Мистические существа (сборник рассказов)

Когда Домагой вышел из машины, он сразу понял, что задерживаться тут не имеет смысла. Маленький деревянный дом, стоявший в самом конце тихой деревенской улочки, облез и покосился, а кирпичная труба обрушилась, скорее всего, повредив старую крышу. Здесь прошло его детство, но когда пришло время идти в школу, вся семья переехала в большой город, чтобы ребенок мог нормально учиться и получить образование. Вида не был здесь лет двадцать, и за это время все пришло в полное запустение. С трудом открыв рассохшуюся дверь, мужчина прошел в темные сырые сени, а потом и в единственную комнату, постепенно вспоминая почти забытую обстановку. Вокруг царило тягостное запустение, повсюду толстым слоем лежала пыль, а с потолка и с углов свисала паутина. Распахнув настежь окна, Домагой вышел на заросший участок, в конце которого за высокой травой виднелась баня, покосившаяся еще больше, чем дом, и куда Вида не стал даже заходить. Ехать обратно в ночь не хотелось, и он, немного прибравшись и перекусив, лег спать, раздумывая, как поступить с этим местом: попробовать продать землю или же оставить неизвестно для чего, ведь жить здесь он не собирался, да и лишних денег для того, чтобы привести все в порядок у него не было. Похоже, он задремал. Перед глазами всплывали какие-то сценки из далекого детства: огород, куры, индюшки, как он еще совсем маленьким помогал родителям копать картошку... В хате что-то зашуршало, скрипнули половицы, но уставший мужчина не обратил на это внимание, только перевернулся на другой бок и повыше натянул легкое одеяло, решив, что ему почудилось в полусне. - Хоть крышу почини, сволочь, - неожиданно раздался тихий голос, и Домагоя словно холодной водой окатило. Распахнув глаза, Вида увидел, что над ним кто-то стоит, и почти в полной темноте это было неимоверно жутко. Вскрикнув, блондин выскочил из постели и метнулся к столику, где остался фонарь (ведь электричества в полузаброшенном доме уже давно не было) и нажал на кнопку включения. Комната озарилась тусклым желтоватым светом, а Домагой буквально отшатнулся, прижимаясь спиной к стене и не понимая, что вообще происходит. Рядом с кроватью все еще стоял невысокий грязный мужик в каких-то ветхих обносках и недобро смотрел на объявившегося хозяина дома, который так и застыл с фонарем в руках, не зная, что делать дальше. - Ты кто? - ошарашено спросил Вида, подтягивая сползшие трусы. - Домовой, - нехотя отозвался незнакомец. - Ну, да, рассказывай, - даже усмехнулся блондин, думая, что столкнулся с каким-нибудь соседом-алкашом. - Не веришь? - угрюмо поинтересовался тот. - Нет, конечно! Что за бред, какой домовой? Да как ты сюда вообще попал? Я же дверь закрыл! - Живу я здесь! Уже почти девяносто лет. - А чего ты грязный такой? - вдруг спросил Домагой, немного успокоившись, поняв, что нападать на него вроде бы не собираются. - А ты на дом посмотри! - опять повысил голос незваный гость. - Каким мне еще быть? - Так помойся. - Не могу я сам помыться, пока дом в таком состоянии, - как-то сразу сник незнакомец. - Дед твой тоже одно время хату запустил, так бабка твоя меня в бане отмывала, да рубаху со штанами дала, вот по сей день в этом и хожу. Хорошая была женщина. И за хозяйством следила, и меня не забывала: то кружку молока за печку поставит, то ломоть свежего хлеба на тарелке положит... - Ты откуда знаешь, что она так делала? - шокировано спросил Вида. Память услужливо подкинула картины, как бабушка клала за печку какую-нибудь еду, а когда Домагой спрашивал, для кого, она отвечала, что для хранителя избы который помогает порядок поддерживать, да следит, чтобы мышей не было, в кота обращаясь. Мальчик