Это вам не Франция...

Пятое декабря, 1995 год Небольшая коричневатая птичка с белой грудкой и чёрными лапками сидела на ветке старого дуба. Оляпка ёжилась от так внезапно наступившего холода, становясь похожей на маленький круглый шарик. Белые хлопья же не переставали падать. За каких-то несколько дней вся территория Хогвартса (включая Запретный Лес, в котором сейчас нелегально находилось трое учеников школы) стала похожа на большую снежную пустыню — холодную и отталкивающую, но от того не менее красивую и завораживающую. Белогрудая птичка, почувствовав, что и без того замёрзшие лапки вот-вот превратятся в ледышки быстро расправила крылышки и слетела с ветки, издав тем самым громкий звук. — Я так не могу! — не выдержал Фред, открыв глаза и вставая со своего места. — Да, — согласился с ним Джордж и встал, отряхивая штаны от снега. — Да что вам не нравится?! — теперь не выдержала Софи-Патрис. Близнецы переглянулись, и в следующее мгновение хором выдали: — Здесь нет нужной атмосферы. — Какая вам ещё нужна атмосфера? — Морель недовольно встала и сложила руки на груди. Вместо ответа Уизли только развернулись и побрели в сторону замка. В тот момент Софи чуть не взорвалась от злости. Как же они её бесили временами! Да, состоять в отношениях с Фредом и Джорджем было более, чем приятно, ведь в подарок к их сердечкам прилагалась ещё и куча приемуществ: Во-первых. Оба близнеца всегда могли развеселить любого, а для Софи-Патрис старались они особенно. Поэтому от тоски она не умерла бы. Во-вторых. Близнецы, как ни странно, были одними из самых заботливых людей, которых Морель знала. Если посмотреть на них со стороны, то кроме шутов можно ничего и не заметить и подумать, что эти двое особо и не «парятся» о происходящем вокруг них, но это далеко не так. Ну и, в-третьих. В отношениях троицы не было особой «слащавости». По крайней мере, для Софи-Патрис это было огромным плюсом, да и близнецам не приходилось «напрягаться». Конечно, Фред с Джорджем могли побыть нечто вроде романтиков иногда (я говорю про супер романтичный ужин и Ли Джордана в качестве официанта), но это не заходило слишком далеко. Именно поэтому Софи могла спокойно выдохнуть, ведь «розовые сопли» и «телячьи нежности» явно не для неё. Но! Всегда присутствует это «но». В случае нашего трио этим самым «но» являлось некое недовольство Софи поведением Уизли. Иногда (точнее в тот самый момент) они вели себя так, будто были упрямыми второкурсниками. А также некоторые их идеи были действительно безумными для мадмуазель Морель. — Вы ненормальные, — беззлобно и как-то рассеянно усмехнулась Софи, пытаясь отойти от шока после того, как Фред с Джорджем рассказали ей об их предстоящем побеге. Но какими бы безумными и безрассудными идеями близнецы не обладали, Софи старалась во всём их поддерживать — по большей части помогая с магазином (если бы не её помощь, забастовочные завтраки вряд-ли бы вообще вышли в свет!). — С таким настроем анимагами вам не стать, — равнодушно заметила Софи, шагая между близнецами. — Тем более, за месяц. Глупая затея. — Вы, читатель, можете задаться вопросом: «что происходит?». Всё просто — неугомонные близнецы решили доказать, что они ничем не хуже и тоже решили найти свои «сущности». Мало того, ещё и за месяц. Морель согласилась лишь ради того, чтобы посмеяться, но сейчас её начала раздражать вся эта затея. — Не думаю, что за месяц хоть у кого-нибудь получалось… — Ты разбиваешь нам сердце, француженка, — драматично приложил руку ко лбу старший близнец. — Ты должна поддерживать нас во всём, — нарочито с укоризной в глазах взглянул на Софи младший. Девушка тихо вздохнула, но отвечать ничего не стала. В какой-то момент Морель заметила идущую неподалёку Минерву МакГонагалл. Женщина спокойным шагом двигалась к Хогвартсу, явно погружённая в свои мысли. Софи ухмыльнулась и взглянула на Уизли, а те, кажется, поняли её без слов. Трое студентов взяли по горстке снега в руки и начали катать из него снежки. — Уверена, что мы за это получим, — тихо сказала Софи-Патрис. Прозвучало так, будто они хотят неприятностей. Через секунду в преподавателя трансфигурации поочереди полетело три снежка, а Уизли и Морель в тот же миг состроили самые невинные выражения лица. Софи устремила мечтательный взгляд в небо, а близнецы тем временем приобняли её с двух сторон. — Ах, какая прекрасная сегодня погода… — протянула Морель, на что Фред с Джорджем поддакнули: — Не то слово… Весь этот спектакль проходил под гневным взглядом МакГонагалл, но в один момент взгляд женщины стал непроницаемым. Она набрала снега, начала лепить снежок. В это время троица уже жалела о том, что сделала. Но было интересно узнать и, что самое главное, взглянуть, как Минерва-я-не-нарушаю-дисциплину-МакГонагалл отомстит им. За долю секунды Минерва слепила снежный шарик, направила на него палочку, прошептав что-то, и кинула. Сначала снежок прилетел в голову Фреда, затем с ловкостью отскочил в висок Джорджа и попал точно в грудь Софи. Ошарашенная троица переглядывалась, бросая взгляды на МакГонагалл, которая вновь неторопливо пошагала к замку. — Я ещё не потеряла форму, к вашему сведению, — бросила им преподавательница. — Она даже не наорала на нас, — произнесла Софи удовлетворённо. — считаю, что это успех. — Просто она уже привыкла, — усмехнулся Джордж.

