Школьные будни. Тайны прошлого

Директор долгое время задумчиво смотрел на своих студентов. Он никак не мог решиться, тяжело вздохнув он снял очки и протер их носовым платком. Драко и Гермиона, все еще находясь в шоке, молча смотрели на Дамблдора. Тайна, которую он хранил много лет, тяжелым грузом лежала на его плечах. Но время пришло и больше молчать было нельзя, иначе могло совершиться самое ужасное. — Мисс Грейнджер, я не могу рассказать всего, — директор задумчиво повертел в руках лимонную дольку. — Увы, мне пришлось дать Непреложный обет. Но даже то, что я вам расскажу, вряд ли вас порадует. — Расскажите, что можете, профессор, — голос Гермионы дрожал, она вцепилась в подлотники кресла с такой силой, что пальцы её побелели и слёзы вот вот брызнут из глаз. — Я ничего не понимаю. Ещё немного и я сойду с ума. * * * Это произошло в декабре 1979 года. Вечером после ужина Дамблдор, как и всегда, уютно расположился в любимом кресле. В дверь кабинета неожиданно постучали. Он открыл дверь и с удивлением обнаружил свою бывшую ученицу. Бледная, с синяками под глазами, в старой поношенной мантии, девушка выглядела просто ужасно. Дамблдор торопливо отступил, пропуская ее внутрь. Конечно, он узнал ее, лучшую ученицу Хогвартса. Девушка исчезла из школы сразу после вручения диплома. — Профессор, мне нужна ваша помощь. Вы единственный человек, к которому я могу довериться и рассказать все, — карие глаза наполнились слезами, оставляя мокрые дорожки на щеках. Он участливо подхватил ее под руку и довел до кресла. — Ну-ну, моя милая, здесь вы в полной безопасности. Расскажите, чем я могу вам помочь? — Дамблдор протянул девушке носовой платок, и та кивнула в знак благодарности. Всхлипнув, она закрыла лицо руками, пытаясь совладать с чувствами. Девушка теребила платок директора, и Дамблдор терпеливо ждал, все еще не понимая, что происходит. — Все началось полтора года назад, — голос ее охрип, и директор налил ей стакан воды. — Я влюбилась в Люциуса Малфоя. Он кивнул, знал, что они встречались. Да и вся школа была в курсе. Казалось, никакие чары не способны разлучить эту влюбленную парочку. — Но несколько месяцев назад все изменилось. Отец Люциуса узнал о наших отношениях. Он нашел ему невесту — Нарциссу Блэк, дочь его старинного друга. Абраксас пригрозил, что лишит сына всего: денег, дома, наследства. Я, глупая, тайно на каникулах, воспользовавшись камином, отправилась в Малфой-мэнор и честно призналась, что беременна. Новость привела отца Люциуса в ярость. Он заявил, что не потерпит ублюдка в своем доме. Он приказал избавиться от него, иначе он убьет нас обоих. А Люциус, напуганный отцом, вдруг начал меня избегать. И с тех пор, где бы он ни появлялся, его сопровождала Нарцисса. Проходил мимо, будто меня и нет. И будто ничего и не было. Я так и не решилась сообщить ему о ребенке. Девушка вытерла слезы и продолжила: — Я боялась, но ребенок ни в чем не был виноват. И когда мне представилась возможность, все обдумав, отправилась в Лондон. Там девятнадцатого сентября я родила дочь. В роддоме я познакомилась с Джин: в эту ночь у нее умер ребенок. И я решилась. Немного магии, и я внушила всем, что моя дочь умерла, а та девочка осталась жива. Все же я позволила себе выбрать имя. Гермиона. Теперь она Гермиона Грейнджер. — Но почему вы сразу не обратились ко мне? — Дамблдор встал из-за стола. — Мистер Блэк и мистер Малфой — самые влиятельные люди магической Британии. Я не могла так рисковать. А как же мои родные? Что будет с ними? Я сама во всем виновата. Я так любила Люциуса, что не замечала, какой он на самом деле. Он трус. Деньги и положение в обществе ему дороже всего. Ах, если бы я знала! Но теперь уже поздно. Профессор, я прошу вас сохранить мой секрет. Когда придет время, моя дочь будет учиться в Хогвартсе. Умоляю, сохраните ее настоящее имя в секрете. Дайте мне Непреложный обет. Дамблдор хмуро посмотрел на рыдающую девушку. Глупая, она не понимала, что с Непреложным обетом не шутят. — Я умоляю вас! — девушка упала на колени перед директором, схватив край его мантии. — Ну, хватит, хватит, хорошо. * * * Гермиона посмотрела на Дамблдора. Не может быть, нет, этого просто не может быть! В ее голове не укладывалась мысль, что она — неродной ребенок своих родителей. — Но как звали девушку, то есть мою мать? — Я не могу вам этого сказать. Ответ на всё может дать только Люциус Малфой.