слушал с интересом и верил в историю про домового, несмотря на то, что и мать, и отец добродушно посмеивались над бабушкиными ''чудачествами'' и заверяли сына, что ничего подобного не существует. А ведь у их хранителя избы даже имя было... - Лука? - неуверенно произнес блондин, все еще не веря, что перед ним стоит мифическое существо. - Вспомнил, да? - криво усмехнулся домовой. - Он самый. Вы когда отсюда уезжали, ты мне за печку две конфеты положил, Цитрон и Мишку. - Лука... Вот теперь Вида поверил, ведь об этом не знал никто. Тогда, много лет назад, когда все вещи уже были погружены в кузов грузовика, а отец достал ключи, чтобы закрыть дверь, маленький Домагой бросился обратно в хату и положил за печь шоколадные конфеты, прощаясь с домовым, которого, впрочем, никогда не видел в человеческом облике, хотя иногда ощущал его присутствие. А несколько раз мальчик встречал в доме пушистого черного кота, который всегда исчезал за печкой именно в том углу, где бабушка оставляла гостинцы. - А я все ждал, когда кто-нибудь из вас вернется, - печально произнес Лука и протянул мужчине две затертые пожелтевшие бумажки. - Что дом почините. А тут уже и труба рухнула, и крыша течет. Сырость, холод. Недолго еще хата простоит. - А что будет, если дом развалится? - напряженно спросил Вида, с каким-то непонятным трепетом разглядывая выцветшие фантики от шоколадных конфет, которые домовой хранил двадцать четыре года. - Помру, если быстро не переселюсь в другой дом. Нашему брату без жилья нельзя. А куда переселяться? Деревня вымирает, домов все меньше, а новые дачники строят, так там даже печки нет, - посетовал Лука. - Неуютно. Хотя мы еще как-то можем устроиться, а вот банники с овинниками почти все уже сгинули. Но ты же приехал. Займешься теперь хозяйством? - Не могу, - покачал головой блондин. - У меня на это денег нет. Не то что на новый дом, даже на ремонт нет. - Уезжай тогда лучше, а то буду по ночам душить, - неожиданно выдал домовой, но с места не двинулся, глядя куда-то в пол. - За что? У тебя совесть вообще есть?! - возмутился Вида, припомнив что подобные слухи нередко ходили по деревням, и домовая нечисть частенько выражает таким образом свое недовольство нерадивыми хозяевами. - А у тебя есть?! - Да что я могу сделать? - всплеснул руками Домагой, и свет фонаря скользнул по всей хате. - Я машину только что купил, вон у родителей еще занял, чтобы сразу расплатиться. Я бы сам хотел все тут в порядок привести, но не могу, нет возможности. Не знаю я, что делать, и что тебе предложить. Может действительно переселишься куда-нибудь? - Ладно, - как-то сразу сник Лука, - все рано или поздно заканчивается. Значит, и мое время настало. Внезапно домовой съежился и вдруг обернулся пушистым черным котом, правда каким-то грязным и неопрятным. Нервно дернув хвостом, зверь трусцой забежал за потрескавшуюся печку, и Вида опять остался один словно весь этот разговор ему почудился, но в своем рассудке мужчина не сомневался, и поэтому заглянул за печь, высматривая странное существо. Вопреки ожиданиям, кот не исчез, а просто уселся в самый угол спиной к нему и низко опустил голову. - Лука, вылезай оттуда, давай поговорим. В памяти опять всплыли воспоминания из далекого детства, как он бегал по дому, споткнулся о коврик и разбил коленку. Как сидел на полу и плакал, разглядывая круглую ссадину. Как подошел к нему большой черный кот и начал ластиться и мурлыкать, словно желая утешить. Домагой тогда быстро успокоился и заулыбался уверенный в том, что это домовой, и когда с огорода пришла бабушка, они вместе поставили за печку чашку сметаны. И сейчас блондин чувствовал себя виноватым перед этим существом, вот