Marauders. Beginning

      — Сириус, поднимайся!       Джеймс уже четверть часа будил друга, который никак не желал вставать.       — Блэк, задница ты эдакая. Мы на завтрак опоздаем!       — Отвали, Кикимер, — пробормотал Сириус.       — Какой еще я тебе «Кикимер»?! — возмутился Джеймс и посмотрел на Ремуса с Северусом, которые одевались и, ухмыляясь, смотрели на его попытки разбудить Блэка.       Джеймс решил идти на крайние меры. Он выдернул из-под Сириуса подушку и попытался стащить одеяло.       — Эй! — Сириус успел схватить кончик одеяла и с силой потянул обратно на себя.       Джеймс резко отпустил одеяло, и Сириус со страшным грохотом свалился с кровати. Комната разразилась хохотом.       — Тебе конец, Джеймс!       Из-за кровати появился взъерошенный Сириус, который схватил подушку Джеймса и запустил в него. Тот успел увернуться, и подушка попала ровно в голову Северуса, который уже направлялся на выход.       — Блэк!       — Упс, — Сириус улыбался от уха до уха.       Кажется, Северус метался между желанием отмутузить Сириуса подушкой и желанием пойти на завтрак и не участвовать в детских играх.       — Завтра утром тебя буду будить я, — сказал Северус без малейшего намека на улыбку, — и поверь, тебе лучше проснуться сразу.       — Ой, боюсь, боюсь! — начал кривляться Сириус.

***

      За завтраком прилетели совы. Джеймсу пришло письмо от родителей и он сразу зачитал его Сириусу вслух:       — «Дорогой, Джимми!», это мама меня так называет, — пояснил Джеймс, — «Мы с папой очень гордимся тобой и поздравляем с поступлением на Гриффиндор! Мы в тебя верим и очень любим! Постарайся как можно меньше доставлять проблем профессору МакГонагалл. И пиши нам чаще. С любовью, мама и папа. P.S. Высылаю твое любимое печенье».       Едва он дочитал до конца, как Сириусу тоже упал конверт возле его тарелки.       — И тебе тоже написали!       — Это кричалка! — воскликнул рядом сидящий второкурсник, которого, как они успели узнать, звали Фрэнк. — Открывай скорее, а то взорвется!       Сириус же даже не шелохнулся, с непонятным выражением глядя, как начинает тлеть черный конверт. Конверт вспыхнул и Большой зал наполнился криком госпожи Вальбурги Блэк.       — Сириус Орион Блэк! Ты позор нашей семьи! Ты безжалостно разбил сердце матери! Все твои великие предки были на Слизерине, а ты запятнал себя якшаньем с грязнокровками, предателями и отбросами! Надеюсь, Рождество ты проведешь в школе.       В зале стояла полная тишина, точно такая же, когда Блэка распределили на Гриффиндор. Все смотрели на него и перешептывались. Джеймс вдруг почувствовал себя полным дураком, из-за того что зачитал ему свое письмо вслух. Но, несмотря на царящую вокруг напряженную обстановку, Сириус, с ужасающим равнодушием, доедал свою кашу. Разве что взгляд стал более холодным.       — Ну что, идем? — спросил он у Джеймса и поднялся со скамьи.       Джеймс хотел как-то утешить Сириуса, но по его виду было понятно, что он не потерпит жалости к себе и утешений. Поэтому Джеймс просто старался его отвлечь шутками и развлечениями.

***

      В последующие дни Джеймс и Сириус решили, что Северуса задирать не будут. Как мудро заметил Сириус, у него тоже был довольно большой шанс учиться на Слизерине, однако он на Гриффиндоре. Возможно, Северус просто не верил, что ему может так сказочно повезти, и он окажется на факультете львов. Хотя удержаться от хихиканья, когда Северус таскался за Лили Эванс, они не могли.

***

      Следующие несколько месяцев Джеймс и Сириус провели изучая замок, в котором оказалось множество потайных ходов и скрытых ниш за гобеленами или картинами. Придумывали различные проказы, разыгрывая студентов, и даже успели заработать несколько отработок у Филча, местного смотрителя. За это время они успели крепко сдружиться, понимая друг друга буквально с полуслова. Многие студенты удивлялись, что они познакомились лишь первого сентября. Казалось, они дружили всю жизнь.

