Время меняет всё

      С появлением Столаса обо мне благополучно забыли. Словно не существовало никаких нарушенных контрактов и обещаний. Демоны без лишних разборок дружно телепортировались из вампирского особняка, оставив меня несколько секунд недоумённо взирать на то место, где они только что стояли. Впрочем, моё замешательство не длилось долго: я рассудила, что стоит найти Томаса прежде, чем кто-нибудь опомнится и вернётся за мной.       Если с направлением поиска проблем не возникло, то с замками пришлось повозиться. И нет, навыками взлома я не владела, поэтому просто ломала то, что не могла открыть. Благо, физическая сила вампира действительно сильно превосходит человеческую.       Томаса я нашла на чердаке. Сообщникам показалось мало тяжело ранить сородича, они решили подстраховаться и запереть его в подобии саркофага. Удерживали конструкцию металлические скобы, по краям украшенные затейливой рунической вязью. Они обжигали при каждом прикосновении к ним, но с горем пополам я всё же открыла крышку.       Взору предстал скованный цепями вампир, в котором сложно было узнать того успешного бизнесмена с фото. Одежда на нём была окровавлена, а взгляд застилала мутная пелена.       — Лана?.. — зло прохрипел Том, несмотря на своё плачевное состояние, пытающийся разорвать цепи.       — Том, это я, Эрика, — произнесла я, немного помедлив. Не слишком-то хотелось вступать в схватку с невменяемым вампиром.       — Эрика, — тихо повторил вампир и прикрыл глаза. — Значит, они добились своего?       — Не совсем… они мертвы.       Томас отреагировал на новость достаточно спокойно, и я всё-таки рискнула освободить его. Видимо, саркофаг был зачарован: едва покинув его мужчина начал стремительно восстанавливаться. Через минут десять он уже не выглядел так скверно как вначале и смог внятно рассказать о произошедшем.       Он всего лишь в очередной раз пытался переубедить Лану и заставить её отказаться от идеи воскресить Эрика. Но внезапно появился Ник, и завязалась драка с применением боевых заклятий. Судя по слаженности их атаки, они давно это планировали. Тома не убили только потому, что сородичам нужны были его деньги. В случае же насильственной смерти, все его средства переходили в пользу благотворительных фондов. Так его спасла маленькая предосторожность, рождённая, как он думал раньше, обычной паранойей.       — Мне жаль, что я не сумел оградить тебя от них, — повинился Том.       — Ничего, — вздохнула я. — Главное, мы оба живы…       Смерти Ника и Ланы я вовсе не хотела, но Сила рассудила по-своему. Кажется, Томас понимал это, но от меня не укрылось то, что он жалел оступившихся не меньше, чем переживал за последствий их поступков.       — Не знаю, что теперь буду делать, — устало проронил он.       — Прислушайся к голосу Предела, он подскажет, — сказала я, попытавшись ободряюще улыбнуться. — Я буду рада, если ты останешься.       Томас взглянул на меня с затаённой грустью:       — А как же ты сама, останешься?       Я пожала плечами:       — Демонам не до меня сейчас. Но у меня такое чувство, что Рав вовсе не собирается меня убивать… не знаю.       — Рав?       — Сокращение от его полного и жутко пафосного имени, — фыркнула я и прикусила губу, осознавая: — Я вспомнила это, Том. Как и тебя тогда.       — А остальное?       — Лишь урывками. Теперь я знаю, что мы были близки… Как могут быть близки два оболтуса, обожающих нарушать всяческие запреты. Об остальном могу только догадываться.       — Если всё так, у вас есть шанс объясниться…       Я не знала, что сказать. Неизвестно, что за ритуал применили вампиры, но после него Рав пребывал в незавидном положении. Надеюсь, Столас разберётся. Лишь бы не рассматривал это как очередную увлекательную головоломку.       Чёрт, думая о ком угодно, но не о себе: о своём новом статусе я и забыла. Теперь придётся переоформляться, как вампир и искать другую работу. Не говоря о новой добавке к питанию… Что я скажу Гарику? Пожалуй, к этой встрече я пока не готова. Пошлю ему подарок с весточкой, чтобы понял только он. Это его немного успокоит.