только, как помочь, он по-прежнему не знал. Лука никак не отреагировал на его слова, продолжая сидеть, уткнувшись носом в пыльный угол, и тогда Вида положил фонарь и осторожно взял зверька на руки, почему-то почти уверенный в том, что домовой на него не нападет. Выйдя из-за печки, мужчина присел на кровать и опустил кота рядом с собой. Вернее, сначала он хотел посадить животное на колени, но быстро передумал, побоявшись обидеть существо таким обращением. - Давай, я тебе помыться помогу и чистую одежду дам? - не придумав ничего лучше, предложил блондин. - А толку-то? - кот встряхнулся и через пару секунд домовой уже оказался в своем человеческом обличии. - Дом ведь в таком состоянии и останется. И я уже через пару недель опять таким же грязным буду. - Лука, я правда хочу помочь, но не знаю как. У меня нет возможности восстановить дом или построить новый. Послушай... ну, хочешь, в квартиру ко мне переезжай жить, в город, - ляпнул Вида и сам вздрогнул от своего предложения. - Серьезно? - недоверчиво посмотрел на него домовой. - Серьезно, - кивнул мужчина, понимая, что отказываться от своих слов как-то нехорошо. - Но печки там нет, только батареи. - В городе неуютно, - опустил голову Лука, - но выбор у меня небольшой. Тут все нормальные дома уже заняты, а какие не заняты, там люди такие, что рядом с ними и селиться не хочется, - угрюмо добавило существо - А далеко твой город? - Часа два с половиной на машине. - Это нормально. Столько я вне дома могу пробыть. Ложись спать, а то у тебя глаза уже закрываются. Не бойся, не трону. Отдыхай спокойно. Завтра еще поговорим. С этими словами домовой опять превратился в кота и ушел за печку, а Вида улегся под одеяло и устало прикрыл глаза. Несмотря на пережитый стресс и неопределенность ситуации, заснул мужчина почти мгновенно, даже не успев поругать себя за необдуманное и явно поспешное решение пригласить мифическое существо к себе домой, что могло иметь непредсказуемые последствия. Уже три года Домагой жил один, но по сути это мало что меняло, и обзаводиться таким соседом было довольно странно. Утром ночное приключение померкло, и блондин даже усомнился в реальности этого происшествия, но как только он поднялся с постели, из-за печки появился Лука в своем кошачьем виде, и человек в полной мере осознал, в какую авантюру умудрился вляпаться, пригласив к себе домового. Но делать было нечего, начинался новый день, а вместе с ним и новые хлопоты. Даже не позавтракав, Вида натаскал в аварийную баню воды из общественного колодца на улице, с грехом пополам затопил старую печку с древним круглым котлом и только после этого сел перекусить, предложив Луке присоединиться. Домовой согласился и обернулся человеком, отчего на этот раз блондину захотелось поморщиться. При ярком свете дня существо выглядело, мягко говоря, хреново. Складывалось ощущение, что мужчина напротив только вылез из угольной шахты, проведя там несколько лет - его всего покрывала темная грязь с ног до головы. И только глаза выделялись на перепачканном лице, выглядывая из-за слипшейся длинной челки. Бороды и усов у Луки не было, что немного сбивало с толка, но в то же время значительно облегчало задачу будущему банщику. - А здесь никто не живет? - запоздало спросил Домагой, когда они зашли в кое как натопленную баню. - Нет. Давно уже переселился наш банник. Через две улицы отсюда теперь живет. Здесь же того и гляди, крыша рухнет, да пол провалится, так что осторожнее. Без нас постройки еще быстрее в негодность приходят. - Слушай, только не обижайся, но какая еще от тебя польза? - вкрадчиво спросил Вида, раздеваясь догола, чтобы тоже потом сполоснуться. - От меня главное, чтобы вреда не