***

Двенадцатое декабря, 1995 год Софи-Патрис сидела в библиотеке, внимательно изучая очередной фолиант. Запах старинных книг, шелест страниц и тишина — что может быть лучше, мой дорогой читатель? Вот и мы с Софи-Патрис не знаем! Зевнув, девушка перевела взгляд на наручные часы — почти девять. А это значит, что скоро ей нужно отправляться в гостиную факультета. Француженка заправила волосы за ухо и задумчиво пощупала прядь. С тех пор, как она раскрылась перед близнецами, её истинная внешность не была скрыта под маской. Сначала Софи ловила множество удивленных взглядов, а смотреть на отражение в зеркале давалось довольно… тяжело. Но в то же время девушка понимала: нельзя убегать вечно. В конце концов, однажды она должна была взглянуть страху в глаза. И она это сделала, причем в прямом смысле — все-таки, тот боггарт был послан ей судьбой не просто так. Оглядевшись по сторонам, Софи обнаружила, что в библиотеке кроме неё почти никого не осталось. Лишь незаметная библиотекарша сидела в дальнем углу за своим столом и заполняла какие-то бумаги. Встав из-за стола, девушка взяла груду тяжелых книг, пергамента и перьев. Находясь в собственных мыслях, она двинулась вдоль стеллажей, размышляя о прочитанном. Внезапно перед Софи прошмыгнула быстрая тень. Подняв голову, когтевранка остановилась и внимательно посмотрела перед собой. Встряхнув головой, будто отгоняя от себя глупые мысли, она двинулась дальше, вглубь затемненного коридора библиотеки. В конце концов, ей нужно было вернуть книги на место! Но тут же где-то сбоку послышался скрип половиц. Вздрогнув, Софи повернула голову на звук. Она была не из тех, кто боялся каждого шороха или прочего дерьма, но… Так, нет, какие «но»? В очередной раз покачав головой, француженка с решительностью двинулась дальше. И чего тут бояться? Она ведь не единственная, кто посещает эту библиотеку сейчас! Наверняка кто-то тоже задержался и, так же, как и она сама, собирается уходить. Наверное. Чуть успокоившись, Морель шла вперед, уже видя перед собой спасительный нужный стеллаж. Всего лишь поставить книги на место и уйти. Девушка ускорила шаг, но тут же уловила странный звук. Казалось, будто кто-то следует за ней. Обернувшись, Софи увидела перед собой лишь пустой коридор и полки с книгами. Сглотнув небольшой комок в горле, она снова пошла дальше. И снова этот грёбаный звук. Девушка резко обернулась, но вновь увидела пустоту. Она была готова поклясться, что ощущала чье-то присутствие. Кто-то явно следовал за ней по пятам. — Да что за хуйня… — пробормотала Морель, чувствуя нарастающую панику. — Кому-то явно пора в постель, — произнесла она и как можно скорее поспешила к стеллажу, до которого оставались считанные метры. Но в следующий миг когтевранка чуть не задохнулась от страха, ведь резко оказалась придавленной к стене. — Ты абсолютно права. Кому-то явно пора в постель. Подняв голову, девушка столкнулась взглядом с парой голубых глаз, задорные и веселые огоньки в которых с каждой секундой разгорались всё больше и больше. — Фред! — одновременно с возмущением и облегчением воскликнула Софи. — Ты, чёрт возьми, с ума сошел? — Вовсе нет, — произнёс парень, улыбнувшись ещё шире. Да, вся эта ситуация ему явно нравилась. — просто захотел немного пошутить. — Очень смешно, — едко ответила Морель, продолжая прижимать книги к груди. В этот же самый момент девушка осознала всю ситуацию: она стоит в тёмном углу библиотеки, прижатая к стене Фредом Уизли. И расстояние между ними было слишком маленьким. Не то чтобы они с близнецами не целовались, не обнимали друг друга… да они иногда спали вместе, черт возьми! Но что-то в этот раз было по-другому. Сантиметры между Софи и этим рыжим парнем ощущались иначе. Черт. — А где же Джордж? — произнесла она, прочистив горло. Глаза её забегали. — В Выручай-комнате, — понизив голос, сказал Фред. — мы кое-что готовим