***

      Освоиться в новой роли мне помог Томас. Благодаря ему, быстро решились все бумажные вопросы и я сумела принять своё положение. Не обошлось без вмешательства благотворительной организации, оказывающим поддержку изменённым против воли. У них существовали специальные меры, подобные программе защиты свидетелей и при желании можно было изменить личность, а так же найти покровителя. Я отказалась сразу, не видя в этом никакой необходимости, зато отлично чувствуя подвох.       А вот давать показания в участке всё же пришлось. Причём, сначала мне устроили допрос обычные офицеры Предела, а затем, явился сам Столас. Хотя в отличие от полицейских, он был весьма лоялен ко мне. Держался инспектор невозмутимо, расспрашивая только по делу, да и то больше для протокола. Однако я сама не удержалась от волнующего вопроса:       — Скажите, как он?       В синих глазах демона мелькнула искра интереса.       — Рав приходит в норму, — последовал незамедлительный ответ. — И мы благодарны за спасение нашего сына.       — Сына? — переспросила я.       — А ты не знала?       — Нет…       — Просто забыла. Я прекрасно помню эту душу… — Столас загадочно улыбнулся и прищёлкнул пальцами. — Ламия берегла тебя как зеницу ока, поэтому я сильно удивился, что колба пропала…       — Колба? — Похоже, сегодня день охренительных открытий. Рав — сын Ламии и Столаса, а меня его мамочка, от которой, собственно, он и унаследовал вампиризм, содержала меня в колбе.       Глядя на меня, демон ещё больше развеселился, но всё же заметил:       — Выглядит не так сурово, как ты себе вообразила. Увидишь когда-нибудь…       Это такое завуалированное обещание того, что я неминуемо попаду в ад, видимо. Заскочу на огонёк, так сказать. Милейшее семейство.       На этой ноте Столас решил закончить нашу беседу. И, пожелав хорошего вечера, меня отпустили восвояси.       Близился Самайн. Легче ли мне было теперь, когда я знала, кого безотчётно ждала всё это время? Самую малость. Ровно настолько как бывает в тех случаях, когда осознаёшь, сколько вещей разной степени значимости остаётся позади, а впереди ждёт неизвестность — огромнейшее пространство для свободного полёта.