было, - ухмыльнулся домовой, скидывая ветхие обноски и бросая их прямо на пол. - Понял. Мыть взрослого мужчину, было довольно странно, однако блондин не мог сказать, что ему уж очень неприятно, скорее, неловко. Лука оказался довольно милым и симпатичным, особенно когда улыбался, и прикосновения к миниатюрному, но крепкому телу завораживали, и Домагой поймал себя на том, что начинает с любопытством рассматривать существо в сексуальном плане, что не стало неожиданностью и откровением, так как он еще с молодости принял тот факт, что его, в принципе, привлекают оба пола, хотя отношений с мужчинами у Виды никогда не было. - Внизу тоже мыть? - с сомнением спросил блондин, скользнув губкой по плоскому животу и остановившись в нерешительности. - Везде мой, раз уж начал, - усмехнулся Лука, поняв, почему произошла заминка. - И там лучше рукой, а не мочалкой. Знаешь ли, место нежное. - Догадываюсь, - фыркнул Вида. Положив губку на лавку, мужчина намылил руки и все-таки искупал существо и в интимной зоне, мельком отмечая, что и здесь домовой устроен, как самый обычный человек. Потом Домагой вымылся сам, с удовольствием посидев в теплой бане еще около часа и жалея только о том, что не догадался купить пивка, хотя, наверное, и к лучшему, так как задерживаться тут не имело смысла, и вскоре он уже ехал домой, а на переднем пассажирском сидении свернулся клубком чистый ухоженный кот. Несколько раз Домагою приходила в голову на редкость мерзкая мысль, выпихнуть Луку из машины посреди дороги, но, конечно же, он этого не сделал, и через два с половиной часа белый автомобиль остановился у высокого двадцатиэтажного дома, где и находилась квартира Виды. Перед подъездом на лавочке сидели несколько старушек, среди которых оказалась и соседка блондина, из-за чего пришлось немного задержаться, так как бабуля была заядлой кошатницей и тут же попросила подержать Луку на руках. Наконец, они поднялись на четвертый этаж, и мужчина повернул ключ, открывая дверь маленькой однушки. - Один живешь? - деловито уточнил домовой, превратившись в человека и осматривая коридорчик со светло-зелеными обоями. - Один. - А почему не женился еще? - продолжал выспрашивать Лука, заглядывая в совмещенный санузел. - Не сложилось, - почти огрызнулся Вида, не желая затрагивать неприятную для него тему. - Кстати, а у вас нет домових? - Нет, - покачал головой новый жилец, продолжая осматриваться. - Но у нас бывают отношения с людьми, или просто секс. Обычно с теми, с кем мы живем. - Стоп. А с моими родственниками у тебя что-нибудь было? Хотя, нет, не хочу об этом знать. - Почему? - искренне удивился Лука, с любопытством дергая за шнурок светофильтра. - Ну, ладно, хочу, вообще-то, - признался Домагой, тоже подходя к кухонному окну. - Бабка твоя ко мне на печку часто лазила, когда дед напивался, да из дома уходил. Дружили мы с ней. Близко дружили. Жаль мне было видеть, как она стареет. Короток ваш век. - Как тебе тут? - перевел блондин разговор на другую тему. - Непривычно, чужое все, но хотя бы дом. Новый, чистый, в котором живут, и за которым следят, а это уже хорошо, - простодушно улыбнулся Лука, по-свойски открывая дверцу большого холодильника. - Слушай, я, честно говоря, не совсем представлю, как мы будем вместе жить... - Я тебя не стесню, - тут же заверил домовой. - Я превращусь в кота и буду ненавязчиво помогать по хозяйству. Если не хочешь меня видеть, я могу сидеть на шкафу в уголке. - Да ладно, лазий, где хочешь - махнул рукой Вида. - Кстати, тебе нужен лоток или миска? Лука посмотрел на него так красноречиво, что Домагой сразу же почувствовал себя идиотом, и на этом вопросы пока закончились. Дни потекли своим чередом, и уже через