свирла после всего произошедшего, наверняка было ещë более неприятно, чем прочитать его мысли о слабости и сожалении, — это единорог понял сейчас. Попросив Твайлайт немного подождать его, если она хочет продолжить разговор, двинулся к тому, кого легко смог найти в толпе. Драконикус был почти в самом конце зала возле стола с выпивкой, а в лапе у него был бокал с виски, это Свирл разглядел сразу, пусть и не придал значения. Свирл подошел к нему, так же отделившись от толпы, здесь из-за музыки и шума вокруг их было бы не слышно, если бы никто чëтко не захотел подслушать их.       — Как-то ты не притрагиваешься к алкоголю, Флин, на тебя не похоже, — Дискорд поболтал жидкостью в бокале. — Неужели не рад возвращению своего друга?       — Я очень рад, — единорог слегка отвернулся от него, встав боком, но продолжая смотреть снизу вверх. — Но хотелось бы вернуть ещё одного друга.       Между ними возникла пауза после этих слов, но эмоции обоих можно было читать, как у книги: они прижали уши и отвели глаза друг от друга. Дискорд поставил бокал, но так и не сошёл с места, как и Свирл. Их языки словно высохли и завязались, но они оба побороли это, одновременно позвав друг друга:       — Дискорд…       — Флин…       Они снова замолчали на секунду, и драконикус продолжил первее, хоть и челюсть единорога тоже двинулась:       — Я начну первым, — прислонил Дискорд к груди лапе. — Прости меня.       Стар Свирл весьма сильно удивился его словам, сразу развернувшись к драконикусу вновь. Он ожидал увидетьв ответ, что угодно: ненависть, ярость, нежелания слушать, но Свирл совершенно не ожидал этих слов. А всё потому, что не понимал, зачем Дискорд это сказал.       — Почему ты извиняешься? — спросил единорог с большим удивлением.       — Потому, что я вёл себя, как дурак, — тот почесал затылок. — Ты вернулся спустя столько лет, а я так отнëсся к тебе… Я думал, что простил тебя, но, похоже, я хотел… Да сам не знаю, чего хотел: выплеснуть обиду, продемонстрировать себя. Возможно, я просто хотел показать тебе свою магию.       — В каком смысле «показать»? — не понял Свирл.       — Ну, понимаешь...       Сделав глубокий вдох, Дискорд собрался с силами, весьма жалобно начиная объяснять:       — Я весьма сильно приукрасил свою жизнь. Я не рассказал тебе всю правду. Молю, найди в себе силы простить меня за то, что я тогда не сказал тебе всей истины обо мне. Я только потом понял, что крайне медленно постигал мудрость Великой Гасти: стоит ли истинная форма того, чтобы её воплощать? Однако в те старые времена я считал это своей слабостью. Мне было противно слышать крики страданий, а также видеть кровь, из-за этого мне не нравится тëмная форма раздора. Я не хотел, чтобы меня хоть кто-то знал. В свою очередь и сам не хотел ни с кем говорить. Считал, что лучше было быть проклятым смотреть на почерневшие от магии когти, чем принимать в этом участие.       — Я так и знал, что ты пацифист, — кивнул Свирл.       — Однако, потом я увидел весь окружавший до этого меня мир, от которого так старательно скрывался, — продолжил Дискорд. — Я был глуп раз взаправду мечтал, будто однажды в собственном заточении обрету свободу. Поэтому я побоялся сказать тебе всю правду обо мне. Если в тебе есть ещë силы, прости меня, Флин. Если только сможешь, ведь я даже тогда соврал тебе. Но обещаю, что это было в последний раз — больше у меня нет от тебя секретов или тайн.       — Тебе не за что извиняться, — ответил Свирл.       — Нет, надо было с тобой всё спокойно обговорить, — настоял Дискорд. — Хотя бы насчет Пони Теней, я просто…       — Ты сопоставил себя с ним, и пытался поговорить со мной, но я думал, что моё извинение ты слышать не захочешь, — Свирл так же набрал в грудь больше воздуха, проговорив со слезящимися глазами то, что хотел давно сказать: — Прости меня, Дискорд. Прости, за всё, что я сделал и не сделал. Ты доверился мне, но я просто отвернулся от тебя, а всё потому, что я…       Именно в этот момент Твайлайт и Флаттершай заметили их разговор, решая подойти ближе, чтобы послушать его, ведь прекрасно ощущали эту странную недосказанность между этими двумя. Пусть и было это невежливо, но подруги хотели убедиться в том, что они всë же придут к соглашению, поэтому встревать сейчас не хотели. С тяжестью признавая, но Свирл продолжил своё извинение:       — Я очень испугался! Я начал бояться тебя, а потом начал бояться того, кем ты можешь стать, с каким чудовищем мне придётся столкнуться по разные стороны боя. Какого чудовища мог бы создать я.       — Как видишь, я им не стал, — успокоил его Дискорд. — Если ты, конечно, не считаешь пятьсот лет моего правления проявлением чудовища.       — Зная тебя, то наверняка на то были причины.       — Уверен?       — Власть тебя никогда не интересовала, как и общая признательность, — ответил Свирл. — К тому же, ты не был тем, кто делает кому-то больно намеренно.       — И ты в этом уверен? — продолжил распрос Дискорд. — Ты уверен в том, что хорошо меня знаешь?       — Достаточно, чтобы судить об этом, — уверенно ответил Свирл. — Я бы хотел услышать, что с тобой было после того, как я попал в межвременье, а так же узнать, как далеко смогла шагнуть магия.... Конечно всë это будет возможно, только если у тебя найдутся силы простить меня.       — Чудила ты мой звездоцветный!       Свирл в тот же момонт оказался в лапах драконикуса, насильно прижатым к его груди, но через секунду Дискорд поставил его, отчего шапка мага сползла ему на глаза. Свирл ничего не понял поначалу, а когда драконикус поднял его головной убор, потрясая, дабы зазвенели бубенцы, то единорог искренне не поверил в его слова:       — Давно я тебя уже простил!       Дискорд также неаккуратно кинул на него шляпу, как она и была до этого, из-за чего Свирлу пришлось её поправлять магией. Но потом он всё так же удивлённо посмотрел на драконикуса перед ним.       — Как ты можешь так легко прощать меня? — с удивлением спросил Свирл. — Ты ни капельки не злишься на меня?       — Я действительно был очень зол на тебя, — признался Дискорд, виновата отводя взгляд. — А потом моя злость чуть было не привела меня в бездну, где я почти потерял путь назад.       — И то было из-за меня, — поджал уши единорог.       — Но ведь я смог найти путь снова, — заключил драконикус. — Не без посторонней помощи, конечно, но я это сделал. И я очень счастлив, что моя жизнь снова привела меня к тебе.       — Дискорд, я…       — Не перебивай меня, когда я так откровенничаю! — попросил он, глубоко выдохнув. — Мне с этим ещё сложно… В общем, я и сам был ужасным другом. Ты был достоин большего, чем я, поэтому я считал, что тебе просто была интересна моя магия, и интерес со временем пропадёт. Примерно то же самое я испытывал по отношению к тебе — я был отвратительным другом для тебя.       — Ты не…       — Не сгоняй меня с мысли! — попросил Дискорд и с таким же тяжёлым выдохом продолжил: — Позже я начал ощущать то, что мне было не знакомо раньше: я начал доверять тебе, мне становилось приятно проводить время с тобой. Тогда я ещё больше начал отрицать это. «Мне не нужны друзья», «Ему интересна лишь моя магия» — я убеждал себя в этом всё больше и больше. Я никогда не говорил это тебе и признал лишь, когда обрёл новых друзей, но ты… — Дискорд наклонился ближе к нему, положив по-дружески одну лапу на его шею. — Ты мой самый первый и лучший друг.       Услышав это, Твайлайт и Флаттершай искренне и мягко улыбнулись, от радости у них даже выступали слезы. Пусть они и не знали всей истории, но понимали, через что этим двум пришлось пройти. Они снова друзья — и это было замечательно. Даже удивительно было, что такие разные существа могли дружить, но не им всем было рассуждать об этом.       — Ты тоже мой самый лучший друг, — ответил Свирл.       Он поднял своё копыто на уровень груди, а Дискорд сложил свою лапу в кулак. С улыбкой они стукнулись ими, наконец-то обретя в душе покой после стольких лет. Идиллию нарушила лишь Пинки, которая выстрелила прямо в них залпом из пушки-конфетти.       — Ура! Ещë одни старые друзья померились! — крикнула она на весь зал. — Вечеринка продолжится в честь этого!       Она выстрелила ещё раз, но уже не в них, а потом поскакала дальше, пока Свирл смотрел ей в след:       — Она?.. — хотел единорог что-то спросить.       — Да, — даже не дослушав ответил Дискорд, отряхиваясь от конфетти. — Очень редко можно увидеть, как существо одного источника рождения содержит в себе другое.       — Аварус такой же, — Свирла втот же момент словно осенило. Он дёрнул ушами и бровями, отчего его борода так же дрогнула. — А что с ним сейчас?       — Живой, — отрезал Дискорд. — Один из элиты Клужтауна, общается с Грогаром.       — А Сендак? А Фортис? — не унимался Свирл. — А Аморе?       — Сендак сейчас там же, где Аварус, Фортис… Я не знаю даже жив он или нет, а Аморе… — Дискорд замолчал сосредоточив свой взгляд на одной точке. — Аморе… Она мертва.       Лапы его сжались, показывая одну из множества эмоций, которую ранее в нём пони почти не видели. Стар Свирл с грустью прикрыл глаза, понимая, сколько всего пропустил за это время. Если бы тогда он не испугался и доверился Дискорду, то он бы смог вытащить Стикса из темноты ещë раньше и тогда помог бы Эквестрии в еë непростое время.       — Значит, нас осталось шестеро, — заключил Свирл.       — Не знаю, Фортис всë же под вопросом, — вновь вошëл Дискорд в своë обычное состояние, превратившись на секунду в вопросительный знак. — Кстати, место лучшей подруги тоже уже занято Флаттершай. Без обид, Твайлайт.       Аликорн с ухмылкой подошла к ним, больше не чувствуя этого странного напряжения между ними. Видимо, стенке нужен был лишь один толчок. Сегодня они все спасли не только Стикса, но и двух других старых друзей.       — Стар Свирл, если ты переживаешь о том, где тебе можно жить, то я могу предложить комнату у себя в замке.       Сделала она это из вежливости, но понимала, что единорог может остаться в Кантерлоте, поэтому просто хотела переманить своего кумира, чтобы вместе с ним разрабатывать заклинания и расспрашивать его о магии. Тем более, с ним она бы могла приблизиться к разгадке пропажи Первого драконикуса. Дискорд уменьшил себя, подлетев к уху единорога:       — У меня собственное измерение хаоса.       Свирл посмеялся, и тогда драконикус вновь стал нормальным с довольной улыбкой.       — Прости, Твайлайт, но я хочу посмотреть на это, — ответил единорог. — Похоже, мне есть, где остановиться.       Аликорн в душе понимала, что получит такой ответ, поэтому не особо расстроилась, лишь решив расспросить насчет Первого. Однако ей вновь не удалось это сделать, так как Стар Свирл решил заговорить первее:       — А, Дискорд, я бы хотел спросить... Ну, насчет…       Он мельком поглядывал на Твайлайт, и та поняла, что ей лучше отойти, раз им всë ещë нужно было поговорить. Обо всëм она может теперь узнать когда угодно, раз самый великий единорог Эквестрии вернулся назад. Будто этого было мало, Свирл попросил своего друга наклониться и прошептал ему на ухо свой вопрос, на который сразу получил ответ, когда драконикус выпрямился:       — Нет, я никому ещë не говорил.       — Об этом знаю только я? — решил уточнить Свирл.       — Ты, Грогар, Гасти, Селестия, а теперь ещë Аварус с Сендаком, — перечислил Дискорд. — А может, и другие, кто сейчас с Грогаром, но насчет тех двух — я уверен.       — Дискорд, — серьезно посмотрел на него единорог. — Ты не должен молчать об этом…       — Я знаю, да…       — Ты обязан рассказать об этом, — продолжил Свирл, словно не услышав ответа. — И это должен сделать ни я, ни Аварус, а именно ты.       — Я понимаю, просто мне немного страшно, — признался он открыто. — Но сейчас, я как никогда понимаю, что всë это стоит того, чтобы рассказать       — Ах, от меня сейчас это прозвучит очень надменно, но если что-то случится, если ты вновь из-за этого всë потеряешь, то я останусь с тобой, обещаю, — Свирл серьезно посмотрел на него. — Теперь я не убегу, ты веришь мне?       — Я всегда в тебя верил, — отозвался Дискорд. — Но в последние дни я лишь собирался с мыслями, всë же побаиваясь повторения истории, но сейчас, когда я вернул друга, у меня появилось больше мотивации.       — И всë это только из-за моих слабостей, — печально вздохнул Свирл.       Отрицать подобного он не мог, но решил перевести тему и, попрощавшись со всеми, подумал о том, чтобы посмотреть на то, что сделал его друг. Раньше он смотрел с нескрываемым интересом на его магию и решил вновь вернуть те старые деньки. Твайлайт же после его ухода телепортировала сводки и уже в тысячный раз их развернула, понимая, что так и не приблизилась к Первому драконикусу с момента, как у неë оказались эти записи. Однако теперь, думая над могуществом магии времени, что держали двух сильных существ тысячу лет, в голове у неë сложилась смутная идея.