***

      Джеймс и Сириус также пытались ближе подружиться с Ремусом, который оказался довольно неплохим парнем, но тот ни в какую на контакт не шел. Все свободное время Ремус проводил в библиотеке, где также часто засиживался Северус. После этого они решили, что подружиться надо не только с Ремусом, но и с Северусом. Второй хоть и был довольно угрюмым, но не менее интересным для них.       В один из вечеров Джеймс и Сириус решили, что после Рождественских каникул обязательно вытащат Ремуса и Северуса с ними на ночную вылазку в замок.

***

      Все, как и всегда, пошло не по плану. В первую же неделю после каникул Джеймс и Сириус заработали отработку, попавшись на разрисовывании женского туалета.       Они возвращались из подземелий, после чистки котлов, как вдруг услышали шум. За поворотом явно что-то происходило. Они притаились и крадучись подошли к углу, осторожно выглядывая.       — Может быть, тебе шампунь подарить, а, патлатый? — говорил старшеклассник с зеленой нашивкой на мантии.       — Слизеринцы, — прошептал Джеймс Сириусу. — Двое.       — Да, а еще Снейп, — мрачно заметил Сириус.       — Грязнокровкам не место в Хогвартсе, ты знаешь это, Снейп. — продолжал слизеринец, толкнув при этом его.       Снейп, с палочкой наготове, уже хотел выкрикнуть заклинание, но слизеринец с хохотом выбил его палочку из рук.       — Ты в самом деле хотел меня заколдовать? — спросил он, под смех второго слизеринца.       — Мерзкое отродье, — сказал второй. — Надо тебя хорошенько проучить.       Он уже поднял палочку, как из-за угла, не сговариваясь, выбежали Джеймс и Сириус, направив на слизеринцев палочки.       — Гадкие змееныши, — процедил Сириус.       — Вдвоем на одного? Как благородно! — крикнул Джеймс.       — А, малявка Блэк, — слизеринцы даже не взглянули на Джеймса. — Твое счастье, что тебя нам трогать нельзя, инач…       — Инфлэтус! — крикнул Сириус.       — Протего! — слизеринец успел поставить защитные чары и вновь рассмеялся. — Малыш Блэк, не надеешься же ты справиться с нами?       — Мимбл Вимбл! — Джеймс успел поразить одного из слизеринцев, пока тот смеялся. Тот вначале резко замолчал, а потом начал бессвязно говорить, путая буквы и слова.       — Ты заплатишь за это, Поттер, — слизеринец забрал своего товарища, пораженного заклинанием косноязычия, и они скрылись в темноте коридора.       — Вот дьявол… — сказал Джеймс, опуская палочку, — если честно, я перепугался, что нам крышка. Ты как?       Джеймс повернулся к Северусу, который поднимал свою палочку с пола.       — Спасибо, — только и сказал он.       Джеймс с Сириусом переглянулись, как будто безмолвно что-то решая.       — По одному лучше не ходить, — заметил Сириус.       — Да, надо держаться вместе, — поддержал Джеймс.       — А еще надо выучить несколько боевых заклинаний, — сказал Северус, — чтобы в следующий раз не пытаться их раздувать или заставлять путать слова.       Джеймс с Сириусом рассмеялись, но потом согласились с Северусом. Им и вправду повезло в этот раз. Слизеринцы были с пятого курса и знали уж точно больше первогодок и легко могли им навредить. Поэтому к следующему разу они должны быть готовы.       В гостиную они уже возвращались как трое друзей, сплоченные общим, пусть и небольшим, приключением.