три недели блондин полностью привык к новому соседу. Справляться с домашними делами стало как будто бы легче, а кроме того, приходя с работы, Вида частенько находил на столе приготовленный или просто разогретый ужин, что было очень приятно. Иногда Лука принимал человеческий облик, и тогда они болтали, либо смотрели телевизор, а потом обсуждали фильмы или футбол, который существу очень понравился, особенно следить за мельтешащими на экране фигурками игроков. - Я понимаю, что у тебя нет женщины, но почему ты себя никогда не трогаешь? - неожиданно спросил домовой в один из таких вечеров, когда они сидели за обеденным столом, хотя сам Лука очень редко что-то ел. - Ты меня стесняешься? - Ничего себе вопросы, - изумился Вида, чуть не подавившись наваристым борщом. - Но я правда не понимаю, ведь для людей это естественно. Ты почти всегда напряжен, но напряжение это никак не сбрасываешь. Может помочь тебе найти девушку? Женщины обычно любят кошек, ты мог бы гулять со мной, и я помог бы тебе с кем-нибудь познакомиться. - Я, конечно, благодарен тебе за предложение, но нет, - поморщился Домагой. - Не собираюсь я ни с кем знакомиться. - Почему? Я буду прикидываться милым котиком, и девочки к тебе потянутся, хотя бы для того, чтобы меня погладить. - Лука, нет. Отстань от меня. - Не отстану, потому что вижу, что тебе нужен партнер, и что ты не удовлетворен своей жизнью, - не отступало существо. - А может тебе мужчины нравятся? Мужчину хочешь? Это будет уже сложнее, но опять же, вполне возможно. Я помогу. - Не надо, - упрямо повторил человек. - Тогда объясни, почему. Домагой мне уже очень много лет, я много чего повидал, и вряд ли ты меня чем-то удивишь. Я не буду осуждать или смеяться. - Ты ведь не отстанешь, да? - вздохнул блондин, отодвигая тарелку. - Ну, как сказать. Сильно докучать не стану, но буду периодически выспрашивать. Я с тобой живу, и ты мне не безразличен. - У меня проблемы с эрекцией, - нехотя признался Вида, ковыряя вилкой кусочек сала и раздумывая, стоил ли перетаскивать его на хлеб, ведь есть уже как-то расхотелось. - Давно? - серьезно спросил Лука. - Года два. Так что давай закроем тему со знакомствами. Нормальные отношения мне все равно не светят. - Я и тут помогу, если ты позволишь. Подобные неприятности случались с мужиками во все времена, и ничего такого тут нет. Это дело поправимое. Но ты должен мне довериться и позволить себя трогать. Везде, - прибавил домовой и, сделав бутерброд с салом, протянул его блондину. - Ешь нормально, хватит по тарелке гонять. Я не шучу. Я смогу исправить ситуацию, но тебе придется принять меня как любовника, и я поделюсь с тобой своей силой. - Звучит как-то странно, - с подозрением посмотрел на него Домагой, все-таки откусывая от получившейся конструкции, которая уж очень хорошо и соблазнительно пахла чесноком. - Тебя останавливает мой пол или внешность? - тактично поинтересовалось существо. - Или ты просто стесняешься? - Да нет, - протянул Вида. - Ты вполне симпатичный, но само предложение уж очень странное. И как это будет? - Я тебя приласкаю, и твое тело откликнется, - не слишком информативно пояснил Лука. - Только нам нужно быть в поле ранним утром с первыми лучами солнца. - А нахрена так рано, да еще и в поле? - не понял мужчина. - Надо на заре, когда солнце встает, чтобы и у тебя вставало, - без тени улыбки произнес домовой. - И в траве. Трава тоже силу большую имеет, из земли поднимается. - Знаешь, у меня с мужиками никогда не было. - Это неважно, просто доверься, и все получится. - Ну, ладно. Вида не был уверен в успехе этого сомнительного предприятия, но склонен был согласиться. Проблемы интимного характера чисто физически жить