для тебя, и он послал меня за тобой. — Уизли внимательно вглядывался в глаза девушки напротив, словно пытался понять что-то. — Мило, — только и ответила она, после чего была поймана. Парень накрыл её губы своими, коснувшись рукой до щеки француженки. Софи лишь углубила поцелуй, после чего легонько прикусила губу Фреда, придавая тем самым ему больше уверенности. Было ли это чувственно? Очень. Было ли это похоже на прошлые их поцелуи? Вовсе нет. Софи понятия не имела, сколько прошло времени. Где-то на подкорке ещё звучало: «кто-нибудь увидит!», «кто-нибудь узнает!»; но пелена удовольствия была такой терпкой и настолько дурманила, что думать не хотелось ни о чём. Только о проклятом теплом узелке в низу живота, который с каждой секундой затягивался всё туже. — Фред… — выдохнула девушка ему в губы. Рука парня скользнула ниже, задев шею Морель. Та, в свою очередь, издала тихий стон. Уизли оставил несколько поцелуев на нежной коже, а Софи поняла, что темных отметин на шее точно не избежать. Парень вновь завлек её в поцелуй, а пальцы его тем временем расстегнули несколько пуговиц на рубашке когтевранки. Запустив руку под ткань, он аккуратно коснулся нежной девичей груди. Софи запрокинула голову и тяжело выдохнула. Как бы не задохнуться от ощущений. Продолжая ласкать её грудь, Фред оставлял влажные дорожки на шее Морель. Нежно покусывая кожу, он двигался дальше, к ключицам. — Блять, Фред, — девушка смешала его имя с очередным вздохом. Рука Уизли скользнула к бедру Софи, поглаживая его. Издевается? Резко взяв его запястье, француженка направила руку Фреда куда-то под свою юбку. — Да ты вся… — начал Уизли, но был грубо перебит девушкой: — Заткнись, — произнесла она, после чего потерлась о его руку. В груди у Фреда будто что-то упало. Или это была земля под его ногами? Да чёрт знает. Одно было ясно точно: парень терял голову, а дышать становилось все сложнее и сложнее. Горячо, влажно и желанно — наверное, только это он и чувствовал. Глаза Софи были закрыты, а голова запрокинута. Сухие губы её чуть приоткрылись, обнажая ряд белоснежных зубов. Горячее, сбивчивое дыхание девушки было едва различимо в тишине библиотеки. Внезапно книги, всё это время зажатые в её руках, с грохотом посыпались на пол. Тут же распахнув глаза, Софи опустила взгляд на пол, после чего встретилась глазами с Фредом. — Пойдем-ка отсюда, — сказал тот, переводя взгляд то в её затуманенные глаза, то на её губы. С секунду француженка как-то растерянно смотрела на гриффиндорца, после чего чуть заторможенно, но твердо кивнула. Взяв её за руку, Фред быстрым шагом повел Софи к выходу. Книги, которым так и не повезло оказаться на своем месте, остались лежать на полу. Резко распахнув дверь, Фред почти выбежал из библиотеки, а Софи как завороженная следовала за ним. Несколько раз обернувшись на девушку и оглядев её с ног до головы, Уизли лишь ускорился — он буквально горел, а его рыжие волосы будто стали ещё более огненными. Наконец путь был проделан — перед Фредом и Софи оказалась дверь в Выручай-комнату, в которой их ждал Джордж. Пропустив француженку вперед, парень зашел следом за ней. — Софи? — услышал Фред голос брата, доносящийся откуда-то из глубины комнаты. Джордж, сидевший на диване, растерянно оглядел Софи — глаза её как-то лихорадочно блестели, дыхание было таким, словно она бежала через весь замок, а на щеках покоился непривычно яркий для неё румянец. Переведя взгляд на брата, Уизли поймал его взгляд и сразу будто понял всё. Вновь посмотрев на когтевранку, Джордж встал, не сводя с неё глаз. Но не успел он сделать и шага, как та подошла к нему и нежно, но требовательно забрала столь желанный для неё поцелуй. И что-то мне подсказывает, что у каждого из трёх на утро будут болеть глаза от недостатка сна, тело начнет ломить, но в душе будет разливаться такое согревающее, заставляющее сердце трепетать тепло.