***

      Один из самых больших костров жгли прямо в центральном парке. Взлетающее к небесам пламя было заметно из любой его точки и немного с улиц. Я держалась неподалёку, привычно грея руки о высокий стакан с горячим шоколадом. Несмотря на произошедшие в организме изменения, мне ещё доставляли радость любимые сердцу мелочи, и, пожалуй, это стало главным утешением.       Но самым значительным изменением стало возвращение воспоминаний. Они тесно переплетались с мыслями и охотно откликались неожиданными ассоциациями, словно не существовало никакой прошлой жизни, а всегда была только одна.       Осенний ветер запутался в ветвях деревьев потемневших от прошедшего этим утром дождя. По округе разлетелся тревожный шорох, сливающийся с голосами пришедших в парк горожан.       За окном бушевала непогода, и ветер выл на все голоса. Быть может, там на самом деле мчится Дикая Охота. Мать запрещала выходить во двор и даже смотреть в щелочку между ставнями, но Эрику так хотелось узнать, что происходит там на самом деле…       И однажды любопытство оказалось сильней предостережений и глупых страхов. Когда в доме уже все спали, и ненастье стихло, мальчишке всё-таки удалось покинуть кров, выскользнув за дверь. Огни и отзвуки далёкой музыки манили к себе, обещая самое настоящее приключение. Он так часто слышал о феях, но никогда не видел их воочию.       До ушей донеслись слова песен и смех людей и ноги сами сорвались на бег. Здесь, среди костров до небес и взлетающих к небу искр, оживало волшебство. Огонь не обжигал, и казалось, можно пройти насквозь, оставшись невредимым.       Феи, а, наверное, это и в самом деле были они, приветливо улыбались Эрику и махали руками. Их звонкие голоса разносились над поляной, а счастье оказалось таким заразительным. Никто не пытался окликнуть его и сказать, что такому мелкому тут делать нечего.       Столкновение стало полной неожиданностью. Причём, для них обоих — светловолосый подросток, не намного старше Эрика, успел придержать того за плечи, не дав рухнуть на землю. Впрочем, возмущение в сумрачных глазах отражалось недолго.       — Смертный? — удивлённо протянул он, убирая руки. — Откуда ты здесь?       Неопределённый взмах дрогнувшей руки Эрика, вызвал у подростка искреннюю улыбку.       — А ты смелый. Хочешь прогуляться?       Согласие сорвалось с губ, опережая мысли. Магия ночи была сильнее сомнений, а неожиданный спутник оказался интересным собеседником. Тот факт, что он был демоном, не помешало зародиться дружбе. И с тех самых пор он приходил каждую из тех особенных ночей, когда грань между мирами становилась тоньше.       Я не заметила, как подошла ближе к костру. Народу поблизости бродило немало, однако ощущение толпы совершенно не давило. Были здесь и феи и местные вампиры. Последние бросали в мою сторону заинтересованные взгляды, но этим их любопытство и ограничивалось. Честно говоря, я не представляла, о чём говорила бы с ними…       Эрик и раньше не особо разделял забавы сверстников, а с появлением у него тайного друга, и подавно. Только мать с завидным упорством, отправляла сына на улицу, когда ей не требовалась от него помощь по дому. Она будто не замечала синяков и ссадин на теле мальчишки. Зато замечал Рав.       — Эри, ты слишком добрый, — выговаривал он, после того приятель отказался от помощи в наказании недоброжелателей. Да и не хотел Эрик никого наказывать, только лишь бы отстали от него…       — Я справлюсь.       — И упрямый ты… — вздохнул демон, потрепав его по тёмной макушке. — Эри, я не хочу, чтобы однажды твоя мягкотелость сыграла с тобой дурную шутку.       — Не волнуйся, ничего со мной не случится. Лучше давай погуляем, ты ведь скоро уйдёшь. — Мальчишке действительно плевать было на собственные проблемы, гораздо важнее то Рав здесь, с ним, и придёт в следующий раз тоже.       То, чего боялся Рав, произошло спустя годы. Внезапно, как раз в один из тех дней, когда они оба не привыкли ждать беды. Эрик стал жертвой уличной шпаны, среди которой давно затесалось двое старых обидчиков.       — Что же ты, Эри… — шептал Рав, баюкая на коленях изломанное тело единственного земного друга. Из глаз катились градом крупные слёзы. — Ты не можешь так глупо уйти, не можешь! Я не позволю!       — Не надо… из-за меня так…       Безумный взгляд демона озарился отчаянной идеей.       — Договор! Ты должен заключить со мной договор! — Из прокушенного впопыхах запястья брызнула тёмная кровь, орошая мелкими каплями рубашку. — Соглашайся!       Так странно помнить о том, что происходило вроде и не с тобой, а болело так, как не всякая рана. Страх стать кем-то другим и желание жить наслаивались на мои собственные переживания. Обращение тоже прошли мы оба. Разница в том, что Эрик сам дал согласие и заключил тот Договор. Он обещал хранить тайну и не создавать себе подобных. Наивный мальчик не догадывался, как скоро из благих побуждений нарушит свои обещания и предаст дружбу. Хотя… он ещё долго потом пытался доказать свою правоту.       Рав до последнего не трогал Эрика, пусть и грозился его убить с момента обращения Томаса. До последнего же он ненавидел всех, кого угодно — мир, вампиров, людей, но не собственного друга. А когда тот предпочёл умереть вместо своих подопечных, страшно подумать, каково пришлось демону.       Если я и могу что-то изменить, то должна попытаться.       — Я буду ждать, когда ты исполнишь обещание, — тихо произнесла, протягивая руки к костру. Вряд ли этот огонь передаст мои слова в ад, но так мне стало спокойнее. Я решилась.       Развернувшись, я собралась уйти, но вместо этого едва не налетела на того, о ком размышляла несколько секунд назад.       — Ого, как у вас почта работает, — невольно поразилась я, с тревогой взирая на демона, вернувшего человеческий облик.       — О чём ты? И почему ты на меня так странно смотришь?       — Рада видеть, что ты в порядке, — быстро ответила я и тут же уточнила, прикоснувшись пальцами к его щеке. — Это ведь не иллюзия?       — Нет, — Рав смутился и, перехватив меня за руку, потащил за собой. — Предпочёл бы не обсуждать такие вещи среди толпы, — пояснил он по дороге.       Относительно спокойное место нашлось лишь за пределами парка. В эту ночь скудно освещённая аллея неподалёку от главного проспекта не пользовалась популярностью. Здесь нас точно никто не увидит.       Демон выпустил мою руку, стоя напротив и внимательно разглядывая. Непонятное выражение в его глазах, напомнило вечернюю встречу на моей кухне. Тогда он тоже что-то сам по себе прикидывал, делал выводы…       — Ты решила, что будешь теперь делать? — совсем неожиданно поинтересовался он.       — Как это что… — Я осеклась, удивившись тому, что он вообще меня об этом спрашивает. — Разве ты пришёл не ради того, чтобы исполнить своё обещание?       Уголок губ дрогнул, словно Рав собирался выдать что-нибудь язвительное, да передумал. И как понимать его?       — Однажды я его уже исполнил, но это не принесло мне радости, — признался он и вдруг предложил: — Давай, лучше вместе придумаем что-нибудь другое.       — Прогуляемся? — несмело предложила я, украдкой посмотрев на бледную кромку неба. — Ты ведь ненадолго здесь…       — Но мне не обязательно возвращаться одному, — прервал меня демон, вновь протягивая мне руку.       Надежда, обещание, и ещё столько всего невыраженного звучало в его голосе, отражалось во взгляде. Того, что я теперь могла понять без всяких слов вовсе. И давно могла, если бы захотела…       Рав улыбнулся, когда я с самым серьёзным видом переплела свои пальцы с его. Свободная рука демона взметнулась, чтобы коснуться моей макушки, но так и зависла. Похоже, в эту ночь оживала не только моя память.       Тихо рассмеявшись, я прижалась щекой к руке мужчины, позволяя этим завершить до боли знакомый жест. Чтобы потом, смахнув непрошенные слёзы, отправиться следом за ночью. Вместе с ним: больше никогда не расставаясь.       Время меняет всё подвластное ему. Поэтому, оставаясь неизменными хотя бы в глубине своей души, мы обретаем силу, побеждающую время и смерть.*