никак не мешали, однако очень сильно отравляли существование в эмоциональном плане. Мужчина постоянно ощущал свою неполноценность, и это угнетало его каждый день. Домагой хотел, чтобы у него была пара, нормальные отношения и крепкая семья с любимым человеком, но время шло, а ничего не складывалось и не получалось, отчасти потому, что блондин уже и сам никого не искал, понимая, что все равно не сможет удовлетворить партнера в постели, да и признаваться кому-то в своей ущербности очень не хотелось. Следующий день был выходным и, немного поспав, они выехали в деревню, недалеко от которой и находилось выбранное Лукой поле со всех сторон окруженное лесом. Пробираться к нему от порядком заросшей дороги пришлось не так уж и долго, но довольно тяжело и мокро из-за росы. Место оказалось очень уединенным и живописным, но Вида все равно нервничал и переживал, опасаясь, что их могут застать за весьма интимным занятием, хотя в густой и высокой траве их вряд ли смогут увидеть, да и кто будет ходить в этой глуши по полю в такую рань. - Раздевайся, - домовой примял траву на небольшом участке и постелил синее покрывало. - А нас точно никто не увидит? - Точно. Здесь никого нет, а кроме того, я всегда чувствую присутствие и приближение людей, так что об этом не волнуйся. Разве что леший из леса выглянет, - усмехнувшись, прибавил Лука и снял футболку - но мешать не станет, да и ты его не увидишь. - А еще я клещей очень боюсь. - Домагой, быстрее. Я не могу долго находиться вдалеке от дома. Поежившись при мысли о клещах, Вида все-таки стянул одежду и аккуратно сложил в сумку, которую сразу же застегнул на молнию. Не зная, что делать дальше, он уселся в центре покрывала и стал наблюдать за Лукой. Обнаженный мужчина стоял в паре метров от него и собирал какие-то длинные розовато-пепельные метелки, одновременно похожие и на колоски. Нарвав небольшой пушистый букет, домовой вернулся к нему и опустился рядом, а затем последовал их первый поцелуй. Нежный и неторопливый. Блондин не чувствовал сексуального желания, но близость того существа была ему приятна сама по себе, и он испытывал, скорее, духовное наслаждение от прикосновений партнера. - Ложись, - шепнул Лука. - Я тебя приласкаю. Вида послушался, откидываясь на спину, и тут же заулыбался, когда домовой начал поглаживать его тело пушистыми метелками. Было немного щекотно, но приятно, и мужчина окончательно расслабился, полностью доверившись необычному партнеру. Через какое-то время Лука отбросил букетик и лег на любовника сверху, целуя и лаская, постепенно спускаясь все ниже и ниже. Умелые пальцы обхватили маленький мягкий член, и Вида чуть не захныкал от разочарования, по-прежнему, не веря, что ему удастся кончить. Пальцы сменились теплым влажным ртом, и Домагой понял, что начинает возбуждаться. Почти забытое за два года ощущение приятного напряжения, а еще через несколько минут блондин посмотрел вниз и увидел, что губы любовника скользят уже по полностью вставшему твердому члену. Легонько оттолкнув вихрастую голову, мужчина сел на покрывале и потянулся рукой к эрекции партнера, желая доставить удовольствие и ему, и кажется, Лука не возражал. Вида не знал, сколько времени они провели вот так, обнимаясь, целуясь и лаская друг друга, но все было в порядке, влечение не ослабевало, и ему уже очень хотелось испытать оргазм. - Я понимаю, что ты жаждешь разрядки, - словно угадал его мысли домовой, - но надо бы закрепить результат. Мне нужно поделиться с тобой своей силой. Позволишь мне войти? Я аккуратно. - Хорошо. Мне немного страшно, но я тебе доверяю. Странные у тебя, конечно, способы лечения, но, пожалуй, они мне нравятся. И ты нравишься, - улыбнулся блондин.