***

      Февраль выдался очень морозным, поэтому все студенты сидели по своим гостиным, не желая и носа высовывать на улицу. Джеймс, Сириус и Северус сидели возле камина и обсуждали, чтобы такого эдакого можно придумать для слизеринцев.       — А давайте им навозных бомб подкинем! — предложил Сириус.       — Их можно подкинуть им под стол в Большом зале, — добавил Северус.       — Точно! — у Джеймса загорелись глаза. — И лучше сделать это ночью, чтобы к утру ароматы все могли унюхать.       — Осталось решить, как их нам достать, — сказал Сириус.       — Я знаю где их можно достать, — сказал Джеймс. — Гидеон и Фабиан Пруэтты с третьего курса сказали, что всегда подсобят, если дело касается подлянок для змеек.       Было решено передать Пруэттам деньги и попросить их купить десяток навозных бомб в Хогсмиде в ближайшие выходные.       Всё следующее воскресенье парни сильно нервничали, ожидая Пруэттов, которые вот-вот должны были вернуться из Хогсмида.       К счастью, к этому времени уже спали морозы, и была довольно теплая, для конца зимы, погода.       Джеймс, Сириус и Северус разместились на голгофе. Голгофой студенты Хогвартса называли круглую площадку, размещенную, через холл, напротив Большого зала, и через которую можно было попасть в другие части замка, а также к теплицам и в Хогсмид. Она была под открытым небом, окруженная арочными окнами. В центре голгофы росло древнее дерево с нежными розовыми цветами, которые не опадали даже зимой. Студенты любили проводить тут перемены или даже выходные. Многие делали там уроки или торопливо списывали домашнее задание у своих друзей прямо перед занятиями. Некоторые старшекурсники там курили, скрываясь от преподавателей. Там ссорились и признавались в любви, устраивали незаконные дуэли и мирились. В общем, самые интересные события, как правило, происходили именно на голгофе.       — Идут! — сказал Северус, заприметив вдалеке долговязые фигуры близнецов.       Ребята спрыгнули с низкого подоконника и пошли на встречу Пруэттам.       — Ваша посылка, господа, — с широкой улыбкой сказал Гидеон, передавая им довольно увесистый сверток.       — Спасибо большое, парни! — поблагодарил Джеймс.       — Всегда пожалуйста, — подмигнул Фабиан. — Надеемся, шалость выйдет славная.       — Да, — Джеймс расплылся в улыбке, — мы постараемся.       Они вернулись в башню и стали составлять план действий. Операцию было решено провести прямо сегодня.       — Ремус.       — Да, Джеймс?       — Вот скажи мне, мы друзья?       — Что? — Ремус явно растерялся от такого прямого вопроса. — Ну… я не знаю…       — Да, конечно же, друзья! — перебил его Джеймс и улыбнулся своей самой шальной улыбкой. — А друзьям надо помогать!       — Если ты хочешь списать эссе по Защите, то…       — Да нет же! — поморщился Джеймс. — Тут такое дело. Мы придумали одну славную шалость и без твоей помощи никак не обойтись.       — Если вы опять будете пакостить слизеринцам, то я не хочу в этом участвовать.       — Да ты что, Ремус! Это же вопрос чести факультета! — добавил Сириус.       — Это уже традиция, — подхватил Северус.       — А традиции нарушать нельзя, — назидательно сказал Джеймс.       — И что вы придумали? — спросил Ремус, нахмурившись.       — Мы им под стол подкинем навозные бомбы!       — Как оригинально… — Ремус покачал головой. — А от меня-то вы что хотите?       — Видишь ли, данную операцию необходимо провернуть ночью. Двое из нас будут размещать и активировать бомбы, а еще двоим необходимо стоять на карауле и следить, чтобы никто из преподавателей нас не поймал.       Ремусу не нравилась эта идея. В ней было слишком много дыр и велик шанс быть пойманными. К тому же, он не мог так поступить с профессором Дамблдором, который по своей доброте разрешил ему учиться в Хогвартсе. Он не мог предать его доверие. Никакой другой директор и на порог бы его не пустил, а Дамблдор отнесся к нему, как к обычному ребенку. Позволил обучаться со всеми наравне. С другой стороны, Дамблдор говорил, что Ремус сможет найти в школе друзей. А его соседи по комнате были для него словно магнит. Он всегда тайком наблюдал за ними и прислушивался к их разговорам. Соблазн поучаствовать с ними в очередной их авантюре был очень велик. Ему очень хотелось подружиться с главными нарушителями школьных правил, но он осознавал риск. И не мог так поступить со своими одноклассниками. Поэтому без лишних раздумий Ремус сказал:       — Ладно.       — Ура! — Джеймс победно выбросил кулак вверх.       Дождавшись, пока из гостиной уйдет последний человек, они прокрались к выходу и выскользнули в коридор. До Большого зала они шли медленно, так как были нагружены бомбами, но хотя бы никому не попались. Остановившись у дубовых дверей, Джеймс достал маленькие щепки. Две из них были короткие, две длинные. Чтобы не спорить, кто будет на карауле, а кто подкидывать бомбы, они решили положиться на случай. Длинная щепка — подкидываешь бомбы, короткая — стоишь на карауле.       — Ну, тяните, — шепотом сказал Джеймс.       Сириус вытянул первый, ему попалась длинная. Северус вытащил короткую. Ремус, нервно сглотнув, и гадая, что же хуже, вытянул свою.       — Длинная.       — Значит, Сев, мы стоим на карауле. Что выберешь — выход в подземелья или лестницу?       — Подземелья, — пожав плечами, сказал он.       — Хорошо. Значит так, если слышим, что кто-то идет, пускаем сноп искр и…       — Да, да, помним мы, — перебил его Ремус, — давайте уже побыстрее закончим.       Северус перебежал ко входу в подземелья, затаившись в темном углу. Джеймс ушел к широкой лестнице, с которой они только что спустились, и спрятался за статуей. Ремус и Сириус, подхватив бомбы, зашли в Большой зал.       Не прошло и десяти минут, как в подземельях, этажом ниже Большого зала, раздался страшный грохот. Джеймс и Северус тут же выскочили из своих укрытий, Сириус и Ремус, с перепачканными руками, выбежали из Большого зала.       — Что за?!..       — Бежим! — крикнул Джеймс и понесся по лестнице, перепрыгивая сразу через несколько ступенек.       Грохот преследовал их еще несколько этажей, а потом и явился источник шума.       — Первокурсники! — истошно орал Пивз. — Первокурсники бродят по замку ночью!       — Завали, Пивз! — орал в ответ Сириус.       Они уже пробежали последний переход на шестом этаже, им оставалось лишь подняться еще один этаж и перед ними оказался бы портрет Полной Дамы. За поворотом вдруг послышался еще один голос.       — Пивз! Только попадись мне! Только попадись!       — Филч! — в ужасе прошептал Ремус.       — Скорее! Сюда!       Джеймс завел их в узкий проход, который был спрятан за гобеленом. Они с трудом забились туда и, тяжело дыша, стали прислушиваться. Пивз уже улетел обратно в сторону Большого зала, Филч, кряхтя и ругаясь, ковылял за ним. Переждав еще несколько минут, мальчики выбрались и бегом добежали до своей гостиной.       — Мерлин, — Сириус упал на свою кровать, — я думал, умру от ужаса.       — Могли произойти вещи и похуже, — Ремус все еще был мертвенно-бледный, — нас могли исключить из школы.       — Тебе надо пересмотреть приоритеты, Ремус, — заметил Северус.       Мальчики переглянулись и расхохотались.       — Лучше заключить с Пивзом пакт о ненападении, — проворчал Ремус.       — Точно! — у Джеймса загорелись глаза. — Рем, прекрасная идея!       — Какая еще идея?! Я пошутил!       — Нет, ну, правда, — поддержал Сириус, — мы же с Пивзом, по сути дела, заодно. Надо будет с ним поговорить.       — Вы с ума сошли… — протянул Ремус, во все глаза таращась на мальчиков.       — А раз идея принадлежит Ремусу, он и пойдет договариваться! — пошутил Джеймс, под одобрительные возгласы Северуса и Сириуса. Ремус лишь поджал губы.       — Да ладно, это же шутка! — примирительно сказал Джеймс. — Но скажи, Рем, тебе же понравилось?       Ремус бросил на него взгляд. Джеймс заметил, как у того дрогнул уголок губ.       — Понравилось, — Джеймс и сам расплылся в улыбке, — я же вижу!       Сириус и Северус выжидательно смотрели на Ремуса, у которого строгое выражение лица постепенно смягчалась, пока его полностью не озарила улыбка.       — Было весело, — сказал Ремус.       — Бомбы-то вы успели разместить? — спросил Джеймс.       — Разместить-то успели, — Сириус стал мрачным, — но не активировать.       — Это ты не успел активировать, — сказал Ремус, переодеваясь в пижаму и стараясь спрятать улыбку. — А я успел.       — Серьезно? — Джеймс даже на ноги соскочил.       — Вы только посмотрите на него! — ухмыльнулся Сириус. — И этот человек говорил, что подкидывать навозные бомбы слизеринцам дело позорное и не интересное!       — Но не оставлять же дело не законченным! — улыбнувшись, сказал Ремус.       — Ремус, назад пути нет, — серьезным тоном сказал Северус. — Теперь ты официально в нашем квартете.