---Бонусный отрывок — из того, что не вошло в сюжет.---

      — Почему же ты всё-таки решила, что не сможешь возглавить клан и принесёшь больше вреда, чем пользы? — с любопытством поинтересовался Рав.       — Ты же сам сказал — я слишком мягкотелая. Я никогда не смогу править кем-то, руководствуясь только одними правилами…       Договорить я не успела, поскольку демон вдруг расхохотался. И я недоверчиво смотрела на него, отмечая для себя кое-что новое, разрушающее образ сложившийся первоначально. Ему безумно шло это странное веселье. Мне нравился его смех. Я почти воочию видела, как трещит по швам и осыпается броня отчуждения, которую он на себя нацепил.       — Не может этого быть, — простонал Рав, утирая слёзы. — Понадобились столетия, чтобы ты, наконец, признала свою главную ошибку. То, о чём я тебе не единожды твердил, пытаясь предостеречь.       — Да, я уже поняла, что мы с Эриком не такие уж разные, — я отвела взгляд, ощущая жар, приливший к щекам. Черт возьми, я никогда не краснела, а тут…       — Эри… — я вздрогнула, поскольку голос демона прозвучал пугающе близко. Настолько, что я ощутила тепло его дыхания на своём лице. — Так больше нельзя, Эри. — Никто не произносил моё имя так.       Он мягко потянул за руку, крепко прижимая к себе. Я же боялась пошевелиться, чтобы ненароком не разрушить небывалое хрупкое мгновение. Не хотелось, чтобы нежданная милость этого сумасшедшего демона вновь сменилась на гнев.